Сомов Михаил Михайлович (1908-1973)

История высоких широт в биографиях и судьбах.
Изображение
31 июля 2012 года исключен из Регистровой книги судов и готовится к утилизации атомный ледокол «Арктика».
Стоимость проекта уничтожения "Арктики" оценивается почти в два миллиарда рублей.
Мы выступаем с немыслимой для любого бюрократа идеей:
потратить эти деньги не на распиливание «Арктики», а на её сохранение в качестве музея.

Мы собираем подписи тех, кто знает «Арктику» и гордится ею.
Мы собираем голоса тех, кто не знает «Арктику», но хочет на ней побывать.
Мы собираем Ваши голоса:
http://arktika.polarpost.ru

Изображение Livejournal
Изображение Twitter
Изображение Facebook
Изображение группа "В контакте"
Изображение "Одноклассники"

Сомов Михаил Михайлович (1908-1973)

Сообщение Александр Матросов » 06 Март 2010 01:52

Связь эпох.
Конечно Сомов и Папанин.
Что за судно с птицей в люмике?
Александр Матросов
 
Сообщения: 107
Зарегистрирован: 11 Июль 2009 00:57
Откуда: Санкт-Петербург

Сомов Михаил Михайлович (1908-1973)

Сообщение Александр Андреев » 06 Март 2010 02:04

Война, до 1943. Погонов еще нет. Белоусов — нач. морского упр. ГУСМП, Папанин — нач. ГУСМП. Все начальство в сборе. Кто-то из неизвестных ,наверняка, капитан судна. Единственный выход опознать капитана, а по нему - попытаться опознать судно.
Поскольку в 1941 Сомов служил не в ГУСМП, а в Беломорской флотилии, то рискну предположить, что это 1942 г.
Александр Андреев
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3113
Зарегистрирован: 03 Март 2008 06:23
Откуда: Санкт-Петербург

Сомов Михаил Михайлович (1908-1973)

Сообщение Иван Кукушкин » 06 Март 2010 10:44

А крайний справа - случайно не Ширшов?
Аватара пользователя
Иван Кукушкин
 
Сообщения: 11879
Зарегистрирован: 17 Июнь 2007 05:52
Откуда: Нижний Новгород

Сомов Михаил Михайлович (1908-1973)

Сообщение Александр Андреев » 06 Март 2010 12:39

Похож, конечно, на Ширшова. Думается, что такое большое начальство вряд ли б засело в кают-компании зверобоя. Скорей всего это один из линейных ледоколов. Но все это только догадки.
Александр Андреев
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3113
Зарегистрирован: 03 Март 2008 06:23
Откуда: Санкт-Петербург

Сомов Михаил Михайлович (1908-1973)

Сообщение Иван Кукушкин » 01 Апрель 2010 21:43

Сомов Михаил Михайлович (1908-1973) : Сомов_ММ_ААНИИ.jpg
Портрет М.М. Сомова, который висит в галерее полярников в коридоре 2-го этажа ААНИИ.
Аватара пользователя
Иван Кукушкин
 
Сообщения: 11879
Зарегистрирован: 17 Июнь 2007 05:52
Откуда: Нижний Новгород

Сомов Михаил Михайлович (1908-1973)

Сообщение Александр Матросов » 25 Апрель 2010 23:46

Михаил Сомов, Марк Шевелев и другие. : yandex-somov-11.jpg
Посмотреть на Яндекс.Фотках

Второй-Еремеев Н.А.
Третий- Сомов М.М.
Четвёртый - Шевелёв М.И. (спасибо Иван)
Связь эпох.

Кто остальные?
Александр Матросов
 
Сообщения: 107
Зарегистрирован: 11 Июль 2009 00:57
Откуда: Санкт-Петербург

Сомов Михаил Михайлович (1908-1973)

Сообщение Иван Кукушкин » 22 Октябрь 2010 13:58

 uralstalker-1966-09.jpg
 uralstalker-1966-09_p-26.jpg
 uralstalker-1966-09_p-27.jpg
 uralstalker-1966-09_p-28.jpg
 uralstalker-1966-09_p-29.jpg
 uralstalker-1966-09_p-30.jpg
 uralstalker-1966-09_p-31.jpg
Прислал Александр Андреев.
"Уральский следопыт", №9 1966 г.

