Кучиев Юрий Сергеевич (26.VIII.1919 - 14.XII.2005)

История высоких широт в биографиях и судьбах.
Изображение
31 июля 2012 года исключен из Регистровой книги судов и готовится к утилизации атомный ледокол «Арктика».
Стоимость проекта уничтожения "Арктики" оценивается почти в два миллиарда рублей.
Мы выступаем с немыслимой для любого бюрократа идеей:
потратить эти деньги не на распиливание «Арктики», а на её сохранение в качестве музея.

Мы собираем подписи тех, кто знает «Арктику» и гордится ею.
Мы собираем голоса тех, кто не знает «Арктику», но хочет на ней побывать.
Мы собираем Ваши голоса:
http://arktika.polarpost.ru

Изображение Livejournal
Изображение Twitter
Изображение Facebook
Изображение группа "В контакте"
Изображение "Одноклассники"

Кучиев Юрий Сергеевич (26.VIII.1919 - 14.XII.2005)

Сообщение Иван Кукушкин » 08 Август 2008 04:09

Ю′рий Серге′евич Кучи′ев (осет. Кучиты Юрий; 26 августа 1919, аул Тиб ныне Алагирского района Северной Осетии — 14 декабря 2005 года, Санкт-Петербург) — арктический капитан, первым достигший Северного полюса, Герой Социалистического Труда, Почётный полярник, кавалер орденов Ленина, Трудового Красного Знамени и Отечественной войны 2-й степени, медалей «За оборону Советского Заполярья» и «За Победу над фашистской Германией». Почётный капитан атомохода «Арктика».

Капитан атомного ледокола «Арктика», Герой Социалистического Труда (1977), почетный полярник. Родился 26.08.1919 в ауле Тиб Садонского района в Северной Осетии, осетин. На морском флоте с 1941 г. После средней школы работал матросом на буксирном пароходе «Василий Молоков» в порту Диксон. Окончил курсы штурманов (1944), заочно - Ленинградское высшее инженерное морское училище имени адмирала С. О. Макарова (1963). С 1944 по 1962г.г. - помощник капитана ледоколов «Ермак», «Малыгин», «Сибиряков», «Илья Муромец», «Красин». С 1962 по 1971 г.г. капитан ледоколов «Мурманск», «Киев», дублер капитана атомного ледокола «Ленин», с 1964 г. капитан этого ледокола. С 1971 г. капитан атомного ледокола «Арктика». Звание Героя присвоено за поход к Северному полюсу. 17 августа 1977 г. атомный ледокол «Арктика» первым в мире в надводном плавании достиг этой точки планеты. Был награжден: орденами Ленина и Трудового Красного Знамени, медалями «За трудовое отличие», «За оборону Советского Заполярья» «За победу над Германией», «300 лет Российскому флоту». Удостоен ряда отраслевых наград и званий: «Почётный работник морского флота», «Почётный полярник», «Почётный член Географического общества», «Почётный гражданин города Орджоникидзе».

В 1997 году вышел на пенсию, проживал в Санкт-Петербурге. Умер 14 декабря 2005 года.

Согласно завещанию Кучиева, его прах и прах его умершей в 1999 году жены торжественно предан морю в районе Северного полюса командой атомного ледокола «Ямал» 19 августа 2006 года (39-й рейсе атомохода на полюс)
Спасём нашу «Арктику»! arktika.polarpost.ru
Аватара пользователя
Иван Кукушкин
 
Сообщения: 11527
Зарегистрирован: 17 Июнь 2007 05:52
Откуда: Нижний Новгород

Кучиев Юрий Сергеевич (26.VIII.1919 - 14.XII.2005)

Сообщение Большой » 08 Август 2008 04:48

Изображение Изображение

Мурманск, 17 августа 2002 года. Мурманское пароходство тторжественно отмечало 25-летие похода "Арктики" на полюс. Фотографии сделаны на открытии мемориальной доски капитану "Ленина" Б.М.Соколову.
Аватара пользователя
Большой
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 1204
Зарегистрирован: 22 Декабрь 2007 02:10


Re: Кучиев Юрий Сергеевич

Сообщение Александр Андреев » 31 Май 2009 14:19

"Полярная правда", 20.12.2005

Юрий Сергеевич КУЧИЕВ

14 декабря на 87-м году жиз­ни скончался Герой Социалисти­ческого Труда, Почетный работ­ник морского флота, Почетный полярник, защитник Заполярья, первый капитан атомного ледоко­ла «Арктика» Юрий Сергеевич Кучиев.

Российский морской флот, Мурманская область, весь рус­ский Север понесли огромную невосполнимую утрату. Из жизни ушел выдающийся арктический капитан, глубоко уважаемый че­ловек, посвятивший всю свою трудовую деятельность морю, Арктике, ледокольному флоту.

Ю.С. Кучиев родился 26 авгу­ста 1919 года в ауле Тиб Алагирского района Северо-Осетинской АССР. В 1941 году он был направ­лен в порт Диксон матросом на буксир «Василий Молоков», где начал постигать морскую науку на судах арктического флота. По­сле окончания штурманских кур­сов трудился в должности третье­го, второго, старшего помощника капитана ледоколов «Ермак», «Сибиряков», «Илья Муромец», «Красин».

В 1963 году он заочно окончил Ленинградское вьющее инженер­но-морское училище имени адмирала СО. Макаро­ва. Впоследствии Юрий Сергеевич воз­главлял экипажи ледо­колов «Мурманск», «Киев», атомохода «Ленин». В 1971 году был назначен капита­ном атомного ледоко­ла «Арктика» - первен­ца атомоходов второго поколения.

На долю Ю.С. Кучиева выпали десятки сложнейших судоход­ных операций во льдах. Смелость и ре­шительность характе­ра, глубокое знание техники, особенностей плавания в ледовых условиях позволили ему уже в первой нави­гации атомохода «Арктика» успешно произ­вести ранние вскрытия Енисейской перемыч­ки и припая в проливе Вилькицкого.

1977 год сделал Юрия Кучиева всемирно знаменитым. Имен­но тогда блестяще проявились его мужество, талант и энергия. В августе «Арктика» под его руководством впервые в истории мо­реплавания преодолела ледовый покров Центрального ледового бассейна и в надводном плава­нии достигла Северного полюса. Это был триумф отечественной науки и техники, осуществилась многовековая мечта море­плавателей всего мира. Ис­полнителем и автором этой исторической победы был ледовый капитан Ю.С. Кучи­ев.

Накопив уникальный опыт арктического морепла­вания, Юрий Сергеевич ще­дро делился им со своими коллегами, воспитав не одно поколение судоводителей-ледокольщиков. Отличитель­ными чертами его характера и профессионального стиля были требовательность к се­бе и другим, добросовест­ность, внимание к нуждам людей, непримиримость в борьбе с равнодушием, фор­мализмом, некомпетентнос­тью.

