Георгиевский Н.П. Радиостанции Карского моря

Изображение
31 июля 2012 года исключен из Регистровой книги судов и готовится к утилизации атомный ледокол «Арктика».
Стоимость проекта уничтожения "Арктики" оценивается почти в два миллиарда рублей.
Мы выступаем с немыслимой для любого бюрократа идеей:
потратить эти деньги не на распиливание «Арктики», а на её сохранение в качестве музея.

Мы собираем подписи тех, кто знает «Арктику» и гордится ею.
Мы собираем голоса тех, кто не знает «Арктику», но хочет на ней побывать.
Мы собираем Ваши голоса:
http://arktika.polarpost.ru

Изображение Livejournal
Изображение Twitter
Изображение Facebook
Изображение группа "В контакте"
Изображение "Одноклассники"

Георгиевский Н.П. Радиостанции Карского моря

Сообщение ББК-10 » 26 Апрель 2015 13:33

Известия Архангельского общества изучения Русского Севера (Журнал жизни Северного края). Архангельск, 1916, №5.

Георгиевский Н.П.
Радиостанции Карского моря.
 5 - 0002.jpg
 5 - 0005.jpg
 5 - 0008.jpg


Готовится OCR публикации.
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 6939
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53

Георгиевский Н.П. Радиостанции Карского моря

Сообщение ББК-10 » 26 Апрель 2015 14:47

 5 - 0001.jpg
Радиостанции Карского моря. *)
I.

В начале июня 1914 г. Исакогорская радиостанция получила первую депешу с далекого Карского моря. Этим моментом закончился старый период плавания к устьям Сибирских рек, когда суда выходили из гавани совершенно неосведомленными, встретит ли их Карское море свободным от льда или покрытым непроходимыми ледяными полями и торосами. С этой даты мореплаватели, благодаря сведениям с радиостанции, имеют уже возможность предвидеть условия плавания и следовательно заранее решить: выходить-ли из порта сейчас-же и к какому проливу направлять свой путь, чтобы успешно пройти в Карское море, или же ожидать условий, благоприятствующих удалению льдов или даже совсемъ отложить плавание до следующего года.
В настоящее время устроены и непрерывно действуют три радиостанции:
1) на берегу пролива Югорский Шар,
2) на берегу пролива Карские ворота (на о. Вайгач),
3) на берегу Байдарацкой губы (Карское море), на мысе пол. Ямала Маре-сале.
Две первые станции поставлены с таким расчетом, чтобы наблюдателю были доступны для обозрения не только проливы, но и свободные пространства моря. Станция Маре-сале устроена для наблюдений за льдами южной части Байдарацкой губы.
Мощность этих трех радиостанций рассчитана так, чтобы станция в Югорском Шаре могла входить в связь с радиостанцией на

*) Настоящая статья представляет собою сообщение (в переработанном виде) Н. П. Георгиевского о своей поездке по Карским радиостанциям в 1914 и 1915 г. г., сделанное им на общем собрании членов А. О. И. P. С. 4 февраля с. г.
[198]
 5 - 0003.jpg
[199]
Иcакогорке, a две другие — имели возможность передать свои депеши на Югорский Шар.
Кроме того, начиная с навигации 1915 г., открыла свою деятельность радиостанция на о. Диксон мощностью, позволяющей ей непосредственно сноситься с Юг. Шаром. Эта. станция действуетъ только временно — ее работа прекращается с окончанием навигации по р. Енисею.
В будущем, эту сеть радиостанций предполагается расширить устройством радиотелеграфа на о. Белом, на северной оконечности Новой Земли и в проливе Маточкин Шар. С устройством этих трех дополнительных станций Карское море окажется окруженным наблюдательными пунктами, и тогда картина распределения и состояния льдов будет детально известна в любой момент. Но и при непрерывном действии уже существующих и всех предполагаемых только к устройству радиостанций нужно признать, что ежегодное плавание по Карскому морю все же окажется невозможным и часто попрежнему останется весьма затруднительным и опасным. Максимум безопасности плаваний выяснится лишь после накопления гидро-метеорологических материалов, которые помогут установить связь между состоянием погоды и моря Карского района с таковыми же окружающих пространств океана и Сибири, что вместе с тем позволить иметь и общее предвидение о том, какое может произойти изменение в состоянии льдов под влиянием наметившихся особенностей погоды; в частности, результата работ наблюдателей даст возможность ближе рассмотреть любопытную с многих точек зрения, нодмеченную периодичность в смене лет с небольшими количествами летних льдов в Карском море рядом лет с обильными льдами.
Промежуток времени, разделяющий указанные периоды, равен, примерно, 10 годам. Периодичность в смене состояний Карских льдов обычно относят всецело на счет влияния Гольфстрема, в колебаниях температуры которого также подмечена периодичность, именно: понижение температуры Гольфстрема предшествует времени густых льдов, а повышение, наоборот — времени очищения Карского моря и удалению границы льдов в океан на запад от Новой Земли. По нашему мнению, этот взгляд на Гольфстрем, как на регулятор размена льдов Карского моря, в значительной степени преувеличен. Роль Гольфстрема в данном случае сводится к роли одной из слагаемых целого ряда гидро-метеорологических условий широких районов океана и Азиатского или Европейского материков, причём среди этих условий Гольфстрем занимает подчиненное положение и меняет свою температуру, конечно, в районе подмеченных совпадений времени колебания температуры воды с временем различных состояний льдов, в зависимости от этих условий, т. е. охлаждается при наступлении суровых условий с преобладанием ветров северных направлений и восстанавливает свою температуру, как только доминирующая роль в состоянии погоды перейдёт к южным, материковым или западным — тепло-океанским районам.
Имеются, правда, пока еще непроверенные сведения, что мореходы Дальнего Востока подметили в сменах состояни льдов Берингова пролива такую же десятилетнюю периодичность. Кроме того, по словам моряков, долго плававших в Беринговом проливе и знакомых с туземцами Чукотского полуострова, чукчи указывают, что через
 5 - 0004.jpg
[200]
10 солнц (лет) у них наступает голодное время. Это заявление чукчей также подтверждает, десятилетние периоды в ходе погоды дальневосточной окраины Ледовитого океана. И если наблюдения моряков и слова чукчей подтвердятся, то явление периодичности окажется общим для всего Севера России, а вместе с тем и колебания температуры Гольфстрема будут рассматриваться в зависимости от общих условий, а не наоборот.
Доказательством отсутствия влияния Гольфстрема на льды Карского моря и дажe части Ледовитого океана, лежащей против Мурмана, может служить распределение льдов 1915 г. В этот год Карское море было совершенно свободно от льда до самых своих крайних пределов — до земли Николая Второго: остров Уединения имел вокруг себя чистую воду. Карская весна и лето были в этом году чрезвычайно теплыми. Тогда же, по другую сторону Новой Земли, льды спустились очень низко. Карския ворота с западной стороны были забиты льдом с 1 авг. (н. с.). К Шпицбергену, Земле Франца-Иосифа и даже к о. Медвежьему плавание из-за льдов было невозможно. Судовые наблюдатели Г.-М. Службы Северного Ледовитого океана и Белого моря получали в июле месяце у Канина Носа температуру в 3°, что было необычно для данного времени года.
Разработка наблюдений экспедиции Вилькицкого, стоявшей до августа у Таймырского полуострова, и сопоставление их с наблюдениями карских радиостанций, Мурмана, Шпицбергена и станций в Сибири, быть может, и даст возможность вскрыть причину указанных, состояний льдов Ледовитого океана и отсутствия их в Карском море.

II.

Метеорологические пункты при радиостанциях устроены еще в 1912 г. Д. Д. Рудневым, ездившим сюда вместе с почтово-телеграфной экспедицией по поручению Отдела Торговых Портов. Д. Д. Руднев установил метеорологические приборы в Югорском Шаре и на о. Вайгач. Но наблюдения здесь начались позже: в Югорском Шаре с сентября 1913 г., а на Вайгаче с августа 1914 г. На Маре-сале приборы установлены в сентябре 1914 г. командированными центральной гидрометеорологической станцией (в Архангельске ) В. А. Березкиным и автором настоящей статьи.
Все три метеорологические станции оборудованы согласно программе Николаевской Главной Физической Обсерватории, как, станции ІІ-го разряда, т. е. снабжены следующими приборами: чашечным барометром, английской, малого образца, будкой, с установленными в ней двумя психрометрическими термометрами для максимальных и минимальных температур и с волосным гигрометром; затем, установлены флюгера Вильда с двумя досками и дождемеры с защитой Нифера. В Югорском Шаре, кроме того, в августе 1914 г. оставлен барограф.
Результаты наблюдений карских станций препровождаются в Архангельск, в центральную станцию Г.-М. Службы Северного Ледовитого океана и Белого моря. Оповещение о состоянии погоды и моря организовано таким образом. Ежедневно наблюдатель посылает две депеши: в 7 ч. утра и в 1 ч. дня. В первой депеше даются наблюдения, относящиеся к 9 ч. вечера предыдущего дня и к 7 ч. утра данного; во второй - наблюдения, относящиеся только к 1 ч. дня. В обеих телеграммах заклю-
 5 - 0006.jpg
[201]
чаются, следовательно, результаты всехъ трех сроков наблюдений. т. е. даются сведения о высоте барометра, о темперaтyре воздуха (срочный отсчет термометра и наименьшее показание минимального термометра за сутки, считая таковые с 7 ч. утра до 7 ч. утра), о направлении и силе ветра, затем даются сведения о количестве, выпавших осадков, а зимою eще о высоте снегового покрова; наконец, в конце депеши словесными примечаниями (выше перечисленные метеорологические наблюдения даются особым цифровым шифром) перечисляются все те явления в атмосфере, которые так или иначе интересны мореходу, напр., дождь, снег, туман, крупа и т. п, здесь-же даются сведения о состоянии моря (волнения) и о льдах. Для записи сведении относительно льдов наблюдателям при радиостанциях даны специальные указания в виде „временной инструкции для наблюдений за льдами", в которой объяснена терминология обозначения льдов, в зависимости от их вида и места образования, а также отмечена необходимость записи движения льдов и причин этого движения, распределения льдов по морю, их общего количества в баллах и т. д.; кроме того, указано, на что следует обращать внимание в связи с местными особенностями пункта и т. п.
Депеши с гидро-метеорологическими сведениями адресуются: в. Архангельск Центральной Г. -М. станции и в Петроград —Николаевской Главной Физической Обсерватории. Первая — расшифровав полученную депешу, сведения, относящияся к 7 ч. утра, включает в свой утренний, — а сведения к 1 ч. дня в дневной — бюллетени. Утренний бюллетень выходить круглый год, дневной — только в периоды навигации. *)
Обсерватория сведениями с радио-станций пользуется для своей ежедневной синоптической карты. **)

III.

К настоящему времени, т. е. к началу 1916 г., наблюдатели Карского моря имели возможность проследить целиком две навигации, начиная от вскрытия проливов в 1914 г. до замерзания их на зиму 1915—16 года.
В виду того, что эти наблюдения являются первыми и притом совпавшими с периодом весьма благоприятных условий навигации, полагаю, что краткая сводка результатов этих наблюдений будет интересна.
Прежде чем перейти к изложению результатов наблюдений за льдами, — опишу, что представляют собою районы, доступные наблюдателю для обозрения, а также и те условия, в которых приходится быть наблюдателю при производстве наблюдений.
Югорский Шар. Станция расположена на материковом берегу пролива Югорский Шар, при выходе в Карское море (чертеж 1), за небольшим о-вом Соколий.
Водный горизонт, доступный для наблюдений непосредственно с земли — не велик: можно видеть на S пролив миль на 7. ***) на W —

*) В настоящее время, в виду войны, бюллетени для общего сведения не опубликовываются.
**) Синоптическая карта по той же причине выходит не ежедневно, а тетрадями, раз в два месяца.
***) Место метеорологической станции поднято над уровнем моря на 12 метров.
 5 - 0007.jpg
[202]
пролив до его противоположного берега (до о. Вайгач), на NW, между о. Соколий и Вайгач, часть Карского моря. Другие пространства, если не считать узкой полосы на NNW, между о. Соколий и Материком — прикрыты. Таким образом район наблюдений с земли ограничивается проливом, и потому достаточных сведений о состоянии льдов наблюдатель дать не может.
Совершенно другая картина горизонта открывается, если подняться на верхушку радиомачты, которая имеет высоту, считая от основания, 71 метр, а над уровнем моря 83 мет. *) С такой высоты виден весь пролив до бухты Варнека и соответствующие пространства Карского моря, заключенные между NW и SE румбами. Горизонт (радиус его 20. 4 мили) внолне достаточный, но только этот способ обозрения имеетъ крупные неудобства, заключающияся в том, что подъем на радиомачту крайне затруднителен и опасен, — подниматься приходится по наружному ребру мачты, пользуясь костылями, вклепанными через 3/4 аршина один от другого, считая от правого костыля к левому или через 1 1/2 аршин — по одной стороне ребра. Последняя треть высоты мачты поднимается вертикально. Подъем на такую высоту по столь примитивной лестнице не всякому под силу и не при всех состояниях погоды вообще возможен. Поэтому, наблюдателям предложено взбираться на верхушку мачты только изредка — в периоды смен сезонных состояний льдов, а для обычных наблюдений подниматься только на первую треть высоты мачты, с которой уже можно видеть Карское море через о. Соколий и через возвышенности берега на N и NE.
Маре-Сале. Станция устроена на западном берегу полуострова Ямал, в глубине Байдарацкой губы, на м. Маре-Сале.
Водные пространства Байдарацкой губы для наблюдателя совершенно открыты: нет ни скал на берегу, ни островов в море. Берег имеет здесь прямолинейное простирание с NNE на SSW, песчан, обрывист, высота берега 22 метра. Следовательно, здесь открыт горизонт в 180° радиусом 10 миль.
Вайгач. В других условиях находится последняя станция Вайгач. Эта станция расположена у восточного выхода пролива Карские ворота на о. Вайгач и не имеет ни открытых пространств моря, как Маре-сале, ни удобной для подъема радиомачты, как в Югорском Шаре.
Станция расположена в широкой бухте, прикрытой c моря островами, и горизонт моря, открывающийся с земли (с возвышенной части берега, где стоит метеорологическая станция), как это видно по чертежу 3, не велик, всего около 80°, при радиусе в 9. 5 миль, причем значительная часть горизонта прикрыта: с севера мысом о. Вайгач, с юго-запада м. Воронов, оставшийся промежуток по горизонту наполовину закрыт многочисленными островами.
Материал, даваемый по наблюдениям только с этой, ближайшей к строениям станции, возвышенности не достаточно ценен для задач мореходства, т. к. здесь, в районе доступном для глаз наблюдателя, быстро образовываются и хорошо сохраняются льды местного образования, тогда как в расстоянии 12 миль от берега, за островом Чарачий, а также и по направлению на NE, за мысом Болванский Нос,