Лед, лед, лед...
Рассказы полярника
Лев СОРОКИН

Вы бывали в Ленинграде? Если свернуть у Аничкова моста направо и пройти по Фонтанке два-три дома, то увидишь пики старинной ограды, за ней, в глубине, невысокие, тоже старинные каменные дома. А у главного входа вывеска: «Арктический и Антарктический научно-исследовательский институт».

Там я и познакомился с Михаилом Михайловичем Сомовым, начальником дрейфующей станции «Северный полюс-2», руководителем первой Советской Антарктической экспедиции...

В тесную комнатку, загроможденную приборами и письменными столами, я добрался по винтовой лестнице. В единственное окно проникал слабый свет туманного ленинградского полдня.

За одним столом что-то писал плотный, квадратный человек, за другим сидел, откинувшись на спинку стула, седоволосый мужчина лет пятидесяти. Внимательные глаза из-под лохматых бровей, белая сорочка, недорогой рабочий костюм. Руки его были засунуты в карманы пиджака, словно он никак не мог согреться.

— Простите, мне нужен Сомов.

— Я Сомов, — улыбнулся седоволосый человек и поднялся навстречу...

Так вот он какой, известный всему миру полярник! Герой Советского Союза, кавалер трех орденов Ленина, ордена Красного Знамени, Красной Звезды, доктор географических наук...

Я пробыл в институте несколько дней и записал рассказы Михаила Михайловича почти дословно...


От "Смолокура" до Арктики

Только что отгремела гражданская война. Страна в разрухе, голод. Безработица. Заводы еще не восстановлены, на работу принимали в первую очередь членов профсоюза, а в члены профсоюза — работающих. Заколдованный круг. А я в то время только школу кончил, пришлось перебиваться случайными заработками. Узнал, что кассир требуется в институте красной профессуры — сел за кассу. А потом учеников набирали в артель под смешным названием «Смолокур». В этом самом «Смолокуре» заряды для огнетушителей делали.

Только научился я делать огнетушители, как моего отца перевели на Дальний Восток, заместителем директора Тихоокеанского института рыбного хозяйства. Решил и я с ним ехать. Вот там-то рабочих рук не хватало, там-то я и приобрел свою первую профессию, стал токарем.

А рядом с заводом шумело море. И соблазнило-таки. Ушел я в рейс на тральщике приобретать вторую профессию — моряка. Сейчас тральщик, на котором я пустился в экспедицию, вызвал бы улыбки: маленький, неуклюжий... Но в то время это был корабль. Так я увлекся морем, а позже и Арктикой. Но это было потом. А пока меня ждал пробный рейс на тральщике. Семь дней в заливе Петра Великого. Говорят, «семерка» — счастливое число, но эти семь дней для меня оказались горькими. Первая встреча с морем была на редкость тяжелой. Укачало. На палубе не в силах стоять, а в кубриках теснота и такой воздух, что сразу на палубу выскочишь.

Решил, не выйдет из меня моряк. Но на седьмой день, к концу пробного рейса, переносить качку я все же научился. Лето проплавал в Японском, Охотском морях лаборантом-гидрологом, и так меня увлекла гидрология, что осенью решил уехать в Московский гидрологический институт. Но опоздал. Поезда-то тогда по Транссибирской дороге ходили медленно...

Расстроился, сплошное невезение. К счастью, декан факультета гидрологии моря посмотрел на мои документы и сказал:

— Сдавайте-ка основные предметы за первый курс. Попробуйте сразу на второй курс поступить.

Сразу на второй?! Колебался, как перед первым выходом в море, а потом... А потом с длинным «хвостом» оказался я на втором курсе. К концу года разделался с академической задолженностью и махнул еще через курс. В общем, диплом защитил досрочно и попал сначала в Центральный институт прогнозов, а оттуда в наш, Арктический.

Вот тут уж мне повезло по-настоящему: взял меня весной 1939 года в экспедицию гидрологом — анализировать ледовую обстановку — сам Папанин. В течение нескольких месяцев летал в Арктике на самолете. На машине гондола открытая, а из нее торчат головы летчика, штурмана и наблюдателя.