Упорным трудом Ю.С. Кучиев вписал свое имя в мировую историю исследо­ваний Арктики. За заслуги перед Отечеством он был от­мечен высшими наградами страны: орденами Ленина и Тру­дового Красного Знамени, меда­лями «За трудовое отличие», «За оборону Советского Заполярья»,

«За Победу над фашистской Гер­манией», «300 лет Российскому флоту». Наряду со званием Героя Социалистического Труда он удо­стоен званий «Почетный работ­ник морского флота СССР», «По­четный полярник», «Почетный член Географического Общества СССР» и «Почетный гражданин города Орджоникидзе». Его труд многократно отмечался Почетны­ми грамотами Министерства морского флота, высших органов власти Мурманской области, зна­ками профессионального мас­терства.
Выражаем глубокое и искрен­нее соболезнование родным, близким и друзьям покойного. Светлая память о Юрии Сергее­виче Кучиеве навсегда сохранит­ся в наших сердцах.

Ю.А. Евдокимов, А.А. Давыденко, В.В. Рукша, A.M. Медведев, Н.В. Ку­ликов, П.А. Сажинов, М.Ю. Савченко, В.П. Ло­сев, В.Н. Птицын, Ю.З. Балакшин.
Александр Андреев
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3066
Зарегистрирован: 03 Март 2008 06:23
Откуда: Санкт-Петербург

Re: Кучиев Юрий Сергеевич (26.VIII.1919 - 14.XII.2005)

Сообщение Иван Кукушкин » 17 Август 2009 11:56

"Молодежь Осетии"
http://www.yoo.ru/society/so019.html

Истребитель льда
Элина Бестаева, Юрий Вазагов


Юрий Кучиев - прославленный сын осетинского народа, величина в ледокольной навигации, человек, служивший на всех атомных ледоколах, начиная с первого - «Ермака». Кучиев - мужественный капитан, первым достигший Северного полюса, Герой Советского Союза, кавалер высших наград СССР. Сам Юрий Сергеевич считает, что говорить о людях нужно проще, без захваливания и пафоса. Он не любит говорить «я». Но просто сказать, что в конце июня - начале июля по приглашению Президента страны Эдуарда Кокойты в Южной Осетии гостил капитан атомного ледокола «Арктика» Юрий Кучиев, это мало. Нам не просто представилась счастливая возможность встретиться и познакомиться с капитаном, увенчанным многими регалиями. Мы пообщались с Человеком, для которого честь, совесть, труд, достоинство, настоящий патриотизм - не красивые слова, а вся прожитая жизнь. Он давно уже на пенсии, Капитан - «истребитель льда», но не меняет своих принципов, чтобы вписаться в сегодняшнюю действительность. Сейчас Юрию Сергеевичу 83 года и он по-мальчишески легок и бодр. Любит простоту, чурается церемоний. Красиво шутит и может отпустить крепкое словцо, чтобы охарактеризовать многие из явлений новейшей истории. В его устах такая критика звучит убедительно, потому что он сам - славная страница истории, человек крепкой закалки, подаривший человечеству свой благородный труд.


- Юрий Сергеевич расскажите о своем детстве: где Вы его провели, кто были Ваши родители?

- Мой отец был наркомом земледелия Северной Осетии, старым коммунистом, коим остался до своей гибели в конце 30-х годов, мама - Хетагурова, из Нара. Она была домохозяйкой, не разгибая спины, готовила, убирала, потому что у нас был «проходной двор». Очень часто приезжали люди из села, да и нас самих было четверо детей. Мама была деятельной женщиной и могла пойти по общественной линии, но отец запретил ей, говорит, детьми занимайся.

Сам я родился в Тибе, но первые два года жизни провел в Наре. Потом мы перебрались во Владикавказ. Но я любил бывать в Наре, особенно, когда еще не учился. Это место запомнилось на всю жизнь как самое приятное. Красивее места я не видел. Это сейчас Нар испоганили, «цивилизацией», загадили все начисто.

- Вы с детства мечтали стать моряком?

- Не поверите, но я никогда ни хотел быть моряком. Всегда мечтал быть летчиком, однако отец был против. Он вообще был против моей военной карьеры Характер у меня был неуправляемый, сумасбродный, если хотите. Но все решил случай. Мы жили тогда в Ардоне, и однажды у меня сильно разболелся коренной зуб. Я в отчаянии взял большой гвоздь, раскалил его и засадил в «дупло». Прожег десну, пошел запах паленой кости, я заорал. Что было потом, точно не помню, но когда боль стала успокаиваться, слышу, мама говорит отцу: «Ты знаешь, он же воин. Не надо запрещать, пусть будет военным». И отец намотал это на ус. Он узнал все обстоятельства, где и как принимают в летные школы, и поставил мне условия. Первое: окончить школу на «отлично», только отличников брали в Военно-воздушную академию им. Жуковского. Он мне говорил так: вот ты сейчас автомобилем управляешь, потом самолетом, но ты не знаешь технологии производства, или физики самолетов. Пока стань инженером, а потом летчиком. И будешь настоящим профессионалом. Сейчас, кстати, так и готовят специалистов, выпускают инженеров-летчиков.

Это был мой Рубикон. Я окончил школу на «отлично». Но тут произошло совершенно непредвиденное обстоятельство - отец был арестован, и, впоследствии, как оказалось, уничтожен как враг народа. Другими словами отец был репрессирован, хотя он был коммунистом до мозга костей. Потом, правда, извинились, но было уже поздно…

Это обстоятельство наложило свой отпечаток и на мою судьбу. Я был сыном репрессированного, и, значит, ни о каком поступлении в академию не могло быть и речи. Меня не взяли и в механико-машиностроительный институт, который сейчас называется институтом им. Баумана...

В то время депутатом Верховного Совета СССР от Северной Осетии был известный полярный летчик Марк Иванович Шевелев. И я, такой настырный, оскорбленный до глубины души всем происходящим безобразием, обратился к нему… Марк Иванович хлопотал длительное время, но в итоге пришел окончательный ответ: мне было отказано в армии вообще, начисто. Это был кошмар...

Тогда, как я теперь предполагаю, Шевелеву, наверное, вообще посоветовали загнать меня подальше, чтобы я не проявлял чрезмерную и опасную настойчивость. И он, хороший, безусловно, человек, командировал меня на Диксон матросом и в начале июня 1941, перед самой войной, я оказался на своем первом корабле. Так завершилась моя мечта детства - быть летчиком. Став уже взрослым человеком, я в ретроспективе подумал, что летчик Марк Шевелев негласно сопровождал меня всю жизнь. И даже в стратегическую ледовую разведку к Северному полюсу рекомендовал меня именно он, будучи уже в чине генерал-лейтенанта. Более того, когда мы добрались до точки полюса, он облетел это место и поздравил меня с таким достижением. Но на эту тему у нас никогда не было с ним разговора.

