"Декабрист", грузовой пароход

Списки личного состава, документы, описания судов и кораблей.
Изображение
31 июля 2012 года исключен из Регистровой книги судов и готовится к утилизации атомный ледокол «Арктика».
Стоимость проекта уничтожения "Арктики" оценивается почти в два миллиарда рублей.
Мы выступаем с немыслимой для любого бюрократа идеей:
потратить эти деньги не на распиливание «Арктики», а на её сохранение в качестве музея.

Мы собираем подписи тех, кто знает «Арктику» и гордится ею.
Мы собираем голоса тех, кто не знает «Арктику», но хочет на ней побывать.
Мы собираем Ваши голоса:
http://arktika.polarpost.ru

Изображение Livejournal
Изображение Twitter
Изображение Facebook
Изображение группа "В контакте"
Изображение "Одноклассники"

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение [ Леспромхоз ] » 05 Февраль 2012 08:43

 f223_1.jpg
 f223_2.jpg
Декабрист (1) (Анадырь)
Пароход грузовой
Год постройки: 1904 г.
Место постройки: Англия
Грузовместимость GT (gross tonnage): 7363
В ДВМП: 1940-1942 гг.
Судно было передано из Черноморского государственного морского пароходства.
Участник Полярных конвоев в Великую Отечественную войну: PQ-6, QP-5, одиночный рейс.
В 1942 году торпедировано на пути в Мурманск.
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение [ Леспромхоз ] » 05 Февраль 2012 08:49

Пароход "Декабрист"
 508.jpg
 509.jpg

Торпедирован осенью 1942 года в Баренцевом море в 60 милях к югу от о. Надежды. Из 80 членов экипажа только 19 добрались до необитаемого арктического о. Надежды. Шестнадцать моряков из девятнадцати, не выдержав ранений, голода, холода, болезней, погибли; фамилии 8 погибших не установлены.
В год 30-летия Великой Победы над гитлеровской Германией состоялось открытие памятника на о. Надежды. На плите золотом выгравированы слова: "Морякам советского парохода "Декабрист", героически погибшим в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками. 1942 год". В нише замурована шкатулка с землей Родины.


    1 Эбелинг Владимир Николаевич, старший помощник, погиб при торпедировании.
    2 Корсетов Петр Ильич, 1-й помощник капитана, погиб на о. Надежды.
    3 Тедеев Владимир Ильич, 1916, 2-й помощник капитана, погиб при торпедировании.
    4 Третицин В. И., 3-й помощник капитана.
    5 Клевцев Иван Михайлович, 1904, страший механик, погиб на о. Надежды.
    6 Крыжановский Федор Григорьевич, 2-й механик, погиб на о. Надежды.
    7 Буренков Филипп Анисимович, 1897, 3-й механик, погиб при торпедировании.
    8 Зобнин Василий Степанович, 4-й механик.
    9 Щербаков Борис Митрофанович, 1915, радист, погиб на о. Надежды.
    10 Долгалев Иван Сергеевич, 1912, электрик, погиб при торпедировании.
    11 Матвейчук Максим Акимович, 1920, токарь, погиб при торпедировании.
    12 Петров-Старикович Александр Игнатьевич, 1909, боцман, погиб на о. Надежды.
    13 Слюсарь Степан Петрович, 1909, старший матрос, погиб при торпедировании.
    14 Сошников Иннокентий Сергеевич, 1904, матрос, погиб при торпедировании.
    15 Жилин Василий Павлович, 1913, матрос, погиб при торпедировании.
    16 Фомин Василий Иванович, 1912, матрос, погиб при торпедировании.
    17 Фомин Павел Иванович, 1912, матрос, погиб при торпедировании.
    18 Двуреченский Василий Федорович, матрос, погиб на о. Надежды.
    19 Скворцов Константин Георгиевич, 1916, матрос, погиб при торпедировании.
    20 Альшевский Дмитрий Анисимович, 1917, матрос, погиб при торпедировании.
    21 Федоров Александр Семенович, 1913, матрос, погиб на о. Надежды.
    22 Смирнов Григорий Константинович, 1915, матрос, погиб при торпедировании.
    23 Струков Алексей Васильевич, 1909, матрос, погиб при торпедировании.
    24 Маскаленко Пантелей Поликарпович, матрос, погиб при торпедировании.
    25 Русяев Александр Иванович, 1910, машинист, погиб при торпедировании.
    26 Рыбальский Дмитрий Дмитриевич, 1915, машинист, погиб при торпедировании.
    27 Шуравский Анатолий Кузьмич, 1909, машинист, погиб при торпедировании.
    28 Кривошей Сергей Яковлевич, 1914, машинист, погиб при торпедировании.
    29 Ефименко Владимир Васильевич, 1911, погиб при торпедировании.
    30 Петрошенко Георгий Кузьмич, 1913, машинист, погиб при торпедировании.
    31 Ткаченко Владимир Денисович, 1918, машинист, погиб при торпедировании.
    32 Гребеник Владимир Алексеевич, 1923, машинист, погиб при торпедировании.
    33 Иванов Николай Федорович, 1904, старший кочегар, погиб на о. Надежды.
    34 Климов Иван Митрофанович, 1913, старший кочегар, погиб при торпедировании.
    35 Никулин Степан Александрович, 1908, старший кочегар, погиб при торпедирован
    36 Герасимов Иван Дмитриевич, 1914, кочегар, погиб при торпедировании.
    37 Музалев Иван Васильевич, 1914, кочегар, погиб при торпедировании.
    38 Миленчук Филипп Григорьевич, 1911, кочегар, погиб при торпедировании.
    39 Попов Федор Дорофеевич, 1915, кочегар, погиб при торпедировании.
    40 Мусиенко Василий Дмитриевич, кочегар, погиб при торпедировании.
    41 Щербаков Прокофий Федосеевич, 1913, кочегар, погиб при торпедировании.
    42 Микулинский Франц Иванович, 1915, кочегар, погиб при торпедировании.
    43 Поздняков Василий Дмитриевич, 1904, кочегар, погиб при торпедировании.
    44 Шевченко Василий Петрович, 1909, кочегар, погиб при торпедировании.
    45 Петруша Григорий Пименович, 1915, погиб при торпедировании.
    46 Тараев Николай Афанасьевич, 1913, кочегар, погиб на о. Надежды.
    47 Плисовский Владимир Николаевич, 1916, кочегар, погиб при торпедировании.
    48 Алексеевич Михаил Филиппович, 1916, кочегар, погиб при торпедировании.
    49 Фадулаев Михаил Петрович, 1911, кочегар, погиб при торпедировании.
    50 Шанин Николай Иванович, 1916, кочегар, погиб при торпедировании.
    51 Терентьев Петр Николаевич, 1913, погиб при торпедировании.
    52 Коржевский Анатолий Александрович, 1918, погиб при торпедировании.
    53 Сильванюк Алексей Павлович, кочегар, погиб при торпедировании.
    54 Кондрашкин Алексей Михайлович, 1917, кочегар, погиб при торпедировании.
    55 Омельченко Николай Гурьевич, 1923, кочегар, погиб при торпедировании.
    56 Харьков Борис Антонович, кочегар, погиб на о. Надежды.
    57 Ефимов Николай Андреевич, кочегар, погиб при торпедировании.
    58 Танасов Максим Филиппович, кочегар, погиб при торпедировании.
    59 Медведев Карл Трофимович, 1897, старший повар, погиб при торпедировании.
    60 Попов Андрей Григорьевич, 1916, кок, погиб при торпедировании.
    61 Новиков Влас Архипович, 1913, пекарь, погиб на о. Надежды.
    62 Труфанов Михаил Яковлевич, дневальный, погиб при торпедировании.
    63 Андронов Михаил Федорович, уборщик, погиб при торпедировании.
    64 Третьяков, помощник капитана по военной части, погиб на о. Надежды.
    65 Космовский, краснофлотец, погиб на о. Надежды. (см.ссылку - более точные данные)
    66 Прутков, краснофлотец, погиб на о. Надежды.
    67 Лобанов П., краснофлотец, погиб на о. Надежды.
    68 Каменский, краснофлотец, погиб на о. Надежды.
    69 Делюк, кочегар, погиб при торпедировании.


Книга памяти Приморского края. том 3. стр.508-509.
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение [ Леспромхоз ] » 05 Февраль 2012 08:59

Из истории полярных конвоев
http://famouspeople.ucoz.ru/texts/konvoi.doc

«Робинзоны» с острова Надежды

Во время Великой отечественной войны, с августа 1941г. до июня 1945 г. по договоренности между Советским Союзом, США и Великобританией была организована доставка военных и хозяйственных грузов из американских и английских портов в СССР. Из трех путей доставки наиболее коротким был северный, который проходил через Исландию и далее Баренцевым морем в порты Архангельск и Мурманск.
Транспортные суда группировались по нескольку десятков и сопровождались английскими и американскими военными кораблями. Такие соединения именовались конвоями. Корабли эскорта в наших прибрежных водах передавали транспорты под охрану боевых кораблей, подводных лодок и авиации советского Северного флота.
На обратном пути из Мурманска и Архангельска суда доставляли союзникам металлическую руду, пиломатериалы и другие грузы.
Всего за обозначенный период прошли от союзников 42 конвоя и в обратном направлении –37. Всего союзники потеряли в этих операциях от немецких подводных лодок и авиации 90 судов, погибли 5600 моряков. Советский транспортный флот потерял 27 судов и более 100 членов экипажей.

В связи с разгромом фашистами конвоя PQ-17 (июнь, июль 1942) и большими потерями в конвое PQ-18 (август 1942) союзники временно прекратили отправку новых конвоев. Поэтому решено было посылать транспорты в одиночку, без непосредственного охранения. В августе успешно пришли из Исландии пароходы «Беломорканал» и «Фридрих Энгельс». 26 октября вышел из Исландии пароход «Декабрист».
Это был не первый его рейс. В декабре судно пришло в Мурманск с грузами от союзников. Пришло без охраны и конвоя, без огней и радио «Декабрист миновал минные поля, обошел немецкие подводные лодки, их завесы. Уже в советских территориальных водах, в сумерках полярной ночи пароход догнали фашистские бомбардировщики. Снизившись до предела, они стали сыпать бомбы на практически безоружное и обледенелое судно. Но, как говорил потом капитан С.П.Беляев, судьба хранила их в тот раз до конца. Большинство бомб упало в море, а те, что попали в пароход, не взорвались. Причем, одна из бомб сорвала крышки у нескольких бочек с бензином, стоящих на палубе, а другая пробила верхнюю палубу и застряла в нижних переборках. Вот с такой начинкой и подошел «Декабрист» к причалу под разгрузку. Это был первый советский транспорт, пришедший в Мурманск с грузами по ленд-лизу.

4 ноября 1942 года судно было атаковано гитлеровскими бомбардировщиками и торпедоносцами в точке Ш=75°30′, Д=27°10′, в 260 милях к северу от мыса Нордкап. Экипаж мужественно отразил свыше десяти ожесточенных атак торпедоносцев и бомбардировщиков. Но одна из торпед смертельно поразила пароход.
Вот как описывал эти события в своем дневнике капитан «Декабриста» Степан Поликарпович Беляев: «Приближаемся к меридиану острова Надежды. Радист Щербаков
Принял радиограмму: впереди нас по курсу английский пароход атакован фашистскими самолетами. Повернули на 80 градусов. Увеличили ход до максимального. Пошли на север с расчетом укрыться во мраке полярной ночи. На горизонте с правого борта показались три самолета, летят низко над водой, торпедоносцы…
Меняем курс, уклоняемся, бьем из всех огневых средств. Атака следует за атакой. Безрезультатно сбросив торпеды, самолеты улетают в сторону Норвегии. Под облаками видим новые – бомбардировщики, еще торпедоносцы. Выпустили удачно над палубой ракету с парашютом на тонкой проволоке, помещали фашисту точно спикировать. Водяные столбы поднялись за кормой. Но у нас носовое орудие потеряло вращение. Заклинило скорострельные пушки на спардеке. Израсходованы ленты и диски для пулеметов и зенитных пушек. К зарядчикам приставили еще несколько человек. Никто не трусит, не обращает внимание на грохот, взрывы, вой осколков.

По распоряжению капитана радист Щербаков начал передавать сигналы бедствия.
Первым их услышал начальник радиостанции парохода «Ванцетти».
Вот текст этой радиограммы: «12 часов 45 минут SOS…SOS… SOS УЗИМ. Торпедированы в широте 75 градусов 30 минут, долготе 27 градусов 30 минут в 10 часов 50 минут по Гринвичу. Кто слышит меня, отвечайте. Погружаемся.

А между тем, согласно законам военного времени, отвечать на призывы было категорически запрещено, чтобы судно не выдало свое местонахождение и другие суда, находящиеся в данном районе.

В 17 часов 35 минут рация «Декабриста сообщила «Крен увеличился…в машине вода».
Через полтора часа пришла еще одна радиограмма «Судно тонет, собираемся высаживаться в шлюпки»…
В это время береговая станция Амдерма сообщила о получении радиограммы о торпедировании «Декабриста» в указанных координатах. Сообщение подтвердили радиостанции Диксона и Нарьян-Мара.
В 21 час 51 минуту радист «Декабриста» сообщил: «Медленно погружаемся, крен увеличивается. Левые котлы потушены. Команда приготовлена садиться в шлюпки».
В 22 часа 40 минут на «Ванцетти» приняли последнюю радиограмму: « Судно тонет. Команда садится в шлюпки. Работаю последний раз. Ухожу в шлюпку. Спасите нас».

А между тем, все это время команда отражала налеты вражеской авиации и боролась за живучесть, направляя судно к берегу.
Вот как капитан С.П.Беляев вспоминал эти события;
«Мы отразили девять атак торпедоносцев и две – бомбардировщиков. Ещё одна стала роковой. Фашисты осмелели, заметили меньшую силу нашего огня и с близкого расстояния ударили без промаха. Торпеда попала в форпик у самого форштевня. Это произошло в 12 часов 10 минут…»
«Команда долго боролась за живучесть судна. Боцман Петров-Старикович и матрос Фомин, стоя по шею в холодной воде, закрыли пластырем пробоину. А вода заливала котлы. Пришлось остановить машину. Пароход накренило, вот-вот мог перевернуться. Отдал команду: спустить шлюпки».
«Декабрист» стал медленно погружаться , имея большой крен. Команда успела пересесть в 4 шлюпки.

Следует сказать, что по советским официальным источникам транспорт потоплен немецкой подводной лодкой, а немецкие источники утверждают, что он потоплен торпедоносцем Ю-88 (U-88). Капитан в своих воспоминаниях подтвердил данный факт.

Поиск спасшихся моряков было приказано производить подводным лодкам Северного флота С-101 и С-102 в районе, ограниченном параллелями 76°02′ и 75°15′, меридианами 25°00′ и 30°00′. Подводной лодке С-101, находившейся в данном районе с задачей прикрытия и оказания помощи одиночно следующим транспортам, 4 ноября в 16 часов 10 минут было приказано идти к месту аварии транспорта «Декабрист».
Предварительно с лодки поступил доклад о том, что с 12 часов 06 минут до 15 часов 30 минут были слышны взрывы бомб на далеком расстоянии. В 23 часа 42 минуты лодка прибыла в указанную точку, но транспорта не обнаружила.
5 ноября командир С-101 доложил, что поиск шлюпок с затопленного транспорта оказался безрезультатен; и 15 ноября лодка вернулась с позиции в базу.

По воспоминаниям судового врача Надежды Наталич, шторм разбросал шлюпки в разные стороны. В шлюпке, где находился капитан судна Беляев С.П. вышел из строя компас. Воды не хватало. Сначала пили по 100 граммов, потом по пятьдесят. Потом стали пить по 5 граммов лишь смочить губы и язык.
На десятые сутки встретили шлюпку третьего помощника капитана, там уже были полумертвецы. Несколько часов шли вместе, но шторм унёс их неизвестно куда.
На четырнадцатые сутки на юге открылся остров – невысокие холмы, покрытые снегом. Но берега такие, что там, где глубина позволяла подойти, – высокие скалы. А у низменного берега – мелко. Помог большой накат. Шлюпку подняла волна и выбросила на берег. Люди перевалились через борт, пошатываются, идут к снегу, пригоршнями хватают его. Падали в забытьи, вставали и снова падали. Особенно плохое состояние было у капитана. Все вещи из шлюпки забрали, но не успели взять самое главное – консервы и сухари. Поставили палатку из парусов, но её сорвало ветром и капитан дал команду искать другое убежище.

Разбились на три группы. Одни ушли на север, другие на юг, а третьи, самые слабые, остались у костра и я с ними. Помполит Корсетов и второй механик Крыжановский, которые пошли к югу, натолкнулись на разлив. Очистили от снега канаву и сидели в ней.

Когда начался буран, вспоминала Наталич, меня отбросило на несколько шагов, со мной была кошка с парохода, и нас с ней занесло снегом.
С северной стороны острова пришли два матроса Двуреченский и Бородин и обнаружили у потухшего костра 11 занесённых снегом трупов. Бородин увидел недалеко отдельный холмик и стал звать меня, но я крепко спала. А вот кошка стала мяукать, и Бородин раскопал меня.
Недалеко нашли второго механика и радиста, стали звать с собой, но они отказались идти, говорят, всё равно погибать. Осталось нас 8 человек, которые побрели в поисках убежища. Нам повезло – наткнулись на старый сарайчик. Там были чугунная печка без трубы, двухъярусные нары. Стены такие прогнившие, что можно сквозь щели руку просунуть. Пол покрыт льдом, окно забито досками.
Топили лучинками. Дрова собирать не могли, но всё теплее, чем на улице.
Хотели пойти искать Щербакова и Крыжановского, но начался буран. Погода всё время была плохой, сильный ветер и густой снег. Всё-таки несколько моряков пошли искать забытое в шлюпке продовольствие. Через несколько дней удалось откопать сухари и консервы. Вначале сварили из сухарей баланду. Мы не знали, где находимся, а люди уходили один за другим.
У Новикова – двустороннее воспаление лёгких, матрос Смирнов умер от обморожения последней степени. Один раз нашли муку и бочонок масла. Радость! Но она сменилась горем – два человека умерли.
Остались в живых только четыре человека: капитан, судовой медик Надежда Наталич, матросы Бородин и Лобанов. Оружие у нас было такое: топор и винтовка с двумя патронами. Нам все больше досаждали медведи. Капитан перочинным ножом сделал отверстие в двери и удачным выстрелом убил медведя. Теперь на некоторое время было мясо, жир для поддержания огня и защита от холода – шкура.
После долгой полярной ночи пошли Лобанов и Бородин на юг. Обнаружили домик и лодку-плоскодонку. На другой день пошёл и капитан, осмотрел лодку и сказал, что её можно отремонтировать, также, что она может вместить четырёх человек.