Арктика... Восьмидесятая параллель, редкие полярные станции, летом температура около нуля, а к осени морозы. Но мы и зимой продолжали летать, подставив головы ветрам, только меховую маску натягивали на лицо.

А потом война... Мобилизовали меня в Беломорскую флотилию, всю войну участвовал в проводке кораблей. В годы войны и диссертацию кандидатскую написал. Попал я на Диксон, говорили — тихое место. И надо сказать, действительно было довольно тихо, пока не явился к нам в «гости» «Адмирал Шеер»...


Бой с "карманным линкором"

Адмирал Шеер», фашистский «карманный линкор», появился в Карском море в конце августа 1942 года. Это был типичный морской пират. 25 августа он расстрелял ледокол «Сибиряков», который прокладывал путь караванам с военными грузами в трехстах километрах к северо-востоку от Диксона. «Сибиряков» успел по радио сообщить о появлении «Адмирала Шеера», и караван советских судов, за которым охотился «карманный линкор», был спасен. Немцы на «Сибирякове» рассчитывали захватить шифры и карты с ледовой обстановкой, а когда им это не удалось, линкор направился к нам, на Диксон.

Штаб, в котором я находился, располагался на острове, напротив порта на материке. Было лето, разгар навигации. Помню, в два часа ночи раздался звонок с наблюдательного поста, который был на противоположной стороне острова. Сообщали, что к Диксону приближается двухтрубный корабль. То ли военный, то ли мирный — еще не разобрать. К тому же, силуэта «Шеера» у нас не знали, можно было спутать с другим судном. Но мы решили приготовиться. В случае десанта мы, я и мой товарищ, должны были уничтожить ледовую информацию — главное, за чем охотились немцы.

Как мы могли противостоять до зубов вооруженному линкору, который, несомненно, попытается высадить на остров десант?

На Диксоне оставалось всего несколько человек, вооруженных винтовками, Неизвестное судно начало обходить остров. Теперь уже рассеялись последние сомнения: это был «Шеер». Я проверил винтовку и единственную гранату. Потянулись тревожные минуты...

А двум нашим товарищам, которые находились на северной оконечности острова и сообщили о появлении немецкого линкора, ждать было уже нечего. Кажется (сейчас точно не помню), это был начальник нашей базы и его помощник. «Шеер» огибал остров, словно выбирая место для десанта.

Медлить было нельзя.

Начальник базы с помощником схватили оружие и, не выпуская из виду «Адмирала Шеера», бросились бежать вдоль берега, готовые в любую минуту отразить десант огнем.

Вдоль берега тянулся горный кряж; когда мы увидели бегущих, от них буквально валил пар, они едва стояли на ногах. А оружие, которым они собирались отразить высадку десанта, не могло не вызвать улыбки: старенький осоавиахимовский пулемет с огромным диском и еще более старенькая трехлинейка с несколькими патронами.

А в это время на материке, в порту, на мол выкатили несколько сухопутных орудий, и навстречу «Адмиралу Шееру» вышел небольшой корабль «Дежнев». Корабли на виду друг у друга одновременно развернулись бортами — современное, вооруженное по последнему слову техники немецкое бронированное судно и мирный ледокольный пароход, на который было поставлено легкое вооружение. «Дежнев» первым открыл огонь из своих скорострельных малокалиберных пушек. Открыли огонь и сухопутные орудия. И тотчас почти у самого борта «Дежнева» разом выросли три столба воды. Это ударил из своих тяжелых пушек «Адмирал Шеер».

Вряд ли были серьезные повреждения на «Шеере», но попадания были. Фашисты пришли в недоумение. Они видели, что их снаряды достигают цели, врезаются в борта советского парохода, но тот продолжал отстреливаться и тонуть не собирался. Еще попадание. Но «Дежнев» на воде.

«Шеер» не выдержал, поставил дымовую завесу и начал отходить. Выпустил дымовую завесу и «Дежнев». И фашисты не видели, что он выбросился на мель, чтобы не утонуть, что с корабля на берег перенесли одиннадцать убитых моряков. «Дежнева» спасла случайность. Он не имел брони, и у него были пустые трюмы. А фашисты стреляли по нему бронебойными снарядами, рассчитанными на замедленное действие. Снаряды прошивали корабль насквозь, не успевая взрываться.