- Без каких качеств нельзя представить настоящего моряка?

- Надо просто быть нормальным человеком. Знаете, арктическая среда резко отличается от обычного моря. А «ледорубщики» резко отличаются от флота торгового. У последних преобладают меркантильные соображения, а у «ледорубщиков» стихия, атмосфера сражения выковывает определенные человеческие качества. Там абсолютно неприемлемы ложь и лицемерие, абсолютно. Ты можешь изображать из себя кого угодно, но тебя раскусят моментально и дадут точную оценку. Ежели ты не вписываешься по нужным параметрам в коллектив - отторгнут сразу же. Такая там среда. Мне повезло в том плане, что меня хорошо приняли на корабле. Вроде, какой из меня моряк, приехал белоручка после десятилетки. Но, к примеру, в первый же день, я не побрезговал вымыть туалет вручную. Потом оказалось, что северяне были прекрасно осведомлены о нашем земляке Хаджи-Мурате Дзарахохове. Он, как говорится, хорошо «наследил» на Севере. Экипажи арктических ледоколов «Ермак», «Красин» в основном комплектовались из архангелогородцев и нижевологодцев, а он как раз в тех краях воевал. Дзарахохов был очень авторитетным, помогал беднякам и оставил о себе великую память. Вот потому меня и приняли хорошо, хотя я не всегда бывал тактичен, был дерзок и это, естественно, не воспринималось окружающими как должное.

Помню, был такой случай. Стояли мы на Диксоне, на якоре, и капитан распорядился объявить выходной день. Я уже был старпомом и возмутился, зная, что такое Диксон. Это голые скалы, а в магазине есть спирт и шампанское, гремучая смесь. Матросы напились и устроили целый бедлам. На другой день я решил навести порядок. Когда матросы поднимались с берега на палубу, стал отнимать у них бутылки и выбрасывать за борт. Один из матросов бросился за своей бутылкой и чуть не утонул. Я понял, что сделал что-то не то и ушел в каюту обескураженный. За мной пришел старший кочегар и говорит: «Ты что себе позволяешь? Что, думаешь, ты великий моряк и можешь людьми и их деньгами распоряжаться? Ты должен был отобрать бутылку, а когда у него будет день рождения, отдать». Он показал мне, что я бестактно себя вел. И еще он сказал: «Ты имей в виду, мы тебя уважаем, потому что уважаем Хаджи-Мурата Дзарахохова». С тех пор я почувствовал особую ответственность в плане принадлежности к осетинскому народу. Об этом громко говорить не надо, но так было. Тогда человек был патриотом большой великой Родины, а о том, что есть маленькая Осетия, даже и не думал. А вот этот случай заставил задуматься.

- Вы не хотели стать моряком, но море полюбили?..

- Если скажу, полюбил, это будет неправда. Да я рвался в море, потому что выработался ритм борьбы. Во льдах все время идет борьба: здесь давит, там тащит, корабли застревают, и эта мясорубка, борьба со стихией страшно увлекает. Я не стал летчиком-истребителем, но я стал истребителем льда.

Однако море разлучает с берегом, а берег это все. Берег - это любовь, жена, дети. Когда я приходил домой после длительного плавания, дети называли меня дядей… И они выросли, практически, без моего влияния…

- Юрий Сергеевич, какое значение имел Ваш поход на Северный полюс?

- Он имел два значения: первое - престиж, потому что это была давняя мечта человечества - подплыть к точке Полюса на корабле. Вторая задача - главная, и этим объяснялось присутствие на корабле министра Морского флота Гуженко, определить тактико-технические возможности атомного ледокола «Арктика», стратегию развития арктического судоходства будущего и, соответственно, строительства ледокольного и ледокольно-транспортного флота. Обе эти задачи были успешно выполнены.

- А что самое сложное в арктической экспедиции?

- Моральная ответственность. Порой мы на трассе делали такую работу, которая несравнима по трудности с тем, что мы делали позже на полюсе. На полюс мы шли одни, за нами никого не было, и мы выбирали дорогу, как нам надо. Главную роль в нашем походе играли, конечно, вертолетчики. Настоящие герои этой экспедиции, в этом я глубоко убежден и никому не льщу, - это они. Шестьдесят часов пролететь на вертолете очень опасно. Именно они нас выводили. Ледовые поля рубить напропалую нельзя, можно застрять. Поля - по 5 км в поперечнике и толщина невероятная, и потому мы выбирали путь, обходя поля. Так как лед постоянно дрейфует, там есть слабины, и мы шли по кромкам этих слабин. Вот это была ответственность - не сломаться. Главное не сломать валы, винты ломались многократно и водолазы меняли их под водой. Помню, первую лопасть мы меняли двое суток, а вторую уже сутки, наловчились ребята, хотя лопасти весили около трех тонн. Но если бы сломались валы - мы бы встали…

- Вы не пишете воспоминаний обо всем этом?

- Когда я уходил на пенсию, пароходство мне даже компьютер подарило. С намеком. Конечно, русским языком я владею достаточно хорошо, могу самостоятельно мыслить, никому в глаза не смотрю, не жду. Но мемуарная литература, я обратил внимание, страдает «яканьем». Это недостойно, неприлично даже. Хотя и этого можно избежать, если постараться. Книжка для меня больной вопрос. Почему? Я, как обыватель, как капитан, вышедший на пенсию, достаточно хорошо обеспечен по нынешним временам. А мои соратники - цвет нации, люди, овладевшие ядерной энергетикой в экстремальных условиях, бедствуют. На ледоколах не было ни одного случая лучевой болезни, так умело они управляли установкой. Но огромная ответственность, психологические нагрузки, гиподинамия подкосили здоровье людей. И они сейчас нищенствуют. По местным меркам нет, но в России получать пенсию в две тысячи рублей - это очень мало. Их обидели. Я пытаюсь выйти на самые высшие инстанции… Недавно хоронили моряка-красавца, крепыша Юру Пелевца, и я сбежал с похорон, потому что его хоронили как бомжа. А вы говорите писать. Писать книгу в условиях, когда мои люди бедствуют, я не могу. На компьютере я печатаю бумаги, касающиеся моих ветеранов, чтобы им выплатили, что полагается. До тех пор, пока я не пробью это, я не буду ничего писать. Зачем нужны книги, когда люди страдают?!

- Расскажите о вашей семье, кем стали ваши дети?