Однажды над островом пролетел самолет. Летчики выбросили вымпел с тремя порциями бутербродов. Капитан каждый день ходил один ремонтировать лодку. Матрос Лобанов уже не мог двигаться – его убивала цинга. Через несколько дней свалился и Бородин. Лобанов уже терял сознание, а Бородин еще иногда вставал. Однажды он сказал Наталич: «Иди копай могилу для нас двоих, чтобы медведи не растаскали».
Степан Поликарпович до последнего поддерживал товарищей: «Не надо падать духом, верьте в спасение» - говорил он.
Капитан решил перебраться в домик на берегу, чтобы не ходить каждый день для ремонта лодки. Вот какую запись оставил он в своем дневнике: «…Не могу высчитать, какое сегодня число. Все свободное время уделяю плоскодонке. Перевез со старой шлюпки весла, руль, уключины. Сделал парус, обшил бак и корму досками. Приходит помогать мне Лобанов. Бородин заболел цингой, очень ослаб. Самолет уже несколько раз пролетал над островом. Летчик, конечно, засек домики, видел нас».
Как видно, оценка состояния матросов несколько расходится у капитана и судового врача. Но капитан вел дневник, а она рассказывала по памяти.
Вернемся к свидетельствам врача. Она рассказывала: «В один из дней, когда капитан на юге острова ремонтировал лодку, я услышала орудийные выстрелы, а потом немецкие голоса. Сразу решила – это плен. Оказывается, пришла норвежская подводная лодка под командой немецких офицеров. Капитана, меня и тяжело больных Бородина и Лобанова заставили идти на подводную лодку, причём Лобанова мне пришлось перекатывать по камням, так как идти он не мог. На лодке нас держали несколько часов. Лобанов тут же умер. Похоронили его как надо, норвежцы. Капитана забрали, а нас оставили на острове. Капитан-норвежец потихоньку от немцев сунул мне в руки пакет – там было несколько таблеток витаминов, лимон, хлеб и колбаса.
Итак, капитана забрали в плен. Через три недели пришла та же лодка, но спасти нас не смогли – шторм, торосистые льды. Выбросили ракету: «Вас спасти невозможно». Снова началась полярная ночь, темнота. В один из дней над островом пролетел норвежский военный самолёт, а на другой день пришла та же подлодка и нас сняли на резиновом боте. Доставили нас в город Тромсё, в лагерь, где был и капитан, но его сразу увезли в другое место. После допросов перевезли в другой лагерь, в Гаммерферст, снова пытки, допросы. Они нас считали участниками десанта. Меня поместили в женский лагерь ».
Кормили хлебом и баландой из брюквы. Гоняли русских на самые тяжёлые работы. Одевали нас в халаты без рубашек, да на ноги деревянные колодки, которые вечно спадали. Начинаешь их надевать, сразу удар в спину прикладом о т немецкого охранника. Эти удары и до сих пор дают себя знать.

В дневнике капитан Беляев так описывает это событие:
«…Утро. Не знаю, какое число. Проснулся от сильного грохота. Обвал в горах? Спустя несколько минут оглушительный звук повторился. Орудийный выстрел. С трудом поднялся. У самого берега покачивается на зыби подводная лодка. Ясно виден фашистский флаг. Раздался третий выстрел. А при мне находятся судовые документы. Быстро сжигаю их.
От борта подводной лодки отошла шлюпка. Офицер и группа автоматчиков высадились на берег, побежали к домику, выбили двери. Вошли, долго смотрели на меня и что-то говорили друг другу. Перед ними стоял истощенный человек с густой седой бородой. Обыскали все уголки, приказали идти к морю. Посадили в шлюпку и перевезли меня на подводную лодку».
Степан Поликарпович Беляев так описывает в дневнике свое пребывание в лагере:
«Едва наступает рассвет, лагерь приходит в движение. Как собаки. Лают охранники и полицаи. Выстраивают нас, пересчитывают и гонят на работу. На старом кладбище строим бараки. Разрываем могилы, выбрасываем наверх гробы. Я едва передвигаюсь. До слез трогает забота товарищей. Они запрячут куда-нибудь в яму. А на время проверки вытаскивают наружу. Когда тащимся в лагерь, вдоль дороги обязательно стоят норвежцы. Они незаметно передают нам пищу».

Но и в плену советские моряки вели себя мужественно.
В феврале 45-го военнопленных из Тромсё погрузили на пароход. После отхода пошли слухи, что в одном из трюмов лежит оружие. И у заключенных появилась мысль захватить судно. Капитаном должен был стать С.П.Беляев. Начавшийся шторм способствовал замыслу пленников до тех пор, пока сильный удар не потряс корпус судна.
Пароход наскочил на риф. Команда спустилась вниз, чтобы обследовать трюмы и увидела у нескольких пленных оружие. Всех обыскали, избили… И снова отправили в концлагерь.

А вот воспоминание Надежды Наталич:
«И последняя история. Однажды меня и ещё нескольких женщин послали убирать пароход. Видим – стоят бочки с бензином, который должны доставить на фронт. Норвежские жители показывают пальцами на эти бочки, призывая их поджечь. Мы и подожгли. Одна из заключенных девушек, которая была в близких отношениях в начальником лагеря, нас выдала.
Приговорили нас к сожжению в крематории 30 апреля. Но, накануне вступили наши войска, совместно с американскими и английскими. Нас освободили. 12 мая меня отправили в Тромсё, где находились капитан и Бородин.

Подлечили всех троих в Норвегии, а затем отправили в Мурманск, где они прошли строгую проверку в органах НКВД. После этого направили на Дальний Восток.
Здесь впоследствии они все в одном экипаже под командованием С.П.Беляева плавали на пароходе «Бухара» Камчатского морского пароходства.

Удивительную и героическую историю экипажа парохода «Декабрист» не забыли потомки. В день тридцатилетия Победы над фашизмом на далёком острове Надежды, где покоятся 19 (??)членов героического экипажа, моряками Мурманского морского пароходства был установлен обелиск. Он обращен лицом к морю. На мраморной стеле золотом выгравировано на русском и норвежском языках: «Морякам советского парохода «Декабрист», героически погибшим в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками. 1942 год». Слева установлен якорь с якорной цепью. В нишу замурована шкатулка с землей Родины.
В бухте золотой Рог Владивостока создан мемориал памяти моряков торгового флота, погибших в огненных рейсах Великой Отечественной войны. У подножия памятника на 24-х бронзовых плитах выбиты имена легендарных кораблей, нашедших последний приют в морской бездне. Одна из плит посвящена пароходу «Декабрист». На ней самый большой мартиролог погибших моряков – 77 человек.


Члены Региональной Общественной организации «Полярный конвой»
© Дремлюг В.В. - кандидат географических наук, Почетный полярник.
© Колесников Ю.Н. - полковник.
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение [ Леспромхоз ] » 05 Февраль 2012 09:01

 402065588-обелиск на о.Надежда.jpg

Памятник героически погибшим в борьбе с немецко-фашисткими захватчиками морякам парохода "Декабрист".
Открыт 7 июля 1975 г.
Арктика. Остров Надежды.
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение [ Леспромхоз ] » 05 Февраль 2012 09:02

Бадигин К. На морских дорогах.

Глава двенадцатая.
Пароход «Декабрист» и первый лед на Двине

Днем четвертого ноября радист парохода «Декабрист» Борис Щербаков отстучал в эфир «SOS»:
«12 часов 45 минут. Торпедированы в широте 75°30', долгота 27°30'… Кто слышит меня, отвечайте».
Радиостанция Диксон приняла сигнал бедствия и повторяла его для всех судов в полярных водах.
Еще несколько часов слышали голос парохода: «Крен увеличивается… в машине вода»… «Левые котлы потушены. Медленно погружаемся, крен увеличивается».
В 22 часа 40 минут последнее сообщение: «Судно тонет. Команда садится в шлюпки. Работаю последний раз. Ухожу в шлюпку. Спасайте нас». «Декабрист» затонул приблизительно в 60 милях к югу от острова Надежды, острова, возле которого недавно бедствовал «Беломорканал».
Моряки были потрясены гибелью ветерана советского торгового флота. «Декабрист» был в нем, пожалуй, вторым по величине. Еще учась в мореходке, я мечтал попасть на него хотя бы матросом.
31 октября пароход покинул Исландию и самостоятельно, без охраны вышел в плавание, направляясь в Белое море. На траверзе острова Надежды появились фашистские самолеты. «Декабрист» открыл огонь (вооружен он был неплохо). Капитан Степан Поликарпович Беляев все время выпускал ракеты с парашютами на тонкой проволоке, мешая врагу целиться. В то же время пароход маневрировал, уклоняясь от торпед. В результате все бомбы и торпеды были сброшены в воду.
Но самолеты возвращались все снова и снова. Одна бомба попала в судно. Затем левый борт пробила торпеда, лопнули переборки. Носовое орудие вышло из строя, заклинилась скорострельная пушка. Боцман Петров Старикович и матрос Фомин спустились за борт и работали в ледяной воде, заводя пластырь на пробоину. Чтобы уменьшить поступление воды в трюмы, шли задним ходом. Однако вода неумолимо затопляла пароход. Появился крен на левый борт. Заливало топки котлов и машинное отделение. Да тут еще начался шторм. Только тогда капитан Беляев приказал покинуть судно…
Судьбу моряков «Декабриста» мы узнали лишь после войны. И то только тех, кто сел на шлюпку номер один: Беляева и еще восемнадцати человек. Их пригнало ветром к острову Надежды и волной выкинуло на берег.
Больше года пробыли они на острове — голодные, обессиленные, больные. Для большинства из них остров стал последней пристанью.
В один из августовских дней на остров заплыла ремонтироваться вражеская подводная лодка. Забрали капитана, а за остальными приплыли через три месяца, в октябре 1943 года.
Поместили всех в Норвегии в концлагерь.
Когда я писал эту книгу, мне довелось встретиться с Н. М. Натальич— судовым медиком «Декабриста». Несмотря на перенесенные страдания, она была здорова и полна жизни.
Из гитлеровского лагеря смерти капитан Беляев, Натальич и матрос Бородин были освобождены благодаря помощи норвежских патриотов. После победы все вернулись на Родину. И снова пошли на суда торгового флота.
Таким образом, из восьмидесяти человек команды «Декабриста», покинувших судно на четырех шлюпках, остались в живых только трое.
В год 30 летия Великой Победы на острове Надежды был открыт обелиск. Открытие прошло в торжественной обстановке. Памятник обращен лицевой стороной к морю. Слева поставили якорь с цепью. На камне высечена надпись: «Морякам советского парохода „Декабрист“, героически погибшего в борьбе с немецко фашистскими захватчиками в 1942 г.».
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение [ Леспромхоз ] » 05 Февраль 2012 09:03

Вайнер Б. А. Советский морской транспорт в Великой Отечественной войне. — М.: Воениздат, 1989.

Глава пятая.
На океанских путях

Северо-западным маршрутом

В обратном направлении из Рейкьявика в течение 29 октября — 2 ноября вышли в Архангельск десять союзных судов (ежедневно по два транспорта с интервалом между парами в 200 миль). Кроме того, 30 октября из Исландии на восток направился советский пароход «Декабрист». Из этой группы 7–18 ноября прибыли в Архангельск только пять судов: два союзных транспорта погибли, два вернулись в Рейкьявик, один потерпел аварию у Шпицбергена{181}. Несчастье постигло и «Декабриста».

Около полудня 4 ноября примерно в 60 милях южнее острова Надежды, в роковом коридоре, пароход обнаружили немецкие торпедоносцы. Транспорт водоизмещением [227] 16 тыс. т, следовавший без охранения, был для них очень заманчивой целью, и они немедленно пошли в атаку. Ее удалось плотным артиллерийско-пулеметным огнем отбить. Но тут же в коридоре появились уже девять торпедоносцев и два бомбардировщика. Их атаки следовали одна за другой. Капитан парохода С. П. Беляев, проявляя хладнокровие, искусно маневрировал ходами и направлением движения. Временами казалось, что судно разворачивается на месте как волчок. Расчеты орудий и скорострельных зенитных установок ставили плотные заградительные завесы. Прицельное бомбометание затрудняли и взлетавшие с парохода ракеты с парашютами на тросиках.

Так «Декабристу» поначалу удавалось уклоняться от торпедных и бомбовых ударов врага. Но последние бомбы упали рядом с бортом. От их разрывов вышла из строя носовая пушка, заклинило крупнокалиберные пулеметы на спардеке. Заметное ослабление зенитного огня позволило замыкающему звену торпедоносцев нанести решающий удар. Все три самолета атаковали пароход с одного борта на бреющем полете с близкого расстояния. Получился прицельный торпедный залп. Беляев сумел уклониться от двух торпед, но третья попала в корпус у форштевня. Вода хлынула в форпик, а затем стала затапливать носовые трюмы.

Более 6 часов длилась героическая борьба экипажа за живучесть судна. Под руководством старпома В. Н. Эбелинга делалось все возможное. Боцман А. И. Петров-Старикович и матрос П. И. Фомин, работая в ледяной воде, завели пластырь. Однако герметично заделать пробоину не удавалось. Вода продолжала поступать. Откачивать ее водоотливные средства не успевали. Начало затапливать машинное отделение и кочегарку. Крен все увеличивался, угроза гибели судна становилась реальной, и капитан приказал спустить шлюпки. На них погрузили самое необходимое: продовольствие, пресную воду, теплую одежду, штурманские приборы.

Около полуночи четыре яла с разместившимися на них 80 членами команды отошли от борта. Вскоре разыгрался ветер, волны стали захлестывать шлюпки, обдавая людей ледяным душем. Ближе к полудню, когда стало светлее, моряки увидели мачты, трубу и надстройки своего полупогруженного судна, и шлюпки направились к нему. Но тут снова появились фашистские самолеты. Они [228] прилетели, чтобы добить свою жертву. На глазах у экипажа пароход пошел ко дну.

До потопления «Декабриста» ни один человек из его команды не погиб. Но дальнейшая ее судьба сложилась драматично. Некоторое время шлюпкам удавалось держаться вместе. Но потом жестокий шторм, длившийся несколько дней, разбросал их в разные стороны.

По некоторым данным, две шлюпки под парусами ушли в сторону Мурманска. Что случилось с ними и с третьей шлюпкой — остается тайной. После войны прояснилась участь 19 моряков яла, возглавлявшегося капитаном С. П. Беляевым. Они верили, что тревожные радиограммы «Декабриста» приняты где-нибудь, и находились в районе гибели судна. Действительно, сигналы бедствия, посланные начальником судовой рации Б. М. Щербаковым, дошли до Амдермы, Диксона, острова Уединения и некоторых судов. Но тонущий пароход находился далеко, никто прийти на помощь не мог.

Люди же надеялись на спасение, и капитан всячески поддерживал их веру. При этом он видел реальный шанс на выживание в высадке на расположенный в том районе скалистый остров Надежды, вершины которого временами показывались на горизонте.

Но пока держались места, указанного в радиограммах. Продуктов было достаточно. А вот пресная вода заметно убывала. Вскоре ее запасы и вовсе кончились. Выручал снегопад: расстелив парус, накопили немного талой воды.

В один из дней ожидания из пелены густого тумана вдруг показалась скалистая земля. Дружно налегли на весла. Грести пришлось против свежего ветра, и люди, вскоре обессилев, так и не смогли добраться до спасительного острова. Шлюпку пронесло мимо него.

Прошло еще несколько дней. Направление ветра переменилось, он уже дул в противоположную сторону, к острову Надежды. Днем 15 ноября шлюпку с находившимися на ее борту изможденными и обмороженными моряками прибило к пустынному берегу.

Девять человек, которые еще были в состоянии двигаться, двумя группами направились в северную и южную сторону острова на поиск домиков, которые заметили, когда гребли к земле.

Группа, возглавляемая рулевым В. Н. Бородиным, сильным и мужественным человеком, четко и виртуозно выполнявшим команды капитана, когда «Декабрист» уклонялся [229] от торпед и бомб, нашла домик норвежских промысловиков. Она вернулась к оставшимся на берегу и спасла их от смерти — еле живых откопали из-подо льда и плотного снега.

Группа помполита П. И. Корсетова не вернулась — погибла, не дойдя полкилометра до южного домика.

В северном домике моряки нашли продукты и бочку с жидким топливом. Но соли не обнаружили. Бочонок с ней стоял рядом с домиком, укрытый снегом. Его нашли только через семь месяцев, когда оттаял снег. К тому времени в живых осталось лишь четыре человека.

Когда кончилась полярная ночь и засветило солнце, появились дополнительные продукты. Моряки нашли выпрошенные с погибших судов на берег ящики с маслом и мешки с мукой. Было у них мясо и жир — еще зимой Беляев убил белого медведя.

Оставшиеся в живых сильно страдали от цинги и тоже были на краю гибели. Летом 1943 г. их обнаружил самолет противника. В июле к острову подошла подводная лодка. Она забрала на борт лишь одного капитана Беляева. Через три месяца, когда наступила полярная ночь, к острову прибыл военный корабль, чтобы оборудовать там станцию наблюдения. Гитлеровцы нашли в домике двух полуживых советских моряков — рулевого Бородина и судового фельдшера Надежду Матвеевну Наталич. Третьего — матроса П. Лобанова — уже не было в живых. Пленные были отправлены в Норвегию, в концлагерь. Из фашистской неволи Бородина и Наталич освободили советские войска, а Беляева — норвежские патриоты.

В канун 1945 г. С. П. Беляева вместе с другими советскими военнопленными переправляли морем из северного лагеря в юго-западную Норвегию. В начале рейса он принял участие в попытке захватить пароход. Военнопленные сумели завладеть оружием, находившимся в трюме. Они рассчитывали, что после уничтожения конвоя и экипажа Беляев в качестве капитана и другие пленные моряки поведут судно в Кольский залив. До сигнала к восстанию оставались считанные минуты, когда пароход с полного хода наскочил на подводный риф. Смелый план расстроился.

В память о героическом экипаже «Декабриста» в июне 1975 г., во время празднования 30-летия Победы советского народа в Великой Отечественной войне, на острове Надежды был установлен памятник. На мраморной [230] стеле золотом выгравировано на русском и норвежском языках: «Морякам советского парохода «Декабрист», героически погибшим в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками в 1942 г.».
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение [ Леспромхоз ] » 05 Февраль 2012 09:05

http://rossosh2.narod.ru/index.html
"Россошь", 2004 год. №№ 9, 13, 16.