Но перед уходом «Адмирал Шеер» все-таки напакостил. Подошел к Медвежьему острову, где строился туманный маяк, и разгромил его, В воздух полетели бревна, но из людей никто не пострадал — попрятались за валунами.

На этом Медвежьем острове во время артобстрела произошла комичная история. Там жил ручной медведь. Когда он услышал стрельбу, он сорвался с цепи и, неуклюже переваливаясь, бросился к людям. Увидел, как люди прячутся за камни, и плюхнулся рядом. «Шеер» стал менять позиции, и люди стали переползать за камнями. Один из полярников огляделся — уж слишком кто-то ему сопел в самое ухо — и расхохотался. Медведь, подражая людям, переползал за камнями по-пластунски!

А на Диксоне один из снарядов угодил в цистерну с соляркой. Пылающая жидкость растекалась по острову. Но как только мы затушили пожар, «Шеер» снова начал стрелять. Тогда полярники решили схитрить: разлили немного солярки и подожгли. Командир «Адмирала Шеера» решил, что разбил топливную базу и перенес огонь на основной поселок, но ни разу не попал: мешал гребень горного кряжа. В поселке только вылетели от взрывных волн стекла.

Наконец немцы обстреляли маленький островок Конус, на котором была топливная база. Там жил сторож. Солярка страшно разгорелась, над Конусом поднялся столб дыма. На этом

«подвиги» «карманного линкора» закончились. Если бы немцы знали, что во время пальбы в порту стояло судно «Кара», битком набитое взрывчаткой и бочками с авиационным бензином. Но «Кара» во время дуэли линкора с «Дежневым» успела поднять якорь и спокойно уйти в залив. «Шесть узлов, пять котлов», — как о ней говорили, а вот ушла.

Вспоминается еще один случай. Перед налетом «Шеера» с задания вернулись два уставших полярника. Заснули и все проспали. Ничего не слышали! Утром встали и по привычке сразу в кают-компанию — завтракать. А в столовой никого нет. И столы не накрыты. Постояли, удивились, ушли. Среди проспавших был гидролог Костя, застенчивый парень. Он потоптался, потоптался, но голод не тетка. Опять в столовую. Опять там нет никого. Костя подумал, что с часами что-то у него случилось. Убежали? Но спросить кого-либо постеснялся. Наконец решился, робко подошел к поварихе, заикнулся насчет завтрака. Как та вскипела: «Какой завтрак? Вы что, очумели? Война же здесь была. Только что кончилась!»


Спокойно?

К сожалению, война тогда еще не кончилось. Накануне Дня Победы я защищал в Ленинграде диссертацию. Подошел одни тип и сказал: «Повезло! В Арктике можно было переждать войну! Холодно, но спокойно!».

Обидно мне стало за моих друзей-полярни­ков. Вспомнил я ребят с «Академика Шокальского». Это судно ледового патруля. «Академик Шокальский» вел наблюдение за кромкой льдов. Часть льдов вскрывается около устьев сибирских рек, но в море все лето сохраняются паковые льды. Судно должно было фиксировать кромку льдов и передавать эти сведения.

И вот, когда «Академик Шокальский» шел Карским морем, из воды высунулся перископ. Кто-то успел крикнуть: «Немцы!». И в это время — удар! Судно пошло ко дну. Люди вплавь перебирались на льдины. Шлюпкой воспользоваться не успели. Она беспомощно качалась на волнах.

Подводная лодка всплыла и медленно стала подходить к льдинам, на которых лежали мокрые люди. Немцы расстреливали моряков в упор, как тюленей. Наконец подлодка исчезла. Тот, кто не погиб, снова бросился в ледяную воду и устремлялся к шлюпке. С трудом доплыли до острова — пустынный каменистый берег. Развели костер. Стали сушить одежду, перевязывать ра­неных. Только приготовили еду, и вдруг кто-то снова крикнул: «Немцы!...». Неподалеку всплывала подводная лодка. С нее спустили шлюпку с двумя автоматчиками. Моряки попрятались среди камней. Немцы постреляли, но найти человека в каменном хаосе почти невозможно. Тогда они затоптали костер, собрали все продовольствие, всю одежду, все, что лежало у костра, загрузили в шлюпку «Шокальского», отвели от берега и потопили.