- У нас трое детей. Старший по образованию физик-теоретик, работал в физтехе им. Иоффе. А в эти тяжелые годы, когда в науке многое рухнуло, он уехал по контракту в Австралию, и сейчас работает в Сиднейском университете. Жена и сын у него программисты. Кстати, у моего внука

Станислава двое детей, так что я уже дважды прадед. Мои младшие сын и дочь, Таня и Сережа, - двойняшки. Сережа стал командиром Ту-154, летает в Европу, на Ближний Восток. Таня - швея-модельер. Ее сын, мой любимый внук Дима, не выбрал никакой романтической профессии, он повар, работает на «Балтике», у нашего земляка Болоева.

Супруга моя скончалась три года назад, с детства она была поражена пороком сердца, который не позволял ей быть матерью. А она это скрыла от меня, родила троих детей и сердце свое доконала. Я узнал об этом очень поздно. Она тяжело умирала, мы девять месяцев скитались по клиникам.

- Как часто Вы приезжаете в Осетию и с кем на Юге поддерживаете связи?

- Когда работал, я каждый август считал своим долгом приезжать на родину. В Северной Осетии у меня живет младшая сестра Зиночка. А на Юг я первый раз приехал еще по зову Феликса Сергеевича Санакоева. А так у меня здесь много друзей - Алексей Маргиев, Борис Багаев, Павел Тедеев, Сергей Бетеев.

- Вы остались коммунистом?

- Я был и остался коммунистом на всю жизнь, потому что совершеннее этой идеологии нет. То, что мне навязывают воровскую демократию, я не приемлю. Правда, я убедился, что социализм надо строить чистыми руками. Воровать нельзя - ни духовно, ни материально. А у нас партия засорилась. Ее должен был возглавить не такой ренегат, как Горбачев, а настоящий, чистый человек. Коммунизм - абсолютное равенство всех - это фантазия. Но социализм - это реальная идея. Такого расслоения, как сейчас, быть не может. Какой-то Ходорковский имеет 8 млрд., а пенсионерка, которая строила страну, бедствует. А учителя, врачи… Они же стали взяточниками, потому что им не на что жить.

- Хорошо, что Вы к нам приехали, мы даже не поверили возможности пообщаться с Вами…

- Знаете, я приехал, наверное, последний раз. Скажу почему: я плохо перенес переезд через перевал. Никогда меня так не укачивало, хотя ледоколы в открытом море качает страшно. А тут у меня был гипертонический криз. Так что, если только самолетом или вертолетом прилечу, это я переношу великолепно (смеется), а так сложно.
Аватара пользователя
Иван Кукушкин
 
Сообщения: 11527
Зарегистрирован: 17 Июнь 2007 05:52
Откуда: Нижний Новгород

Кучиев Юрий Сергеевич (26.VIII.1919 - 14.XII.2005)

Сообщение Иван Кукушкин » 19 Август 2011 15:10

© «Мурманский вестник» http://www.mvestnik.ru/shwpgn.asp?pid=201108193273

Последняя воля капитана
Владимир БЛИНОВ
Опубликовано: «Мурманский вестник» от 19.08.2011

    Изображение
    Печальные события, сопровождающие уход человека из жизни, порой говорят о нем не меньше, чем сама долгая жизнь… Не раз ловил себя на мысли: как правило (и скорее всего, невольно) на похоронах родственниками все организовано так, как человек жил. Если не торопился, стремился к обстоятельности во всем, то и церемония прощания идет несуетливо, а то и аристократически красиво, к чему тоже мог быть склонен покойный. Не важно при этом, сотни людей пришли попрощаться или единицы…

    История ухода из жизни, о которой я хочу рассказать, может показаться не вписывающейся ни в какие привычные представления, но и она очень многое говорит о человеке. Тем более что этому человеку, арктическому капитану Юрию Кучиеву, выпало в жизни то, что выпадает единицам, но остается в памяти навсегда. Вот рассказ о событиях, произошедших ровно пять лет назад, 19 августа 2006 года.

И расхотелось говорить дежурные слова

Последний раз в Мурманск из Петербурга, где он и его семья жили многие годы, Юрий Сергеевич Кучиев приехал в августе 2005 года. Прославленного капитана, командовавшего первым в мире надводным судном, атомным ледоколом «Арктика», достигшим в активном плавании географической точки Северного полюса 17 августа 1977 года, в родном Мурманском пароходстве не забывали: оплачивали дорогу пенсионеру, когда в компании случались большие праздничные события, обеспечивали все достойные условия пребывания в городе. Словом, как положено. Но кто знает, чего больше приносило ветерану это подчеркнуто вежливое и участливое отношение - удовлетворения или ощущения, если можно так сказать, своей нынешней выключенности из деятельной жизни пароходства, где уже давно правят бал другие. Для большинства из них он был «живой легендой героического прошлого», к которому положено относиться почтительно. Сам капитан, всякое повидавший на своем веку, прекрасно понимал, что на другое отношение рассчитывать не надо, тем более что со многими нынешними работниками пароходства попросту не был знаком. А все-таки горько быть не у дел, хотя и прошло уже немало лет.

В первые годы после своей отставки, официальной причиной которой было ухудшение состояния здоровья, знаменитый капитан, Герой Социалистического Труда по инерции продолжал стучаться в различные двери власти. Ему верилось, что в высоких кабинетах прислушаются к нему благодаря авторитету и известности, которые еще недавно служили пропуском с надписью «Везде». Но что было по силам капитану в самых неприступных арктических льдах, в бюрократической неопределенности увязало и тонуло. А замахивался Кучиев ни много ни мало на то, чтобы добиться весомых пенсионных льгот или надбавок морякам атомного флота. И, думаю, излишне тут подчеркивать, что пекся капитан не о себе - ему, Герою и ветерану Великой Отечественной, хватало. Заботился о соратниках, о сотнях людей, которые проводили огромную часть своей жизни в отрыве от цивилизации, при этом утверждая своим делом передовое, если не сказать революционное, направление развития этой самой цивилизации. Дело требовало от них очень многого. А когда возраст заставлял сходить на берег, государство отделывалось от них минимумом - мол, на общих основаниях… Конечно, капитана вежливо принимали, выслушивали, да что толку. Жизнь вокруг уже определялась другими ценностями…

Помню одну из наших последних встреч на каком-то ресторанном праздновании очередного юбилея пароходства, где всех рассадили за столами согласно служебному ранжиру. Кучиева проводили к столу почетных ветеранов, по соседству с которым гуляли представители нашего департамента социальной политики. Как уж получилось, не знаю, но ветеранов первого ранга собралось за большим столом крайне мало, а к середине торжеств Юрий Сергеевич остался один на один с богато накрытым столом, с которого вороватый официант стянул бутылку коньяка, не особенно-то стесняясь ветерана с Золотой Звездой на кителе. Я как раз проходил мимо и подсел к капитану. «Проводи-ка меня до выхода. В гостинице мне не одиноко, с большей пользой время пройдет...» - мягко произнес Кучиев. И расхотелось говорить дежурные слова о том, что празднуется юбилей прежде всего благодаря таким, как он, и прочее.