*) Считая от верхушки бетонной пяты радиомачты.
 5 - 0009.jpg
[203]
море никогда не замерзает; всю зиму здесь имеются подвижные льды, и самоеды, от которых эти сведения получены, ежегодно приезжают сюда для промысла тюленей и белых медведей.
Для улучшения условий наблюдения льдов, для получения более широкого горизонта центральная Г. -М. станция построила в Архангельске и перевезла в 1915 г. деревянную вышку с тем, чтобы поставить ее в следующую экспедицию *) на наиболее подходящей точке берега.
Место установки вышки намечено в 200 шагах на NE от строений на высоте 208 м. над уровнем моря. Отсюда уже с земли видна полоса воды на северном горизонте. Если же по тому-же направлению продвинуться еще на 100 сажень дальше, то здесь достигается наивысший подъем, за которым берег спускается к близкому довольно обширному озеру - и горизонт Карского моря открывается между NE и NW румбами, а Карские ворота - между SW и WNW. Остается закрытым только небольшое пространство моря на WNW — NW островами Б. и М. Вороновыми.
Таким образом, отсюда с обоих пунктов открывается широкий горизонт. Что же касается длины радиусов этих горизонтов, то согласно барометрической нивеллировке и считая высоту вышки 11 метров и рост наблюдателя в 1. 5 метра, получаем, что на высоте глаза наблюдателя у мачты в 32. 3 метра — видимость 11. 8 миль, а с наивысшего подъема берега в 47. 4 м. — видимость 14. 4 мили.
Несмотря на предпринимаемые меры к улучшению горизонта станции, здесь всегда останется один весьма существенный недостаток — станция очень удалена от торговых путей в Карских воротах — от середины пролива — настолько, что даже с вышки, поставленной на наиболее возвышенной части берега, середина пролива будет закрыта горизонтом. Следует упомянуть в числе отрицательных сторон местоположение радио-станции Вайгач — обилие островов и подводных камней между ними, делающих подход к станции, впредь до тщательного промера — не безопасным. Так, „Василий Великий", (экспедиционное судно) в 1914 г. наскочил на необозначенный на карте подводный камень на глубине 10 ф., идя широким промежутком между о-вом Оленьим и Янова **).

IV.

Перехожу к изложению результатов наблюдений льдов Карского моря.
Вскрытие 1914 г. 1 июля ***) часть Карских Ворот освободилась от льда; по западному берегу сохранился слабый лед. 2 июля вскрылся Югорскій Шар, но лед как в проливе, так и в море сохранился. В тот же день из Маре-Сале сообщили, что у берегов чисто, в море лед.
После 2 июля ветер, перейдя на N, закупорил льдом оба пролива, а 10 июля надвинул его на берег Маре-Сале.

*) В 1915 г. экспедиция стояла у радиостанции всего 4 дня.
**) Место камня тогда же отмечено, и он находится примерно на 70°26'3 и 58°29' (карта № 694 издан. гл. гидр. упр. северо-западн. части о. Вайгач с губой Долгой).
***) Все числа по новому стилю.
 5 - 0010.jpg
[204]
В дальнейшем, вслед за изменением ветра на более южные направления, лед разрежается в проливах и отходит от берега у Маре-Сале.
К приходу почтово-телеграфной экспедиции к Югорскому Шару плавание по проливу было невозможно: восточные ветры гнали лед в Печорское море, а по той стороне Югорского Шара, в Карском море, густые плавучие льды покрывали все видимое пространство. Выждав два дня в бухте Варнека, экспедиция, согласно полученных сведений о разрежении льда в проливе, тронулась дальше и, испытав некоторую борьбу со льдами в месте поворота пролива, благополучно подошла к станции. 22 июля льды от пролива постепенно отходили и к 4 августа совершенно исчезли. Сведений о том, какие изменения претерпевали льды в Карских Воротах, нет, т. к. до прихода туда экспедиции систематического включения в метеорологические телеграммы примечаний о льдах не велось. Имеются только сведения, что лед совершенно исчез 31 июля. Из Маре-Сале попрежнему сообщали о присутствии льдов в море и о чистой полосе воды вдоль берега.
14—15 августа экспедиция прошла Карским морем вдоль берега Вайгача от станции Вайгач в Югорский Шар и льдов на своем пути не встpетила, но густые туманы наблюдались беспрерывно, что свидетельствует уже о том, что льды были близко. Ветер NE.
17 августа второму пароходу экспедиции „Николай II" было поручено сделать попытку пройти в Маре-Сале. Через несколько часов пароход возвратился обратно, и капитан его сообщил, что недалеко от пролива начинаются льды, которые дальше быстро сгущаются.
19 августа экспедиция тронулась к Маре-Сале по направлению на SE вдоль материкового берега Байдарацкой губы.
Льды встретились под 69°50' с. ш. и 62° 20' в. д., дальше они несколько уплотнились: под 69° 41' с. ш. и 62° 30' в. д. достигли средней густота, а под 69° 30' с. ш. и 64° 30' в. д. лед совершенно рассеялся, но на N лед сильно сгущался. 21 августа достигли 69°11' с. ш. и 66° 11' в. д. и затем повернули на NNW - вдоль берега Ямала, который и был виден на значительном расстоянии. Вдоль берега лед был очень рассеян. 22 августа отдали якорь в 1 миле против радиостанции.
Полоса воды вдоль берега была попрежнему чиста, и во все время, пока шло очищение остальных пространств моря, к берегу подходили только случайные, отдельные льдины.
Следуст заметить, что во все время нашего пребывания у Маре-Сале как в 1914 г., так и в 1915 г., течение на N было беспрерывным и не менялось даже в прилив. Несколько южнее радиостанции, у островов (отмели) Литке, льды, когда их было довольно много (в 1914), держались близко к берегу, и часто казалось, что они неминуемо пройдут если не между берегом и пароходом, то хоть вблизи последнего, но ожидания не сбывались, и только отдельные льдины имели более параллельное берегу направление. Эта особенность направления движения льдов заставляет предположить, что постоянное течение на N, идя до мыса Маре-Сале спокойно вдоль берега, здесь, встречаясь с препятствием в виде отмелей — островков Литке и Мыса — отклоняется в сторону открытого моря.
 5 - 0011.jpg
[205]
Море против м. Маре-Сале окончательно очистилось только к 30 августу. Все время дули легкие береговые ESE, SE и SSE ветры.
Дольше всего был закрыт льдом W горизонт. Первым очистился NW, затем N и наконец NW.
В продолжение всего времени, пока шло очищение Байдарацкой губы, радиостанции обоих проливов наблюдали беспрерывные туманы при тех-же восточных ветрах.
1 сентября при возвращении экспедиции в Югорский Шар в глубь губы не спускались, а шли, держа курс на пролив. По пути близ пролива встретили отдельные плавающие льдинки.

Н. П. Георгиевский.

(Продолжение следует).
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 6939
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53

Георгиевский Н.П. Радиостанции Карского моря

Сообщение ББК-10 » 27 Апрель 2015 11:53

Известия Архангельского общества изучения Русского Севера (Журнал жизни Северного края). Архангельск, 1916, №6.

 239.jpg
Радиостанции Карского моря

(Продолжение. См. №5 „Известий" за т. г.).

Появление льдов на зиму 1914/5 г.

Появление наносного плавучего льда впервые было замечено 26 октября у Маре-Сале. Лед показался на горизонте, а через день подошел и и к берегу. В этот же день, т. е. 28-го, густой лед появился и у берегов Югорского Шара (море чисто). 29 октября редкий лед замечен был и станцией Вайгач. Повидимому, это была неширокая поясина плавучего льда, пригнанная к станциям ветрами от NW, N и NE, дувшими беспрерывно в течение 10 предыдущих дней.
[239]
 240-1.jpg
240
Югорский Шар. 2 ноября Югорский Шар заметил большие массивы льда проходившие в NW направлении: густой лед подошел к проливу и заполнил его 10 ноября. После этого числа море не очищалось,
количество льдa колебалось в зависимости от тех или иных направлений ветра, причем, вообще говоря, ветра с моря лед сгущали, а с берега — разрежали и относили. 23 ноября плавучий лед сомкнулся, смерзся и образовал постоянный ледяной покров. Следует заметить, что горизонт моря на NW покрылся позже, в конце ноября месяца. Образование местного льда замечено один раз — 13 ноября.

Вайгач. 8 ноября начало наблюдаться „сало": 18 ноября появился, при SW ветре, лед на горизонте, затем 21-го с NE подошел сплошной плавучий лед, который в тот же день восточными ветрами был прижат к берегу и продержался здесь до первого SW 25 ноября, который очистил море. 27 ноября на всем водном пространстве образовался тонкий ледяной покров. Позже этот покров по окраине был взломан, но у берегов удержался. Весь горизонт моря покрылся льдом только 7 января 1915 г.

Маре-Сале. Лед появился вдали 24 ноября и быстро приблизился к берегу. Интересных перемен в распределении льдов и их состояний наблюдатель не отмечает: повидимому этого и быть не могло, т. к море совершенно открыто и давало полный простор перемещению льдов под воздействием различных направлений ветра. Можно отметить, однако, что осенние льды, повидимому, касались берега часто, а не держались на некотором от него расстоянии, как это наблюдалось с весенними льдами. 18 ноября плавучий лед смерзся и образовал ледяной покров на всю зиму. В течение зимы сильные SE и Е ветра очищали окраину горизонта, от льда.
 240-2.jpg

Вскрытие в 1915 г.

Югорский Шар. В период времени от 7 до 16 февраля морской лед был в движении, причем на один день, 9 февраля, море совершенно очистилось, 20 марта NW часть горизонта окончательно освободилась oт льда, а в остальных частях моря лед смерзался только на короткие промежутки времени. 12 июня освободилась от льда середина пролива: по сведениям от самоедов пролив от р. Черной до бухты Варнека очистился 17 июня. Льды скрылись с горизонта 9 июля.

Маре-Сале. Первым признаком вскрытия Байдарацкой губы было появление13 мая на NW полосы чистой воды; 14 мая горизонт очистился на широком пространстве и к W, а 15 мая и на SW. Ледяной покров сохранял S горизонт и берег. Остаток сплошного льда постепенно взламывался волнением и ветром. Плавучие льды, в зависимости от ветров-то покрывали, то совершенно очищали море. 17 июня вскрылась р. Мара-Яга. Лед исчез 27 июня.

Вайгач. Эта станция первый раз заметила чистую воду 4 июня. До 15 июня в море держались густые плавучие льды, а после 15-го лед начал постепенно редеть и, наконец 27 июня совершенно скрылся из поля зрения наблюдателя.
 241.jpg
[241]

Ледостав на зиму 1915—16 года.

Югорский Шар. Появление льда началось образованием "caла" (29 октября), а затем и берегового припая. 4 ноября припай имеет ширину 200 саж., 6-го — 100 саж., a 11-го весь пролив покрылся тонким сплошным льдом. Этот ледяной покров на зиму не удержался: 14 ноября он был взломан ветром, и унесен в море; припай сохранился шириною только в 1 1/2 версты, но он быстро разросся и вновь покрыл пролив. Вскрытие пролива и новое его замерзание повторялось несколько раз и в дальнейшем, но район вскрытия постепенно суживался и ограничивался серединой пролива. 22 ноября припай у морского берега достиг 10 верст. 27-го к этому припаю примерз плавучий лед и затем изменения в состоянии льдов ограничивались лишь горизонтом, по преимуществу WN-ой частью его.

Вайгач. Ясности картины ледостава в Карских Воротах в значительной степени мешает присутствие наносных льдов, появившихся здесь еще 1-го августа.
Моментом появления местного льда следует считать время первого наблюдения „сала" - 7 ноября. С того же дня начал образовываться и припай, который к 22 ноября достиг ширины 5 верст. 23 ноября S ветер этот припай оторвал: 24-го вновь образовавшийся припай сразу распространился на 3 в.; 25 ноября ветер пригнал густой плавучий лед к берегу, где он тотчас же смерзся, потому наблюдатель и отметил "сплошной неподвижный лед в проливе", а на следующий день добавил — "и в море".

Маре-Сале. 1 ноября появился местный плавучий лед; 3 ноября отмечен припай в 200 саж.; 10 декабря в 250 саж., а море покрылось местным плавучим льдом; 14-го припай достиг 1 1/2 верст. 18-го волнение оторвало часть припая, оставив у берега только полоску в 200 с.; 19 ноября отмечен сплошной неподвижный лед, который сохранился на всю зиму.
Изложенные наблюдения за изменением состояния льдов в 1914 и 1915 г. г. позволяют нам составить нижеследующую таблицу:
 241 таб.jpg
Год./Вскрытие./Лед.(Исчез.\Появился.)/Ледостав./Число дней.(Навигации\Льда не было.)/Примечание.