Что делать? Берега почти непроходимые: скалистые, изрезанные глубокими ущельями, по которым неслись ручьи и речки с ледников. До ближайшей полярной станции — сотни километ­ров. Разве обессилевшие, голодные люди без оружия доберутся до своих?

А моряки добрались. На камнях сапоги разлетелись через три километра, но моряки шли, сбивая ноги в кровь. Карабкались по скалам, срывались, по пояс в брод переходили ледяные речки...

Их обнаружили с самолета. Уцелели немногие. Вот так «отсиживались» во время войны в Арктике...


"Прыгуны"

В ледовой разведке пришлось работать и мне. Вы никогда не слыхали о «прыгунах»? А я несколько лет работал в такой прыгающей группе. Эти группы полярников обычно высаживались с самолета на льдины.

Пилот с воздуха определял возможность посадки. Лед в Центральной Арктике почти не имеет ровных участков. Торосы, хаос... Лед всегда в движении, образуются трещины, разводья, потом снова сжатие, а ветер со снегом все причешет, все пригладит. Но все же опытный летчик выбирал подходящую льдину, садил самолет. И сразу же прыгающая группа приступала к работе, Весной, в марте — апреле, особенно в мае, льдины подтаивают, становятся ненадежными. Поэтому нам выделялось на работу дня два-три и — прыжок на другую льдину. А чтобы получить минимальные сведения о течении, нужны сутки! Сутки захватывают полный цикл приливов и отливов, в течение суток скорость течения становится более ясной. Поэтому с первых же минут готовилась лунка. Хорошо, если льдина толщиной в метр, а если в три метра. Лунку одним взрывом не сделаешь, от взрыва неровные края. Рваные края не годятся для приборов. Начинаешь лед сам рубить, а иногда и выстругивать. Над лункой потом ставится лебедка, сверху палатка. И все это на ветру в тридцатиградусный мороз.

А порой появляется трещина...

Когда мы в 1948 году сели на Северный полюс, я был старшим прыгающей группы. После войны это была первая большая группа «прыгунов».

Погода стояла ясная, определились точно: после посадки приборы подтвердили — мы на Северном полюсе.

Лед был тонким, сантиметров пятьдесят. Быстро сделали лунку, начали работать. И тут в морозной тишине я услышал легкий такой звук: «тмм!» — и рядом с нашей лункой появилась трещина.

Трещина извивалась черной змейкой, мчалась вдаль, расширяясь с каждым мигом. Она нырнула под один из наших самолетов, прошла прямо под лыжами и разрубила даже толстое паковое поле, которое было рядом.

— Аврал! Спасать самолеты и имущество!

Легко сказать — спасать имущество. Это же тонны груза! Катим, тащим, перебрасываем на соседнюю льдину. Все превратились в грузчиков! И откуда сила берется! А впереди главное: передвинуть самолет. Трещина-то расползается под ним!

Сейчас техника другая, а тогда для того, чтобы запустить в мороз мотор, надо было немало потратить и сил и времени. Да к тому же лыжи у самолета при посадке от трения нагрелись и вмерзли в лед.

Механики бросились греть мотор, а мы попытались освободить самолетные лыжи. Первый способ — подвести трос под лыжи и подпилить им лед. При втором способе механики (святые люди!) встают прямо под винт, от которого ветер валит с ног, снимают куртки и бьют тяжеленными кувалдами, прозванными злым шутником «микрометрами», по краям лыж. К хвосту самолета привязывается веревка, и люди дергают ее, чтобы раскачать машину.

Все-таки мы успели минут через тридцать перевести самолеты и перенести груз в более надежное место. Смотрим, а ледяное поле, на котором мы были, от нас уплывает! Отошел я в сторону и прислонился к айсбергу, торчащему из снега конусом. И чувствую: «конус» медленно поднимается, а льдина подо мной опускается. Как я из трещины выскочил, сам не помню! Но все-таки выскочил!