В свой последний приезд Юрий Сергеевич принимал участие в заседании Мурманской ассоциации капитанов, проходившем во Дворце культуры имени Кирова. Президент ассоциации Анатолий Алексеевич Черепанов довез ко Дворцу на своей автомашине вместе с ним Ивана Павловича Лопатина, почти ровесника 87-летнего Кучиева. Пенсионер Лопатин когда-то был заместителем начальника пароходства по мореплаванию, дай бог ему еще здоровья и лет… Поднялись по ступенькам парадной лестницы, и вдруг Кучиев остановился: «Постоим недолго, Ваня, кто знает, может, больше не удастся…» Сказано было не от усталости или одышки, на здоровье он никогда не жаловался.

Место прощания изменить нельзя

Пришедшая утром весть о случившейся накануне, 14 декабря 2005 года, кончине Кучиева облетела атомфлот почти мгновенно. А к середине дня руководству пароходства было представлено вскрытое моряками атомного ледокола «Арктика» письмо-завещание капитана, хранившееся несколько лет в сейфе на судне. Так было предписано им самим: вскрыть после смерти. Первое, что узнали моряки: аналогичный текст завещания хранится в семье. Юридической силы не имеют ни тот, ни другой экземпляр, но из текста стало ясно: есть указания ушедшего из жизни, которые для его коллег и родных имеют куда большую силу, чем обычная нотариально заверенная воля. Судите сами.

«18 февраля 1999 года после тяжелой болезни сердца Нелли скончалась и была кремирована, - писал в завещании о своей жене Юрий Сергеевич. - Урну с ее дорогим прахом храню у себя и, когда наступит моя очередь, прошу моих друзей и соратников по атомному ледокольному флоту предать нас обоих водам Ледовитого океана по программе максимум - в районе Северного полюса или же на максимально возможной широте - на меридиане Диксона! Вы хорошо знаете, что я всегда был и остаюсь до конца романтиком и нисколько об этом не жалею! А Диксон, Ледовитый океан и Северный полюс имеют прямое отношение к нашей общей с Нинель Константиновной судьбе».

Помню, прочитав эти строки завещания, я сразу отметил для себя деликатность Юрия Сергеевича: он-то понимал, с какими хлопотами связана доставка на вершину планеты даже двух небольших керамических урн, потому и обозначил место захоронения на протяжении большого расстояния, один конец которого упирался в легкодоступный по нынешним временам прибрежный Диксон.

После обсуждения на совещании в пароходстве двух мнений не было: надо выполнить волю покойного по максимуму - хоронить у Северного полюса. Чего бы ни стоило. Капитан Кучиев того заслуживал, как никто другой уже не заслужит. Но эмоционально понятное решение моряков и их руководителей еще не вобрало в себя всех почти никому до тех пор не известных осложнений, которые появились в ходе подготовки к необычному событию на вершине планеты.

Человек так устроен…

Прежде всего, исполнение воли Кучиева откладывалось более чем на полгода. Ближайший рейс атомохода на полюс мог состояться не ранее июля 2006 года, именно тогда начинаются туристические круизы, которые на тот момент осуществлял атомный ледокол «Ямал». Но за такую отсрочку похорон и сам Юрий Сергеевич, вне всякого сомнения, не осудил бы коллег. Более того, вскоре было решено провести скорбную церемонию не в первом, а в августовском рейсе «Ямала», сроки которого совпадали с 29-й годовщиной покорения Северного полюса на атомоходе «Арктика» под командованием Кучиева. Человек так устроен, что в любых совпадениях видит какой-то скрытый символический смысл, а то и осознанно создает эти совпадения, ничего в этом предосудительного нет.

Шевельнулась тогда во мне и другая, тоже вполне допустимая мысль. В нынешние смутные времена ревизии всех ценностей прошлого самым страшным было даже не яростное отрицание каких-то из них, а забвение. Далеко ходить не надо, из разговора с молодыми моряками я чувствовал - некоторым имя Кучиева уже почти ничего не говорит. А чего тогда ждать от людей, не связанных с морем… Предстоявшее на полюсе печальное, но при том необычное событие могло привлечь внимание к личности капитана и его жизненному подвигу. Смерть не должна быть началом забвения человека, если при жизни он заслужил иное…

Оставался еще один вопрос, порождавший сомнения, которые мы были не вправе разрешить самостоятельно. Для туристов, тем более иностранных, морское путешествие на Северный полюс - это оплаченное развлечение, удовольствие. Неизвестно было, как впишется в него церемония похорон и какие потом придется нести моральные или иные потери туркомпании, арендовавшей ледокол. Августовский рейс обеспечивала московская туристическая компания «Посейдон». С письмом к ее руководителям мы и обратились, причем не скрывая своих опасений о возможных последствиях. Деталей переговоров не знаю, но, вероятно, оттого, что поступили честно, партнеры согласились пойти на риск. И что существенно, откровенный обмен мнениями о предстоящем деле подсказал ценное решение.

До начала рейса было достаточно времени, чтобы изготовить стенды передвижной выставки с фотографиями и иными свидетельствами замечательного достижения моряков в августе 1977 года. Как показала жизнь, лекции для туристов, проведенные у этого стенда по дороге к полюсу, сняли многие невольные вопросы. А вот материальные приметы предстоящей траурной церемонии мы постарались тщательно скрыть от гостей. Капитан Александр Юрьевич Лембрик выделил специальное помещение - проекционную будку в кинозале атомохода, которая уже давно утратила свое прямое назначение. До завершения траурных мероприятий на полюсе ключ от помещения, в котором хранились урны с прахом, цветы и венки, был только у меня…

В поисках решения

…Улеглась привычная морякам предотходная лихорадка, когда необходимо в считанные часы удобно и комфортабельно разместить около сотни иностранных туристов и доходчиво объяснить им правила жизни на атомном ледоколе. На следующий день с капитаном Лембриком, кстати, на сегодня рекордсменом по количеству проведенных рейсов на полюс, которыми он руководил, - более двадцати, мы обсуждали план предстоящей траурной церемонии.

У Александра Юрьевича есть одно очень ценное качество: пытаться предвидеть возможные трудности в деле, тем более в таком необычном, какое предстояло нам. Прокрутив в сознании всю церемонию, он отмел вариант, который мы предполагали: после митинга опустить урны и венки памяти с кормы ледокола в полынью, образующуюся за ним. «Представьте себе, в какую кашу превратятся венки и цветы на воде, когда после церемонии винты ледокола поднимут буруны за кормой в небольшой полынье…»

Возразить было нечего, стали отрабатывать сценарий церемонии с доставкой вертолетом части ее участников на льдину у заранее найденной полыньи. Как оказалось, решение было правильным, хотя и в нем не удалось учесть внезапно свалившиеся на нас сложности.