ПОСРЕДИ СТУДЁНЫХ ВОЛН
© П. ЧАЛЫЙ.

Судьбы кораблей сходны с людскими. Мало кому выпадает в песне прозвенеть. Один из таких счастливчиков – пароход торгово-пассажирский, что великая редкость. Долгая память чаще достается на море военным, путешественникам-первопроходцам. Наш "купец" плавал под двумя именами. До октября семнадцатого звался "Анадырь", а под советским флагом был "Декабрист". И вот ему поставлен самый северный, наверное, на земле памятник – обелиск славы все же боевой.
Посреди моря Баренцова есть остров Надежды. Нежилой, необитаемый. Тут на семи студеных ветрах несет несменяемую вахту камень-монолит, прикованный к корабельному якорю. Север дальний, дальнее некуда, дальше сплошь лед.


Возвращался из кино, шли вместе со знакомыми, вслух перебирали запомнившиеся кусочки только что увиденного фильма по любимой всеми в детстве книге о жизни и удивительных приключениях морехода Робинзона Крузе. Вдруг услышал:
– В жизни еще не то бывает. Знаю женщину, ей такое пришлось пережить, куда там Робинзону. На необитаемом острове – не в тепле, где попугаи, среди белых медведей, – собеседник рассказывал невероятное.
– Где же она сейчас?
– У нас, в Россоши...
Отчего-то не мог насмелиться, что не личило молодому журналисту, долго откладывал ту, теперь уж давнюю, встречу. Разыскал документальные подтверждения услышанному, а не верилось.
За церковной колоколенкой в одноэтажной старой части городка разыскал нужный мне переулочек – песчаный, оттого и чистый в слякотную пору. Вытянутой коробочкой светленький дом на несколько хозяев, крылечки с трех сторон. Крайнее – пустынно, на среднем дощатые ступени мыла худенькая женщина. На голос сразу отозвалась, повернула морщинистое лицо. Выжала тряпку, распрямила спину и выслушала непрошеного гостя.
– Я и есть Надежда Матвеевна Наталич.
Как газетчику мне везло. Оказалась она человеком разговорчивым. Нисколько не стеснялась моего блокнота. Подливала чай в мою чашку и говорила. Только успевай записывать.
* * *
Родом сама я россошанская. Семья большая, жили небогато. Но отец не жалел и последней копейки, чтобы выучить нас. Закончила медицинское училище. Даже поработала фельдшерицей в селе Кривоносово. В тридцать пятом году попала на Дальний Восток к родичам. Там придумалось завербоваться в море. Решилась с ходу. Остановила на улице встречного офицера-моряка, а может, он меня остановил. Надо же – сам принимал на работу медиков в пароходстве. Пошла я оформляться.
– Укачивает тебя? – спросили. Пожала плечами. В первый раз море здесь, во Владивостоке, увидела. Посадили меня на катер, дали круг по бухте. Волна показалась девятым валом.
– И что же?
– Жива. Уцепилась за поручни, от страха смех разбирает. Еще круг накинули. Тем и кончилась проверка. Пошла я в море. А дома, в Россоши, догадались обо всем, когда денежный перевод получили, подъемные отправила. По тому времени деньги немалые...
* * *
На белой скатерке в оправе стоял небольшой портретик, переснятый с довоенной фотокарточки. Густые темные волосы волной, глаза с прищуром и беззаботная улыбка. Блузка, конечно, с воротничком под тельняшку. Не ей ли парни распевали с палубы: "Девочка Надя, чего тебе надо? Ничего не надо, кроме шоколада..." Тихий океан и Филиппинские острова, Сан-Франциско и бухта Провидения – в каком сне это могло привидеться сельской фельдшерице? В корабельном лазарете служба не обременительна, моряки на здоровье не жалуются. Все складывалось как нельзя лучше. Стихи будто про себя читай – "Я земной шар чуть не весь обошел. И жизнь хороша, и жить хорошо"...
* * *
Война застала нас в рейсе. На большом океанском пароходе "Декабрист" плыли домой из Северной Америки. Разгружались-загружались во Владивостоке, Магадане. Затем пару месяцев стояли в Англии. На корабле поставили зенитки, пулеметы. Учили моряков военному делу. В декабре сорок первого вышли в Мурманск. На палубе и в трюмах под завязку оружие, боеприпасы, продукты – все, что нужно фронту и тылу.
* * *
Из дневника воспоминаний капитана "Декабриста" Степана Поликарповича Беляева.
"С английского крейсера сигналят: "Передаю вас под охрану миноносца". Прошли несколько миль. "Марлей" – далеко впереди, а мы отстаем, остаемся одни.
В полдень пекарь Новиков, наблюдатель на правом крыле, закричал: "Вижу самолет!" Сыграли боевую тревогу. Конвой развернулся к нам на помощь. Наводчик Романенко выстрелом из кормового орудия сбивает самолет с курса. Фашист рванул вправо и сбросил бомбу. Мимо! Приближается второй самолет. Резко поворачиваемся влево. Враг бросает сразу четыре бомбы...
Когда атака захлебнулась, осматриваем судно. Угол спардека срезан, пробоина в правом борту пятого трюма. А еще лежит неразорвавшаяся бомба. Боцман Петров-Старикович с моряками осторожно перекладывают ее на матрац, поднимают на палубу и выбрасывают за борт".
Израненный "Декабрист" с панцирем льда на палубе пришел в Мурманск. Он первым доставил военные грузы союзников.
В схожем рейсе 4 ноября 1942 года радист Щербаков отбил в эфир:
"Торпедированы. Судно имеет большие пробоины. Крен увеличивается. В машине вода. Медленно погружаемся. Команда садится в шлюпки. Работаю последний раз".
* * *
Даже спустя многие годы вспоминала те черные дни Надежда Матвеевна со слезами. Говорила-говорила спокойно, а тут – расплакалась.
– В последний рейс шли мы без сопровождающих. Понимали, что идем на верную гибель. Знали ведь трагедию семнадцатого каравана. Английский конвой бросил корабли на полпути, не передал нашей охране. Своих оставили, там же плыли американцы, англичане, не только наши суда. Немцы потопили почти всех, как котят.
– Страшно было выходить в море?
– А то нет. Что там пушечка на корме против орудий военного корабля? А для стрельбы по самолетам она тоже мало годилась. Для подводных лодок мы как мишень – подплывай и в упор расстреливай.
– Без оружия шли в атаку?
– Не просто без оружия. Трюмы набиты взрывчаткой. Один удачный выстрел – взлетим на воздух. Ни щепочки, ни живой души, лишь мазут растекается по открытой воде. Если корабль медленно тонул, то тоже мало кто спасался – вода ледяная. На иностранных судах большинство моряков не снимало с себя спасательных костюмов. Хотя каждый понимал, что смерти не минуешь. Старались о ней меньше думать. Плавание – это работа, каждый занимался своим делом. Приказ капитана не обсуждали. Война, на фронте солдату было не легче.
– Но все же надеялись, вдруг да обойдется...
– Как без надежды. Полярная ночь наступала, самолеты реже летают. Осенняя непогода, шторм нам был бы на руку. Большую часть пути ведь проплыли без боевой тревоги. Даже праздничным обедом именины парохода отметили.
...Надежда Матвеевна не говорила об этом, но нетрудно представить то застолье. Собралась вся команда, все те из восьмидесяти человек, кто не занят на вахте. Скорее всего, с вниманием моряки слушали своего капитана. Нашел Степан Поликарпович Беляев добрые слова о "Декабристе". Еще в начале века под именем "Анадырь" участвовал он в походе русской эскадры с Балтики на Дальний Восток, помнил Цусиму. А еще немало потрудился, перевозил грузы для нужд Советской республики. Да и теперь, в тяжелую для Родины годину, команда, корабль тоже держали фронт. На берегах Волги, Сталинграду, не лишней оказалась бы импортная взрывчатка.
Наверное, шутили, пели-веселились моряки. Выпал праздничный час. Не скоро он придет к ним еще, а может, и вовсе не придет – знали они и об этом.
* * *
Из дневника воспоминаний капитана "Декабриста" Степана Поликарповича Беляева.
"31 октября 1942 года. 12 часов пополудни.
Покинули Исландию, порт Рейкьявик. Плавание одиночное, без конвоя.
3 ноября.
Миновали мыс острова Шпицберген и пересекли меридиан острова Медвежий.
4 ноября.
Приближаемся к меридиану острова Надежды. Радист Щербаков принял радиограмму: впереди нас по курсу английский пароход атакован фашистскими самолетами. Повернули на 80 градусов, увеличили ход до предела. Пошли на север с расчетом укрыться во мраке полярной ночи. На горизонте с правого борта показалось три самолета, летят низко над водой, торпедоносцы...
5 ноября. Борт шлюпки.
Пытаюсь по памяти восстановить трагические события вчерашнего дня.
Меняем курс, уклоняемся, бьем из всех огневых средств. Атака следует за атакой. Безрезультатно сбросив торпеды, самолеты улетают в сторону Норвегии. Под облаками видим новые – бомбардировщики, еще торпедоносцы. Выпустили удачно над палубой ракету с парашютом на тонкой проволоке, помешали фашисту точно спикировать. Водяные столбы поднялись за кормой. Но и у нас носовое орудие потеряло вращение. Заклинило скорострельные пушки на спардеке. Израсходованы ленты и диски для пулеметов и зенитных пушек. К зарядчикам приставили еще несколько человек. Никто не трусит, не обращает внимания на грохот, взрывы, вой осколков.
Мы отразили девять атак торпедоносцев и две – бомбардировщиков. Еще одна стала роковой. Фашисты осмелели, заметили меньшую силу нашего огня и с близкого расстояния ударили без промаха.
Словно на подводную скалу наскочил "Декабрист", задрожал, затрясся. В воздух полетели лучины. Торпеда попала в форпик у самого форштевня. Произошло это в 12 часов 10 минут..."
Случилась беда всего в ходовых сутках от Мурманска. Вроде – рукой подать до своих.
* * *
Команда долго боролась за живучесть корабля. Боцман Петров-Старикович и матрос Фомин, стоя по шею в холодной воде, закрыли пластырем пробоину. А вода заливала котлы. Пришлось остановить машину. Пароход накренило, вот-вот мог перевернуться. Капитан отдал команду: спустить шлюпки.
Беляев заявил: "Остаюсь на судне, всем покинуть корабль". Матросы воспротивились.
– Заскочила в свою каюту, – вспоминала Надежда Матвеевна, – там уже воды по колено. Сунула под меховую куртку прорезиненный пакет с бинтами, медикаментами. Взяла с собой кота Мишку. Жаль бросать живое. Как знала, что он еще спасет меня от гибели.
Наталич, единственная женщина в команде, попала в капитанскую шлюпку. Всего же их было четверо. Кружили пока вблизи корабля. С рассветом направились было вновь к "Декабристу", но беззащитный корабль вновь атаковали самолеты, добили его на глазах.
– Когда сбросили бомбы, мне показалось, пароход вроде во весь рост приподнялся на волнах, вроде выплыл и – разом отмучился. Раскололся на части, пропал с водяным столбом, как его и не было. Как растаял...
* * *
Разыгравшийся шторм помешал врагу с воздуха расстрелять шлюпки. Но стихия разъединила людей.
– Потеряли ребят из виду, оказалось, навсегда. Сами сбились со счета, которые сутки ураган кидал по волнам.
Размокла карта, сломался компас. А шлюпка в пробоинах, протекала. По очереди вычерпывали воду. Правда, занятие отвлекало от нехороших мыслей.
Еды хватало. С корабля взяли хороший запас галет, сухарей, мясных консервов. А вот питьевая вода убывала. Берегли, по сто граммов выпивали, затем вполовину уменьшили суточную норму. Когда досуха вычерпали бачок, начались мучения.
Губы лопались, язык не ворочался, говорить стало очень трудно. Ничем себя не отвлечешь, одно застряло в голове: пить, страшно хочется пить...
С каким-то недоверием слушал Надежду Матвеевну. Не связанному с морем человеку трудно понять, что такое возможно – в воде помирать без воды. Моряку же известно: терпи, пьешь морскую воду – быстро умрешь или сойдешь с ума.
– Господи, как радовались, когда небо побелело, посыпался хлопьями снег. Натянули-подставили парус, с ладони слизывали каждую снежинку.
Наталич призналась, что и ее совет как лекаря многим облегчил страдания. Она заставила собирать мочу для питья, принудила пересилить брезгливость.
После подсчитали: где-то на десятые сутки волны вынесли шлюпку к заснеженному острову. Хотелось быстрее добраться к белому берегу. Не о спасении думали. Нестерпимую жажду страшно желалось утолить.
– Переваливаемся через борт, пошатываясь, бредем к берегу, горстями хватаем снег.
* * *
Уже дома полистал географический атлас. Разыскал в Баренцевом море крупинку с просяное зернышко – тот самый остров Надежды, приютивший морячку Надежду и ее товарищей. В книгах вычитал, что русские мореходы-поморы в старину называли остров Пятигор. Лощинами разделена длинная и узкая гряда на пять холмов. Берега круты и обрывисты, большую часть года во льдах.
– Камни, одни камни, а земли-то как таковой нет, – сказала Надежда Матвеевна.
Девятнадцать моряков высадились на этот холодный камень. Не ведали, что здесь им придется жить больше года. Не знали, что многим из них остров станет последней пристанью. Вечной пристанью.
Вот еще выбранные места из услышанного от Наталич.
– Выбрались на берег измученные, обмороженные. Некоторые уже теряли сознание. Кто покрепче держался на ногах, собирал плавник. У меня в куртке сохранились спички. Разожгли костер и в котле топили снег. До упаду пили воду. Если б не видела, не поверила, что человек, не отрывая губ, выпивает ведро.
Шлюпку било в борт волной. Подальше от прибоя унесли провизию. Из мачты и весел смастерили каркас, обтянули его парусиной – получился шалаш, хоть какое-то укрытие от ветра.
– Чуть отлежались, огляделись. Место для зимовки неважное, замерзнем. Нас, кто послабее, оставили на берегу. А остальные ушли двумя группами на разведку, часть в северную сторону, другая в южную.
– Погода на севере меняется быстро. Тихо, подул ветер, в минуты оказываешься в сплошной снежной пыли. Вот-вот, точно сказано: не видно ни зги. Спасались в палатке. Лежали кучей. Шалаш развалило. Когда приподнялась, ветром кинуло в сторону. Подползти к ребятам не было мочи. С головы платок сорвало. Хорошо, волосы длинные, ими укуталась. Дальше как сознание потеряла. Как отшибло память.
– Рулевой Вася Бородин рассказал: утихла пурга, вернулся он к шлюпке. Видит сугроб вместо палатки. На его голос отозвался кот. Разрыл снег и – нашел меня в снежной могиле. Шея расцарапана. Кот Мишка не давал замерзнуть заживо. Он сидел у меня на груди под воротом куртки. Когда я долго не шевелилась, застывала, кот не давал забыться. Царапнет лапой, заставит чуть-чуть двигаться.
Васе указываю. Тут рядом должны быть ребята. Раскопал ледяной холм, все мертвы.
– Ходить не могла. Ступни ног примерзли к подошвам сапог. Посейчас страдаю, маюсь от обморожения. Бородин объяснил, что нашли хибарку в северной части острова. А я на ноги не стану. Взял меня на спину и понес. Сугробы в пояс. Из сил выбивается.
– Кинь ты меня! – кричу. – Кричу и плачу.
Упадем, Вася горстями глотает снег. Опять тащит.
Ровно три месяца после не становилась на ноги. Огнем пекло.
– В живых нас осталось семеро. Капитан Беляев, матросы Бородин, Двуреченский, Лобанов, Новиков, Федоров и я.
– Нашли домик не домик – дощатый сарайчик с прогнившими стенами. Зато сохранились в нем печка норвежская и нары. На наше счастье, у хатки лежала бочка с горючим, оно и спасало первое время. Оставили жилище, скорее всего, норвежцы. Фотокарточки бородатых мужчин сохранились на стенке.
– Жили так. В хорошую погоду, кто поздоровее, уходили к шлюпке, добывали продукты. Я из муки варила баланду.
* * *
Из дневника воспоминаний капитана Степана Поликарповича Беляева.
"Разыскали под снегом винтовки, патроны. Шлюпка никуда не годна, разбита штормами. Стараемся побольше находиться в движении, работаем, подтаскиваем к избушке бревна, рубим их.
Излазили берег в поисках пищи. Копаемся в глубоком снегу, проверяем каждый бугорок. Нам повезло. Нашли шесть мешков муки и несколько бочонков со сливочным маслом. Радости не было предела. Соорудили санки и перевезли провизию домой.
Соль не употребляли с тех пор, как покинули пароход.
Все чаще стали наведываться к нам медведи. Избушку совсем занесло, наружу выбираемся через нору.
Обнаружили деревянный дом, а рядом – плоскодонную лодку и маленькую шлюпку.
Когда растаял снег, увидели несколько бочек. Открыли их. Соль! Соль была рядом, а мы почти восемь месяцев жили без нее.
С провизией становится совсем плохо. Доканчиваем последний мешок муки. Ходим вдоль берега, выискиваем что-нибудь съестное.
Ремонт лодки приближается к концу, а маленькая шлюпка уже готова, можно спускать на воду. Остров еще окружен полями льда, но лед быстро разрушается. Видна чистая вода. Скоро можно будет выходить в море.
Бородин совсем плох, не может ходить. Цинга не миновала и меня, зубы шатаются, кровоточат десны. Лобанов жалуется на больные ноги. Наталич сутками ухаживает за ними.
Все готово к отъезду. Работаю у южного домика. Проверяю лодку, собираю запасы продовольствия..."
* * *
А так запомнилось "зимнее сидение" на неприютном острове Надежде Матвеевне.
– Уйдут ребята, я одна. Темно, полярная ночь. Лед давит на остров. Гул стоит, треск. Мне чудится детский плач. То будто мама меня зовет. Небо как заполыхает цветным сиянием. С корабля оно казалось диковинкой, не могла налюбоваться сверкающей короной. А тут эта краса на душу ужас наводит.
Белые медведи бродят неподалеку, ревут. Вот-вот, совсем рядом принюхиваются, когтями скребут. А я одна. Жду и боюсь – вдруг моих-то уже в живых нет. Новиков умер от двустороннего воспаления легких. Двое погибли по своей неосмотрительности.
Облегченно вздохну – хрустнул снег. Идут! Нет, показалось, почудились шаги.
А пурга мне как в подарок. У ребят вынужденный выходной. Степан Поликарпович поддерживал нам настроение своими рассказами. Вспоминал про то, как еще в царское время юнгой на паруснике плавал. Рос в бедной семье. Отец плотничал и сына научил держать топор. Капитан был самым мастеровитым среди нас. В мореходную школу пробился, но штурманом ему до революции не довелось ходить. Ученый, с дипломом плавал простым матросом.
Мой спаситель Вася Бородин – сельский, как и я. Когда на корабле объявляли воздушную тревогу, его обязательно капитан вызывал к штурвалу. Никто другой не мог лучше вести судно, быстро менять курс.
Вася станет моим мужем. Только жизнь у нас не сложится. Но это будет уже после войны.
А тогда, в долгую бурю повадился топтаться у двери белый медведь. Хотели отогнать его, не пугается. Винтовка была, но стрелять не решались. Патронов маловато. Вдруг лишь раним и обозлим зверя. Кулаками с ним не справиться. Капитан отчаялся, расколупал щель в досках. Примеривался, сторожил. Не промахнулся. Одним выстрелом убил медведя наповал. Как радовались. От неприятного гостя избавились. А главное – на еду было теперь мясо. Много мяса. Жир натопили, есть чем лечиться. Огонек можно поддерживать. Шкурой завесили стену. Господи! Сразу потеплело в нашей хатке.
Когда кончилась полярная ночь, тоже – радость. Перезимовали. Раз даже надолго выглянуло солнце, сразу нам обшелушило кожу. Туманы, облака скрывали небо, но дневного света хватало, чтобы осмотреться, где мы обитаем. То вокруг после пурги белоснежная равнина. То растает – и среди старого желтого льда появляются черные разводья открытой воды.
Птицы прилетают, весело щебечут. Всему живому весна поднимает настроение. Одна беда – мои хлопцы совсем слегли. Если б не капитан, легла бы рядом с больными помирать. Степан Поликарпович обнадеживает: как льды сойдут, поплывем на большую землю.
– Кто грести станет?
– Парус поставим.
В светлую пору стали пролетать над островом самолеты. Прятались от них, вдруг немецкие. Хотя – что там? Продолжается или кончилась война? Но нас заметили. Вымпел с продуктами кинули. Капитан считал, что это норвежцы на Шпицберген летают.
* * *
Из дневника-воспоминаний капитана Степана Поликарповича Беляева:
"Кажется, 25 марта 1943 года. Сегодня произошло тревожное событие. Я и Бородин приводили в порядок плоскодонку, а Лобанов ушел на поиски продуктов. Смотрим, на горизонте показался самолет. Побежали, спрятались под скалой. Самолет промчался низко над островом, нас не заметил. Вернулись домой.
Лобанов говорит, что увидел на крыле норвежский опознавательный знак. Помахал он летчику лопатой, а тот в ответ покачал крыльями. Лобанов утверждает, что самолет шел с пассажирами на Шпицберген. Мы же с Бородиным думаем, что Лобанов обознался. Дорого может обойтись его ошибка. Пока, конечно, никакой опасности нет. Подходы к острову закрыты льдами. Ни одно судно не проберется. Самолету же сесть негде.
...Не могу высчитать, какое сегодня число. Все свободное время уделяю плоскодонке. Перевез со старой шлюпки весла, руль, уключины. Сделал парус, обшил бак и корму досками. Приходит помогать мне Лобанов. Бородин заболел цингой, очень ослаб. Самолет уже несколько раз пролетал над островом. Летчик, конечно, засек домики, видел нас.
С провизией становится совсем плохо. Доканчиваем последний мешок муки. Медведи появляются редко. Заметно потеплело. Снег быстро тает. Ходим вдоль берега, выискиваем что-нибудь съестное. Берег усыпан досками от шлюпок, разбитыми плотами, бочками с бензином, спасательными поясами.
...Уже лето. Ремонт лодки приближается к концу, а маленькая шлюпка уже готова, можно спускать на воду. Остров еще окружен полями льда, но лед быстро разрушается. Видна чистая вода. Скоро можно будет выходить в море.
Бородин совсем плох, не может ходить. Цинга не миновала и меня, зубы шатаются, кровоточат десны. Лобанов жалуется на больные ноги. Наталич сутками ухаживает за больными.
...Конец июля. Все готово к отъезду. Проверяю еще и еще лодку, скудные запасы продовольствия.
...Утро. Не знаю, какое число. Проснулся от сильного грохота. Обвал в горах? Спустя несколько минут оглушительный звук повторился. Орудийный выстрел! С трудом поднялся. У самого берега покачивается на зыби подводная лодка, ясно виден фашистский флаг. Раздался третий выстрел. А при мне находятся судовые документы. Быстро сжигаю их.
От борта подводной лодки отошла шлюпка. Офицер и группа автоматчиков высадились на берег, побежали к домику, выбили двери. Вошли, долго смотрели на меня и что-то говорили друг другу. Перед ними стоял истощенный человек с густой седой бородой. Обыскали все уголки, приказали идти к морю. Посадили на шлюпку и перевезли меня на подводную лодку".
* * *
А моим больным совсем плохо, – вспоминала Наталич. – Бородин уже не мог говорить, показывает мне знаками: рой, мол, мне могилу, пока есть силы. Боялся остаться непогребенным. Пришлось послушаться. Разгребаю камни, а сама плачу в голос. Вася кулак показывает – не тужи! береги силы! А я не могу на него без слез глядеть.
Вдруг стреляют со стороны моря. Упала и лежу. Подошли люди, говорят по-немецки. Я даже успокоилась. Пристрелили бы быстрей, чтобы кончились наши мучения.
Оказалось, к острову подплыла подводная лодка. На берегу у шлюпки забрали капитана. Мы же идти не могли. Заставили перекатываться по камням. Допрашивали. Затем переводчик, с виду похожий на норвежца, сказал: катитесь, мол, вы назад, после вас заберем. Осталась благодарна ему, незаметно сунул мне пакет с лекарствами.
Степана Поликарповича забрали в плен, а за нами обещали скоро приплыть. Но появились только месяца через три. Шел октябрь сорок третьего, без малого год прожили на камнях.
* * *
Надежда Матвеевна, конечно, не могла знать, зачем вдруг немецкая подводная лодка дважды навестила пустынный остров. Объяснил это впоследствии фашистский адмирал Фридрих Руге в своей книге "Война на море. 1939-1945". Морские и воздушные операции в Северной Атлантике и в полярных морях, пишет он, во многом зависели от заслуживающих доверие прогнозов погоды. Прогнозы приобрели ценность особого вида оружия. Поэтому синоптику Кнеспелю пришла мысль высаживать осенью на зимовку в отдаленных пунктах Арктики метеорологические отряды с аппаратурой. Полярная зима практически лишала русских и их союзников возможности захвата таких станций, даже если их удавалось запеленговать.
Начиная с 1942 года, фашисты постоянно летом и осенью подыскивали удобные места для метеорологов. В зиму они отправляли экспедиции на Шпицберген, в Восточную Гренландию, на Землю Франца-Иосифа. Отметили как подходящий остров Хопен, так по-норвежски назывался остров Надежды. Отметили, видимо, как раз в 1943 году. Отряд синоптиков "Арктический волк" туда доставили подводной лодкой в октябре 1944 года.
Вот эти-то разведчики-подводники взяли в плен наших моряков.
* * *
На обратном пути скончался Лобанов. Матросы зашили тело в брезент и выбросили в море, – рассказывала Наталич. – А меня с Васей повели за колючую проволоку. В концлагере в Норвегии узнала, что стоит Москва, что русские бьют немцев. "Гитлер, капут!" – услышала от норвежцев. Удалось свидеться с капитаном, но затем меня отделили в женский лагерь...
* * *
Из дневника-воспоминаний капитана Степана Поликарповича Беляева.
"Едва наступает рассвет, и лагерь приходит в движение. Как собаки, лают охранники и полицаи. Выстраивают нас, пересчитывают и гонят на работу. На старом кладбище строим бараки. Разрываем могилы, выбрасываем наверх гробы. Я едва передвигаюсь. До слез трогает забота товарищей. Они запрячут куда-нибудь в яму, а во время проверки вытаскивают наружу. Когда тащимся в лагерь, вдоль дороги обязательно стоят норвежцы. Они незаметно передают нам пищу.
Злобствуют охранники. С восточного фронта приходят для нас вести радостные, для них – страшные. В Тромсе минируют порт. В гавани воздушным налетом разбит линкор "Тирпиц". Он лежит на боку. Фашисты прорезали в борту дыры, вытаскивают трупы. Всех, кто умеет держать в руках топор, определили в команду плотников. Работа спорится, гробы получаются быстро.
В лагере Лелегамер на всю жизнь запомнится однорукий мерзавец Морозов в чине поручика какой-то "воинской части". Он придумывает изощренные издевательства, то посулами, то палкой вербует "соратников" и беснуется от бесполезных стараний.
Пленные умирают каждый день десятками.
Гоняют в лес рубить дрова. Кормят картофельными очистками. По пути в лагерь норвежцы без боязни кричат по-русски "Скоро конец войне!"
* * *
Надежду Матвеевну Победа застала в городе Бодо. Убирали пароход, на палубе возле бочек с горючим кто-то зажег паклю. Всех женщин отконвоировали в очередь к крематорию. Но тут – конец войне. Германия капитулировала...
* * *
После войны, – сказала Надежда Матвеевна, – приехала я в Россошь, домой. Встречает мама. Смотрит на меня, как на чужую, спрашивает: "Кого надо?"
Я сама себя в зеркале долго не узнавала.
С "Декабриста" в живых нас осталось трое. Вернулись все в Дальневосточное пароходство. По-прежнему капитаном плавал Беляев. Степан Поликарпович умер в пятьдесят шестом. Упал на улице, сердце не выдержало. Не получалась у нас с Васей супружеская жизнь. Бородин уехал на родину в свое орловское село, плотничал. А меня в воронежские края позвала сестра. До пенсии дорабатывала на суше...
* * *
Надежда Матвеевна не скрывала, что ворошить ей пережитое очень тяжко. Выставить жизнь напоказ в газете она решилась не славы ради. Страшило то, что старость застала в маленькой комнатенке, где еле вмещались кровать и стол, а зимой нужно топить печку.
– Просить не могу. Вдруг да начальство само расщедрится. Неужели я не заработала квартирку с удобствами.
Надежда Матвеевна не ошиблась. Газетный очерк уже помимо моей воли озвучивали на радио. А вскоре Наталич с Дальнего Востока получила письмо-приглашение: "вести воспитательную работу с молодежью в экипажах". Сразу обещали выделить подходящее жилье.
Еще спустя годы узнал, что морячка перебралась жить на Кавказ, поселилась в Грозном. Как там все у нее сложилось – неведомо. Не выпало ли ей вновь пластаться, припадать к земле в грохоте разрывов? Неужели судьба так безжалостно немилостива и к сполна хлебнувшим горя через край?
* * *
Здесь –
Плещут холодные волны,
Бьются о берег морской,
Носятся чайки над морем,
Крики их полны тоской...