Брандмайор СП-2

А потом была станция «Северный полюс-2». Льдина, на которой мы установили свои черные палатки, трескалась несколько раз. Трудиться приходилось каторжно. Но научную работу не прерывали. С первых же проб выяснили, что тихоокеанские воды в виде широкой прослойки проникают в Ледовитый океан и приносят какое-то количество тепла. Пока мы изучали это течение, оно уносило нас все дальше. И вот, когда мы были от ближайшей точки берега в тысяче километров, у нас случилось ЧП.

Все ушли расчищать аэродром. В палаточном поселке остался один радист. И он вышел из радиопалатки минуты на три к радиовехе. Оглянулся, а из палатки столб пламени. Пожар!

В этой же радиопалатке лежали сигнальные ракеты. Не прошло и полминуты, как они начали взрываться. Представляете фейерверк! А потом открылась стрельба — начали стрелять патроны, запас боеприпасов был у нас изрядный. И, ко всем бедам, взорвался бак с бензином. В палатке, как назло, остались все научные материалы. Погибнут они — погибнет вся проведенная исследовательская многомесячная работа. Льдину ведь обратно не повернешь!

Попробовали сунуться в палатку — нас встретила новая серия взрывов ракет и патронов. Что делать? И вдруг видим: магнитолог Погребников, самый молодой из нас, все-таки нырнул под брезент. Все замерли: секунда, вторая, третья... Сейчас рванет. Сердце, как часы, отсту­кивает. А Погребников, живой и невредимый, вылетел обратно. И в руке — научные материалы!

Палатка сгорела дотла. А я Погребникова, поскольку он так проявил себя на пожаре, назначил брандмайором станции. Так у нас на льдине появился свой пожарник.

Но пожар на льдине — редкость. Гораздо больше ЧП было с медведями.

Как-то — во время пурги медведь подошел к «мясохранилищу». Летом сохранить мясо в Арктике трудно, солнце все-таки припекает. Мы его и засыпали снегом. Но медведь мясо учуял и сквозь толстый слой снега. А в это время около камбуза стояли два полярника и о чем-то громко разговаривали. Неожиданно они увидели, как из-за бугра, буквально в нескольких шагах от них, поднимается медведь и с любопытством прислушивается к разговору.

Минутное замешательство, и полярники бросились в разные стороны за карабинами. У одного на бегу даже унта свалилась! Хотел остановиться, обуть, а медведь огромными прыжками догоняет — до унты ли тут!

В одном носке прискакал полярник к палатке, а медведь уже дышит за спиной. И все же полярник изловчился, успел захлопнуть брезентовую дверцу прямо перед мордой медведя. Медведь остановился, понюхал. Видимо, палатка ему не понравилась. Хотел ударить по брезенту (а такой ударит — от палатки ничего не останется), но грянул выстрел. Это второй полярник успел выскочить с карабином.

Медведя убили наповал. А когда вскрыли желудок, нашли там пригоршню кислой капусты и коробок спичек. Несладкая, видно, жизнь для медведей в Арктике...


Негостеприимная Антарктика

В1955 году я был назначен начальником первой Советской Антарктической экспедиции — опять восьмидесятая широта, только на противоположном полюсе Земли. Нам было выделено три судна: дизельэлектроходы «Обь», «Лена» и рефрижератор с грузом про­дуктов. Первой ушла из Калининграда «Обь». Напоминала она Ноев ковчег. Чего только на ней не было! Вся палуба была загружена частями самолетов и вертолетов.

Длинный переход по морям-океанам показался коротким. Времени, как всегда, не хватало. Готовились к высадке, учились быстро устанавливать палатки, собирать щитовые домики, подгонялась полярная одежда и зимняя обувь. Мы уже решили, что назовем основной поселок на Антарктиде Мирный, в честь одного из кораблей русской экспедиции Ф. Ф. Беллинсгаузена и М. П. Лазарева, открывших Антарктиду.

Но прежде чем построить поселок, надо было выбрать подходящее место, а до этого найти площадку, где можно было бы собрать самолеты.