Доброго слова заслуживает и главный инженер-механик атомохода Александр Федорович Кузьмин. Он был одним из немногих посвященных в детали предстоявшей церемонии. И сумел упредить проблему, которая чуть не свела к краху все усилия. «А вы уверены, что урны с прахом уйдут на дно?» - встретил он нас вопросом за сутки или двое до подхода к полюсу. И оказался прав: испытания в ванной показали, что керамические урны не утратили своей плавучести. Первое поступившее предложение сразу отвергли: просверливать отверстия в сосудах слишком рискованно, вдруг растрескаются, лопнут. Сам же Кузьмин нашел выход: судовые мастера изготовили тяжелые свинцовые грузы, которые были прочно прикреплены к днищам обеих урн. Теперь у нас не было сомнений, что они опустятся на дно, пройдя сквозь четырехкилометровую толщу воды в районе Северного полюса.

Это нас объединило

Этот день запомнился многим, кто находился в рейсе на борту атомного ледокола «Ямал». Отшумело традиционное веселье с танцами-хороводами туристов, барбекю прямо на льдине и купанием самых отчаянных в полынье за кормой атомохода. Как принято все годы, по завершении праздника посещения Северного полюса матросы экипажа «Ямала» убрали со льда весь мусор вплоть до последней бумажки, и ледокол тронулся, дав прощальный гудок. Митинг памяти Юрия и Нинель Кучиевых было намечено провести четырьмя-пятью часами позже, когда настроения и впечатления гостей улягутся и ночное время будет не за горами. А ночь в Арктике в это время еще светлая…

Капитан Лембрик хотел вернуть ледокол назад, к самому полюсу, но мы его отговорили. Гораздо важнее было выбрать подходящую полынью для окончания траурной церемонии, ведь снежное поле у вершины планеты напоминало затопленное вешними водами болото. Среди белой глади там и тут чернели бездонные озерца соленой воды Ледовитого океана. С борта не оценишь, надежны ли берега этих озерец.

Ледокол остановился, когда на верхней открытой палубе уже собрались участники церемонии. И тут стихия взбунтовалась. Мрачно светило закатное солнце, ветер стремительно натаскивал и рвал на части черные облака. Напор его усилился настолько, что было невозможно удержать в руках листки с текстом программы церемонии, пришлось торопливо впихивать их в прозрачную пластиковую папку.

Все главное о капитане Кучиеве в эти считанные минуты, казавшиеся вечностью, было сказано, звучали даже стихи… Наконец прогремели залпы оружейного салюта, и молодые крепкие мужики, помощники капитана, направились впереди процессии, неся хрупкие урны. В голове у меня было одно заклинание: только бы не споткнулись, ведь ураганный ветер вырвал у кого-то из рук венок… Позже мы узнали, что он достигал 32 метров в секунду, но тогда не об этом думалось.

Около раскрытой двери вертолета Ми-8 ко мне подошли двое иностранцев и на английском выразили желание участвовать в завершении церемонии, помочь, если будет надо… Список летевших к полынье был заранее утвержден, рисковать лишними людьми никто не давал права. И все же отказать не поворачивался язык. Незнакомые люди в ярко-алых туристических куртках искренне разделяли боль нашей утраты, не стесняясь, молились, когда шел митинг памяти. Только теперь я понял, насколько напрасными были наши опасения до начала рейса. То, что произошло, объединило нас, людей, независимо от национальности…

Во глубине студеных вод

Короткий полет длился от силы минуту-полторы. Вертолет плавно снизился к заснеженной поляне, но выпускать пассажиров летчики не торопились. Длинным багром, спущенным из зависшего вертолета, пробивали поверхность снега, нащупывая под ним лед. Тверди не оказалось. Снова взлет, визуальная оценка покрова и упирающийся в снег багор…

Вторая попытка оказалась успешной. Вперед пошли самые крепкие парни с 45-м, а то и больше размером сапог. По протоптанной дорожке за ними двинулись к полынье другие. Оставались считанные метры до уплотненной площадки на краю, когда наст стремительно просел под ногами дочери Кучиевых Татьяны, казавшейся миниатюрно крошечной среди широкоплечих мужчин. Сильные руки мгновенно подхватили ее и вынесли на твердь.

Дальнейшее происходило мгновения: урны с прахом быстро скрылись в загадочно-черной глубине, заалели на поверхности гвоздики, за ними легли на воду венки и спустя мгновение ушли под воду. Все-таки одного мы не учли: искусственная хвоя, соединенная проволокой, имела отрицательную плавучесть…

После завершения церемонии прощания стихия, как по команде, усмирилась. Ветер теперь уже вяло шевелил государственный флаг России на корме ледокола, словно бы давая нам понять, что больше не будет никого испытывать. Прах выдающегося капитана ушедшего ХХ века и его супруги навсегда обрел покой в студеных глубинах Северного Ледовитого океана.

Прошло пять лет...

…Этот рассказ неожиданно дописала сама жизнь. На днях заместитель генерального директора по эксплуатации флота ФГУП «Атомфлот» Андрей Смирнов показал мне радиограмму капитана атомохода «Таймыр» Александра Скрябина. Приведу выдержки из нее:

«Проходя вчера проливом Вилькицкого восточнее мыса Неупокоева, обратил внимание на четкий рельефный силуэт горы Герасимова с ледником Кропоткина на склоне. У подножия горы бухта Нимф прикрыта БЕЗЫМЯННЫМ обрывистым мысом с изящным овальным контуром в горизонтальной проекции… Есть предложение увековечить память о легендарном арктическом капитане КУЧИЕВЕ Ю. С., назвав его именем этот мыс. И место вроде удачное - в самом судоходном проливе на трассе СМП. «Горному орлу» Юрию Сергеевичу место точно понравилось бы!»

Это, кстати, не первое предложение об увековечении имени Кучиева на карте Арктики. Несколько лет назад, когда на острове Нордбрук архипелага Земля Франца-Иосифа был открыт пролив и стало ясно, что не один, а два острова расположены здесь, кто-то предлагал «половинку» назвать именем Кучиева. Кому как, а мне эта идея менее симпатична, чем выдвинутая Скрябиным.

Впрочем, список предложений об увековечении памяти легендарного капитана не ограничивается только Арктикой. В Санкт-Петербурге одно время шла целая кампания по установке мемориальной доски на доме, где жил Юрий Сергеевич, предпринятая его земляками из Северной Осетии. Но она, к сожалению, так ничем до сих пор и не завершилась. Отчего, не знаю.

Увы, ничто не напоминает о капитане и в Мурманске. Разве только выведенный из строя атомный ледокол «Арктика», который на базе атомного флота дожидается печальной и неизбежной кончины - разрезки «на иголки» и полной утилизации.