1914
Югорский Ш. 2 июля 4 авг. 28 октяб. 23 нояб. 143 84 Случ. лед 2 дня.
Вайгач... 1 июля 31 июля. 29 октяб. 7 янв. 1915г. /27 нояб. 191 149 90
21июля 30 авг. 26 октяб. 18 нояб. 138 58 -
1915 г.
Югорский Ш. 12 июня 9 июля 29 октяб. 11 нояб. 152 112 -
Вайгач... 4 июня 27 июня 1 авг. 26 нояб. 175 35 С 1 августа. плав. льды
Mаре-Сале... 13 мая 27 июня 1 нояб. 19 нояб. 189 125 -
 242.jpg
[242]
Относительно дат вскрытий и ледоставов следует сделать оговорку, что как первый, так и второй моменты для Вайгача и для Маре-Caлe не вполне могут быть точны, ибо ст. Вайгач, наблюдая ледостав в своей бухте и в морe между островами, еще не знает, в каком состоянии, в отношении возможности навигации, находится Карские Ворота, а потому мы и дали за 1914 г. два числа: 27 Ноября — время первого покрытия льдом района находящегося непосредственно перед станцией и 7 января 1915 г. — момент покрытия льдом всего горизонта.
Маре-Сале также не может точно сказать когда может начаться навигация, тогда-ли, когда открылась широкая полоса моря или только с очищением S горизонта моря и с отходом льдов от берега. Поэтому продолжительность навигации указанная в таблице предположительна, считая таковой время от вскрытия до первых ледоставов, в действительности она, быть может, была и больше для Вайгача и Маре-Сале.
Обращаясь к цифрам таблицы со стороны метеорологической, мы видим, что в 1914 г., да пожалуй, и в 1915 г. моменты ледоставов и вскрытий у всех трехъ станций наступали дружно, что указывает на одинаковые температурные и другие метеорологические ycловия всей южной частя Карского моря. Некоторые-же отклонения по времени можно объяснить особенностями наблюдаемого района. Например, наиболее ранний ледостав 1915 г. в Югорском Шapе — объясняется узостью пролива, где береговой припай, расширяясь с обоих берегов на 4 версты, уже покроет собою весь пролив; а на Вайгаче, припай в 5 верст еще не достигнет и половины доступного для наблюдений водного пространства. Маре-Сале — как станция на берегу совершенно открытого моря, взламывания припая наблюдала дольше, чем остальные станции, имеющие более прикрытые горизонты. Этими же обстоятельствами объясняется и несовпадение времени вскрытия. В 1915 г. ст. Маре-Сале наблюдала открытое мере значительно раньше Вайгача и Югорского Шара.
Останавливаюсь на наблюдениях. 1915 г. потому, что в этом году, вследствие замечательно теплой весны и жаркого лета, растопившего льды, как вскрытие, так в особенности замерзание, будучи независимы от присутствия прошлогодних льдов, протекали наиболее отчетливо.
Та же причина — высокая температура лета 1915 г., сделала навигацию особенно продолжительной. Например, у Маре-Сале она достигла 189 дней (в 1914—138 дней); в Югорском Шаре 159 дней (в 1914—143). Благоприятные условия навигации этого года заключались, главным образом, в продолжительности полного oтсутствия льдов, достигшей у Маре-Сале более чем 4-х месяцев; в Югорском Шаре льдов не было в продолжение почти 3-х месяцев. В 1914 г., который также был очень благоприятным для плавания в Карском море, льдов не было в течение 3-х мес. в Карских Воротах и около 2-х мес. в Байдарацкой губе. 1915 г. для плавания в Карских Воротах был сравнительно мало благоприятен и льдов здесь не замечалось только в продолжении 35 дней, цифра, вообще говоря, для этих мест — редкая.
 243.jpg
[243]
Сведения о климате Карского моря до сих пор получались посредством случайных, отрывочных экспедиционных наблюдений.
Ныне, после более чем двухлетней, беспрерывной работы метеорологической станции в Югорском Шаре и полутора-годовых наблюдений в Kарских Воротax и на Маре-Сале, мы имеем возможность, для характеристики климата южной части Карского моря, дать нижеследующую краткую сводку результатов метеорологических наблюдений:

Температура воздуха.

Средние летние температуры воздуха:

СТАНЦИИ. Год. I II III IV V VI VII VIII IX X XI XII Средн. годов.
1913 — — — — — — — — — - 6° - 12° -12° —
Юг. Шар 1914 -27° -24° -29° -21° -3° 2° 3° 7° 2° -22° -10° -9° -9°
1915 -14 -14 -21 -9 - 2 0 10 8 2 -2 -9 -25 -6
Вайгач 1914 — — — — — — 3 7 2 -2 -6 -7 —
1915 -17 -13 -20 -9 -8 3 7 8 2 2 -10* -25 -7
Маре-Сале 1914 — — — — — — — — -1 -4 -11 -12 —
1915 -24 -18 -22 -10 -2 5 14 10 3 -5 -14 -25 -7


Величины средних температур даны в целых градусах потому, что для составления полного 1915 г., именно для августа, сентября, октября, ноября и декабря м-цев пришлось воспользоваться сведениями ежедневных метеорологических телеграмм, а т. к. при передаче их всегда могут быть ошибки, то и выводы из таких величин с точностью до десятых долей не вполне надежны. Для большей сравнимости всех величин таблицы мы и остальные температуры, полученный из наблюдательских таблиц, дали также округленными.
Сопоставляя температуры воздуха трех радиостанций, мы видим, во-первых, что местом наиболее суровым и наиболее приближающимся к типу континентальных является Маре-Сале. Зима на Маре-Сале самая холодная: средняя температура всех зимних месяцев значительно ниже, чем в двух остальных пунктах. Лето здесь, наоборот, сравнительно с теми же пунктами — теплое. Югорский Шар имеет мягкий климат; зима более теплая, чем на Вайгаче и на Маре-Сале, Лето также теплее, чем в первом пункте.
Вайгач. окруженный с трех сторон водою, дал температуры лета пониженные сравнительно с температурами Югорского Шара и Маре-Сале, но суровость зимы здесь, — несмотря на более северное положение станций, благодаря тем же водным пространствам, а главное - доступности станции для ветров с запада, — занимает среднее
 244.jpg
[244]
положение: температуры ее зимы ниже температур зимы Югорского Шара и выше тех же температур Маре-Сале.
Пользуясь результатами работ Югорского Шара и сравнивая температуры 1914 и 1915 г. г. мы находим, что в среднем годовом выводе 1914 г. был на 3° холоднее 1915 г.; в 1914 г. как лето, так и зима в особенности январь—апрель, были значительно холоднее.

Абсолютные минимальные и максимальные температуры.

Станция/Годы Январь max.\min./Февраль max.\min./Март max.\min./Апрель max.\min./Май max.\min./ Июнь max.\min./Июль max.\min.

Югорский Ш. 1914 0° -44 - 4 -30 +0 -38 1 -36 4 -18 16 -5 15 -4
1915 -2 -38 -6 -30 -5 -39 3 -30 6 -14 22 -2 26 +0
Вайгач. 1914 — — — — — — — — — — — — 12 -9
1915 2 -36 7 -22 -4 -37 2 -28 4 14 17 -3 24 +6
Маре-Сале 1914 — — — — — — — — — — — — — —
1915 -7 -46 -1 -38 4 -42 4 -29 5 -15 18 -2 26 2


Станция./Годы. Август max.\min./Сентябрь max.\min./Октябрь max.\min./Ноябрь max.\min./Декабрь max. \min./Год max. \min.

Югорский Шар. 1914 23 -0 17 -10 16 -17 +0 -20 +0 28 23 -44
1915 16 1 9 - 4 2 -14 0 -29 -6 -34 20 -39
Вайгач. 1914 18 -0 9 -8 -10 -14 1 -20 2 -23 — —
1915 15 1 7 -2 2 -12 0 -26 -5 -34 24 -37
Маре-Сале. 1914 — — 8 -9 8 -24 0 -28 -6 -38 — —
1915 20 3 9 -2 2 -24 -0 -35 - 7 -35 26 -46


Суровость здешних условий подчеркивается низкими минимальными температурами воздуха. Минимумы выше 20° наблюдались только в мае и октябре (а для Маре-Сале — в сентябре) — т. е. в переходные от зимы или к зиме — месяцы и, конечно, летом. Во все остальные месяцы холодного периода минимум быстро достигает — 30° и, иногда опускаясь ниже — дает более —40°, напр. в 1914 г., в Югорском Шаре, в январе м. минимальная температура воздуха равнялось 44°; в 1915 г., в Маре-Сале, также в январе м. — наименьшая температура воздуха была —46°. Летом минимум держится около 0°.
Наибольшие месячные температуры воздуха зимою очень высоки, напр., в такие холодные месяца, как январь и декабрь, самый низкий отсчет максимальный для всех трех станций и за все время наблюдений был —7°, причем эти отсчеты дала Маре-Сале, - станция с наиболее низкими средними температурами. В других местах в течении всех остальных месяцев зимы, максимальные температуры достигали 0°, а на Вайгаче, в феврале 1915 г. максимум дал +7°. Летние максимумы температуры за эти два теплых года достигали +26°— величины, малоотстающей от наивысшей температуры и более южных мест.
 245.jpg
[245]
Ветер.

Не желая загромождать краткое изложение наблюдений ветра большим числом таблиц, а также, главным образом и потому, что ветра всех трех пунктов мало между собою отличаются, полные таблицы повторяемости ветров мы дадим только для одного Югорского Шара, имеющего к тому-же два года наблюдений; для Вайгача и Маре-Сале ограничимся лишь сообщением общих, годовых выводов.
Величины повторяемости ветров заключают в себе процентные отношения числа случаев каждого данного направления ветра к общему числу наблюдений за месяц. В годовом выводе дано среднее число процентов за двенадцать месяцев.
Подсчет числа дней с сильными ветрами, производился согласно правилам инструкции для метеорологических наблюдений *), т. е. днем с сильным ветром считался тот день, в течении которого ветер достигала скорости не меньше 15 м/с т. е. 7 баллов **).

Югорский Шар.
1914 г.
Месяца. Штиль N NE E SE S SW W NW
Январь.... 4 13 17 4 26 18 9 3 5
Февраль... 1 14 11 11 23 21 5 8 7
Март.... 2 13 20 4 21 25 6 6 —
Апрель.... 3 7 7 6 30 36 4 — 6
Май.... — 10 9 8 12 16 16 16 10
Июнь.... — 9 2 3 15 25 18 11 16
Июль.... 3 20 5 3 8 20 10 4 26
Август.... 13 42 24 6 6 5 1 — 3
Сентябрь.. 2 24 11 2 13 21 11 14
Октябрь... 1 14 2 1 13 14 24 14 17
Ноябрь.... 7 3 6 6 33 37 6 2 1
Декабрь... — 5 5 4 19 26 25 11 4

1915 г.
Январь.... 4 8 19 16 34 11 3 — 4
Февраль... 2 8 10 5 29 21 11 11 4
Март.... 10 6 4 10 34 22 4 4 8
Апрель.... 6 4 18 7 24 31 6 3 1
Май.... 4 6 13 8 17 18 16 11 6
Июнь.... 15 18 14 10 8 11 10 2 10
Июль.... 11 28 29 6 1 9 3 — 13
Август.... 8 9 34 12 11 6 6 3 9
Сентябрь... 10 2 25 16 15 13 14 3 5
Октябрь... 2 12 20 4 8 10 13 10 24
Ноябрь.... 2 13 15 13 15 12 16 7 11
Декабрь... 20 7 21 9 4 10 9 9 10

*) Издание Учебного Комитета Николаевской Гл. Физ. Обсерватории.
**) По „Новой таблице для обозначения силы ветра в адиницах шкалы Бофорта". Издание Ник. Гл. Физ. Обс.
 246.jpg
[246]
Как видно из данных таблиц, на Югорском Шаре в течение года преимущественные направления ветра таковы:
зимою, начиная с января и кончая переходным к лету месяцем, дуют SSE; в переходное же время ветра отклоняются к западу и часто наблюдаются W, SW и S. (Maй 1914);
летом, вместе с повышением температуры воздуха, ветра отходят от южных румбов и сосредотачиваются на N и NE (Август 1914 г.; Июль и Август 1915), затем начинается обратное движение: возникают южные ветра, они отходят к западу и наконец, зимою вновь возвращаются на S и SE.
В течение 1915 г. указанная смена преимущественных ветров повторилась, правда, с некоторым отклонением: главное отличие хода ветров в этом году заключалось в отсутствии заметного числа S и SE в декабре месяце; они уступили первенство NE.
Ветра Маре-Сале и Вайгача в 1915 г. имели в общих чертах следующее распределение.
Вайгач. В январе чаще всего наблюдались E, SE и S: в дальнейшие месяцы с февраля по май было больше ветров западных румбов. От июля дo декабря ветер дал устойчивое преимущество NE, в этот же промежуток времени к NE присоединяется и E (июнь - сентябрь). Кроме того, выделились: в сентябре SE (16%), октябре NW (27%).
Маре-Сале почти беспрерывно имело преимущественный SE ветер. C февраля по май чаще всего наблюдались вообще западные ветры; с июня по сентябрь — восточные; в октябре — декабре ветра довольно равномерно распределялись по всем восьми направлениям с усилением в октябре N и NE, в ноябре — NE и W, в декабре — N, SE, W и NW.
Таким образом, в 1915 г. ветер Югорского Шара имел более резко выраженный годовой круговорот. На Вайгаче же и на Маре-Сале, в особенности на этой последней, замечалось только общее усиление в начале — западных, в конце — восточных ветров.
Различие преимущественных ветров на этих трех станциях следует отнести прежде всего к местным условиям пункта. Напр., Югорский Шар находится в глубине Байдарацкой губы, на материковом берегу узкого пролива и имеет открытое пространство моря на NE, почему периодические ветра, вызванные контрастом суши и моря и ощущались здесь наиболее отчетливо. Ст. Вайгач, хотя и находится на северо-восточной оконечности о-ва, но с этого румба прикрыта сушей, имеющей довольно резко выраженный рельеф, не остающийся без известнаго влияния на общее направление ветра, хотя главным фактором, создающим здесь иной ход ветров и возбуждающим восточные и западные ветры, являются широкие Карские ворота, соединяющие два различных по температуре водных района: холодное Карское море — на востоке и более теплое — Баренцово — на западе. Взаимодействие этих двух пространств вызывает или самостоятельные ветра с востока на запад или отклоняло к W—у основное северо-восточное воздушное течение вдоль Kapcкого моря. Те-же Карские Ворота облегчали доступ к станции и ветрам с запада, в периоды их возникновения.