Песня сложена будто в этих местах, где даже летом чаще серо море и небо. Здесь у морских богов вечные сумерки.
Вбиты в камень слова – "Морякам советского парохода "Декабрист", героически погибшим в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками. 1942 год".
Стоит на якоре одиноко обелиск. Хранит он память о тех, кто перед уходом в неведомое вспыхнул на мгновение ярким солнечным светом и не померк бесследно в мрачной пучине. Душа ведь вознеслась чайкой в утешение моряку, который вслед, рискуя собой, снова и снова покоряет этот уже опаленный не однажды ледяной мир.
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение Polarstern » 05 Февраль 2012 09:20

Пост Lashmivar » 09 сен 2010, 18:24 восстановлен из backup
Интересно было бы узнать точные географические координаты острова и места гибели судна.

Это случайно не остров Hopen близ Шпицбергена?


Об острове:

http://en.wikipedia.org/wiki/Hopen

Карта острова : Hopen_map.JPG
Вид острова с воздуха : luftbilde_stort.jpg
Метеорологическая станция на острове Hopen : 800px-Hopen_Station.jpg
Вид с моря : hopen_see.jpg
 hopen_vest_stort.jpg
Аватара пользователя
Polarstern
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 771
Зарегистрирован: 01 Январь 1970 03:00
Откуда: Москва/Виннипег

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение [ Леспромхоз ] » 05 Февраль 2012 09:36

 Dekabrist40.jpg

Нашлась вот такая фотография, не очень четкая, но фамилии разобрать можно.
Их там всего 62...
На мемориальной плите отсутствуют фамилии членов военной команды (см.список в начале темы), но это понять можно-они же не моряки ДВМП
Нет фамилии: Третицин В. И., 3-й помощник капитана п/х "Декабрист" ?
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение [ Леспромхоз ] » 05 Февраль 2012 09:42

65 Космовский, краснофлотец, погиб на о. Надежды.
Книга памяти Приморского края. том 3. стр.508-509.

Найдены документы еще на одного члена экипажа (военной команды) парохода "Декабрист"

 к-76123796 Космовский Кирилл Елизарович.jpg
ФИО: Космовский Кирилл Елизарович
Военное звание:лейтенант
Наименование части:состоит в счет "1000" Нарком.рыб.пром.
Занимаемая должность:военный комендант тр."Декабрист",нач-к отд.боевой подг.
Уроженец:Архангельская обл. Часовинский р-н.
Год рожд.:1903
Пропал б/вести в январе 1943г.
Жена:Космовская Ольга Антоновна,г.Архангельск,ул.Садовая,д.33,кв.6
 864-0000001-1332-00000272-Космовский.jpg
(ЦВМА ф.864 оп.1 д.1332)
 0691-0000001-0007-00000065-Космовский.jpg
(ЦВМА ф.691 оп.1 д.7)
Уточнено:
Уроженец:Архангельская обл., Приморский р-н., Часовенский с/совет, д.Паюсовка.
 864-0000001-1375-00000034-Космовский.JPG
(ЦВМА ф.864 оп.1 д.1375)
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение Ebeling » 05 Февраль 2012 09:48

Пост Ebeling » 10 авг 2011, 02:39 восстановлен из backup

Уважаемый, padsee, огромное спасибо за собранную информацию! А нет ли возможности достать такой же скан на Эбелинга Владимра Николаевича? Я - Его правнук, собираю семейный архив. Точно знаю (и воспоминания Наталич и Беляева это подтверждают), что Эбелинг Владимир Николаевич не погиб при торпедировании, а без вести пропавший...
Ebeling
 
Сообщения: 2
Зарегистрирован: 10 Август 2011 01:23

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение [ Леспромхоз ] » 05 Февраль 2012 09:50

Уважаемый Ebeling, спасибо за отклик.
По поводу сканов документов - все, что здесь размещено, это документы ОБД Мемориал, размещенные в сети.
Это документы о военнослужащих. О Эбелинге Владимире Николаевиче, я ничего не смог найти.
Сведения о гражданских служащих ДВМП наверное надо искать в архивах пароходства или РГАЭ.
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение [ Леспромхоз ] » 05 Февраль 2012 09:51

Ebeling пишет:Точно знаю (и воспоминания Наталич и Беляева это подтверждают), что Эбелинг Владимир Николаевич не погиб при торпедировании, а без вести пропавший...

На Форуме уже неоднократно появлялись комментарии о качестве информации из КП.
Повторяться не буду.

Вайнер Б. А. Советский морской транспорт в Великой Отечественной войне. — М.: Воениздат, 1989.

До потопления «Декабриста» ни один человек из его команды не погиб. Но дальнейшая ее судьба сложилась драматично.
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение Ebeling » 05 Февраль 2012 09:52

Пост Ebeling » 18 авг 2011, 23:22 восстановлен из backup

Спасибо за ответ... У родителей на Алтае есть две публикации о Декабристе в советской прессе, как только доберусь, обязательно выложу сканы. Так же постараюсь найти фото мемориала во Владике.
Ebeling
 
Сообщения: 2
Зарегистрирован: 10 Август 2011 01:23

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение [ Леспромхоз ] » 05 Февраль 2012 09:54

 Экипаж Декабриста.jpg
Фото из публикации капитана дальнего плавания П. Грузинского "Воспоминание о прошлом".
Журнал "Морской флот" №12 1992 год.

Вероятно можно опознать кого-то.
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение [ Леспромхоз ] » 05 Февраль 2012 09:55

 Капитан Декабриста С.Беляев.jpg
Капитан "Декабриста" С. Беляев
Фото из публикации Г. Брегмана "Памяти "Декабриста".
Журнал "Морской флот", № 12 1974 г.
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение jos odijk » 05 Февраль 2012 09:59

Пост jos odijk » 16 ноя 2011, 15: восстановлен из backup

Закрытые crewlist из Декабрист, прибыл onthe 5 марта 1942 в Нью-Йорке, вышел в апреле 1942 года в Мурманск.
Надеюсь, что это каким-то полезным для вас.

Приветствие Йос

Исследование судьбы SS-Raceland, затонул на его пути в Мурманск

 PassengerlistDekabristMarch42-1-QP5-DepOperationFB.jpg
 PassengerlistDekabristMarch42-2.jpg
 PassengerlistDekabristMarch42-3.jpg
 PassengerlistDekabristMarch42-4.jpg
 PassengerlistDekabristMarch42-5.jpg
jos odijk
 
Сообщения: 3
Зарегистрирован: 05 Сентябрь 2011 12:06
Откуда: Netherlands

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение pavlo-magnus » 24 Февраль 2013 01:23

Доброго времени суток!

Я, Павел Ковалев, 1977 г.р., являюсь непрямым потомком (правнучатым племянником) капитана "Декабриста" Степана Поликарповича Беляева. У него был брат - Игнатий, репрессированный в 1930 в Ленинграде, и умерший на Беломорканале 22.6.1931 г. Моя бабка - дочь Игнатия, родилась в Петрограде в 1918 г. После ареста Игнатия его жена с тремя детьми, одним из которых была моя бабушка, перебрались в Николаев, а перед войной - в Одессу. Муж бабки (мой дед), а также мой отец также были моряками. Я журналист, историк. В настоящее время живу в Киеве. О подвиге "Декабриста" знаю с детства, делал доклад об этом в школе.
Возможно, с помощью вашего форума узнаю о своих родственниках - потомках Степана Беляева, если они у него были. Также хотелось бы узнать, где похоронен Степан Беляев, а также как и где чтут его память.

С уважением,
Павел Ковалев
pavlo-magnus
 
Сообщения: 2
Зарегистрирован: 24 Февраль 2013 01:08

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение [ Леспромхоз ] » 24 Февраль 2013 10:22

Здравствуйте, Павел!
Спасибо за отклик.
В ближайшее время постараюсь выложить на форум доступные мне документы о работе Степана Поликарповича Беляева в послевоенный период в КЧГМП.
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

Беляев Степан Поликарпович

Сообщение [ Леспромхоз ] » 24 Февраль 2013 16:08

 gavr49_1.jpg
Гаврилов С. В. Флот Камчатки. Морской транспортный флот. 1949—1968
— Петропавловск-Камчатский: Холд. комп. «Новая книга», 2011. — 608 с., ил.