Вот и подумалось: а может, стоит всем нам добиться решения, чтобы увековечить память о легендарном рейсе на Северный полюс атомного ледокола «Арктика» и его капитане по соседству с местом мемориальной стоянки атомного ледокола «Ленин» у морского вокзала? Этот прославивший нашу страну рейс начинался из Мурманска, который все чаще теперь называют воротами в Арктику. Нашли же возможность поставить в городе памятник первопроходцу-полярнику Ивану Дмитриевичу Папанину, а ведь Кучиев из тех, кто достойно продолжал его дело.
Аватара пользователя
Иван Кукушкин
 
Сообщения: 11527
Зарегистрирован: 17 Июнь 2007 05:52
Откуда: Нижний Новгород

Захарова Т.М. Горный орёл: о капитане атомохода "Арктика"

Сообщение Иван Кукушкин » 12 Март 2012 21:43

 kuchiev-052.jpg
Захарова, Т.М. Горный орел : [о капитане атомохода "Арктика"] / Т.М.Захарова. - Санкт-Петербург : Береста, 2006. - 100 с.
ISBN-5-98052-106-2

:": В этой небольшой книге коротко рассказано об одном из моих товарищей по дружной плеяде Героев Социалистического Труда города Ленинграда (Санкт-Петербурга) и Ленинградской области капитане атомохода «Арктика» Кучиеве Ю.С., с учетом его пожелание не искажать ни его политические взгляды, ни профессиональные, ни чисто человеческие.

«Я такой, какой есть», - четко и твердо заявил он мне. И я стараюсь представить его объективно, с учетом положительных и отрицательных качеств, которые он сам не скрывает.

Основной материал Юрий Сергеевич внимательно прочитал и дал «добро» на его жизнь. Но финансовые трудности не позволили мне издать этот материал при его жизни. Однако и сейчас я не могу напечатать по той же причине. Поэтому отдаю этот рассказ его близким и друзьям, которые, возможно выпустят его в жизнь.

Искренне благодарна всем замечательным людям, кто помог в сборе материалов, воспоминаний об этом выдающемся человеке.

Особая благодарность Героям Социалистического Труда: Емельянову Владимиру Александровичу, Ламехову Анатолию Алексеевичу, Корнилову Николаю Александровичу, Шершневу Виктору Ниловичу и одному из родственников - Хетагурову Казбеку Михайловичу.

Жизненный путь Кучеева Ю.С. - путь беззаветного служения своему отечеству и народу.


Захарова-Горный_орел.pdf [34.75 МБ Скачиваний: 133]
Захарова-Горный_орел_2006.txt [132.97 КБ Скачиваний: 112]
Аватара пользователя
Иван Кукушкин
 
Сообщения: 11527
Зарегистрирован: 17 Июнь 2007 05:52
Откуда: Нижний Новгород

Кучиев Юрий Сергеевич (26.VIII.1919 - 14.XII.2005)

Сообщение Юрий Клименко » 12 Март 2012 22:57

Большой был человек!Мне довелось узнать Юрия Сергеевича в роли преподавателя ЛВИМУ им.адм.С.О.Макарова в 1978 году.Я тогда готовился в старпомы Севморпароходства и проходил курсы повышения квалификации на кафедре судовождения Макаровки. Ю.Кучиев временно был "не у руля" "Арктики" и был приглашён на наши курсы для чтения нескольких лекций по судовождению в Арктике.Мы,уже хоть и молодые,но с некоторым опытом штурмана,всё равно, открыв рты, внимали учению Полярного Капитана и Героя Арктики.Простота общения с молодой порослью нас просто завораживала!

Бесценные советы Капитана Кучиева по плаванию во льдах,вероятно,помогли в дальнейшем всем штурманам "той группы" слушателей обойтись без серьёзных заморочек на трассе Севморпути :) .
Любопытно,что судьба сводила меня и с капитаном Хетагуровым, уже работая на судостроительном заводе.
Юрий Клименко
 
Сообщения: 1208
Зарегистрирован: 07 Январь 2012 00:04

Кучиев Юрий Сергеевич (26.VIII.1919 - 14.XII.2005)

Сообщение Igor3313 » 31 Август 2012 13:35

http://www.pravda.ru/society/fashion/mo ... kuchiev-0/

Под "Арктикой" гуляла подлодка
29.08.2012

26 августа исполнилось бы 93 года легендарному полярнику Юрию Сергеевичу Кучиеву, капитану ледокола "Арктика", который первым в мире из надводных судов достиг Северного полюса. В его биографии немало и других славных строк. "Правда.Ру" располагает информацией о малоизвестном факте: оказывается, "Арктику" к полюсу сопровождала наша атомная подлодка!

Юрий Сергеевич Кучиев родился 26 августа 1919 в ауле Тиб ныне Алагирского района Северной Осетии. Осетины по праву гордятся своим знаменитым земляком. Его именем названа одна из школ Владикавказа, а в республиканском музее капитану Кучиеву посвящена интересная экспозиция.

В 1938 году он с отличием окончил среднюю школу в Орджоникизе. Отец его Сергей Кучиев был народным комиссаром земледелия Северной Осетии, старым коммунистом. Он был репрессирован в конце 1930-х годов, позже реабилитирован. Однако клеймо сына врага народа разрушило заветную мечту Юрия Кучиева о карьере военного летчика. Но о том, что стал моряком-полярником, он не жалел никогда.

В 1941 году Кучиев был зачислен матросом на буксир "Василий Молоков" порта Диксон. В годы Великой Отечественной плавал в составе конвоев Северного флота. К концу войны окончил курсы штурманов, потом заочно — Ленинградское высшее инженерное морское училище имени адмирала Макарова. С 1944-го по 1962 год он — помощник капитана ледоколов "Ермак", "Малыгин", "Сибиряков", "Илья Муромец", "Красин".

С 1962 по 1971 годы Юрий Кучиев — капитан ледоколов "Мурманск", "Киев", дублер капитана первого в мире атомного ледокола "Ленин", а с 1964 — капитан этого ледокола. С 1971 года капитан атомного ледокола "Арктика". Звание Героя Социалистического Труда присвоено капитану Кучиеву именно за поход к Северному полюсу, о котором недавно писала "Правда.Ру".

17 августа 1977 года атомный ледокол "Арктика" первым в мире в надводном плавании достиг этой точки планеты. Этот рекорд, принесший заслуженную всемирную славу не только отечественному морскому флоту, но и всей нашей державе, иностранцами был повторен лишь спустя 14 лет — 7 сентября 1991 года.

Сбылись пророческие слова известного русского флотоводца и ученого, одного из создателей первого в мире линейного ледокола "Ермак" вице-адмирала Степана Осиповича Макарова. Еще в далеком 1892 году в своей докладной Морскому министерству он писал: "При содействии ледокола можно не только провести торговые суда в Арктике, но и достичь Северного полюса, к которому так стремилось человечество".