*) Станция устроена в 40 саж. от среза берега, на высоте 22 метров над уровнем моря.
 247.jpg
[247]

Маре-Сале как пункт лежащий на берегу с прямолинейным обрезом с NNE на SSW, вообще дало больше сухопутных (восточных) ветров, и меньше морских (западных). Это распределение ветров можно объяснить предположением, что при общей сравнительной незначительности силы здешних ветров, они направляясь с моря (с W) и встретив на своем пути обрывистый берег, к станции затихали, тогда как противоположные ветра с Е, с суши, воспринимались флюгером станции беспрепятственно. Преобладание юговосточных ветров с одной стороны вызвано общей причиной — распределением барометрического давления, а с другой — направляющим действием Байдарацкой губы, которая, имея небольшую ширину при довольно значительной длине, имеет направление SE—NW.
В годовых средних, направления ветров распределялись следующим образом:

СТАНЦИИ./Штиль/N/NE/E/SE/S/SW/W/NW
Югорский Шар 1914 3 14 10 5 18 22 11 6 9
» » 1915 8 10 18 10 17 14 9 5 9
Вайгач 1915 14 8 18 14 11 11 9 6 9
Маре-Сале 1915 4 9 и 14 24 10 10 9 9


В 1914 г. в Югорском Шаре больше всего было южных ветров, затем юго-восточных и северных: в 1915 г. первые два направления, хотя и находились в числе преимущественных, но их наблюдалось меньше, чем в предыдущем 1914 г.: ветра от N уступили свое преимущество NE. Вообще в 1915 г. восточных ветров насчитывалась больше, чем западных; в 1914 г. - наоборот.
На Вайгаче в 1915 г. чаще всего дул NE и Е, на Маре-Сале - SE и Е.
В общем о ветрах южной части Карского моря можно сказать, по крайней мере для данных двух теплых годов, что они имеют муссонный характер; зимою ветер дует с континента, (S и SE), летом с океана — (NE—N).
О средней силе ветра, о повторяемости сильных ветров и штилей дает представление нижеследующая таблица:

СТАНЦИИ./Месяц\Ветер/I/II/III/IV /V/VI/VII/ VIII/IX/X/XI/XII/Год
Югор. Шар 1914 Сред. сила ветра 4 4 5 4 4 4 3 3 4 5 6 6 18 4
Сильные ветра 4 4 8 5 8 0 0 1 3 16 14 81
Штили в %% 4 1 2 3 0 0 3 13 2 1 7 0 3
Югор. Шар 1915 Сред. сила ветра 6 6 4 5 5 4 4 3 3 5 4 3 4
Сильные ветра 11 14 8 9 9 7 4 3? 4? 16? 9? 6? 100?
Штили в %% 4 2 10 6 4 15 11 8 10 2 2 20 8
Baйгач 1915 Ср. скор. в бал. 6 5 4 4 5 4 4 3 3 5 4 4 4 108?
Сильные ветра 9 13 12 9 8 5 4 2? 5? 16? 15? 10?
Штили в %% 6 17 28 20 8 28 18 4 11 3 16 14 14
Маре-Сале 1915 Средн. скорость 6 6 4 4 5 4 4 2 а 4 4 3 4
Сильн. ветра. 15 13 5 7 9 2 0 3? 2? 7? 8? 3? 74?
Штили в %% 0 5 13 2 3 13 3 1 2 0 2 2 4
 248.jpg
[248]

Средняя годовая сила ветра за oба года наблюдений в Югорском Шаре и в течение 1915 г. на Маре-Сале и на Вайгаче получилась одинаковой, равной 4 баллам Бофорта.
Число сильных ветров вообще уменьшается летом и увеличивается зимою.
Повторяемость сильных ветров в различное время года весьма различна, напр., в 1914 г. на Югорском Шаре, в теплые июнь — июль сильных ветров не было, а в августе был только один; а к зиме число сильных ветров резко возросло и уже октябрь имел 16 случаев, ноябрь 14, декабрь 18.
Нечто подобное в отношении наблюдалось и в 1915 г. К сожалению, подсчет сильных ветровъ за вторую половину 1915 г. не полон, а потому числа помеченные знаком? должны быть несколько увеличены *). Но и при этой неполноте подсчета заметно вoзpocтание сильных ветров в холодное время года, что и подтверждается точными данными за первую половину 1915 г.
Годовая сумма дней с сильным ветром на Вайгаче самая большая (108? дней), на Маре-Сале - наименьшая (74? дня).
Число штилей в году имело ход обратной ходу средней скорости ветра и числу сильных ветров, т. е. в летнее, теплое время число штилей уменьшалось, зимой увеличивалось.
Сочетание ходов этих трех элементов ветра указывает, что летом ветры хотя и не сильны, но более равномерны, а зимою и сильны, и порывисты.

*) Из желания дать возможно полные данные за 1915 г. % выводы за время VIIІ-XII сделаны по телеграфным сведениям, в которых имеются пропуски примечаний о сильных ветрах в междусрочное время.

Н. П. Георгиевский.
(Продолжение следует).
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 6939
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53

Георгиевский Н.П. Радиостанции Карского моря

Сообщение ББК-10 » 30 Апрель 2015 19:59

Известия Архангельского общества изучения Русского Севера (Журнал жизни Северного края). Архангельск, 1916, №7-8.

 286.jpg
Радиостанции Карского моря.
(Продолжение. См., № 6 "Известий" за т. г. ).

Облачность.

Для сравнения облачного покрова всех трех станций мы вывели среднее за 11 месяцев одновременных наблюдений, начиная с сентября 1914 г. и кончая июлем 1915 г.
Результат можно представить в следующем виде:

СТАНЦИИ./величина покрытия неба (7 ч. у. \1 ч. дня\ 9 ч. веч.)/Число дней (ясных\пасмурн.)
Югорский Шар. 8 7 8 36 167
Вайгач 7 6 6 56 170
Маре-Сале 6 5 5 71 94

 287.jpg
[287]
Отсюда видно что небо Югорского Шара наиболее пасмурное — Маре-Сале наиболее ясное; на Югорском Шаре в среднем за 11 месяцев было покрыто 0. 8 небосвода, на Maре-Сале только 0. 5. Ясных дней за тот же промежуток времени насчитывалось на Югорском 36, на Маре-Сале в два раза больше — 71: пасмурных дней на Mapе-Сале 94, на Югорском почти вдвое больше — 167.
Вайгач занимал в отношении ясности неба в общем среднее место как по общему покрытию небосвода (0. 6), так и по числу ясных дней (56); число пасмурных дней было близко к таковому же числу Югорского Шара.
Общий вывод относительно облачности характеризует южную часть Карского моря как местность сравнительно ясную: но этот вывод должен быть принимаем только для периода — сентябрь 1914 г. —, июль 1915. И он дает крайний — именно, благоприятный вывод.
На самом деле, если сравнить облачность января — июля двух лет 1914 и 1915 г. г. по наблюдениям Югорского Шара, то станет понятна оговорка о недостаточности наших выводов для общей характеристики климата.

Январь — Июль.

Год./ЮГОРСКИЙ ШАР./Небо покрыто.(7 ч. у.\1 ч. дня.\9 ч. веч.)/Число дней.(Ясных.\Пасмурн.)
1914 9 8 7 11 114
1915 7 7 6 34 90


Сравнивая величины последней таблицы, нужно иметь в виду, что и 1914 г. был годом теплым, а потому, возможно, что и его облачность была меньше нормы.

Т у м а н.
Распределение числа дней с туманом.

СТАНЦИИ./Год.\Mес./I\ II\III\IV\V\VI\VII\VIII\XI\X\XI\XII\Сумма.(За год/от IX.1914 г. до VII.1915.)
Югорский Шар. 1913 — — — — — — — — — 1 3 1
1914 7 18 13 20 11 12 23 14 8 2 1 14 133
1915 0 1 1 12 8 21 20 — — — — — — 78
Вайгач 1914 — — — — — — 13 12 0 0 2 1 — —
1915 1 2 1 6 8 18 18 — — — — 66
Маре-Сале 1914 — — — — — — — 6 1 3 3 — —
1915 0 0 0 4 7 17 8 — — — — — — 49


Как видно из таблицы, появление туманов не находится в зависимости от времени года; туманы бывают часты как зимою, так и летом, но, видимо, число их возрастает, в периоды вскрытий и исчезновения льдов. Напр., июнь и июль месяцы обоих лет дали наибольшее число туманов.
Годовое число туманных дней 1914 г. было значительно - 133 дня (Югорский Шар).
 288.jpg
[288]
Сравнительный подсчет числа туманов всех трех станций за время от ceнтября 1914 г. по июль 1915 г. дал больше всего туманов для Югорского Шара (78), меньше для Маре-Сале (49).

Осадки в миллиметрах.

СТАHЦИИ I II III IV V VI VII VIII IX X XI XII Год. X 14 г. по VIII 1915 г.
Югорский Ш.
1913 — — — — — — — — — 13 4 8 — —
14 3 2 0 2 11 18 11 20 20 22 5 и 179 —
15 3 3 2 22 49 15 — — — — — — 171
Вайгач 1914 — — — — — — 4 24 16 26 5 10 — —
15 7 2 6 4 11 32 42 20 — — — — — 169
Маре-Сале 1914 — — — — — — — — — 27 7 9 — —
15 5 4 5 11 10 42 4 — — — — — — 124


Месячные суммы осадков, собранные на метеорологических станциях Карского моря, как показывает таблица, колебались значительно от 2 м/м до 49 м/м. То обстоятельство, что осадки теплого времени оказались гораздо обильнее осадков зимних, когда они выпадали в виде снега, заставляет предполагать, что ветра, дующие зимою с значительною силой, выдувают снег из дождемера. Выдувание зимних осадков из дождемера, зависящее от несовершенства прибора, наблюдается и на других, более спокойных станциях.
Что выдувание снега существенно изменяет картину обильности осадков, особенно отчетливо видно по осадкам февраля 1915 г. (Ю. Ш.). В этом месяце собрано было 29 м/м. Это количество составилось из двух случаев дождя: 8 феврали выпало дождя 16 м/м, и 10 февраля 6 м/м. Следовательно, на долю снега; на время остальных 20 дней остается только 7 м/м.
Отмеченный случай обильных зимою осадков, с другой стороны, показывает, что нельзя полагать, что небольшие количества осадков зимою, кроме выдувания, зависят от общей их недостаточности и потому являются характерной чертой крайнего Севера.
На Маре-Сале осадков собрано за время с октября 1914 — июля 1915 всего меньше: на Вайгаче и на Югорском Шаре за то же время осадков выпало больше, и по количеству их осадки близки между собою. Изложение результатов работ наблюдателей радиостанций, к сожалению, не может быть законченным сравнением с наблюдениями прошлого времени, а потому и степень нормальности и ненормальности погоды 1914 г. и в особенности 1915 г. не может быть выяснена.
Сведения о климате Карского моря, которыми располагает литература, для такого сопоставления непригодны, с одной стороны, в силу спорадичности и непродолжительности наблюдений, а с другой — в виду того, что большая часть таковых случайных результатов неминуемо совпадала с годами, благоприятными для навигации, т. е. с условиями погоды, близкими к условиям 1914 и 1915 г., что в среднем и дало бы повышенные выводы.
Некоторое же представление о различии температур воздуха между годами благоприятных и неблагоприятных условий плаваний
 289.jpg
[289]
может дать следующее сравнение наблюдений экспедиции Hovgaard-a*) с средними температ. воздуха по нашим сведениям:

Наблюдатели./Июль./Август./Сентябрь.

Hovgaard 1882—3 г.... 13 19 -24
Карская радио-станция 1915 г. 10° 9° 2°


Материалов, могущих показать повторяемость годов полного исчезновения льдов в Карском море, также не имеется. Существующие сводки распределения льдов всегда указывали на присутствие льдов в море, но по тому еще нельзя судить о сохранности льдов вообще, ибо для таковых сводок пользовались указаниями судов, плавание которых было не регулярно, а в случае отсутствия льдов на пути судна, неимение систематических метеорологических наблюдений не позволяет решить, зависело-ли данное отсутствие льдов от общего состояния погоды или же здесь повинны ветры, отнесшие лед в сторону от пути парохода.
Сведения о моменте вскрытия пролива имеются только для одного 1900 г., когда Югорский Шар вскрылся 3 июля, а Карские Ворота -20 августа **). За остальные годы известны лишь месяцы очищения проливов от льда и наиболее раннее сведения относится к 1897 г., когда „Югорский Шар был свободен от льдов, по показаниям промышленников с мая месяца ***). В 1915 г. этот пролив очистился 27 июня (н. ст. ).
Таким образом из вышеизложенного мы видим, что благоприятная навигация 1915 г. — полное отсутствие льдов в Карском море, — явились результатом целого ряда условий:
Теплое лето 1914 г. почти полностью уничтожило льды; последующая зима, не суровая в начале (октябрь—декабрь) и теплая в своей второй половине, напр. месяцы январь, февраль и апрель 1915 г. были на 12—13° теплее таковых-же месяцев 1914 г. Март месяц хотя сам по себе и холодный, тем не менее его средняя температура оказалась на 8° выше средней-же температуры марта 1914 г. Затем наступили жаркие июнь и июль месяцы.
Чрезвычайно мягкая зима не позволила образоваться мощному льду, а теплое лето быстро и полностью уничтожило его.
1915 г. был типично-благоприятным для карской навигации.
Не таким благоприятным в навигационном смысле ожидается 1916 г. Первым признаком ухудшения плавания пока служить низкая температура зимы 1915—1916 г., обусловленная образованием и значительной устойчивостью полярного антициклона. Присутствие холодных масс воздуха на SE Северного Ледовитого океана проявилось и при-

*) Д. Руднев и Н. Кулик "Материалы к изучению Северного морского пути из Европы в Обь и Енисей" 1915 г. Стр. 13.
**) Э. Лесгафт. Льды северного ледовитого океана и морской путь из Европы в Сибирь.
***) Там-же.
 290-1.jpg
[290]
том резко уже в декабре 1915 г., когда средняя температура района станции опустилась до -25°.
В последующее время суровые морозы не оставляли Карское море и поэтому средние месячные температуры получены следующие:

Станция./I/II/III/IV
Югорский Шар. -22° -21° -18° -13°
Вайгач. -21 -21 -19 -13
Маре-Сале. -23 -23 -20 -14


Сравнительно с прошлыми годами температура зимы 1915/16 г. (декабрь — апрель) оказалась выше на 1° 1913/14 г. и на 7° ниже 1914/15 г.
Высокое давление воздуха, сопровождаемое обычно ослаблением силы ветра и усиленным морозом, надо полагать, вызвало ускоренное ледообразование, и потому ледяные припаи Карского моря достигли большей, чем в 1914 и 1915 г. г., ширины и мощности, что подтверждается еще и тем, что в течение всего времени до 1 мая 1916 г. наблюдателями ни разу не удалось видеть чистую воду хотя-бы по горизонту, тогда как в прошлые зимы горизонт моря очищался от льда довольно часто и иногда на значительные пространства.
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 6939
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53

Георгиевский Н.П. Радиостанции Карского моря

Сообщение ББК-10 » 17 Май 2015 18:38

Известия Архангельского общества изучения Русского Севера (Журнал жизни Северного края). Архангельск, 1916, №7-8.

 290-2.jpg
VI.

В заключение первой части нашей статьи сообщим результаты гидрологических работ, произведенных во время экспедиций 1914 и 1915 г. г.
В 1914 г. наблюдения производились В. А. Березкиным (преимущественно) и мною; в 1915 г. только мною.
Чтобы не затруднять читателей довольно обширными таблицами *) с нашими наблюдениями мы здесь коснемся в общих чертах толькo наиболее ярко выраженных отклонений и совпадений между результатами наблюдений обоих лет, замеченных в каждом отдельном районе водного пространства.
Это сравнение полагаю допустимым потому, что наблюдения располагались близко как по времени года, так и по месту.
Наблюдения на судне начинались с момента выхода из Архангельского порта, где на обратном пути и заканчивались, но мы ограничимся рассмотрением наблюдений в следующих районах:

1. В Печорском море (от Колгуева до Вайгача).
2. В Бухте Варнека.
3. В Югорском Шаре.
4. В Карском море.