Беляев Степан Поликарпович, капитан дальнего плавания, один из старейших и заслуженных капитанов морского транспортного флота СССР. Родился 10 мая 1895 г. Трудился в Северном и Дальневосточном бассейнах. В годы Великой Отечественной войны командовал пароходом «Декабрист», одним из первых в 1941 г. доставивших союзные военные грузы в Мурманск. В ноябре 1942 г. судно погибло в бою с германской авиацией у острова Надежды. Капитан и несколько уцелевших членов экипажа попали в нацистский концлагерь и тюрьмы, где томились до 1944 г. После войны работал в ДГВМП. В КЧГМП перешел 9 июня 1949 г. вместе с пароходом «Бухара» с «окончанием выгрузки парохода на Сахалине» и работал здесь до конца жизни. Скончался 4 февраля 1952 г. Именем С. П. Беляева названы улица в г. Петропавловске-Камчатском и пассажирский паром «Капитан Беляев» (в 1967 г.).
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

Беляев Степан Поликарпович

Сообщение [ Леспромхоз ] » 24 Февраль 2013 19:25

Гаврилов С. В. Флот Камчатки. Морской транспортный флот. 1949—1968
— Петропавловск-Камчатский: Холд. комп. «Новая книга», 2011. — 608 с., ил.

Приказ по КМП № 286 от 19 августа 1967 г. «О наименовании парома проекта 618-М, строительный № 2»

Учитывая заслуги перед Морским флотом капитана дальнего плавания Беляева Степана Поликарповича, приказываю: строящемуся для КМП парому проекта 618-М, строительный № 2, присвоить наименование «Капитан Беляев».

Начальник КМП П. Киселев

ГАКК, ф. Р-523, оп. 1, д. 1659, л. 223.


c.572
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение pavlo-magnus » 06 Март 2013 02:33

А где похоронен Степан Беляев? В Петропавловске?
Интересно, его потомки живут там же или во Владивостоке, например?
pavlo-magnus
 
Сообщения: 2
Зарегистрирован: 24 Февраль 2013 01:08

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение Иван Кукушкин » 08 Июль 2015 17:44

 Декабрист и Ю-88 4D+BM.png
Сергей Ильин прислал информацию, касающуюся "Декабриста"^ http://sergey-ilyin.livejournal.com/170219.html

:": "Arctic Interlude: Independent to North Russia", Harry C. Hutson. Автор пишет забавно, иногда до смешного: "после этого "Декабриста" русские получили транспорт-либерти и назвали его "Декабрист", а когда списали в 1972-м, то назвали "Декабрист" другое судно. А еще у них была подлодка с тем же именем. Наверное, это просто очень популярное в России имя для корабля". Но есть и серьезная информация, "Декабрист" в своем последнем бою может претендовать на сбитый самолет -- один из атаковавших его "Юнкерсов" (Ju 88 number 4D+BM ) потерпел аварию (отказ двигателя) на обратном пути. "Нет информации, вследствие боевых повреждений или нет". Экипаж был спасен гидросамолетом Do-24.
Аватара пользователя
Иван Кукушкин
 
Сообщения: 11718
Зарегистрирован: 17 Июнь 2007 05:52
Откуда: Нижний Новгород

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение В.Марков » 09 Июль 2015 01:34

Ну если Юнкерс был 4D+BM, то вот его остатки - фото с Райберта.инфо
 Я4.jpg
 Я4-2.jpg
 Я4-3.jpg
В.Марков
 
Сообщения: 29
Зарегистрирован: 30 Апрель 2008 11:25
Откуда: Москва

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение Polarstern » 17 Июль 2015 21:26

Иван Кукушкин пишет:
Декабрист и Ю-88 4D+BM.png
Сергей Ильин прислал информацию, касающуюся "Декабриста"^ http://sergey-ilyin.livejournal.com/170219.html

:": "Arctic Interlude: Independent to North Russia", Harry C. Hutson. Автор пишет забавно, иногда до смешного: "после этого "Декабриста" русские получили транспорт-либерти и назвали его "Декабрист", а когда списали в 1972-м, то назвали "Декабрист" другое судно. А еще у них была подлодка с тем же именем. Наверное, это просто очень популярное в России имя для корабля". Но есть и серьезная информация, "Декабрист" в своем последнем бою может претендовать на сбитый самолет -- один из атаковавших его "Юнкерсов" (Ju 88 number 4D+BM ) потерпел аварию (отказ двигателя) на обратном пути. "Нет информации, вследствие боевых повреждений или нет". Экипаж был спасен гидросамолетом Do-24.


Там еще тоже любопытные детали:

23 июля Брюннер (командир лодки) получил радиограмму из штаба, которая гласила:
«13.24 Р/гр Брюннеру: после установки буя 106 на повышенной скорости. После 107 идти в район атаки АТ72.
Брюннер кроме метеобуев имеет на борту 8 торпед и должен сменить у губы Белушья Бенкера, который требуется для новых минных операций.
Люфьваффе считает, что замеченные 22.7 на о. Надежды 3 человека могут быть нашими, потерпевшими кораблекрушение. Брюннер должен на пути ко второму метеобую зайти туда и посмотреть».
Затем была получена еще одна
«16.36 Р/гр Брюннеру: После выполнения 106 на повышенной экономичной скорости идти через АВ3852 к юж. оконечности о. Надежды. Дальнейшие приказы последуют.»
На следующий день между штабом и Брюннером произошел следующий радиообмен:
«Р/гр 0030/719 от Брюннера: 106 поставлен без якоря. Устно до выхода ему давали приказ оба бу ставить с якорями и на борту был специалист-инспектор Вернер.
10.06
Р/гр Брюннеру: доложить, почему поставили без якоря.
14.30
Р/гр 1300/737 от Брюннера: отказ глубоководного якоря. Якорная цепь заклинила, прежде чем якорь достиг дна. Нахожусь в АВ????, погода.
17.34
Р/гр Брюннеру: на вост. берегу о Надежды дважды на отрезке у южной оконечности в 30 м от берега уже 1 июня наблюдались избушка и люди. Это могут быть люди с нашего самолета. Нет ?, нет радио. Если это с судов, или вражеская станция, по возможности уничтожить. Вести себя осторожно.»
25 июля лодка подошла к острову. Немцы обнаружили Беляева от которого выяснили, что за люди находятся на острове. Беляев помог найти немцам остальных трех людей, которым он с лодки кричал в мегафон, что бы они подплыли к субмарине. Когда все четверо собрались на субмарине, немцы стали решать, что с ними делать. Брюннер, выслушав доклад о состоянии хижин и наличии в них продовольствия, решил взять с собой капитана, оставив остальных на острове, передав им вышеупомянутые продукты, медикаменты и снасти. Это было самостоятельно решение Брюннера, он не стал запрашивать об этом штаб. То есть командир решил, что ввиду того, что лодка еще не выполнило боевое по постановке буев, он не может взять всех, поэтому решил взять одного человека. Для именно того времени это достаточно гуманное решение, особенно если учесть, что командир лодки таким образом нарушал напоминание командирам Деница от 17 сентября 1942 года, которое ошибочно именуют приказом «Лакония». Более того, его действия выглядят очень не равнодушными, если сравнить их с тем, что сделал его коллега Хармс двумя днями позже после потопления исследовательского судна «Академик Шокальский». Тогда Хармс, найдя на берегу спасшихся советских моряков, забрал у них шлюпку, предоставив их участи совершать пеший переход, который пережив не все из них. Брюннер же взял одного на борт и дал возможность трем остальным продержаться до октября. Любопытно, что Шлотт вспоминал об этом моменте:
«Напряженно мы наблюдаем за русскими, когда это решение сообщается им. Они, кажется, принимают это с равнодушием.»
Аватара пользователя
Polarstern
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 771
Зарегистрирован: 01 Январь 1970 03:00
Откуда: Москва/Виннипег

Степан Поликарпович Беляев, Надежда Наталич - "Декабрист"

Сообщение Koltunovich OV » 02 Ноябрь 2018 14:18

Доброго времени суток всем!

В боьшинстве источников информации о т/х Декабирст ( в статьях, книгах) все время упоминаются дневники и капитана Беляева и Надежды Наталич.

С немецкой и норвежской сторны есть огромное желание отыскать дневники. Они то же хотят смотреть на историю с разных точек.

Обращаюсь по их поручению и от их имени, пишу везде где есть упоминание этой истории. Просьбой ко всем у кого есть информация, где можно найти близких родственников Белява и Наталич, поделитесь пожалуйста!

Как я поняла, что кроме исследовательского интереса есть возможность публикации этих дневников.

Еще раз, Огромная просьба ко всем! Очень нужна информация!

отвечать можно письмом в почту k.oxana.v@gmail.com
Koltunovich OV
 
Сообщения: 2
Зарегистрирован: 01 Июль 2018 23:44

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение mandarinas » 26 Март 2019 08:05

Добрый день. Имеется фотография. Хочу опознать кто изображен, а так же год, когда это могло быть сфотографировано. Со мной можно связаться вконтакте - https://vk.com/mikalai_nikitsin

Изображение

Изображение
Последний раз редактировалось mandarinas 26 Март 2019 14:12, всего редактировалось 2 раз(а).
mandarinas
 
Сообщения: 4
Зарегистрирован: 26 Март 2019 07:50
Откуда: Minsk

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение ББК-10 » 26 Март 2019 12:59

mandarinas пишет: Имеется фотография. Хочу опознать кто изображен, а так же примерный год, когда это могло быть сфотографировано.

На спас-круге надпись "ОДЕССА", значит не позднее 1940 г.
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 6151
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение mandarinas » 26 Март 2019 13:55

На спас-круге надпись "ОДЕССА", значит не позднее 1940 г.


А что это значит? Почему Одесса? Почему 40 год? На фото экипаж корабля?
mandarinas
 
Сообщения: 4
Зарегистрирован: 26 Март 2019 07:50
Откуда: Minsk

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение ББК-10 » 26 Март 2019 14:29

mandarinas пишет:А что это значит? Почему Одесса? Почему 40 год? На фото экипаж корабля?

Это значит, что до 1940 года судно входило в состав Черноморского пароходства с портом приписки Одесса.
В 1940 г. передано Дальневосточному пароходству с портом приписки Владивосток.
 Регистр 1931-32 - 0001.jpg
 Регистр 1931-32 - 0002.jpg
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 6151
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение ББК-10 » 26 Март 2019 15:04

 Беляев.jpg
ПАМЯТИ ЛЕГЕНДАРНОГО КАПИТАНА

4 февраля исполнилось 65 лет со дня смерти человека, именем которого названа одна из старейших улиц Петропавловска, – Степана Поликарповича БЕЛЯЕВА. На доме № 3 по ул. Капитана Беляева висит памятная доска с надписью: «Улица названа в память одного из первых капитанов Камчатского морского пароходства, капитана легендарного парохода «Декабрист». Наверное, мало кто знает, что «Декабрист» принадлежал не Камчатско-Чукотскому государственному морскому пароходству, а Дальневосточному государственному морскому пароходству, да и сам Степан Поликарпович проработал в Камчатском пароходстве недолго – с 1949 по 1952 гг. У простого обывателя может возникнуть вопрос: почему же тогда посчитали необходимым увековечить память этого человека? И только людям, интересующимся историей Великой Отечественной войны и историей транспортного флота Дальнего Востока, хорошо известен подвиг экипажа «Декабриста».

До недавнего времени о С. Беляеве камчатским краеведам было известно немного, только основные вехи его жизненного пути. В то время как на его родине – в г. Николаеве (на Украине), благодаря историку Евгению Григорьевичу Горбурову, который подготовил о С. Беляеве несколько публикаций, его имя достаточно известно. Как выяснилось из переписки сотрудников краевого архива с Е. Горбуровым и заведующей музеем Николаевского морского торгового порта Татьяной Ульянкиной, в Николаеве до сих пор живет дочь капитана – Надежда Степановна Лозенко. Кроме того, в ходе взаимного обмена информацией краевым архивом были получены несколько фотографий и восполнены имеющиеся белые пятна в биографии С. Беляева.
Степан Поликарпович Беляев родился 10 мая 1895 г. в дер. Богоявленск Херсонской губернии (сейчас это один из районов Николаева) в семье плотника-
печника. С 15 лет работал юнгой на парусном судне, в 1912 г. поступил в Алешковскую мореходную школу. В своей автобиографии С. Беляев отметил: «Учился на собственные деньги, заработанные летом, у родителей помогать мне было нечем, отец зарабатывал мало». Весной 1914-го он окончил мореходную школу и выдержал экзамен на звание штурмана малого плавания. В период с 1914 по 1917 гг. работал вторым помощником капитана, старпомом и капитаном на пароходах Транспортной флотилии Черного моря. Весной 1918 г. С. Беляев выдержал экзамен на звание штурмана дальнего плавания.
Необходимо отметь, что для Николаева период 1918–1920 годов был насыщен социальными и политическими потрясениями: в городе несколько раз менялась власть, некоторое время территория Украины была оккупирована немцами, поэтому устроиться работать по специальности у Степана Поликарповича не получалось. Возможно, некоторое время в течение 1918 г. он был комиссаром Николаевского порта – к такому выводу пришли Е. Горбуров и Т. Ульянкина, в том числе сравнив элементы почерка и подписи С. Беляева на разных документах из николаевского и нашего, камчатского архива. С 1919 по 1929 гг. работал помощником капитана на пароходах транспортных контор Николаева, Севастополя, Одессы. В 1920 г. С. Беляев женился: его избранницей стала Елизавета Ивановна Коренева (в 1940 г. у Беляевых родилась дочь Надежда – единственный ребенок в этом браке).
В 1927 г. С. Беляев получил диплом на звание капитана дальнего плавания, а в 1929-м, по предложению Акционерного камчатского общества (АКО), выехал в Гамбург на приемку судна «Баклан». С этого времени судьба капитана тесно переплелась с Дальним Востоком. С 1929 по 1937 гг. он участвовал в приемке и перегоне судов из-за границы для АКО. За период работы в АКО С. Беляев неоднократно поощрялся руководством премиями и благодарностями. Морская профессия позволила ему посетить такое количество иностранных портов, что, заполняя «Личный листок по учету кадров» в 1951 г., в графах «Был ли за границей» и «В какой стране» он указал: «Не был в Австралии и Южной Америке, в остальных был».
В 1937 г. С. Беляев прошел военную переподготовку, ему было присвоено звание капитан-лейтенанта. В июне 1941-го он был назначен капитаном «Декабриста» – самого большого из 2-винтовых грузовых пароходов в составе торгового флота СССР: при длине 150 метров он брал в свои пять трюмов 8 тысяч тонн грузов и с полной загрузкой развивал скорость 12 узлов (примерно 22 км/ч). Построен он был в Англии в 1903 г., участвовал в историческом походе эскадры адмирала Рожественского из Балтики на Дальний Восток (в качестве угольного транспорта для крейсеров и броненосцев) и в Цусимском сражении. В ходе тяжелого сражения, закончившегося разгромом русской эскадры, невооруженному транспорту удалось выйти из боя, оторваться от преследования и вернуться на Балтику. Тогда пароход назывался «Анадырь», а после Октябрьской революции в 1918 г. его переименовали в «Декабрист». В 1940 г. пароход передали Дальневосточному государственному морскому пароходству.
В годы Великой Отечественной войны моряки советского торгового флота выполняли опасную и важную работу по перевозке грузов для фронта и оборонной промышленности из США и Великобритании. Из трех путей доставки наиболее коротким был северный, который проходил через Исландию и далее Баренцево море в порты Архангельск и Мурманск. Транспортные суда группировались по нескольку десятков и сопровождались английскими и американскими военными кораблями. Такие соединения назывались конвоями. «Декабрист» успел принять участие в двух полярных конвоях – PQ-6 и QP-5.
8 декабря 1941 г. «Декабрист» с грузами от союзников направился в Мурманск. Большую часть пути судно прошло благополучно, но на подходе к Мурманску конвой ушел на помощь английскому транспорту. 21 декабря у входа в Кольский залив пароход подвергся атаке немецких самолетов, которые стали сбрасывать бомбы и расстреливать практически безоружное и обледенелое судно. Члены экипажа открыли огонь по самолетам противника из имеющихся на судне орудий. Из трех бомб, сброшенных на «Декабрист», две взорвались в воде, не причинив вреда судну. Третья, пробив верхнюю палубу, застряла в твиндеке (грузовом помещении) пятого трюма, откуда ее осторожно вынесли члены экипажа и вывалили за борт. Как записал С. Беляев в своем дневнике, «первое боевое крещение команда выдержала стойко».
В ночь на 22 декабря 1941 г. «Декабрист» ошвартовался в Мурманске. Это был первый советский транспорт, пришедший в Мурманск с грузами по лендлизу. Капитана Беляева и экипаж судна с благополучным возвращением лично поздравил начальник Главсевморпути Иван Дмитриевич Папанин, находившийся здесь. Разгрузка прошла быстро, и 13 января 1942-го «Декабрист» отправился в очередной рейс.
В связи с разгромом фашистами конвоя PQ-17 и большими потерями в конвое PQ-18 летом 1942 г. союзники временно прекратили отправку новых конвоев. Было принято решение в пользу попыток одиночного, «капельного» прорыва транспортных судов из Исландии на Мурманск и Архангельск.
Поэтому 31 октября 1942 г. из Рейкьявика на Мурманск «Декабрист» отправился в одиночное плавание. На борту находились 80 человек: 60 – экипаж судна, 20 – военная команда, обслуживающая корабельные пушки и пулеметы.
Утром 4 ноября в Баренцевом море в 60 милях к югу от норвежского острова Надежды «Декабрист» был атакован целой эскадрильей немецких бомбардировщиков и торпедоносцев. В своем дневнике (опубликованном в газете «Водный транспорт» в 1960 г.) С. Беляев вспоминал, что экипажу «Декабриста» пришлось отразить девять атак торпедоносцев и две – бомбардировщиков. Еще одна атака стала роковой: торпеда попала в носовую часть парохода. Еще целых десять часов команда боролась за живучесть судна. Имея большой крен, «Декабрист» стал медленно погружаться. Команда успела пересесть в 4 шлюпки. Капитан Беляев хотел погибнуть вместе с пароходом, но этого не позволили сделать члены экипажа, пригрозив, что в таком случае они тоже останутся с ним.
Поиск спасшихся моряков было приказано производить двум подводным лодкам Северного флота С-101 и -102, но поисковая операция к успеху не привела. Шлюпки со спасшимися моряками разметал шторм. Через десять дней шлюпку, в которой находился капитан С. Беляев и 18 моряков, прибило к необитаемому острову Надежды (норвежцы называют остров – Хопен). Большинство моряков уже находились в тяжелом состоянии. Обследуя остров, наткнулись на старый сарайчик – хижину норвежских зверобоев. Почти сразу высадившаяся на остров часть команды стала нести потери – люди замерзали или умирали от болезней. Через несколько месяцев в живых остались только четыре человека: капитан, судовой медик Надежда Матвеевна Наталич, матросы Бородин и Лобанов. Оставшихся людей от гибели спас запас консервов, взятый в шлюпку с «Декабриста», найденные позже шесть мешков муки и выброшенные морем несколько бочонков со сливочным маслом. Досаждали не только болезни и холод, но и медведи – одного из них удалось убить капитану.
Спустя некоторое время оставшиеся в живых обнаружили на южной стороне острова деревянный домик и лодку-плоскодонку. Плоскодонку отремонтировали, и появилась надежда в летний период пробиться к родным берегам. Но в начале лета 1943 г. их засек немецкий самолет, и вскоре, в июле, возле острова появилась норвежская подводная лодка под командой немецких офицеров. Оставшихся в живых членов экипажа «Декабриста» допросил капитан подводной лодки. Матрос Лобанов в тот же день умер (у него была цинга, и он находился в крайне тяжелом состоянии). Капитана Беляева забрали сразу, Наталич и Бородина сняли с острова в октябре. Выживших отправили в концлагеря в Норвегии, мужчин – в Тромсе, а Наталич – в женский лагерь вблизи Гаммерфеста.
Удивительно, но всем троим удалось выжить. Вот как С. Беляев спустя много лет отразил этот трагичный период своей жизни в автобиографии: «25 июля 1943 года был снят немецкой подводной лодкой и как интернированный находился в Норвегии до окончания войны в лагере военнопленных, русских, советских солдат. В лагере подвергался оскорблениям, унижениям, посылали на непосильные работы, избивали, всячески издевались. В начале 1945 г. перевезли в лагерь около небольшого города в районе Осло, как штрафного, и, как рассказывали немцы, – нас там должны были отравить всех 10 мая, но война в Норвегии окончилась 7 мая, что нам спасло жизнь».
В Норвегии бывших военнопленных подлечили и отправили в Мурманск, где они подверглись тщательной проверке органов НКВД. Е. Горбуров в своей публикации «Герой-земляк возвращается из забвения» указывает: «По воспоминаниям жены Беляева – Е.И. Кореневой, в этот период за него вступился его друг – исследователь Арктики контр-адмирал И. Д. Папанин. Пройдя своей экспедицией дорогой моряков «Декабриста», он подтвердил их героический подвиг».
С. Беляев был демобилизован 1 декабря 1945 г., а 20 декабря вернулся во Владивосток. С февраля 1946 г. он временно работал капитаном рефрижератора «Комсомол Арктики» в Востокрыбхолодфлоте (так как там не было капитанов). В декабре этого же года вернулся в Дальневосточное государственное морское пароходство.
В 1949 г. пароход «Бухара», капитаном которого был Степан Поликарпович, передали организованному в этом же году Камчатско-Чукотскому государственному морскому пароходству. Поэтому по просьбе С. Беляева его перевели в новое пароходство, на Камчатку. Некоторое время на «Бухаре» вместе с Беляевым работали выжившие «декабристы» Надежда Матвеевна Наталич и Василий Николаевич Бородин.
Осенью 1951 г. С. Беляев ушел в длительный отпуск за несколько лет непрерывной работы. Виктор Иванович Макаров, ветеран морского транспортного флота, начинавший свою флотскую службу матросом на «Бухаре», в своих воспоминаниях «Путь к морю» указывает: «Часть отпуска он провел во Владивостоке с семьей, жившей там, а затем собирался повидаться с первой семьей, оставшейся на его родине, в городе Николаеве». В феврале 1952 г. он направился к семье в г. Николаев. 4 февраля 1952 г. С. Беляев умер в поезде. В некоторых публикациях указывается, что Степан Поликарпович скончался в поезде от сердечного приступа. Однако в свидетельстве о смерти, которое хранится в семье его дочери, причиной смерти указана бронхопневмония. Капитан Беляев был похоронен во Владивостоке.
В 1967 г. во Владивостоке на берегу бухты Золотой Рог был открыт мемориальный ансамбль памяти моряков торгового флота, погибших в годы Великой Отечественной войны. У подножия памятника 24 бронзовые плиты с названиями погибших судов. Одна из плит посвящена пароходу «Декабрист». На ней выбито 62 имени погибших моряков.
В 1975 году в дни празднования 30-летия Победы над фашистской Германией советскими моряками с дизель-электрохода «Индигирка» на норвежский остров был доставлен обелиск в память о погибших моряках «Декабриста». В присутствии консула СССР на Шпицбергене, норвежцев и представителей Мурманского морского пароходства состоялось открытие памятника на высоком южном берегу острова Надежды. На мраморном обелиске золотом выгравировано на русском и норвежском языках: «Морякам советского парохода «Декабрист», героически погибшим в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками. 1942 г.».
На Камчатке Степан Поликарпович Беляев оставил о себе добрую память. В.И. Макаров написал о капитане Беляеве такие слова: «…учитывая его жизненный и профессиональный опыт, а также сложную военную судьбу, нетрудно понять, что он, как, может быть, никто другой из его коллег, умел
дорожить человеческой жизнью и ответственно относился к порученному делу».
В 1968 г. в ходе подготовки к проведению всесоюзной переписи 1970 г. Петропавловский горисполком принял решение упорядочить названия улиц и нумерацию домов в городе. Некоторые улицы получили новые названия, в том числе 2-й Океанский проезд, который стал улицей Капитана Беляева. В справке к данному решению отмечалось: «За время своей работы Беляев зарекомендовал себя опытным судоводителем, хорошим организатором.
Много сил и энергии отдал воспитанию молодых моряков, свой богатый практический опыт и знания передавал подчиненным, пользовался большим авторитетом у моряков. Сорок пять лет своей жизни отдал служению морскому флоту». Один из паромов Камчатского морского пароходства также носил имя «Капитан Беляев». Безусловно, Степан Поликарпович Беляев достоин того, чтобы оставаться в памяти потомков. Легендарным можно назвать не только пароход «Декабрист», но и, по праву, – его капитана.