А легендарный полярный капитан ушел из жизни в 2005 году, работая до последних своих дней. Согласно завещанию Юрия Кучиева, его прах и прах его ушедшей из жизни в 1999 году жены торжественно преданы морю в районе Северного полюса командой атомного ледокола "Ямал" 19 августа 2006 года…

И есть в славной истории капитана Кучиева страницы, которые почти не известны большинству российских читателей. Оказывается, все время экспедиции к Северному полюсу ледокол "Арктика" под водой, под толстым слоем льда, сопровождала советская торпедная атомная подводная лодка проекта 671 "Ерш" с оперативно-тактическим номером К-438.

Самое интересное, что на борту "Арктики" знали об этом только капитан Юрий Кучиев и еще два-три человека, по долгу службы имевшие дело с приборами гидроакустики. А на борту подлодки, которой командовал капитан I ранга Алексей Коржев, о целях длительного подводного маневрирования знали только сам командир, да еще герой Советского Союза капитан I ранга Валентин Соколов, который тогда исполнял обязанности заместителя командира дивизии и был старшим на борту во время плавания.

А цель была непроста. Это длительное подледное плавание с выходом в точку Северного полюса и посвященное (как тогда было принято) очередной юбилейной дате, 60-летию Великой Октябрьской социалистической революции, имело главной задачей обеспечить… покорение полюса атомным ледоколом "Арктика"!

Об этом рассказывает "Правде.Ру" член того экипажа К-438, ныне капитан I ранга в отставке, почетный ветеран Северного флота Виктор Семенович Лопарев:

"Тогда я был достаточно молодым офицером и, находясь в том памятном плавании, конечно, не знал, с какой целью мы так долго, целый месяц, ходим под водой разными курсами — ведь лодка установила абсолютный рекорд пребывания подо льдами. Все было строго засекречено. Лишь через несколько лет я услышал полную правду о том плавании от нашего замкомдива Валентина Соколова.

Итак, наша лодка имела целью находиться под водой, точнее, подо льдами вблизи от ледокола "Арктика", который пробивался к полюсу через льды. Мы как бы охраняли ледокол от возможных "неприятностей" — это был первый такой поход надводного судна, и неизвестно, что его могло ждать.

В случае аварийных происшествий на борту ледокола мы должны были всплыть и оказать ему помощь. Для "пробивания" толстенных льдов, толщина которых в отдельных местах доходила до трех метров, у нас на борту были две специальные торпеды.


Дело в том, что этот поход был, так сказать, политическим — в 1977 году отмечалось 60-летие Великого Октября, и никаких сбоев в плавании "Арктики" допустить было нельзя. Во времена СССР все великие рекорды обязательно посвящались каким-нибудь политическим делам…

К счастью, ни торпедами не пришлось стрелять, ни всплывать. Ледокол достиг Северного полюса успешно, гражданские моряки и ученые установили там флаг, а на дно океана опустили специальную памятную плиту".


На полюс подводная лодка пришла днем раньше ледокола, 16 августа, и два дня выполняла геофизические работы в приполюсном районе. Лодка всплыла в чистой воде лишь 1 сентября, почти через две недели после покорения капитаном Юрием Кучиевым и его "Арктикой" Северного полюса…

Андрей Михайлов
Igor3313
 
Сообщения: 84
Зарегистрирован: 02 Март 2012 20:10

Кучиев Юрий Сергеевич (26.VIII.1919 - 14.XII.2005)

Сообщение Иван Кукушкин » 31 Август 2012 13:39

Аватара пользователя
Иван Кукушкин
 
Сообщения: 11527
Зарегистрирован: 17 Июнь 2007 05:52
Откуда: Нижний Новгород

Кучиев Юрий Сергеевич (26.VIII.1919 - 14.XII.2005)

Сообщение Иван Кукушкин » 08 Май 2014 14:55

http://www.ossetia.tv/2014/05/pamyat-ge ... oj-osetii/

Память героев Советского Союза увековечили в Северной Осетии
В Алагире открыли памятники Василию Шамшурину и Юрию Кучиеву.
07.05.2014 // 19:27

Внучатая племянница Героя Советского Союза Василия Шамшурина — Светлана Копотева в Осетию прилетела специально к дню открытия памятника своего дяди. Она приехала из Удмуртии. О его доблестном подвиге знают почти в каждом уголке России. В ноябре 42-го, в небе над Дзуарикау был подбит самолет-истребитель, за штурвалом – 22-летний Шамшурин. Летчику приказали вернуться на аэродром, но бесстрашный солдат направил боевую машину в самое военное пекло. К сожалению, выжить Василию Шамшурину не удалось. Звание Героя Советского Союза, летчику дали посмертно.

Светлана Копотева, внучатая племянница Героя Советского Союза Василия Шамшурина: «Сегодня я счастлива, что стою на этой земле. Она для меня священная, так как 22 года — это совсем молодой возраст. 22 года Василия растила Киясовская земля в Удмуртии. 70 лет он покоится на осетинской земле. Спасибо огромное руководству Алагирского района, за то, что с почестями относятся к нашему земляку».

Сегодня в Алагире, открыли еще один памятник — нашему земляку, капитану-полярнику Юрию Кучиеву. Звание Героя СССР было присвоено за поход к Северному полюсу. В августе 77 года атомный ледокол «Арктика» первым достиг этой точки.

Хатуна Макиева, учитель английского языка 3-ей Алагирской школы: «Мы сегодня пришли, чтобы почтить память великих людей, которые очень много сделали для нашей победы. Хочу выразить большую благодарность нашим ветеранам, пожелать им здоровья. Хочу сказать нашей молодежи, чтобы они равнялись на наших ветеранов».

Аллея Героев в Алагире появилась еще в прошлом году. Здесь установили бюст Герою Советского Союза, генералу армии Георгию Хетагурову. В ближайшее время на Аллее увековечат память еще нескольких отважных красноармейцев.

Ossetia.tv-Рая Дзантиева
Аватара пользователя
Иван Кукушкин
 
Сообщения: 11527
Зарегистрирован: 17 Июнь 2007 05:52
Откуда: Нижний Новгород

Кучиев Юрий Сергеевич (26.VIII.1919 - 14.XII.2005)

Сообщение Иван Кукушкин » 16 Август 2014 18:46

 kuchiev-TASS-Maisterman.jpg
Капитан атомного ледокола «Арктика» Юрий Кучиев/ Фотохроника ТАСС/ Семен Майстерман
Аватара пользователя
Иван Кукушкин
 
Сообщения: 11527
Зарегистрирован: 17 Июнь 2007 05:52
Откуда: Нижний Новгород


Вернуться в Персоналии



Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

Керамическая плитка Нижний НовгородПластиковые ПВХ панели Нижний НовгородБиотуалеты Нижний НовгородМинеральные удобрения