Вошли во льды. Туман, ничего не видно. Куда приставать? Потом в тумане прорисовался шельфовый ледник. Этот ледник лежит не на земле, а на дне моря. На леднике решили отыскать ровный участок припая. По аналогии с Арктикой знаем: ледник крепко припаян к берегу, можно будет выгружаться.

Наконец пришвартовались. По арктическим понятиям лед толстый — паковый, многолетний. Выдержит и грузы, и самолеты.

Кто-то заметил на берегу черные предметы, резко выделяющиеся на снегу. Что может быть здесь, в буквальном смысле на краю света? Послали наших мастеров альпинизма. Оказалось, что это камни. Сразу возник вопрос; а вдруг это выход коренных материковых каменных пород? Тогда на них можно строить и научную станцию.

Быстро выгрузили на лед ящики с частями самолетов. И тут погода вдруг изменилась, с ледника потянуло холодом. Ветер усилился, и ураган нанес нам страшный удар — плотный снежный заряд.

В довершение бед со стороны океана подошла зыбь. И казавшийся крепким по арктическим понятиям многометровый лед припая стал крошиться и разваливаться, как размокший са­хар. Части самолетов, вещи — все поплыло на льдинах-обломках. Ураган мешал их собирать, снег залеплял глаза. И тогда на спасение самолетов пошли добровольцы. Еле-еле удалось поднять все части машин на борт «Оби». Она пережидала ураган в открытом море. Вот как нас встретила Антарктида. Этот горький урок даром не прошел. Вторично с самолетами мы обращались более осторожно, трактор оттаскивал их от края припая примерно на километр.

На самолетах сделали несколько разведывательных полетов. И после долгих споров выбрали место для постройки Мирного. Только тогда началась разгрузка судов. За «Обью» подошла «Лена», а вслед за ней рефрижератор.

Шторм унес в море первую дорогу, вторая так же была разрушена. Третью дорогу проложили уже на каменистый мыс, у которого предстояло построить Мирный.

Последней разгружалась «Лена». К ее приходу припай стал совсем опасным. Первый же трактор, спущенный с корабля, чуть уклонился от трассы, проломил лед и повис на краях трещины. С трудам удалось его спасти. Но следующий трактор погиб вместе с трактористом...

Случилось это так. Тракторы шли друг за другом, И когда первый попал в опасную зону (там толщина льда была всего полметра) и стал проваливаться, тракторист едва успел выскочить. А трактор, утонув кормой, казалось, проваливаться больше не собирался. Вот тогда со второй машины и соскочил двадцатилетний комсомолец Иван Хмара. Его не успели даже остановить, задержать, как он одним махом вскочил в кабину погибающей машины, решив резким рывком вырвать ее на лед.

Кинооператор, который был с нами и охотился за героическими случаями, приготовился запечатлеть подвиг. Он включил кинокамеру и заснял гибель Ивана. Как только Хмара дал газ, трактор мгновенно ушел под лед. Глубина моря в этом месте была семьдесят два метра...

Вскоре мы все-таки разгрузились, построили Мирный, а там пришла первая антарктическая зима. Об освоении Антарктики написано немало книг, исполнилось уже десять лет, как мы высадились с «Оби», после нас в Антарктике побывали уже тысячи людей. Но первый наш поход в глубь шестого континента, честно говоря, смахивал на авантюру. Мы шли вслепую и на упрямстве. Уже в нескольких десятках километров от Мирного высота над уровнем моря достигает 1000 метров, а в глубине континента мы, как летчики, оказались на высоте четырех тысяч метров! Задыхались не только люди, задыхались машины, тягачам не хватало воздуха.

Сейчас, конечно, оборудование другое и машины более выносливые. Да и Мирный теперь стал огромным научным поселком. Только под снегом весь теперь, а вместо улиц — снежные траншеи. Так что «столица» в Антарктике наверное скоро будет перенесена.
Аватара пользователя
Иван Кукушкин
 
Сообщения: 11879
Зарегистрирован: 17 Июнь 2007 05:52
Откуда: Нижний Новгород

Сомов Михаил Михайлович (1908-1973)

Сообщение Александр Матросов » 09 Май 2011 23:11

 Сомов М.М. 1946г., ледокол _Северный полюс_ 02.jpg
 Сомов М.М. 1946г., ледокол _Северный полюс_ 01.jpg


Сомов М.М. 1946г.ледокол "Северный полюс".
Связь эпох.
Александр Матросов
 
Сообщения: 107
Зарегистрирован: 11 Июль 2009 00:57
Откуда: Санкт-Петербург

Сомов Михаил Михайлович (1908-1973)

Сообщение Александр Матросов » 29 Ноябрь 2011 12:12

 Сомов и Бурханов.jpg

Сомов и Бурханов.