Анастасия СЕСИЦКАЯ,
начальник отдела публикаций КГКУ «Государственный архив Камчатского края»


«Камчатский Край - Единая Камчатка» © 2011 - 2019
07.02.2017 22:30
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 6151
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение mandarinas » 02 Апрель 2019 07:31

ББК-10 пишет:
mandarinas пишет:А что это значит? Почему Одесса? Почему 40 год? На фото экипаж корабля?

Это значит, что до 1940 года судно входило в состав Черноморского пароходства с портом приписки Одесса.
В 1940 г. передано Дальневосточному пароходству с портом приписки Владивосток.
Регистр 1931-32 - 0001.jpg
Регистр 1931-32 - 0002.jpg


Можно ли узнать кто был капитаном судна в этот период, т.к. Беляев Степан Поликарпович был назначен капитаном «Декабриста» только в июне 1941-го года?

Можно ли считать, что это человек на фото капитан на основании того, что он один на фото в белой форме?

Изображение

Изображение
mandarinas
 
Сообщения: 4
Зарегистрирован: 26 Март 2019 07:50
Откуда: Minsk

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение ББК-10 » 02 Апрель 2019 20:26

Можно ли узнать кто был капитаном судна в этот период

Можно разумеется.
При наличии времени и средств.
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 6151
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение ББК-10 » 02 Апрель 2019 20:41

mandarinas пишет:Можно ли считать, что это человек на фото капитан на основании того, что он один на фото в белой форме?

Вряд-ли. Скорее из мехчасти. На белом мазут и угольная пыль виднее :)
Капитан в центре :)
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 6151
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение ББК-10 » 02 Апрель 2019 21:32

mandarinas пишет:Имеется фотография.

Откуда фотография? Из семейного архива, сосед за "банан" отдал, на помойке нашли...
Вы бы хоть что-то предварительно сообщили о предмете поиска.
mandarinas пишет:Хочу опознать кто изображен, а так же год, когда это могло быть сфотографировано.

Хотеть не вредно...
Вам сразу "весь список" выложить? Или персонально, с биографическими справками?
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 6151
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение mandarinas » 02 Апрель 2019 22:32

ББК-10 пишет:
mandarinas пишет:Имеется фотография.

Откуда фотография? Из семейного архива, сосед за "банан" отдал, на помойке нашли...
Вы бы хоть что-то предварительно сообщили о предмете поиска.
mandarinas пишет:Хочу опознать кто изображен, а так же год, когда это могло быть сфотографировано.

Хотеть не вредно...
Вам сразу "весь список" выложить? Или персонально, с биографическими справками?


Не ваше дело, где я взял это фото. Предмет моего поиска: год, когда было сделано фото, и кто изображен.
mandarinas
 
Сообщения: 4
Зарегистрирован: 26 Март 2019 07:50
Откуда: Minsk

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение fisch1 » 22 Апрель 2019 20:51

Пережитое (из воспоминаний судового медика парохода "Декабрист") (Надежда Наталич)


Наталич Надежда Матвеевна. Родилась в 1910 году в Россоши Воронежской области. После окончания медицинского техникума работала в Орле, с 1934 года - на судах Дальневосточного пароходства. Война застала судового медика Н. М. Наталич на пароходе "Декабрист". После войны - вновь Дальний Восток. Сейчас Надежда Матвеевна живет в Грозном. Пенсионер. В печати выступает впервые.


...Разыгравшийся шторм разбросал шлюпки в разные стороны. Полярная ночь, темнота. Вышел из строя компас. Шлюпку носило по волнам, бросало как щепку, а берега все не было и не было.

 1          Шторм.jpg
Воды не хватало. Сначала пили по сто граммов, потом - по пятьдесят. Мучила жажда, холод. Потом стали пить по пять граммов - лишь смочить губы и язык. Язык не ворочался, лопался, трудно стало говорить. Началось обезвоживание организма, слюна перестала выделяться.

Вдруг пошел снег. Натянули парус, и каждый лизал снег, хотя он был смешан с морской водой. О смерти из нас никто не думал в тот момент. Думали только о воде...

Уже десятые сутки, как нас носит по волнам. Встретили шлюпку третьего помощника капитана, там уже были полумертвецы. Несколько часов шли вместе, но снова унес их шторм неизвестно куда. А волны вздымаются, грозят утопить нас. Ветер достиг одиннадцати баллов...

На четырнадцатые сутки на юге открылся остров. Все закричали: "Берег, берег!" Увидели снеговую сопку. Откуда явились бодрость и силы! Скорей бы добраться до снега, утолить жажду. Но там, где глубина позволяет подойти, - высокие скалы. А у низменного берега - мелко.

Тут помогло, что накат большой. Шлюпку подняла волна, вынесла на берег. Люди перевалились через борт, пошатываются, идут к снегу, пригоршнями хватают его. Падали в забытьи, вставали и снова падали. Состояние капитана было очень плохое.

Все, что находилось в шлюпке, забрали. Но не успели взять самое главное - консервы и сухари. Шлюпку снова быстро унесло в море...

Мы расположились на берегу, развели костер, натянули палатку из парусов. Вода доходила до места, где сложили нашу провизию.

Суров и мрачен остров. Никакой растительности нет, одни камни, кручи, ущелья и сопки. Трудно сказать, сколько прошло времени с тех пор, как мы выбрались на сушу. Палатку сорвало, и капитан сказал, что надо искать другое убежище.

Разбились на три группы. Одни ушли на юг, другие на север, а третьи, слабые, остались у костра. Осталась и я.

Снова завьюжило. Те, что были у костра, залезли под паруса.

Помполит Корсетов и второй механик Крыжановский, которые пошли к югу, натолкнулись на разлив воды. Очистили от снега канаву и сидели в ней. А от тех, кто ушел на север, никаких вестей не было.

Когда начался буран, метель и снег, меня отбросило ветром от других на несколько шагов. Со мной была моя кошка, я взяла ее с гибнущего парохода. Шаль мою унесло неизвестно куда. Я замотала уши волосами и легла с кошкой. Когда заносило меня снегом, помню, кошка все время царапала мне лицо и разрывала снег. Замерзли руки, ноги примерзли к резиновым сапогам...

С северной части острова пришли два матроса - Двуреченский и Бородин. Подошли к снежному холмику, видят: все те, что лежали у костра, - одиннадцать человек, все замерзли. А из другого, отдельного холмика шел пар. Бородин стал звать меня, но я не слышала, так как под снегом крепко спала. А кошка услышала голос и стала мяукать. Вот и откопали меня благодаря кошке.

Идти я не могла, и они меня вдвоем еле-еле потащили. Нашли радиста и второго механика, стали их звать с собой. Но они отказались идти, говорят, все равно погибать. В этот момент поднялся сильный ветер со снегом. Нет спасения нигде.

Осталось нас восемь человек. Идти было очень трудно. Снег, крепкий мороз. Ноги и руки обмотали тряпками - стыли. Часто садились отдыхать. Поедим снега и снова двигаемся и как будто сил набрались.

Когда дошли до места, там оказался старый сарайчик или хатка. Чугунная печка без трубы, двухъярусные нары. Стены такие прогнившие, что можно через щели руку просунуть. Окно забито досками, темно, сыро, пол покрыт льдом. Дым режет глаза. Топили лучинками - слишком темно, нельзя собирать дрова.

Потом сделали трубу из нар. Она годилась, пока не высохла, а потом сгорела. На припае нашли бочку с бензином. Когда стали поливать лучинки бензином, тогда только увидели, что здесь есть. Хатка была только с тремя стенами, одна сторона к скале прислонена. Но все же теплее, чем снаружи.

Назавтра намечали пойти за Щербаковым и за Крыжановским. Но не Удалось. Разыгрался жестокий ураган, того и гляди рухнет наше убежище...

Оружие у нас было такое: топор и винтовка с двумя патронами. Ходили каждый день на то место, где нас выбросило. Сегодня немного раскопают, а завтра снова вьюга занесет. А чем копать? Лопат нет, копали топором. И так несколько дней ходили, обессиленные, голодные, измученные. Я оставалась в избушке, поддерживала огонь да из снега воду топила.

Через несколько дней удалось откопать сухари и консервы. Мы так обрадовались, стали из сухарей варить баланду. На ведро бросали несколько штук сухарей.

Мы не знали, где находимся. А люди уходили один за другим. У Новикова - двустороннее воспаление легких. Матрос Смирнов умер от обморожения последней степени. Мясо отваливалось от костей - что мог сделать медик в таких условиях?! Они отправляются на разведку, а я остаюсь одна с умирающим. К тому же лед еще идет. С берега доносится то словно крик ребенка, то будто плач матери, да еще ревут белые медведи. А я одна. Кругом море да сопки. И ждешь, тревожишься за них. И думаешь: а вдруг их уже нет! Потом вдруг - хруст снега и голоса. Вот уже близко, а их все нет и нет. И снова ничего не слышно - они еще далеко...

Один раз нашли муку и бочонок масла. Радость! Как говорят, живем! Но радость наша сменилась горем. Два человека ушли в разведку. Нашли бочку с авиационным спиртом. Напились, идут и песни поют. А через несколько часов умерли. Осталось в живых уже четыре человека.

Сделали санки. Перевезли муку и масло. Медведи все чаще стали навещать нас. Хатку нашу совсем снегом занесло, выбирались через дыру. Не раз слышали, как медведи лазят по крыше. Отбили окно, хотя оно было затянуто слюдой, и заглядывают в хатку... Отгоняли всяко. Капитан перочинным ножом сделал отверстие в дверях и одним удачным выстрелом убил медведя. Теперь у нас есть мясо, жир, а значит, и огонь. И защита от холода - шкура. На кости медведя приходят песцы, тоже одного убили и съели.

После долгой полярной ночи пошли Лобанов и Бородин на юг. Обнаружили домик и лодку-плоскодонку. На другой день пошел и капитан. Обрадовались: капитан говорит, что в лодке могут свободно четыре человека уместиться. И стали ее ремонтировать.

Однажды смотрим - на горизонте летит самолет. Он уже несколько раз пролетал над островом, когда кончилась полярная ночь. На этот раз пролетел низко - летчики помахали руками и выбросили вымпел с тремя порциями бутербродов. На крыле самолета норвежский знак. Лобанов помахал лопатой, а летчики ему крылом.

Капитан один все время ходил на юг острова, так как Лобанов уже не мог двигаться. Цинга. Слег в тяжелом состоянии. Через несколько дней свалился и Бородин. Что я буду делать одна! Лобанов уже терял сознание, но Бородин еще мог потихоньку ходить. Он сказал мне: "Иди копай для нас двоих могилу, чтобы медведи нас не растаскали, как тех двух".

Когда умирали наши, мы снимали с них одежду и надевали на себя. Умирают - вытащим их в снег, а тут медведи...

С провизией становилось трудно. Заметно потеплело, снег стал быстро таять. Когда растаял, увидели: рядом с нами бочка с солью. А мы восемь месяцев жили без соли...

Капитан почти все время жил на юге острова, ремонтировал лодку. Однажды слышу - из пулемета строчат. Туман, ничего не рижу, но слышу голоса. Люди приближаются, говорят на немецком языке. Думаю - плен.

Оказывается, пришла подводная лодка норвежская, под командой немецких офицеров. Они шли с боевого задания и в южной части острова взяли нашего капитана. Входят в хатку, видят: лежат два полумертвеца. Немцы и нам командуют идти на подводную лодку. Лобанов без сознания, мне пришлось перекатывать его по камням. Взяли нас и держали несколько часов. Лобанов здесь же умер, похоронили его как надо, норвежцы дали салют. А мы с Бородиным вернулись в свою хатку. Капитан-норвежец незаметно сунул мне сверток. Несколько таблеток витаминов, лимон, хлеб и колбаса. Я быстро взяла и чуть не поцеловала его добрые руки.

Нашего капитана забрали. Но куда? Конечно, в плен. А что будет с нами? Нас на острове оставили. Только через три месяца пришла эта же подводная лодка. Но снять нас не смогла - снова заштормило, а вокруг льды. Выбросили ракету: "Вас спасти невозможно".