В 1914 г. в Печорском море во время пути к Югорскому Шару удалось взять только одну пробу воды и определить ст. помощью ареометра ее плотность, а по таблицами Кнудсена узнать и степень солености, во втором случае измерена только одна температура; в первом случае получено:

*) Таблицы наблюдений экспедиции к Карским радио-станциям будут опубликованы в трудах отдела торговых портов.

 291.jpg
[291]
2 августа 1914 г. 1h р. D=69°05'; L=53°'49'; t°=+6.0; S=32.65; S=1.02494. Во втором случае, через. 100 миль по W N W от первого пункта t°=+5.8.
При возвращении из Югорского Шара в Архангельск 7—8 сентября пробел наблюдений в том районе заполнен ежечасными пробами, которые брались В. А. Березкиным от Югорского Шара до 45 мередиана (путь пролегал по прямой линии — пролив Югорского Шар — 20 миль на N от Колгуева, в этой последней точке курс изменен на SW).
Из всей массы ежечасных наблюдений мы выберем только те случаи, которые близко совпали с местами наблюдений, произведенных въ 1915 г., и представим это извлечение в виде следующей таблицы:

Таблица I.
№/Время (Число\месяц\h.)/D/L/t° воды./S‰/S17,°5
1 7 IX 4 p. 69°40' 59°55' 1.6° 32.84 1.02508
2 » 8 42 58 41 1.0° 32.95 2517
3 » 11 43 57 46 3.3° 32.25 2487
4 8 За 44 56 31 3.8° 30.26 2311
5 » 6 46 55 31 5.2° 31.24 2386
6 » 8 46 55 00 5.6° - -
7 » 12 48 53 25 6.0° 32,85 2509
8 » 2 49 52 34 6.1° 32.63 2492
9 » 4 50 51 42 6.2° 38.84 2508
10 » 7 52 50 35 3.5° 33.03 2522
11 » 11 p. 69°52' 49°00' 5.1° 33.83 2507


Отсюда видно, что температура воды у входа в Югорский Шар равнялась +1.6°, а против северной оконечности о. Колгуева 5.°1. Следя по ежечасным данным, можно усмотреть следующие колебания в температуре поверхностного слоя воды: на пространстве до меридиана 55°40 температура воды постепенно поднялась до 3.°8, дальше, дав в начале 5.°2, повысилась до 6.°2 и, колеблясь в пределах 6.°2—5°.9, удержалась на этой высоте до меридиана 51°20; на запад от этого последнего замечено постепенное охлаждение до указанных 5°.1 у северной оконечности Колгуева.
Соленость воды въ Печорском море вообще была почти одинакова и колебалась въ пределах 32.00‰—33.18‰. Но на пространстве от меридиана Русского Заворота до мередана 57°, т. е. против устья реки Печоры, соленость упала заметно: до 30.26‰—31.24‰.
В 1915 г. путь в оба конца по Печорскому морю был проложен cевернее о. Колгуева, а потому широты всех пунктов наблюдений близки и между собою и сравнительно с местами наблюдений 1914 г. В начале августа 1915 г. (см. таб. II) температура воды была значительно повышена: отсчета меньше 4.°8 получить не пришлось; самый высокий отсчет равен 10.°2.
Плавных изменений не было, напр., температура воды, резко повысившись с 2.°9 (вход в Югорский Шар) до 7.°7, начала пони-

 292.jpg
[292]
жаться и в пункте № 1 (таблица II) упала до 4°.8, после чего вновь и резко повысилась до 10°.2, за которым последовало новое понижение.
Изменение солености в общих чертах следовало в порядке, обратном изменению температуры т. е. температура понижалась, a соленость возрастала. Исключение представляет пункт № 6, где максимум температуры не совпал с минимумом солености.
Наблюдение заключено в нижеследующей таблице:

Таблица II.
№\Время (Число месяца\h)\D.\L.\t° воды.\S‰\S 17°.5
1 » 8 69°38' 60°00' 2°.9 33.17 1.02665
2 » 4 » » 58 29 7.1 31.33 2517
3 » 12 р. » » 56 57 5.8 32.19 2586
4 » 8 » » 55 28 4.8 32.90 2643
5 » 12 » » 52 33 9.6 29.22 2347
6 » 8 » » 51 04 10.2 32.42 2605
7 1VIII 4 p. 69°38' 49 34 6°3 33,13 1.02662


Обратный путь по Печорскому морю экспедиция 1915 г. совершила в самом конце августа.
Наблюдения в этом рейсе нашли, сравнительно с наблюдениями той же экспедиции при первом своем пути, температуры воды пониженными, но зато и более плавно изменяющимися.

Таблица III.
№\Время (Число месяца\h)\D.\L.\t° воды.\S‰\S 17°.5
1 29 VIII 12 a 69°38 59°54 5°4 - -
2 30 « 8 39 58 05 6.0 29.23 1.02349
3 12 p 40 56 50 5.9 30.46 2447
4 4 41 55 49 6.2 30.62 2400
5 8 p 42 55 04 6.5 31.23 2509
6 31 « 8 a 44 53 29 6.5 30.04 2413
7 12 p 44 52 39 7.5 32.61 2620
8 4 45 51 46 7.9 32.52 2613
9 8 46 50 37 8.0 32.95 2648
10 « « 12 a 69°37 49°07 6.8 33.30 1.02675


Колебания температуры (см. табл. III). ограничивались пределами от 5°.4 до 8°. Изменения температуры воды заключались, во-первых, в сильном повышении ее у входа въ Югорский Шар: 4 августа 2.°9, 29 августа 5°.4 а, во-вторых, в постепенном, без понижений, возрастании температуры воды до 69°46' с. ш. 50°37' в. д., где наш курс бнлъ изменен на SЕ. В следующей точке, лежащей близко у пункта № 7 табл. II, термометр показал только 6.°8 (в табл. II 6.°2).
Соленость следовала за температурой и она возрастала по мере возрастания же температуры — т. е. соленость возрастала с удалением от о. Вайгач.

 293.jpg
[293]
Соленость воды за промежуток времени от 4—5 до 30—31 августа подверглась в общих чертах следующим изменениям: у северной оконечности о. Колгуева она осталась прежней, отсюда до меридиана 55° повысилась, дальше на восток, вплоть до самого Югорского Шара вновь понизилась.
Сравнивая же величины табл. III 1915 г. с величинами табл. I за 1914 г., найдем, что в 1915 г. у Югорского Шара температура повысилась на 4°; это повышение, постепенно ослабевая, уменьшается к меридиану 55°30' до 1°, дальше, на запад повышение всюду одинаково и не превышает 1—2°. Соленость за год несколько понизилась между Колгуевым и меридианом 52°30'; от этого меридиана она постепенно уменьшается и достигает у Югорского Шара разницы в 3.5 ‰.
Таким образом, в 1915 г. в Печорском море вместе с повышенной температурой воды наблюдалась пониженная ее соленость. Высокая температура поверхности моря может быть объяснена теплым летом 1915 г., a oпреснение в сторону Югорского Шара — близостью льдов.
В 1915 г. удалось произвести (14 августа) наблюдения вдоль западного берега Вайгача, при переходе из Югорского Шара в Карские Ворота. В траверзе б. Варнека вода имела t° = 6.4°; S = 30.79‰, а у мыса Лямчина — t° = 0.5°; S = 34.09‰. Заинтересовавшись столь резким падением температуры, от мыса Лямчина я начал ежечасные отсчеты, давшие следующий результат:
t° = 0.8° S = 33.89‰
t° = 0.1 S = 33.61 на W горизонте появился лед.
t° = 1.4 S = 29.81
Считая, что пароход шел в 6 мил. от берега и что радиус горизонта капитанского мостика также 6 миль, получим, что лед держался в 12 милях от берега; лед быль не сплошной, пароход проходил мимо отдельных небольших льдин. Пункт, с которого замечен лед, был под 70°05' с. ш. и 58°19' в. д.
По приходе к радиостанции на Вайгаче, на следующий день, т. е. 15 августа, t° воды получена 0.2°, соленость 23.95‰.
В Карских Воротах наблюдений не производилось.
В бухте Варнека температура поверхностного слоя воды 4 августа 1914 г. получена —0.1, соленость 23.82‰; через два дня t°= 0.5 S = 24.20‰. Тогда же в самом Югорском Шаре t°= 0.°2, S = 31 .67‰.
Во все время пребывания экспедиции 1914 г. в бухте Варнека из пролива приносились льды, и часть их торосилась на мысах Раздельном и Грабен. На берегах сильно таяли остатки прошлогодних льдов и снега. 5—7 сентября в том же году здесь температура воды колебалась от 1.9° до 2.4, соленость от 34.55‰, до 32.03‰. Меньшая температура давала большую соленость и наоборот.
В проливе Югорский Шар температуры располагались следующим образом: в то время, как у радиостанции, т. е. у восточного его конца, температура была 1.1°— 2.0°, в середних частях пролива она равнялась 2.2°— 2.5°, а в бухте Варнека достигала З.5°, т. е. температура воды с удалением от Карского моря возрастала.
Соленость воды у радиостанции так же, как и температура, подвергалась незначительным, колебаниям, причем вообще вместе с повышением температуры соленость уменьшалась, крайние пределы солености равнялись 33.60‰—34.16‰.
 294.jpg
[294]
В средних частях пролива соленость найдена меньшей — от 28.78 ‰ до 33.56 ‰.
В бухте Варнека соленость 31.09 ‰ - 33.33 ‰.
Описываемое распределение температуры и солености поверхностного слоя воды пролива почерпнуты из ежечасных наблюдений 19-22 сентября 1914 г. двух наблюдателей: один брал пробы во время движения от рaдио-станции в бухту Варнека и обратно, а другой одновременно же производил наблюдения, оставаясь у радиo-станции.
В итоге этих наблюдений получили,что температура возрастала по мере удаления от Карского моря, соленость-же в проливе, будучи вообще cлaбо пониженной, местами уменьшалась заметно.
В Карском море в 1914 г. в середине августа у самого входа в Карские Ворота найдена t° воды 7.4°, S = 19.74 ‰, в тот же день, но уже против Югорского Шара — t° = 6.2°, S = 22,18 ‰.
В 1914 г., в виду присутствия льдов въ Карском море, экспедиция, желая пройти к Маре-Сале, принуждена была проложить свой путь в глубь Байдарацкой губы вдоль материкового берега. Во все время своего пути вокруг пароходов наблюдались более или менее разреженные льды.
Наблюдения во время этого пути дали нижеследующие результаты:

Таблицa IV.
№/Время (Число,месяц/h)/D/L/t° воды./S‰/S 17.5/ Примечания.
1 19 VIII 9 p. 69°50' 62°20' 4.2 22.25 1.01700 Встречаются редкие льдины.
2 20 VIII 1 41 63 30 1.4 16.85 1290 битый лед
3 9 30 64 30 1.6 11.07 0896 кругом лед; пароход на якоре у льдины.
4 21 VIII 7 21 64 51 2.7 13.75 1051 льда почти нет; на N горизонта лед сплошной.
5 1 11 66.11 3.9 17.32 1326 идем вдоль берега; лед редкий, сгущается к горизон.
6 9 37 66.37 1.1 19.35 1430 редкий лед.
7 22 VIII 7 69°43' 66°48' 2.1 21.58 1.01656 у берега чисто; на горизонте лед.


Отсюда мы видим, что вместе с приближением к льдам и во все время пребывания в них температуры и в особенности соленость найдены пониженными и неустойчивыми.
Во время стоянки экспедиции у Маре-Сале температура воды по мере удаления льдов возрастала: 23 августа она равнялась 3.6°, а 29 августа 7.0°, при чем один раз 25 августа термометр, опущенный в воду, дал 9.2°. После 26 августа ветер, имея до того юго-восточные направления, перешел на северные, и температура воды, продержавшись некоторое время в переделах 6.0°—6.5°, начала понижаться и 29 августа упала до 1.0°, а 30 августа до 0.6°.
Рассматривая результаты определения плотности, замечаем, что возрастание плотности воды в общем влекло за собою понижение температуры, напр., вода с температурою в 9.2°, соленость имела
 295.jpg
[295]

20.12‰ (наименьшая здесь соленость получена при t° = 3.8° S = 19.99‰ а при t° = 0.6° S = 29.57‰. (максимум солености).
Во время обратного перехода через Kaрское море от Mapе-Сале в Югорский Шар были произведены ежечасные наблюдения, результат которых приводится в следующей таблице:

Tаблица V.
№/Время.(Месяц/число, h)/D. /L./t° воды./S‰/S17.5°

1 1 IX 7 30а 69°37' 65°29' 3.4 24.28 0.01855
2 « 10 30 45 64 33 3.9 25.08 1916
3 « 11 30 47 64 13 3.5 25.58 1954
4 « 12 30р 50 63 48 2.2 29.51 2251
5 « 1 30 53 63 28 0.9 35.62 2721
6 « 2 30 54 62 55 0.2 32.86 2510
7 « 3 30 56 62 35 0.9 32,97 2518
8 « 4 30 57 62 08 1.8 33.01 2523
9 « 5 30 58 61 45 1.7 33.05 2523
10 « 6 30 59 61 22 2.1 33.26 240
11 « 7 30 69°54' 61°00' 1.0 34.20 0.02612


По этой таблице видно, как температура воды с 0.6° (30 августа) постепенно с удалением от берега возрастала и в расстоянии 40 миль от Маре-Сале и 20 миль от берега материка (пункт №2) достигла 3.9°, дальше началось новое падение температуры до 0.2° (пункт №6), после чего постепенно повысившись до 2.1° (пункт № 10) вновь упала во входе в Югорский Шар.
Соленость, следуя в порядке, обратном температуре, усиливалась к средним частям губы: к берегам она уменьшалась. Максимум солености равнялся 35.62‰ при температуре моря 0.9°. Подобной солености экспедиция не встречала нигде на всем своем пути в оба конца от Маре-Сале до Архангельска.
В 1915 г. ежечасных наблюдений не производилось; путь через Карское море к Маре-Сале пролегал по прямой линии от Карских Ворот, а обратно — в Югорский Шар.
Наблюдения на пути к Маре-Сале получены следующие:

Таблица VI.
№/Время.(Месяц/число, h)/D./L./t° воды./S‰/S17.5°

1 18 VIII 8 р 70°33 59°00 7.0° 31.64 0.02542
2 19 VIII 12 а 21 60 49 7.6 31.91 2564
3 » 8 а 69 56 64 20 10.0 30.75 2471
4 » 12 р 69 44 66 15 10.3 30.73 0.02469


 296.jpg
[296]

Температура, начиная от Карских Ворот в направлении к берегам Маре-Сале повышалась, соленость, наоборот, понижалась.