 Папанину 70л.jpg

Папанину 70л.

 На тх Обь. Кириллов,Греку,Голубев ,Сомов ,Ман и Сузюмов.jpg

На "Оби". Кириллов, Греку, Голубев , Сомов ,Ман и Сузюмов.

 М.М.Сомов и Филипп Лоу нач. ант.экс.Австрал.jpg

М.М.Сомов и Филипп Лоу начальник антарктической экспедиции Австралии

 Датск.корабль Кната Дан.2 02.1956 Мирный.П.Шумский,капит.Ганс Питерсон,М.М.Сомов фото А.Капицы..jpg

Датский корабль "Кната Дан", 2 02.1956, Мирный. П.Шумский, капитан Ганс Питерсон, М.М.Сомов.
фото А.Капицы.

 Гидрологи 1 ого подв .отряда Сомов М.М и А.Г.Дралкин фото Е.Яцун..jpg

Гидрологи 1-го подв .отряда Сомов М.М и А.Г.Дралкин.
Фото Е.Яцун.

 Академик Павловский и М.М.Сомов фото Бродский 1957..jpg

Академик Павловский и М.М.Сомов.
Фото - Бродский, 1957 г.

 Демонстрация, колонна НИИ Главсевморпути.jpg

Колонна НИИ Главсевморпути на праздничной демонстрации.
Какой год?
 Сомов М.М. на борту самолета.jpg


 Трешников и Сомов, 23 мая1960 г..jpg

Трёшников и Сомов, 23 мая 1960 г

Связь эпох.
Александр Матросов
 
Сообщения: 107
Зарегистрирован: 11 Июль 2009 00:57
Откуда: Санкт-Петербург

Сомов Михаил Михайлович (1908-1973)

Сообщение Александр Матросов » 05 Январь 2012 23:47

Москва.Кремль.

 imggggg566.jpg


Давайте восстановим имена и год.
Связь эпох.
Александр Матросов
 
Сообщения: 107
Зарегистрирован: 11 Июль 2009 00:57
Откуда: Санкт-Петербург

Сомов Михаил Михайлович (1908-1973)

Сообщение Александр Андреев » 20 Март 2015 13:24

Александр Матросов пишет:
Вложение yandex-somov-11.jpg больше недоступно
Посмотреть на Яндекс.Фотках

Второй-Еремеев Н.А.
Третий- Сомов М.М.
Четвёртый - Шевелёв М.И. (спасибо Иван)
Связь эпох.

Кто остальные?



 yandex-somov-11.jpg
Нашел подпись к этой фотографии. 1940-й год, Диксон. Штаб морских операций Западного сектора. Слева направо: секретарь штаба М. П. Погорельский, начальник штаба Н. А. Еремеев, гидролог М. М. Сомов, начальник морских операций М. И. Шевелев, синоптик Д. А. Дрогайцев, диспетчер по связи В. С. Круглов
Александр Андреев
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3113
Зарегистрирован: 03 Март 2008 06:23
Откуда: Санкт-Петербург

Сомов Михаил Михайлович (1908-1973)

Сообщение Polarstern » 17 Октябрь 2015 00:05

Михаил Сомов - человек и пароход.

Rus_Convert-Somov.jpg

2000._Марка_России_0558_hi.jpg
Аватара пользователя
Polarstern
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 793
Зарегистрирован: 01 Январь 1970 03:00
Откуда: Москва/Сент-Джонс, Ньюфаундленд

Пред.

Вернуться в Персоналии



Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 3

Керамическая плитка Нижний НовгородПластиковые ПВХ панели Нижний НовгородБиотуалеты Нижний НовгородМинеральные удобрения