 1       Полярная ночь.jpg


Снова началась полярная ночь, темнота. Однажды слышим, самолет-бомбардировщик. Несколько раз он покружил над нашей хаткой. А на другой день снова пришла та же подводная лодка, и нас сняли на резиновом боте.

Привезли в город Тромсё, в лагерь военнопленных. Здесь же был и капитан. Но когда нас привезли, его удалили за пять километров, пока нас не допросили.

Допросы: говорят, я - участник десанта. Ты им одно, а они - другое. Да и как и чем докажешь?!

Везут в другой лагерь, в Гаммерфест. И снова пытки, допросы. Ведут допросы два фрица - один спереди, другой сзади. Да разве убежишь, когда на костях кожа натянута, как струны. Приведут на допрос, ничего от меня не добьются - бьют. Пальцы закладывают в двери. Губы, язык кусаешь... Если кричать - хуже будет. Посадят куда-нибудь в сарай или в баню, где одни голодные мыши да крысы. Спустят корки хлеба да вонючей баланды с брюквой. А что делать - надо есть. Потому и до сих пор я страдаю желудком...

Наконец поместили в лагерь, где одни девушки и женщины, в основном вербованные. Но и здесь было не лучше. Лагерь находился над морем, да в три ряда проволока колючая. Вербованные жили отдельно, в хороших бараках. Ходили свободно, были на хороших работах. А таких, как я, гоняли на самые тяжелые работы. Одевали нас в халаты без рубашек да на ноги деревянные колодки. Наденешь, а они спадают в снегу. Станешь снова надевать, а тут тебе в спину приклад. Однажды у меня спала колодка, я наклонилась, чтобы надеть, а тут меня прикладом по лопатке. Я не смогла встать сама, подняли женщины, довели кое-как до ревира, положили. Кое-как срослось, хотя и теперь страдаю.

Гонят нас на работу, а норвеги знаками показывают - спрятали что-то в мусорных ящиках. Станешь рыться, а тут снова прикладом...

С нами была девушка, которая находилась в близких отношениях с комендантом лагеря. Однажды нас, пять человек, послали убирать пароход Видим - стоят бочки с горючим. А пароход идет на фронт - норвеги знаками показывают. Ну, мы и подожгли. Произошло то, чего и надо было ожидать. Мы не знали, что девушка та донесет коменданту. Сразу нас законвоировали. Путь смертный в крематорий назначен на 30 апреля. Но как раз под 30-е вступили наши войска совместно с американцами и англичанами. 9 мая нас освободили, а 12 мая меня отправили в город Тромсё, где находились Бородин и капитан.

В Норвегии нас немного подлечили и увезли в Мурманск. А из Мурманска - во Владивосток, откуда мы снова пошли плавать...


Полярный круг' \\Редкол.: Бардин В.И. и др. - Москва: Мысль, 1982
fisch1
 
Сообщения: 2277
Зарегистрирован: 13 Ноябрь 2014 19:59

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение fisch1 » 23 Апрель 2019 20:18

Сузюмов Е. М. "Декабрист" ведет бой" //Полярный круг. Москва: Мысль, 1982

""Декабрист" ведет бой" (Евгений Сузюмов)
Сузюмов Евгений Матвеевич. Родился в 1908 году в Пензе. Работает в отделе морских экспедиционных работ АН СССР. Кандидат географических наук. Председатель Советской национальной комиссии морской истории, член бюро секции писателей-маринистов Союза писателей СССР. Действительный член Географического общества СССР, почетный член Национального Географического общества США. Автор более чем 100 научных и популярных статей и очерков и 10 книг ("К шестому материку", "Дуглас Моусон и Антарктика", "Подвиг А. Сибирякова" и др.). Участник многих полярных экспедиций и плаваний. Почетный полярник. Живет в Москве.
 В бою.jpg
Далеко за полярным кругом, там, где студеные воды Баренцева моря омывают Шпицберген, на подходах к архипелагу лежит небольшой необитаемый остров Надежды. В дни полярного лета, когда на короткое время рассеивается туман, окутывающий этот угрюмый остров, моряки с борта проплывающих мимо судов могут видеть на его крутом берегу высокий каменный обелиск. Он воздвигнут здесь в 1975 году советскими и норвежскими моряками (остров принадлежит Норвегии) в память экипажа парохода "Декабрист", погибшего в этих водах в ноябре 1942 года от немецко-фашистских пиратов.

В годы Великой Отечественной войны моряки советского торгового флота выполняли почетную и опасную работу по перевозке грузов для фронта и оборонной промышленности. Сотни рейсов совершили они через Атлантический океан, на каждой миле пути их подстерегали вражеские подводные лодки, а с воздуха подкарауливали бомбардировщики и торпедоносцы. Много мужества и героизма проявляли советские моряки, прорываясь через огненные преграды. Но не все суда доходили до родных берегов. Много лишений и бедствий приходилось претерпевать экипажам погибших кораблей...

В мае 1942 года, после того как фашисты разгромили печально известный караван PQ-17, союзники прекратили формирование караванов транспортных судов и отправку их через Атлантику в Советский Союз. Лишь осенью, когда в северных широтах океана значительную часть суток царили сумерки и ночная тьма, стали выпускать в одиночное плавание без охраны отдельные корабли. В такой рейс был отправлен советский пароход "Декабрист".

В те годы "Декабрист" был одним из самых крупных судов советского транспортного флота: при длине 150 метров он брал в свои пять трюмов 8 тысяч тонн грузов и с полной загрузкой уверенно развивал скорость 12 узлов. Построен он был р Англии в 1903 году, и экипаж гордился тем, что его корабль участвовал в историческом походе эскадры адмирала Рожественского из Балтики на Дальний Восток и в Цусимском сражении. Только тогда он назывался "Анадырь", а в "Декабрист" его переименовали после Октябрьской революции. Весной 1942 года "Декабрист" вышел из Америки с грузом боеприпасов и стратегического сырья и неожиданно застрял с июня в Исландии. Только 31 октября его выпустили в самостоятельное плавание. На борту находилось 80 человек: 60 - постоянный экипаж и 20 - военная команда, обслуживающая пушки и пулеметы. Вооружение "Декабриста" состояло из двух трехдюймовых орудий, четырех малого калибра скорострельных пушек "Эрликон" и шести зенитных пулеметов. Эти огневые средства предназначались для отражения воздушных атак, но были бессильны против нападения военного корабля. Командовал "Декабристом" один из лучших капитанов торгового флота, Степан Поликарпович Беляев, экипаж состоял из дальневосточных и балтийских моряков.

Ниже приводится глава из документальной повести "Пленники острова Надежды", написанной автором этих строк по материалам воспоминаний капитана С. П. Беляева.

* * *
...Наступило утро четвертого ноября: подходили к концу четвертые сутки похода. Линия маршрута на карте уже пересекла 76-ю параллель и повернула к острову Надежды.

Новое утро мало чем отличалось от предыдущего. Та же унылая серость вокруг, небо в пелене дымчатых облаков, далекий чистый горизонт. Юго- восточный ветер гнал крупную зыбь, и волны набегали одна за другой на правый борт парохода, как бы стараясь сбить его с курса и повернуть на север.

Старший штурман Эбелинг доложил капитану:

- Выходим на траверз Надежды. Будем менять курс?

Беляев на мгновение задумался. Острова Ян-Майен и Медвежий обходили с севера - согласно предписанию штаба. В этом же предписании было сказано, что он должен пройти в 30 милях южнее острова Надежды, подняться далее на север до 77-й параллели и после пересечения 35-го меридиана повернуть на юг в Кольский залив. Если получит сообщение о кораблях неприятеля, то надо уклониться к востоку до Новой Земли, а если встретится лед, то следовать вдоль его кромки.

- Пойдем рекомендованным курсом, - ответил капитан и склонился над картой с линейкой и циркулем в руках.

Кто-то снаружи резко рванул входную дверь в рубку. На пороге стоял Радист Щербаков. Лицо его выражало тревогу.

- Что случилось?

- Вот, Степан Поликарпович, читайте, - произнес радист и протянул Беляеву листок бумаги.

Это была радиограмма с английского парохода, перехваченная в эфире Щербаковым. "Подверглись атаке самолетов", - коротко сообщал открытым текстом капитан английского парохода и далее указывал свои координаты.

Беляев в один момент нанес его место на карту, где прокладывал курс своему кораблю. Сразу неприятно засосало в груди: так и есть, на маршруте "Декабриста", только в 120 милях впереди.

Надо действовать немедленно, не терять ни одной секунды.

- Сигнал боевой тревоги, - коротко приказал Беляев Эбелингу. - Командиров ко мне...

В какую-то долю секунды он мысленно представил себе английский пароход. Он хорошо помнил его: оба судна отстаивались в Рейкьявике под островом Энгей почти борт о борт месяца два, а с капитаном его, находящимся на английской службе, высоким и мощным стариком голландцем, Беляев часто встречался в штабе. Пароход вышел из Рейкьявика часов на шесть раньше "Декабриста" и тоже шел в одиночку. Теперь старый голландец посылал в эфир предупреждение о неприятеле...

Что же дальше? Атакован пароход далеко впереди. Но что для самолета эти 120 миль? Полчаса лету. А может быть, и "Декабриста" уже засекла немецкая разведка и на полной скорости летят сюда из Северной Норвегии фашистские самолеты со смертоносным грузом? Эх, какая досада, что день только начинается - десять часов утра. Хоть и короток он, а до темноты часов пять надо ждать. Значит, надо уходить самим на север, навстречу мраку полярной ночи.

Подается новая команда рулевому: "Курс лево 80 градусов" - и в машину: "Самый полный вперед!"

И до кочегарки дошел сигнал тревоги. Кочегаров подгонять не надо. Знают ребята, что их старику "Декабристу" теперь скорость нужна, только скорость. Замелькали чаще лопаты с углем, зашуровали поживее в топках. В лицо жар нестерпимый дышит, железо через рукавицы ладони жжет... Ползет вверх стрелка манометра. Теперь скорость нужна, большая скорость, чтобы в темноту убежать. Шуруют кочегары у топок и не знают, что на палубе творится: может быть, уже бой идет, а здесь, в преисподней, ничего не слышно...

На мостике собрались все командиры. Лица серьезные, сосредоточенные. Каждый понимал, что может случиться в ближайший час, а может быть, и в минуты.

Беляев был старше своих помощников, и все беспрекословно подчинялись ему не только по должности, но и в силу его личного авторитета. На Дальнем Востоке он слыл одним из лучших капитанов, и служить под его началом добивались многие, особенно молодые, моряки. Ближе всех к капитану, как всегда в минуты опасности, стоял помполит Корсетов, готовый первым принять на себя самое опасное поручение. Рядом с ним - ближайшие помощники капитана: старший штурман Эбелинг и командир судовой артиллерии лейтенант Космовский. Следом за ними в рубку явились второй и третий помощники капитана Тадеев и Третицын, политрук Третьяков. Был тут и боцман Петров-Старикович: хотя и считается он самым младшим командиром, но во время тревог это лицо весьма важное: под его началом все матросы. Стармех Клевцов поднялся на мостик из машины и присоединился к командирам. Был он высокий и грузный, и рядом с его мощной фигурой капитан казался совсем маленьким. Позже пришла судовой медик Надежда Наталич и остановилась поодаль. Ну, теперь, кажется, все в сборе.

- Товарищи, - обратился Беляев к своим помощникам, - в 120 милях впереди на нашем курсе неприятелем атаковано с воздуха английское судно. Какова его судьба, сколько немецких самолетов, нам неизвестно. Я приказал дать сигнал боевой тревоги. Привести судно в готовность номер один - враг может появиться в любой момент! Генеральный курс мы изменили, идем на север. Будем пытаться уклониться от встречи с неприятелем. Всем командирам немедленно действовать по боевому расписанию.

Мостик быстро опустел На нем остались капитан Беляев, рулевой Бородин, сигнальщик Скворцов, расчеты двух зенитных пушек. Недаром лейтенант Космовский так упорно тренировал экипаж, пока стояли в Исландии: не прошло и двух минут, как все 80 человек заняли места, где полагалось им быть по боевому расписанию. Матросы под руководством второго штурмана Тадеева и боцмана быстро вываливали за борт шлюпки, по две с каждого борта: если наступит такой момент и капитан подаст команду - обрубят найтовы и шлюпки окажутся сразу на воде. Не было ни паники, ни суматохи, ни растерянности. Экипаж уже прошел боевое крещение, и встреча с врагом для него была не первой.

Вдруг Беляев услышал громкий возглас Скворцова:

- С правого борта три самолета!..

Капитан и сам заметил их сразу. Они шли низко над водой, почти касаясь волн, прямо на "Декабрист". Торпедоносцы! Вот оно, началось!..

- Орудия и пулеметы к бою! - раздалась команда Космовского.

Оба орудия - носовое и кормовое - и пулеметы правого борта открыли по самолетам заградительный огонь. Один самолет сразу устремился в атаку, а два остальных отвернули и пошли на новые позиции для атаки. Беляев, судорожно сжав руками бинокль, не отрываясь следил за атакующим самолетом. Он заметил, как фашистский летчик сбросил торпеду, и тут же увидел ее стремительный бег, обозначенный на поверхности моря буруном. То ли плохо рассчитал летчик, то ли испугался огненной преграды - торпеда пошла мимо.

- Первая, - вздохнул капитан. - А сколько их еще будет?!

И как бы в ответ Беляев увидел еще три торпедоносца. Как и Первая тройка, шли они на "Декабрист" низко, над самой водой, пытаясь слиться со свинцово-серым цветом моря и серым фоном неба. А за ними уже третья тройка - эти идут высоко и выныривают из-за туч.

В атаку пошли второй, потом третий торпедоносцы из первой тройки. Лейтенант Космовский командует артиллеристам:

- Огонь! Огонь! Огонь!..

Грохочут пушки, стучат пулеметы. Огненный вихрь несется навстречу самолетам. Пущена торпеда, за ней еще одна. Беляев весь превратился в слух и внимание, подает команды рулевому. Василию Бородину повторять не надо, понимает капитана с полуслова, с одного жеста. Недаром Беляев ставит его к штурвалу в самые ответственные моменты. Поворот рулевого колеса - зигзаг; резкий поворот в другую сторону - второй зигзаг. Торпеды проскакивают мимо.

- Нет, не возьмешь! - кричит Корсетов и грозит кулаком вслед удаляющимся самолетам.

И тут же новый возглас Скворцова:

- Товарищ капитан, под облаками вижу два бомбардировщика, а ниже - два торпедоносца!

Значит, первые атаки были только прелюдией. Самое главное начнется сейчас.

Беляев увидел, как один бомбардировщик отделился и пошел в атаку на судно, а с двух бортов одновременно с ним начали заходить торпедоносцы. Капитан пристально следил за бомбардировщиком: самое главное - не упустить момент для ответного удара. И вот, когда самолет с ревом несся на корабль, собираясь сбросить бомбы, Беляев нажал спусковую пружину, и в воздух взвилась ракета-парашют с висящими проволоками. Самолет сразу метнулся влево и сбросил четыре бомбы. Они упали одна за другой с левого борта и взорвались в воде. Корабль задрожал и закачался на волнах, но хода не сбавил.

- Все в порядке. Повреждений нет! - крикнул Эбелинг.

- По торпедоносцам - огонь! - раздался голос Космовского.

Кажется, сильнее огня, чем этот, моряки "Декабриста" послать навстречу врагу уже не могут. А лейтенант продолжает:

- Усилить огонь! Огонь! Огонь!..

И опять фашистские летчики сбрасывают торпеды вдалеке, не рискуя приблизиться к советскому кораблю. Капитан видит их издалека, и Василий Бородин успевает выполнить маневр и избежать встречи со смертью.

- Так держать, ребята! - кричит артиллеристам и пулеметчикам Корсетов. - Задай им жару! Не подпускай близко, гони их к чертовой матери!

Вот с правого борта заходит в пике новый бомбардировщик, слева несется низко над водой новый торпедоносец.

По команде Космовского по пикировщику открывают огонь пулеметы, что стоят на мостике. Орудия и бортовые пулеметы изрыгают раскаленный металл навстречу торпедоносцам.

Беляев крикнул лейтенанту:

- Отбиваю пикировщика! Внимание на торпедоносцев! Не подпускай их близко! - И выпустил новую ракету-парашют.

Второй пикировщик, как и первый, резко метнулся от ракеты в сторону и тоже сбросил четыре бомбы. С воем и визгом понеслись бомбы на совет ский пароход. Отчаянный рывок парохода в сторону - и все четыре бомбы падают в воду слева возле носа. И хотя взорвались они тоже в воде, эта атака оказалась роковой. Пароход резко вздрогнул, носовую часть его сильно подбросило вверх. Сразу умолкло орудие на носу. Космовский и Эбелинг бросились туда. Через две минуты лейтенант докладывал Беляеву по телефону:

- Поврежден фундамент носового орудия. Оно потеряло горизонтальное вращение, заклинилось на левый борт.

- Повреждений корпуса нет, - раздался в телефоне голос старпома.

Вот и пришла первая беда. Не только пушка вышла из строя - заклинило и тяжелые пулеметы на спардеке. Сразу огневая мощь уменьшилась почти вдвое.

- Думал я, главный бой уже позади, а он только начинается, - бросил Корсетов. Он успел обойти все огневые точки. В одном месте подбодрил ребят, в другом добавил людей из резерва: пулеметные ленты и диски поизрасходовались, нужно срочно их перезаряжать.
 Главный бой.jpg

Уже больше часа длился бой. Отбито восемь атак торпедоносцев и две атаки пикировщиков. Артиллеристы, пулеметчики, их помощники не чувствовали ни усталости, ни холодного пронизывающего ветра. А оборонять "Декабрист" было нелегко. Его длинная 150-метровая коробка - хорошая мишень для самолетов, и к тому же из-за большой длины судно не могло быстро маневрировать. Поистине виртуозное искусство проявлял рулевой Бородин, выполняя команды капитана.

Фашистские летчики быстро заметили, что интенсивность огня "Декабриста" ослабла, и стали сбрасывать торпеды уже ближе.

Беляев перестал считать, сколько страшных вестников смерти неслось по воде на корабль, сколько раз послушный его воле "Декабрист" делал крутые развороты и зигзаги и избегал торпед.

Механики, машинисты, кочегары продолжали свою жестокую и изнурительную борьбу в чреве корабля. Те моряки, что сражались на палубе, могли встретить смерть лицом к лицу, а люди в кочегарке и в машине шли в бой как бы с завязанными глазами: в любой момент они могли ожидать страшного удара в середину корпуса, взрыва торпеды в сердце судна. И смерть пришла бы мгновенно, без предупреждения. Стрельба доносилась сюда слабым отзвуком, но эти далекие звуки вселяли уверенность: раз стреляют, значит, жив "Декабрист", отбивается. И они напрягали все силы, чтобы гнать корабль вперед и вперед самым полным ходом, какой он не развивал еще никогда за всю свою почти сорокалетнюю жизнь.