Таблица VII.
№/Время.(Месяц/число, h)/D./L./На поверхн. моря (t°\S‰\S17.5°)

1 27 VIII 9 30p 69°14 66°52 9.6° 31.03 1.02498
2 « 12 a 18 65 12 9.6 31.60 2815
3 28 VIII 8 a 70°01 62 11 5.2 35.03 2696
4 « 12 p 69 55 60 42 7.0 33.42 2620
5 « 1 p 69°52 60°46 6.7 32.61 1.02591


Hа обратном пути от Маре-Сале ход температуры в общих чертах напоминал ход, наблюдавшийся в 1914 (см. табл. V). т. е. температура падала в срединных частях губы и повышалась до некоторого paсстояния от материкового берега, а близ его начиналось новое падение.
Соленость попрежнему имела ход противоположный, причем максимум солености, обнаруженный в пункте №3 (табл. VII) достигает 35.03‰ , что немногим разнится от максимальной солености 1914 г. — 35.62‰, (табл. V, пункт 5). Особенно замечательно то обстоятельство, что наибольшая соленость Карского моря — 35,03‰ — явилась опять максимальной из всех соленостей, определенных в 1915 г.; эти максимальные солености воды найдены близко друг от друга.

Н. П. Георгиевский.

(Продолжение будет).
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 6939
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53

Георгиевский Н.П. Радиостанции Карского моря

Сообщение ББК-10 » 02 Июнь 2015 12:06

Известия Архангельского общества изучения Русского Севера (Журнал жизни Северного края). Архангельск, 1916, №10.

 391.jpg
Радиостанции Карского моря

(Продолжение. См. № 7—8 "Известий" за т. г.).

VII.

История подготовившая сооружение Карских радиостанций, начинается еще с того времени, когда отважные новгородцы в первой половине XI века совершили военный поход в Югорскую землю. Вслед за ними потянулись на своих легких "кочах" купцы и завязали с Югрой оживленные торговые сношения.
Что торговля была действительно оживленной, на это между прочим указывает факт закладки в 1601 г. укрепленного торгового пункта в верховьях р. Тазза — г. Мангазеи. Про эту развивающуюся торговлю с югорцами узнали "немцы" и, надо думать, принялись достаточно энергично использовать открывшиеся перед ними перспективы, если тогдашние тобольские воеводы в своих донесениях царю, высказывали опасения, как-бы "немцы дорог не узнали и приехали бы
 392.jpg
[392]
воинские многие люди сибирским городам какие порухи не учинили".
А для предотвращения этих возможных бед требовали указа о воспрещении посещать Мангазею морем. В результате этих домогательств сперва было воспрещено русским людям торговать с иностранцами, оставив за русскими право "ходить большим морем попрежнему", а потом, в 1620 г.., морской путь был запрещен и для русских промышленников. Для поддержания этих приказов, каждое лето посылали на о. Матвеев стражу в 50 человек *).
Опасность "немецкого" засилья была не призрачно: известно, что англичане снаряжали экспедиции в Югорскую землю в 1553, 56 и 80 г. г.; голландцы посылали свои суда в 1594, 95 и 96 г. г.
После этих мало удачных попыток добраться до устьев сибирских рек, наступает длительный, в 138 лет, период, в течение которого больших экспедиций не снаряжалось, но несмотря на запрещения, торговля продолжалась, перейдя почти всецело в руки иностранцев, которые и поддерживали славу сибирских богатств.
В 1734 г., по повелению императрицы Анны Иоанновны, в воды Ледовитого океана, была послана "большая полярная экспедиция" для описи северного побережьи России. Начиная с этого времени плавания в Югорскую землю вновь возобновляются, но уже редко с прямою целью торговли, а, в силу изменившихся условий жизни, не позволяющих больше довольствоваться "кочами" и тому подобными мелкими судами, требовавшими к тому-же для своего плавания недопустимо больших промежутков времени, посылались экспедиции для отыскания "пути", по которому можно было-бы сообщаться соответственно требованиям текущей торговой жизни.
Но чем больше производилось попыток отыскания такого пути, тем все яснее становилось, что неуспешность плаваний зависит от недостаточной осведомленности об условиях плавания, а это в свою очередь заставило приняться за организацию осведомления о таковых условиях, что в конце концов и привело к мысли о необходимости устройства постоянных наблюдательных пунктов, каковыми и явились осуществленные в период 1911—1913 г. радиостанции. В середине 1914 г. эти станции и вступили в связь с радиостанцией в Архангельске (Исакогорка).
Обслуживает Карские радио-станции целый ряд лиц, присутствие которых в этих отдаленных и суровых местах требует больших затрат труда и средств со стороны почтово-телеграфного ведомства, в распоряжении которого они находятся. Главная трудность обслуживания станций заключается в полном отсутствии регулярных посещений судами Карского моря, что вызывает необходимость ежегодных специальных рейсов для смены прожившего здесь год личного состава, для снабжения его продовольствием и всем пр., необходимим для годичной работы станции.
В 1914 г. отправилась первая такая экспедиция в составе двух пароходов "Василий Великий" и "Николай ІI“, отваливших от Архангельской пристани Буркова 19 июля 1914 г.
...Быстроходный, двухтрубный "Василий Великий" миновав извилистую и неширокую Маймаксу, быстро вынес нас на широкий простор Белого моря. Свежий воздух, ясная погода, почти спокойное
*) Исторические сведения почерпнуты из введения к "Полуострову Ямал" — Житкова и "Северный морской путь" — А. Вилькицкого.
 393.jpg
[393]
море, красота лесистых обрывов зимнего берега быстро захватили и отвлекли наше внимание от смутной тревоги, навеянной приказом о всеобщей мобилизации, опубликованным за несколько часов до нашего отхода. За Зимнегорским маяком налетел обычный здесь в это время туман, задул свежий NO, и мы резко почувствовали неуютность Севера.
Временами туман, расплываясь, открывал угрюмый, местами в снегу берег Лапландии... У Сосновца туман загустел: заморосил едва видный мелкий дождь, пароход уменьшил ход и начал ежеминутно подавать тревожные свистки: иногда в глубине непроницаемого бело-сероватого круга тумана слышались гудки встречных пароходов, заставлявших чутко улавливать и угадывать их направление... Подошли к Городецкому маяку и ориентировавшись, взяли курс на Канин Нос. Вместе с удалением от берега волна на просторе усиливалась, а с изменением направления пути начала ударять в бок парохода и сделала качку для непривычных пассажиров непереносимой, и потому большая часть их быстро удалилась в каюты, откуда и не выходила во все время пути до о. Матвеева, где море стихло и по горизонту забили полярные льдины. Быстро подошли к льдам; пароход уменьшил ход и осторожно, обходя льдины или останавливаясь, давая им дорогу, начал пробираться в бухту Варнека, т. к. радио-телеграф принес известие о густых льдах в проливе Югорский Шар.
Издали тундра, самоеды, льды, моржи, тюлени и пр. чудеса и дичь безотчетно настраивали на какую-то неизбежность борьбы, и потому еще в городе вооружению было уделено много внимания, что для окружающих было вполне понятно и естественно: все чувствовали, что там, в тундре,защита организованной жизни городов, исчезает, и человек остается один на один при всех обстоятельствах.
А потому, как только показалась земля, недоверие к свободной природе сказалось в том, что все, у кого были ружья, мигом вооружались ими, и тишина моря нарушилась выстрелами по проплывающим мимо льдинам; зорко следили, не появится — ли где нибудь неосторожный любопытный "серка” или "морской заяц" который дал — бы возможность почувствовать сильнее свою готовность к сопротивлению.
Но когда познакомились с тундрою, с ее обитателями и с населением, пригляделись к их покорной беззащитности, воинственное настроение упало, и только охотничий азарт не позволял подпускать нерпу на расстоянее, удобное для фотографирования, и заставлял спускать курок, пуская пулю мимо уха фотографа, как только объект подходил на близкий выстрел.
Пароход миновав полосу льда, прибавил ход навстречу казалось, близкому берегу. Но прошло добрых 1 1/2 - часа, пока отдали якорь. С приближением к берегу ветер резко усиливался и по поверхности бухты бойко заплескались мелкие частые волны. Стало холоднее... Конечно, у всех явилось горячее желание сойти на землю. Спустили карбас и закутанные в шарфы, полушубки с завязанными ушами, ожидая борьбы с холодом и ветром берега, еще сохранившего под своими обрывами снег, — мы нетерпеливо понукали вовсю старавшихся гребцов.
 394.jpg
[394]

Карбас боком набежал на отмель и, захрустев килем по обточенной водой гальке остановился, пассажиры его, торопливо толкаясь, выскочили на твердую землю и остановились пораженные: ветра нет тепло, солнце попрежнему светит приветливо, кругом на откосе яркие цветы и зелень. Уже через несколько минут пришлось снять полушубки, шарфы и остаться в одних фуфайках. Некоторые и шапки бросили. Поразительны своею окраскою дивные полярные цветы.
Особых, отличных видов сравнительно со средней Рoccией здесь при беглом осмотре заметить не удалось, но зато окраска их чрезвычайно ярка и растут они столь близко друг к другу, что издали кажется, что на траве раскинуты разноцветные коврики здесь ярко-синий, там светло-розовый, еще дальше красный. Это группы незабудок. Рост их всего 1—2 сантиметра, зелени между их венчиками не видно. Не в пример нашим голубоватым отливающим страстью незабудкам, здешние пахнут приятно. Всюду огоньками горит курослеп. Картина совершенно неожиданная. Но эта красота полярного луга резко, без всяких переходов сменяется коричнево-зеленоватым мхом, как только мы поднялись выше, где место становится открытым для ветров с севера. На открытых местах расстилается широкая однообразная мшистая тундра, на которой за каждым холмиком, зa каждым выступом камня, как-бы он мал ни был - зябко приютились кучки едва осмеливающихся приподняться над мхом цветов: ползучие березки. обычно стелющиеся по мху, за такими прикрытиями приподнимают щетинку своих тонких стебельков, густо усыпанных мелкими, в серебряный пятачок и меньше круглыми листочками, прикрепленными почти непосредственно, без обычных в наших местах, веточек.
Конечно, мы были более или менее вооружены, кто дробовиком, кто винтовкой, a иной так и тем и другим сразу, но охотников ждало paзочарование. Вокруг расстилалась пустынная тундра без признака живности, правда, по берегу, у воды хлопотливо бегали грациозные трясогузки, перепархивали ocторожные полярные воробьи, снабженные коричневыми оттенками и белыми перышками в крыльях, что их делало весьма похожими на камень — и только... Наиболее упорные охотники отправились в глубь острова; по пути познакомились с местным способом делать отличительные знаки, по которыми можно было-бы, подходя с моря к берегу, узнать якорное место, а также опознать местность. Taкие знаки имеют нарицательное имя "гурий". Гурий — высокая, в виде столбика куча, сложенная из обломков горных пород. Такая куча резко выделяется среди общего однообразия и потому легко заметна.
...Нашли необозначенную на карте речку и назвали ее "Радио". Речка эта, вернее ручей, течет по каменистому дну: берега ее постепенно, с удалением от моря повышаются, обрывисты и потому становится очень красивы... Намеревались сфотографировать, но помешал налетевший туман; дальше в тумане идти было не интересно, и мы повернули обратно к карбасу. На берегу уже скучали и дожидались нашего возвращения. Оставшись, они уже через полчаса ознакомились со всем здесь найденным. Напр. узнали, что то, что издали с парохода принимали за толпу самоедов, оказалось группою беспризорных бочек, заключающих в себе тюлений жир, что этот жир весьма весьма хорош для смазки сапог и потому они свои сапоги ра-
 395.jpg
[395]

заново окунали в него и нам советовали; затем бывалые люди разъяснили, что лучинки вбитые в землю кругами, - колышки, на которых распяливали для просушки шкуры тюленей. Успели найти спрятавшийся в складке берега ручейка дом, выстроенный в 1902 r. гидрографической экспедицией: рассмотрели его ободранную внутренность и одобрили присутствие в нем нар, чугунной печки, 1/4 мешка затхлой ржаной муки и позеленевшей краюхи хлеба. Hа стенах оставили соответственные случаю надписи. Больше ничего заслуживающего внимания не нашли. Собрались было yезжать, но задержал приехавший на дымок caмоед. Первым долгом воспользовались таким случаем и начали со всех сторон фотографировать: просили его встать, а затем попросили сесть на сани и сделать вид будто ждет. Самоед, как потом оказалось — зырянин, с усмешкой выполнял просимое и затем объяснил, что он и кочует с чужими оленями и что его ежегодно, в каждый заход парохода в бухту Варнека, фотографируют.
Я у него усмотрел и за полтинник купил гуся. Гусь оказался выпотрошенным и совершенно плоским - видимо он долго облегчал зырянину бесконечные его поездки. Но тем не менее этот гусь, по рассказам головной части стола, был вкусен.
В следующую поездку на берег, нашли остатки языческого погребения, т. е. доски развалившегося ящика, в который было положено тело самоеда. Ящик устанавливается открытым на поверхности земли. Эту могилу совершенно распотрошила предыдущая экспедиция: нашли две могилы полухристианского погребения, в этом случае тело зарыто в землю и крест поставлен, но и жертвы покойнику оставлены: сани с нарочно обломанными задками полозьев, хорей и топор.
В итоге первого знакомства с тундрою стало ясно, что без особой необходимости шагать по мшистой и местами болотистой тундре и тяжело и неинтересно. Даже охотники махнули рукой и перестали преследовать бегающих, как циплять, куличков, которые после неудачного по ним выстрела, снисходительно отлетают шагов на 10—15 в сторону и опять направляются кг охотнику.
Льды попрежнему тянулись беспрерывной полосой из Югорского Шара; радиостанция по прежнему извещала о присутствии густых льдов. Из Pocсии долетали до нас краткие, но тревожные вести: "Германия объявила войну России".
Наконец Югорский Шар известил о некотором разрежении льда и экспедиция тронулась и, медленно лавируя между льдами, пошла проливом. Лед в воде крупный, с подтаянными боками бесформенных или в виде грибов льдин часто наваливался на пароход и с угрожающим, скрежетом проходил вдоль борта. После 6 часов пути "Василий Великий", пройдя верст 15, бросил якорь против селения Хабарово (Никольское).
В этом месте пролив делает поворот под прямым углом и потому лед здесь загустел. Двигаться дальше без риска проломить борт или обломать винты было нельзя, почему бросили якорь, а среди ночи когда льды подрейфовали пароход, отдали и второй.
Ночь прошла неспокойно: от ударов льдин пароход вздрагивал, кренился, льдины оглушительно царапали борта, все это заставляло поминутно вскакивать и удостоверяться в целости парохода.
 396.jpg
[396]

Рано утром вместе с отливным течением лед разрядился, и пароход получил возможность дальнейшего пути к уже видимой радиостанции.
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 6939
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53

Георгиевский Н.П. Радиостанции Карского моря

Сообщение ББК-10 » 09 Июнь 2015 20:48

 396-2.jpg
VIII.