Беляев увидел, как заходят в атаку три новых торпедоносца. Начали они с кормы - не вышло. Облетели корабль с правого борта - момент для атаки тоже невыгоден. Лейтенант Путков огнем кормовой пушки и пулеметов не дает подойти близко. Тогда самолеты ушли вперед, и вдруг все трое разом развернулись и пошли в атаку на нос судна.

"Вот теперь-то и будет конец, - пронеслось в сознании капитана. - Удачно, бандиты, начали нападение..."

Он ждал, когда они сбросят торпеды, чтобы начать маневр. Крепко вцепился в штурвал Василий Бородин, не отрывает глаз от несущихся на него самолетов.

- Космовский, давай же огонь на них! - кричит капитан.

Но где возьмешь огня? Против трех торпедоносцев могут сейчас вести стрельбу только два "Эрликона" с носа да два пулемета с мостика. Кормовая батарея Путкова молчит - стрелять вперед орудию и пулеметам мешает мостик. Вот она и надвигается, главная беда, летит навстречу со скоростью четырехсот километров в час. Последняя надежда на удачный маневр судна. Самолеты совсем близко, полкилометра, не больше. Поняли фашисты, что не могут им сейчас советские моряки дать отпор как положено, вот и обнаглели. Сброшена одна торпеда, вторая, третья. Сигнал с мостика в машину: самый полный вперед! Резкий поворот штурвала - от одной торпеды уклонились, она прошла рядом. От второй тоже. А третья попала. Очень близко сбросили гитлеровцы торпеды, да еще три сразу.

Пароход встряхнуло так, словно наскочил он на каменный риф. Удар пришелся в правый борт около носа, торпеда разворотила форпик.

Беляев взглянул на часы: двенадцать часов восемнадцать минут. Два часа и десять минут длилось это неравное сражение. Четырнадцать самолетов налетело на один транспортный пароход - двенадцать торпедоносцев и два пикировщика. Двенадцать торпедных атак, восемь бомб - не слишком ли много для одного торгового судна? Двенадцатая, роковая торпеда оказалась также и последней в этом бою. Израсходовав свой боезапас, фашистские самолеты улетели на юг, на свои аэродромы в Северной Норвегии.

Новый сигнал несется по кораблю: водяная тревога! Теперь в борьбу вступает аварийная команда. На нос бросаются старпом Эбелинг, второй штурман Тадеев и боцман Петров-Старикович, за ними матросы.

- Завести пластырь под пробоину! - подает команду Беляев.- Проверить поступление воды в трюм!

Форпик заполнен водой - это понятно, сюда попала торпеда. Водой заполнен и первый трюм - он рядом с местом повреждения. Пробита, вероятно, переборка. Каждый из пяти трюмов имеет водонепроницаемые переборки. В этом залог живучести парохода. Судно не потонет, если в остальных трюмах не будет воды. Сбавит, правда, скорость, но пойдет своим ходом дальше - так рассчитали конструкторы корабля. Третий штурман Третицын и матрос Фомин замеряют в трюмах льялы, докладывают на мостик о поступлении воды. Во втором трюме воды нет - хорошее известие! А вот из третьего тревожный сигнал: начала поступать вода. Откуда же? Скорее всего, когда взрывы бомб и торпеды сотрясали судно, были повреждены трубопроводы. Вода в третьем трюме - это опасно. За ним котельное отделение, машина - сердце корабля. Зальет котлы и машину - корабль окажется мертвым.

А сейчас рано еще носы вешать. Скорее завести пластырь под пробоину, прекратить поступление воды, качать и качать из третьего трюма воду всеми водоотливными средствами. Только в этом спасение корабля и людей.

Бывалым морякам этого объяснять не надо. Они сами знают, от чего зависит их спасение. На носовой палубе вовсю стараются ребята, заводят пластырь - большое брезентовое полотнище. Подвели под киль канаты, стараются протянуть их с правого борта на левый. К канатам привязан пластырь. Его надо подвести к огромной дыре от торпеды, прикрыть дыру брезентовым полотнищем. Море само прижмет пластырь к ране, доступ воды внутрь парохода уменьшится, а дальше насосы сделают свое дело. Так по теории, так в учении и на тренировках. Но в жизни не всегда так бывает. Не хочет брезент закрывать дыру, торпеда сильно разворотила обшивку корпуса и шпангоуты, эти выступы не пускают пластырь. "Аварийщики" из сил выбиваются - не идет пластырь.

- Пока мы так провозимся, - с трудом переводя дыхание, промолвил старпом, - вода все судно зальет. Надо что-то придумать, боцман.

Боцман в сердцах плюнул и выругался. Он старался больше всех, и неудача только распалила его. Высокий, плечистый, настоящий русский богатырь, Петров-Старикович, казалось, не чувствовал усталости. Меховую шапку сдвинул на затылок, полушубок и китель под ним распахнуты, по голой груди стекают струйки пота.

- Одно осталось: самому надо лезть! Кто со мной? - крикнул боцман.

Матросы подвязывают боцмана и матроса Фомина канатами, и два смельчака спускаются по корпусу вниз, в студеную морскую воду. Все ниже и ниже... Вода доходит им до шеи, волны захлестывают лицо. А вот и непослушный пластырь, а за ним пробоина. Ого, какая большая, легковой автомобиль проедет! Наконец удалось завести пластырь на рану. Но задержка дорого обошлась: воды набежало в пароход сверх меры. Все насосы на полный ход работают, но не успевают откачивать.

Пароход все заметнее стал крениться на левый борт. Уже трудно ходить по палубе, можно, как с горки, за борт скатиться. Штурманы и механики капитану на мостик сообщают: вода начала проникать в кочегарку, в машинное отделение. Скорей, скорей надо откачивать воду, пока пар в машине еще есть. Но пластырь не очень хорошо держит. Льется за борт из трюмов и кочегарки широкий поток воды, а в это время внутрь парохода еще больше ее натекает. Не только донки, но и ручные пожарные насосы на полный ход работают. Люди машинам помогают, руками что есть мочи качают, а вода прибывает. Вот уже до уровня топок двух левых котлов подошла, стала топки заливать.

- Туши топки! - командует стармех Клевцов. - Гаси скорее, не то взорвемся!

Кочегары сначала работали по колено в воде, а теперь уже по пояс. Подобралась вода к двум средним котлам, пришлось и их погасить. И в машинном прибывает. Машинисты тоже уже по колено в воде работают.

Пришлось остановить динамо-машину. Сразу темно стало. Перешли на карманные фонари, забегали узкие бело-желтые лучи по машинам и приборам. Кочегары Иванов, Тараев и Харьков, по пояс в воде, все еще стараются хоть немного продлить жизнь в правых котлах. Ноги на наклонной палубе не стоят, приходится за леера одной рукой держаться, а другой лопатами последние порции угля в правые топки кидать. Однако пришлось потушить и два последних котла. Пока котлы еще пар давали, вахта второго механика Крыжановского от машины не отходила. Но кончился пар. Вздохнула последний раз машина "Декабриста" и остановилась. Крыжановский, машинист Русяев и трое кочегаров все еще внизу остаются: сильна дисциплина морская, не хотят самовольно бросать вахту и свою преисподнюю покидать. Ждут приказания.

Пока люди, не щадя своих сил, боролись за жизнь корабля, незаметно подкрался вечер, и Баренцево море накрыла тьма. Южный ветер усилился, разогнал большую зыбь.

Опять собрались командиры на мостике. Уже шесть часов вечера. Капитану докладывают о положении корабля. Беляев и сам хорошо видит, что крен парохода на левый борт продолжает расти. К капитану обратился стармех Клевцов:

- Степан Поликарпович, надо покидать судно, пароход может перевернуться.

- Прямой опасности еще не вижу. Подождем. Может быть, увеличение крена прекратится. А если нет - в двадцать два часа покинем судно... Будем пока держаться.

Эбелинг с двумя штурманами у шлюпок хлопочут. Весь экипаж на палубе, здесь же, около шлюпок, каждый моряк у своего номера, как положено ему по шлюпочному расписанию.

Но крен все увеличивается. Последняя надежда исчезла: пароход обречен, надо спасать людей.

Волны злобно хлещут о борт безжизненного судна и несут его во мраке по воле своей. Ветер злее стал. Капитан позвал помполита, старпома, лейтенанта Космовского, обошли последний раз судно. Осмотрели. Простились с ним. Застыли в скорбном молчании.

Первым заговорил Эбелинг:

- Пора покидать пароход, зыбь усиливается. Шлюпки о волны стало бить, можем потерять их.

Капитан молча кивнул головой: сам видит, что уже пора. Добавил только:

- Людей высадим - пароход взорвем.

Корсетов и Космовский запротестовали:

- Нет, взрывать не надо. Оставим на плаву, пока сам ко дну не пойдет...

Беляев не стал с ними спорить: все равно "Декабрист" обречен. Вместе с помощниками спустился на палубу. Люди стояли и сидели возле шлюпок хмурые, усталые, но не покорившиеся. С шумом проносился ветер, черные волны без устали бились о борт парохода. От фонарей ложились на палубу и плясали по ней тусклые желтые пятна, и казалось попавшим в беду морякам, что окутана мраком вся планета и единственный свет на ней. - только эти неровные и мигающие фонари, да и те вот-вот погаснут.

- Друзья, товарищи! - возвысил голос Беляев. Моряки придвинулись к нему, окружили тесным кольцом. - Мы сделали все, чтобы спасти "Декабрист", но дальше оставаться здесь нельзя. Объявляю посадку на шлюпки в двадцать два ноль-ноль. Осталось четверть часа. Каждому одеться теплее, взять запасную одежду. Личными вещами шлюпки не загружать, разрешаю взять по маленькому чемодану с парой белья, табаком, необходимыми мелкими вещами.

Командирами шлюпок были назначены помощники капитана Эбелинг, Тадеев и Третицын. В четвертой шлюпке старшим был сам капитан, и поэтому она значилась под номером один.

Одна за другой отходили от парохода шлюпки и скрывались во мраке. Капитан стоял у самого борта и, сняв с головы шапку, провожал людей в неизвестность.

К нему подошел попрощаться Эбелинг. Крепко обнялись.

- Степан Поликарпович, - сказал старпом, - если останемся живы, встретимся. А погибну - расскажите семье моей в Ленинграде все как было. И передайте, что за своего отца им краснеть не придется...

Эбелинг обнялся с помполитом и командиром.

- У меня два сына в Москве, - промолвил Корсетов, - расскажите им тоже обо всем, если живым не вернусь.

- Подайте и моей жене весточку, кто жив останется, она с ребенком в Архангельске живет, - произнес лейтенант Космовский.

У борта качалась только шлюпка номер один, а на палубе гибнущего корабля осталось лишь трое: Беляев, Корсетов и Космовский. Капитан крепко обнялся с каждым из них:

- Прощайте, родные. Спасибо вам за все. Идите в шлюпку. Пора.

- А вы, Степан Поликарпович?

- Мой долг капитана остаться на корабле.

- Тогда остаюсь и я, - решительно произнес Корсетов и стал рядом с капитаном.

- И я, - присоединился к нему лейтенант.

- Не делайте глупостей! - вспылил Беляев. - Приказываю покинуть судно.

Как только на шлюпке увидели, что происходит на палубе, она сразу же наполовину опустела, моряки стали перебираться обратно на судно. Около капитана столпилось еще человек десять из экипажа. Раздались голоса:

- Степан Поликарпович, мы останемся тоже. Где капитан, там и мы...

Капитан сходил с судна последним. Беспомощный "Декабрист" несло дрейфом в непроглядную тьму полярной ночи, он неуклюже лежал на левом боку, почти касаясь воды палубой. Капитан бережно держал в руках вахтенный журнал и судовые документы. Чтобы не попала на них морская вода, они были завернуты в прорезиненную ткань. Казалось, прощался капитан с самым близким человеком. Последний шаг, один только шаг с палубы судна в шлюпку так труден и тяжел, но шаг этот сделать надо. И Беляев перешагнул в шлюпку. Было одиннадцать часов ночи...

* * *
Подробности гибели "Декабриста" и судьба его экипажа оставались неизвестными до конца войны. Считалось, что все люди погибли. Сохранились только тексты коротких радиограмм, посланных радистом Щербаковым в тот роковой день 4 ноября и перехваченных полярными станциями и некоторыми судами, находившимися далеко от места боя.

10 час. 50 мин. Послан сигнал бедствия, указаны координаты 75°30' с. ш., 27° 10' в. д.

16 час. 58 мин. "Торпедированы, погружаемся".

19 час. 25 мин. "Судно тонет, собираемся высаживаться на шлюпки".

21 час. 41 мин. "Команда садится в шлюпки. Судно тонет. Спасайте нас".

22 час. 45 мин. "Работаю последний раз. До свидания. Сажусь в шлюпку".

Вот и все, что известно было тогда о судьбе "Декабриста". И только после войны, когда вернулись из плена трое оставшихся в живых моряков со шлюпки номер один, мы смогли узнать от них подробности последнего рейса и героической гибели парохода. Капитан Беляев вернулся на родной Дальний Восток и стал плавать капитаном на пароходе "Элна-2", развозил грузы и людей на Сахалин и Камчатку. Он умер от сердечного приступа в 1952 году; муки и лишения, перенесенные на острове Надежды и в плену, сильно подорвали его здоровье. Следы Наталич и Бородина затерялись.

История последнего рейса "Декабриста" и судьба его экипажа волновали меня. Я читал подробные письма капитана Беляева о пережитых событиях, но он мог рассказать только о судьбе 19 моряков, находившихся в его шлюпке. Может быть, удалось спастись людям и на других шлюпках? Может быть, где-то в городах и селах Союза живут и другие моряки "Декабриста"? В декабре 1959 года я опубликовал в газете "Водный транспорт" статью о судьбе парохода "Декабрист" и попросил откликнуться тех, кто знал что-нибудь об остальных членах экипажа. Редакция получила много писем. Моряки вспоминали о встречах с "Декабристом", о принятых сигналах бедствия с погибшего судна. Но никто не мог ничего сказать о судьбе хотя бы одного из тех, кто высадились с судна на шлюпки номера два, три и четыре. Напрашивался бесспорный вывод: все они, 61 человек, погибли.

Редакция газеты разыскала семьи членов экипажа "Декабриста" Беляева, Корсетова, Космовского, Эбелинга, Крыжановского и других, выяснила судьбы Бородина и Наталич.

Василий Николаевич Бородин плавал на морских судах матросом до 1951 года, а затем по состоянию здоровья оставил морскую службу, сошел на берег и вернулся в свое родное село Студеное на Орловщине, где стал работать в колхозе. Умер он в июне 1980 года. Надежда Матвеевна Наталич тоже короткое время плавала, а потом вернулась в свою родную Россошь, работала в местной поликлинике, пока не вышла на пенсию. Сейчас живет у родственников в городе Грозном. Она - последний оставшийся в живых ветеран экипажа "Декабриста".

Советские моряки бережно хранят память о прославленном корабле и трагической судьбе его экипажа. Уже в 1943 году одному из новых крупнотоннажных транспортных судов было присвоено имя "Декабрист", и мне тогда же, в 1943 году, выпала честь совершить на нем рейс в Арктику. Но и этот корабль уже отслужил свой срок. Ныне океанские просторы бороздит новый "Декабрист" - теплоход постройки 1975 года, приписанный к Ленинградскому порту.

Пусть каждый, кто прочтет о трагической судьбе "Декабриста", еще раз убедится, в какие бездны горя и мук ввергает людей война, и помянет добрым словом моряков торгового флота, жизнь которых во время войны подвергалась ежечасно, ежеминутно смертельной опасности.

О том, какие лишения и муки пришлось претерпеть морякам "Декабриста" в море и на острове Надежды, читатели узнают из публикуемых здесь воспоминаний судового медика "Декабриста" Н. М. Наталич.
fisch1
 
Сообщения: 2277
Зарегистрирован: 13 Ноябрь 2014 19:59

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение Koltunovich OV » 19 Июнь 2019 18:23

Пишу по поручению одного Норвежского скажем так, энтузиаста - исследователя.

Энтузиаст этот в прошлом сам капитан норвежского королевского флота.

Область его интересов это все, что связано с активностями нацистских Uboat вообще и у берегов Норвегии в частности. Кроме того он собирает информацию о судьбе судов принимавших участие в северных конвоях. Много лет назад его заинтересовала история парохода Декабрист (быв. Анадырь), постигшая его участь, и участь его команды. С тех пор им собрано некоторое колличество различного материала на эту тему, и он очень хочет писать об этом книгу, т к жизнь этого парохода весьма и весьма примечательна.

Ему очень трудно собирать информацию, многое находится в России и на русском. В данный момент он разыскивает информацию о маршруте Декабриста с 1940 года и вплоть до момента его участия в последнем конвое. Не так давно я помогла ему приобрести фотографию команды Декабриста, на обороте фото написано что это Одесса 1940й год. Это та самая фотография которую пытались идентифицировать здесь.

Кроме маршрута Декабриста, он ищет дневники Капитана Беляева и судового врача Надежды Наталич. В интернете, в статьях журналов мелькала информация что дневники эти есть, но родственников оказалось найти проблематично. Путь Капитана окончился во Владивостоке где он похоронен, а следы Надежды Наталич теряются в Россоши. И если о капитане Беляеве собрано достаточно информации и биография его довольно подробно описана краеведами из Николаева , то о Надежде Наталич известно крайне мало.

Понятно что их давно нет в живых, но кто-то же из родственников давал читать эти дневники , раз выдержки из дневников были опубликованы. Я увидела, что вы тут опубликовали выдержки из этих статей. Огромная просьба ко всем, у кого есть хоть какая-то информация, просьба написатьмне в почту k.oxana.v@gmail.com или личным сообщением здесь.
Koltunovich OV
 
Сообщения: 2
Зарегистрирован: 01 Июль 2018 23:44

"Декабрист", грузовой пароход

Сообщение ББК-10 » 18 Октябрь 2019 16:44

Из серии немаркированных ПК выпущенных УФПС Приморского края в 2018 г.
"Пароходы ДВМП погибшие в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг."
 ДЕКАБРИСТ.jpg
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 6151
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53


Вернуться в Потери кораблей и судов в Арктике во время Великой Отечественной Войны 1941-1945



Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 0

Керамическая плитка Нижний НовгородПластиковые ПВХ панели Нижний НовгородБиотуалеты Нижний НовгородМинеральные удобрения