Радиостанция с моря выглядит приветливым беленьким поселком, увенчанным стройной радиомачтой.
Иное впечатление получилось при непосредственном осмотре. Пока идешь с лодки к станции, уже ближайшие окрестности: болотистая почва, по которой проложена утрамбованная дорожка, небольшое озерко направо, невысокие скалы налево, вокруг буро-зеленая тундра — настраивают невесело. Дома большие на темном фоне тундры оказались бетонными, сильно потемневшими от времени и уже покрытыми целой массой мелких трещинок. Внутренность зданий вполне соответствовала наружному виду: темная, в желтоватых пятнах поверхность потолка и стен; сырой, затхлый воздух. На внутренних стенах трещины местами значительны. Обстановка незатейлива. Печи — небольшие чугунки.
Чиновники, прожившие несколько месяцев до нашего приезда (они прибыли на станцию еще в апреле сухим путем через Пустозерск на Югорский Шар и на Вайгач и через Обдорск на Маре-Сале), и сторожа зимогоры рассказывали, что зимою, когда стоили многоградусные морозы, и холод пробирался сквозь бетонный стены дома, они топили эти чугунки. Чугунки быстро накаливались до-красна, и температура в комнатах резко поднималась до 25° и выше. В воздухе появлялся пар. Становилось жарко: стены отпачивали и по ним струились потоки воды: замерзавшие ночью на стенах. Таким образом, после нескольких раз последовательного нагревания и охлаждения: стены покрылись льдом толщиною в два пальца. Жили все время в шубах: отдыхать от сырого воздуха выходили на улицу, пища была однообразная.
В таком же состоянии мы нашли и все остальные станции; всюду чугунные печки, иные без вьюшек: сырость, ссохшиеся полы и потрескавшиеся стены.
Прибывшая экспедиция как на Югорском Шаре, так и на Вайгаче и на Маре-Сале поставила новые кирпичные печи, снабдила станции обстановкой, кухонным инвентарем, пищей и всем прочим. Как показал опыт истекшего года, средства, принятые для облегчения жизни чинов, оказались вполне удовлетворительными, Печи тепло держали хорошо. Разнообразие и качество пищи оказались достаточными и обильными, и ни чиновники, ни сторожа не заболевали.
Следует, между прочим, отметить непригодность здесь бетонных зданий. Бетон — материал очень хрупкий, а почва — меняющаяся, в зависимости от температур и воздуха, глубины оттаивания — является фундаментом подвижным.
Глубина оттаивания почвы в различные лета различна, а присутствие теплого, постоянно отапливаемого здания, кроме того, вносит свое известное влияние: летом оттаивание идет глубже соседних пространств, отчего и дом садится на следуюшее лето ниже, чем он был поставлен в предыдущем году. Затем опускание дома происходит неравномерно по всей его площади, ибо летом с южной стороны дома, солнце нагревает почву и оттаивает больше, чем с
 397.jpg
[397]
северной, остающейся в тени, а потому и опускание дома с этой стороны меньше. Зимою влияние теплого дома на почву едва ли заметно. Почва промерзает вся сплошь, и дом "вымораживается". С домом происходить тоже, что со столбом, вбитым летом в влажную, промерзшую зимой почву.
Во время своих поездок по карским радиостанциям (в 1914, 15 и 16 г. г. ) автору удалось наблюдать постепенное разрушение бетонных зданий станций. Здания разрушаются неравномерно на всех трех пунктах. Сильнее всего разрушение идет на Маре-Сале, меньше всего на Вайгаче. На Маре-Сале почва глинисто-песчаная, холмистая. Склоны холмов как-бы сползают вниз, берег моря ежегодно обваливается на более или менее значительное пространство, словом, почва постоянно в движении: теплое лето 1915 г. настолько глубоко оттаяло почву, что глина стекла с поверхности земли в море; склон холма, на котором стоит станция, осел, и потому здание аппаратной словно разломилось, и одна стена сдвинулась со своего места на 2—3 пальца в сторону; под полом образовалась пустота, и асфальтовый пол (в машинном отделении) провалился, машина осела.
На Вайгаче почва плотная, сухая глина с крупной галькой. Здесь оттаивание не глубокое, и здания дают сравнительно незначительные трещины, но все же стены одного из зданий пришлось укрепить кирпичной кладкой (контрфорсами). Но они, как и следовало ожидать, оказались совершенно бесполезными, и на следуюшее лето между домами и контрфорсами образовалась щель вверху до сантиметра шириной, т. к. солнце, нагревая выступ контрфорсов, оттаяло под ними почву и они отклонились от дома. Для предохранения бетонных зданий от разрушения их следует устанавливать на скалах с тем, чтобы они были избавлены от периодических деформаций поверхпостных слоев почвы.
Подобные разрушения бетонных зданий уже наблюдались раньше на Камчатке, где тамошние радиостанции снабжены точно такими же домами.
Пока шла торопливая работа по выгрузке различного материала, угля, дров, производился ремонт зданий и т. д. оставалось достаточно времени для осмотра здешних незатейливых окрестностей.
Первое, что поражает вновь прибывшего — это полнейшая беззвучность тундры; голос и выстрел, не вызывая эха, словно около вас и замирают. Шаги человека, едва слышные по камням, совершенно не слышны по мху. Кругом пусто, — нет людей, ни зверя: одни наивные кулички посвистывают, но и их легкий свист как-то не нарушает, не наполняет общего безмолвия... Идешь, идешь по незаметно повышающейся дали: море сбоку и позади открывается шире; постройки скрылись за пологим холмом, и только стрела мачты да далекий дымок, напоминающий о близости культурного человека, пришедшего нарушить раскинувшееся вокруг безмолвие, раскрыть тайны Севера и принести свою шумную тесноту своих городов. гаваней, пароходов... Оглядываешься вокруг, пропуская перед взором и море, и равнину тундры, и озерко с скалистым берегом и с стайкой дремлющих уток посредине, приглядываешся к едва заметному треугольнику самоедского чума, с движущимся вокруг него точкам — собакам — и жалко становится былой сказки Севера, сказки его неприступных льдов, безвестных лишений и борьбы один на один с угрюмой непривет-
 398.jpg
[398]
ливой природой. Ныне и буйная метель, и пушистый снег, и белые вереницы льдов регистрируются беспокойным человеком. Теперь за тысячи верст знают, что делает Север и издали выбирают время, когда он, усмехнувшись безоблачным небом, отмахнет льды в сторону и откроет свободный путь в свое холодное царство... Но еще долго поборется Север за свое безмолвие и отстоит его. Скоро сами люди, утомившись своей культурой, начнут отыскивать и наслаждаться каждым лоскутком нетронутого покрова сказочного Севера - льда.
Много столетий борется человек с Севером, много погибло людей во льду и в волнах ледовитого моря и еще не мало погибнет их в этих дверях к богатствам Сибири... В 1911 г. брошен в воду труп рабочего, в 1912 г. умер цынгою сторож радиостанции, в 1913 г. замерз в метель на охоте другой сторож и едва не погибли еще трое, в 1914 г. взяли на борт несколько цынготных.
Видно неласкова северная зима. Но зато как иногда приветливо северное лето! Ясное небо, спокойное море, бесконечные, розовые днем и фиолетовые вечером миражи льдов, роскошный пурпур закатов, разноцветные ночи, освещаемые едва скрывающимся солнцем, посылающим из-за горизонта все краски своего спектра: небо горит, а зеркало моря отражает и не знаешь, где кончается одно и начинается другое и только внезапно, словно в всплеске волн отраженная и подхваченная облаком золотистая искра показывает и границу воды и неба и уже вновь поднимающееся солнце. Полчаса тому назад небосвод лил в море багровые потоки, а теперь лишь облака успели сохранить легкий румянец, и все кругом вновь беззвучно и покойно заблестело в чуть греющих лучах солнца.
Передать красоту полярной ночи едва-ли кто сможет. Краски полярных зорь, положенные на полотно, вызовут лишь усмешку и похвалу разгоряченной фантазии художника, и только бывалые в этих краях скажусь: да, так, но мы лучше видели!..
И не только причудливость световых эффектов Севера описать трудно, трудно и ландшафт его передать. Северная природа не дает отдельных резких штрихов, позволяющих оттенить частности общей картины: здесь нет привычных кустов, деревьев, нет ни скал, образующих характерные группы, нет, наконец, масштаба, с которым можно было-бы сравнить размеры виденного: фигура человека и даже дом, если они находятся не подле вас, скажут, как огромно разосланное пред вами пространство, но по ним нельзя узнать, как далеко отстоит лежащая за ними скала, ни прикинуть возможную высоту последней. Виной тому полнейшая прозрачность воздуха, искажающая пространство и не скрывающая контуров предмета, как-бы он далеко ни был. Все очень далекие скалы также четко рисуются, и только голубая белесоватость — цвет воздуха - окрашивает их в более темный тон. Потому большие, но далекие скалы кажутся одинаковой величины с ближними, а тундра их разделяющая — пологим склоном вот, тут — не далеко — перегнувшимся в противоположную сторону. Кажется, смотришь на Божий мир, закрыв один глаз, и оттого и не можешь решить, что к тебе ближе, какие расстояния тебя отделяют.
Вот поэтому-то на Севере и привычные люди не знают сколько времени нужно употребить на переход до намеченного пункта: решат час, а идут пол-дня...
 399.jpg
[399]
Сама по себе тундра не интересна для обычного путешественника: однообразные пространства, то сухого, буграми, то влажного и топкого мха, покрывающего не только низины, но и склоны и вершины холмов. Не спасают от болот и вершины скалистых групп, и на них меж камней сыро. Часто встречаются озерки. Если озеро в низине — то оно похоже на большую лужу, — вода держится вровень с почвою: если озерко приютилось где нибудь на склоне, то с одной стороны берегом ему служат невысокие обломки раскрошившихся скал. Всюду бурый мох: всюду около озер темная зелень жесткой болотистой травки. Местами за прикрытиями от севера - кучи цветов, чаще незабудок. Но их так мало, что они совершенно не оживляют картины: их замечаешь только на самом близком расстоянии.
Местами разбросаны бесформенные кучи скал - вестники близкого Пай-Хоя, вот и все!..
Много интереснее береговая полоса тундры. Берег прилива сплошь скалистый, скалы отвесно опускаются к морю, высота их чаще саженей 3—4, иногда меньше, иногда же, где холм подошел к морю, высота обрыва до 20 и 30 с. Береговая черта, если не считать мелких, но беспрерывных, полукруглых бухточек -- ровная. Бухточки образованы небольшими выступами скал. Выступы эти обнажены и обточены ветрами и волнами, и в глубине бухточек лежать более или менее значительные в соответствии с величиной бухты — валы гальки и разлагающейся морской капусты: можно найти здесь и пласты тающего снега. Морская капуста местами, особенно после шторма, л ежить валом до сажени и больше высоты.
Некоторые скалы сохранили ледниковую штриховку. Всюду на них заметны следы выветривания: в одном месте слои сланцевых пород встали вертикально, а промежуточная прослойки выветрились, отчего получилось впечатление огромной приоткрытой и поставленной на корешок книги. Местами встречаются целые полянки, окруженные вертикальными скалами, словно здесь когда-то произошел сброс...
Как непредвиденное удовольствие в этом холодном крае следует отметить купание в море. Погода (в 1914 г.) теплая, спокойная, прозрачная вода соблазнила, некоторых членов экспедиции выкупаться. Понравилось. Были лица ежедневно купавшиеся. Действительно, удовольствие большое — окунуться в соленую воду в 8—9° по Цельсию, и выскочить пробкой и быстро одеться. После такого купанья долго горит кожа и во вторую половину дня чувствуется бодрая прохлада.
Во все время стоянки экспедиции нас не оставляли своим посещением самоеды. Иногда приезжали они в одиночку, а иногда и целыми семействами.
Печальное зрелище являют здешние туземцы: низкий рост, крайняя сухощавость, бледные, часто с чахоточным румянцем лица. Иной раз кажется, что перед вами стоить мальчик лет 12—15, а оказывается, что ему уже 21 год, и что он отец 3-х детей. Здесь-же и жену его покажут: не больше 1 3/4 арш. ростом. Есть среди них, конечно, и более здорового вида, но их немного. Часто встречаются русоголовые самоеды. Одежда неопрятная, зачастую рваная. Состоит она из малицы, сшитой из оленьей шкуры шерстью внутрь; поверх одета суконная рубашка, из-под которой выступают полы и рукавицы малицы: рукавицы наглухо пришиты к рукавам. Шапку заме-
 400.jpg
[400]
няет своеобразный, плотно облегающий голову и пришитый к вороту, колпак с таким расчетом, что он оставляет открытым только брови, половину щек и подбородок. Обычно самоед не только летом, но и зимою ходит с непокрытой головой. Если самоед стоит, ничего не делая, то он руки втаскивает из рукавов малицы и держит их на груди, а рукава, как добавочные руки, устойчиво торчат в стороны.
Большинство здешних самоедов — безоленные, т. е. неимеющие своих стад. Кормятся они промыслом рыбы летом и зверя — зимою.
Результат их промысла скупается "промышленниками" - пустозерами. Пустозеры,как настоящие кулаки, ведут свои дела с самоедами весьма для себя прибыльно. Самоеды, как настоящие малые ребята, подчиняясь резким и безапелляционным решениям промышленников, безропотно принимают к сведению сумму оставшегося за ними долга и платят за винтовку казенного образца, стоящую в Архангельске 3 р. 75 к., — 100 руб, за фунт скверного чая 5 руб., за мешок муки 15—20 руб и т. д. При этомъ следует иметь в виду, что самоеды деньгами редко платят, да и промышленники денег не берут, а сообщив цену выданных продуктов, отбирают у них промысел. Причем как бы велик и удачен промысел ни был, он всегда оказывается недостаточным для оплаты прошлого долга и полученных на предстоящий год продуктов. Чиновники радио начинают понемногу боротой с такой явной "грабиловкой"; самоеды уже начинают, понимать то, о чем им толкуют незаинтересованные в их шкурах и омулях чиновники и начинают приходить к ним для предварительного подсчета стоимости промысла. Но из этого пока толку выходило мало. Самоеду толкуют, что теперь он не только долг прошлогодний покрыл, не только он может закупить по здешним же ценам всего необходимого на зиму, но ему еще с промышленника 150 руб. приходится. Самоед то радостно, то с сомнением покачивает головой в ответ неожиданным известиям и задумчиво уходит. Через некоторое время он возвращается и говорит, что на поверку-то вышло, что он еще 150 р. должен остался. Про одного самоеда рассказывали, что он остался в долгу, несмотря на его удачный промысел минимум на 6000 руб.
Главная беда, печалуются наиболее интеллигентные чиновники, говорить с самоедом трудно. Самоед по-русски говорит хорошо, повидимому, и понять может все что угодно, но сказать ему нужно как то особенно, чтобы он усвоить мог. Он слушает, словно и понимает, но все втолковываемое ему до его сознания вполне не доходит и потому не запоминается.
Промышленник же, действуя в исконно установленных рамках взаимоотношений, много не говорит. Даст водки, отберет промысел, выдаст муки, чаю, махорки, дроби, пороху и пр., заявит сколько еще долгу числится и отправляется во-свояси. Просто и понятно. Но теперь промышленник начинает беспокоиться: появились постороннее люди, вмешивающиеся в их дела: покупающие на деньги оленей, шкуры и рыбу, втолковывающие самоедам о самостоятельных закупках промышленников и даже содействующие осуществлению таковых закупок. Под ихъ влиянием и руководством самоеды пишут приговор, снабжают ходока деньгами и посылают в Архангельск за мукой, сухарями и пр. Промышленники всту-
 401.jpg
[401]
пают в пререкания с чиновниками, шлют, куда следует, жалобы на яко-бы беззаконную скупку чиновникам принадлежащего им промышленникам промысла и т. д.
Словом, мирный покой здешних эксплуататоров нарушен и будеть нарушаться каждый год с новой силой; т. к, среди ежегодно сменяющихся чиновников всегда находятся люди, руководящиеся идейными побуждениями помочь беззащитному и так бесцеремонно обираемому населению.
Центр и единственное место, где происходит встреча самоедов с промышленниками —Хабарово или иначе Никольское, находится здесь-же, на Югорском Шаре, верстах в 30 от радио.
Селение это, состоящее из 2-х или З-х десятков небольших домиков, вперемежку с чумами, очень своеобразно. Всюду висят на шестах шкуры белого медведя, кое-где бегают привязанные на цепочку крестоватики, стая неистово лающих собак, толпа улыбающихся самоедок, ребята самоедок и в сторонке кучка солидно перекидывающихся замечаниями промышленников. Улицы, в собственном смысле, нет, т. к. дома и чумы стоять вытянувшись в одну неровную линию. На одном конце Хабарова стоит часовня-церковка и отдельный навес — колокольня и рядом же старинный крест с вырезанными на нем славянскими изречениями. Некоторые чумы стоять далеко в сторонке.
Хабарово живет лишь летом; к зиме вместе с отъездом промышленников уезжают и самоеды: кто в тундру, кто на морской промысел на Вайгач.
Попав в такое место, где сосредоточились результаты зимней охоты, конечно, захотелось что-нибудь приобрести на-память, но оказалось. что это не так-то просто. Шкуры медведей по большинству непродажные, а продажные ценятся не меньше 75—100 руб, за сравнительно небольшого медведя. Шкуры песца 15—20 руб. Шкуры оленьи, неблюев и пыжиков имеются только у самоедов. Но и у них удалось приобрести очень немного. Самоеды, как уже выше отмечено, в большинстве оленей не имеют, а потому и шкур у них нет. А если есть, то купить дешево почти невозможно. Вот как происходить эта покупка.
Подходим к чуму, нагибаемся и заглядываем в его неуютный полумрак: налево от входа видишь сундучок, на сундучке неизбежная пачка махорки, дальше полукруг сваленных в кучу кож — постели; в глубине по правую сторону замечаеш самоедок, отрывисто приветствующих нас "дорово—дорово". Самоедка всегда что нибудь работает — шьет. Рядом с нею невысокий, в 1/2 арш. столик и опять шкуры. Над головою самоедки заткнуты за шесты чума или пимы, или шапка, словом, что нибудь хозяйственное Наконец, по самой середине чума или несколько влево висит закопченная цепочка с крючком, а под нею ямка с потухшими углями. Здесь, в этой ямке, разводится костер и приготовляется пища, т. е. вернее, кипятится чай, т. к. рыбу и мясо самоед ест в сыром виде.
Привыкнув к полумраку чума, спрашиваем: пыжик есть? Нету! Неблюй есть? песец есть? Нету! Пока идет этот разговор, к чуму подходит заметивший торчащие из него ноги покупателя, (покупатель обычно стоит во входе на коленках) — хозяин и тоже го-
 402.jpg
[402]
ворит "дорово". К нему обращаешся с только-что приведенными вопросами и ждешь ответа, пока он слушает быстрое лопотанье своей супруги. Наконец, самоедка берет в зубы иголку и, порывшись под собою, ловко выдергивает либо пыжиковую шапку, либо пимы, либо шкуру пыженка или неблюя. Спрашиваешь: сколько стоит? Два целковых... "На деньги! — и подаешь ему два рубля... Нет, два с полтиной! Ну, на еще полтинник!.. Самоед насупливается, протягивает медленно руку, отбирает у вас шкурку и передает ее обратно жене. Вы стоите, ничего не понимая... Продавал человек и теперь отбирает! А человек, оказалось, испугался продешевить, раз вы без разговоров даете два рубля и еще полтинник. Что нибудь не так, думает самоед, наверное, дороже и требует уже 5 руб. К этому времени подходят ваши спутники и, узнав, что самоед за шкурку просить 5 руб., что вообще дешево, вынимают деньги и подают их ему. Но здесь повторяется та же история. Самоед требует 6 и 6-50... Плюют с досады и отходят в сторону. Но этим еще не кончается торг: часто к покупающим присоединяется толпа рабочих экспедиции. Некоторые из них, уже украсились новыми шапками, хвастают друг другу дешевым приобретением: пимов — за 10 руб., неблюй за — 4, пыжика за — 2. Всех охватил азарт и они едва дожидаются, пока отойдет "начальство": а как только получают свободу, так уже цена 2-х рублевой шкурки, дошедшая до 6-50, поднимется до 8 и больше; кто нибудь особенно увлекающийся купит ее, потом-же, возвращаясь на пароход, почесывает затылок, глядя на "дешевую" покупку, а хвастает, что купил ее за 3 р. Обман, конечно, сразу же разоблачается свидетелями и над владельцем шкурки весело трунят. За пятнадцать минут переезда на пароход выясняется, что дешевых приобретений очень немного. Только бывалая публика умеет купить у самоеда. Бывалый человек подходит к самоеду и небрежно спрашивает: "это продаешь? пыжик есть? сколько хош? Три рубля. Два хош? Нет, два с полтиной! торгуется самоед. Покупатель не уступает; стоит за свою цену, а сам зорко поглядывает, не приближаются ли откуда-нибудь конкуренты и, завидев таковых, быстро вырывает из рук самоеда шкурку, сует ему или два с полтиной или три, смотря по тому, что в кошельке первое под руку попалось, не спрашивая сдачи, быстро удаляется от несколько ошеломленнаго самоедина. Самоедин без ропота забирает деньги в зубы, вытаскивает из рукава руку и, порывшись где то под малицей, достает кошелек, укладывает в него деньги и тянет через рукав на старое место. Из чума вновь послышалось лопотание примолкшей было его жены — он буркнув что-то в ответ, возвращается к своему прерванному занятию: к спокойному разгуливанию по берегу в обществе таких же, как он, спокойных самоедов, а самоедка опять быстро и ловко продолжает шить или также ловко хлопочет около своего столика, расставляя чашки, громко ругает и поминутно, то палкой, то ногой отталкивает мешающую ей в тесном чуме собаку. Собака упорно, принимая осторожные женские удары, старается протиснуться куда-то на шкуры. Она чует запах чего нибудь съестного, наверное, рыбы.

Н. П. Георгиевский.


(Продолжение следует).
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 6939
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53

Георгиевский Н.П. Радиостанции Карского моря

Сообщение ББК-10 » 18 Июнь 2015 20:05

Известия Архангельского общества изучения Русского Севера (Журнал жизни Северного края). Архангельск, 1916, № 11

 441.jpg
Радиостанции Карского моря.
(Продолжение. См. № 10 "Известий" за т. г. ).

Молодые самоедки вообще довольно симпатичны по внешности, а некоторые из них положительно недурны. Oни несравненно живее и имиульсивнее своих мужей и отцов. Самоедка, лишенная права самостоятельных решений, правом совещательного голоса пользуется широко и, повидимому, всегда по собственной инициативе. Самоедка первая учитывает всю выгоду приобретения у экспедиции остатков муки, соли, сухарей и т. д. Самоед еще тупо смотрит на предлагающего купить мешок муки за 5 р., а самоедка уже быстро-быстро заговорила что-то своему повелителю; повелитель начинает внимательно присматриваться к продавцу и наконец соглашается. Самоедка удовлетворенно успокаивается и бежит налаживать карбасок. Стоящие рядом же самоеды с любопытством слушают эти переговоры, но еще не заявляют желания получить и для себя душевого продукта и только увидав привезенный куль, выслушав еще раз о его стоимости, они начинают переговариваться и подбадриваемые самоедками идут запасаться провиантом.
На пароход набирается целая толпа коричневых покупателей, между ними несколько принарядившихся самоедок; торговля постепенно оживляется, между берегом и пароходом весело снуют перегруженные "пашки". Самоеды вошли во вкус торговли и привозят с берега кадушки омулей, живых песцов (крестоватиков), припрятанные от назойливых покупателей шкурки и т. д. Омули идут в обмен или на муку, или продаются за деньги, а шкурки и изделия из них — преимущественно в обмен на махорку. Самоеды разошлись, они чувствуют себя богачами и потому презрительно отмахиваются от доброжелателей, помогающих собирать рассыпавшиеся пачки полукрупки и заявляют: "наплевать, недорого", если кое-что из пачки попадет и в воду.
Въ конце-концов все расстаются довольными: самоеды, в особенности самоедки довольны приобретением на зиму чуть не задаром муки и сухарей, а буфетчик — тем, что освободился от остатков товара и получил вместо них хорошее количество свеже-просольных омулей!..
Въ Хабарове имеется школа для самоедов. Школа эта организована трудами здешнего миссионера и помещается в его доме. Класс — комната в одно окно: большой, плохо оструганный старенький [441]
 442.jpg
[442]
стол, две длинных скамьи и небольшая. 1 х 1 1/2 арш., клеенчатая клaссная доска: кучка написанных тетрадей — даже наружные листы их использованы.
Об учениках о миссионер отзывается с восторгом, как о порядочных ребятах, особенно хорошо усваивающих арифметику и письмо. Чтение дается туже.
В тяжелые условия попадает здесь учитель, которому волей-неволей приходится пользоваться пособиями изданными применительно к средней России, жизнь и обстановка которой так решительно расходится с жизнью и обстановкой самоедов крайнего Севера. На самом деле, самоедам совершенно непонятно огромное большинство приведенных в книге для наглядности рисунков, и еще более непонятны наименования предметов и самые предметы упоминаемые в тексте, Учителю все время приходится для понимания прочитанного обращаться или к добавочным иллюстрациям или же изобретать возможно более простое и для самоедов наиболее понятное объяснение. Трудность разъяснений усугубляется при стремлении познакомить учеников с основами христианства и превратить маленьких язычников в православных христиан. Здесь трудности встречаются крайние и, по-моему, пока едва ли преоборимые.
В вопросах религии одними картинками делу не поможешь, нужно суметь внушить чувство святости и благоговения к совершенно незнакомым предметам и пр. Главное затруднение — это недостаток слов и понятий у самоедина. Поэтому приходится прибегать к вольному переводу, напр. апостол по-самоедски бородач, икона— русский идол и т. Результатом закомства с христианством пока-что явилось смешение его в представлении самоедов с язычеством. Самоеды, отправляясь на охоту молятся и своим домашним идолам и православным иконам (если таковые имеются поблизости, собственных икон самоеды, повидимому, не приобретают, мажут салом губы "сядаю" и, на всякий случай, вешают что нибудь похожее на икону, в видах практического удобства, жертвенник устраивают там где стоит крест. Это делается так: к кресту приносятся и прислоняются колья, на колья вешаются жертвы — рога оленей, обрывки шкур, возлагаются на землю негодные предметы домашнего обихода, ломаные ружья и т. д. Здесь же втыкаются в землю и идолы, часто над идолами вешается что-нибудь жирное, напр., губа нерпы. Жир с этого куска мяса капает на голову стоящего внизу "сядая". В часовнях, редко посещаемых ревностными христианами, устраивается такой же языческо-христианский жертвенник. Самоеды приносят и оставляют в ней своих "сядаев", на иконы и на стены часовни вешают свои доброхотные приношения.
Миссионер, прибывший в эти края с горячим желанием "просветить крестом мирок язычества", первым долгом начал демонстрировать перед самоедами всю ничтожность и беззащитность их идолов. Он разузнавал, где находились жертвенные места, и, собрав возможно больше самоедов, отправлялся к ним. Здесь он при торжественной обстановке собирал в кучу деревянных идолов и подвергал их сожжению, а каменных разбивал. Много нарушил он идолов и примитивного, и художественного выполнения. Еще год — два и на севере едва ли останется хоть что нибудь по истории религии и культуры самоедского племени.
 443.jpg
[443]
Идолы, попадавшиеся миссионеру, зачастую были весьма интересного вида, и даже сам он сжигал их с жалостью, вполне понимая, что они явились бы ценной находкой для любого музея.
Самоеды, как рассказывают, присутствовали при разрушении чтимых мест равнодушно, словно их совершенно не трогало и не возмущало разрушение их святынь неизвестно откуда взявшимся человеком. Да и понимали ли они то, что происходило, не считали ли они сожжение их идолов высшей мерой наказания своего бога за какое то невыполненное им желание. Ведь самоед частенько сечет своих идолов за плохой лов, за неудавшуюся oxoту!
Номинально — все самоеды христиане, все они носят православные имена, все умеют креститься, хотя, правда, крестятся, как кажется, они почти исключительно перед тем, как выпить водку. Охотно крестят детей и венчаются: присутствуют при богослужении и истово крестятся вслед за присутствующими. Словом, внешняя сторона христианства ими более или менее усвоена. относительно же какого нибудь внутреннего убеждения самоеда в преимуществах христианской веры можно сильно сомневаться, на что между прочим указывает и продолжающееся поклонение идолам, жертвоприношения и т. д. Но не следуетъ думать, что необходимо потому торопиться с более глубоким ознакомлением самоедом с нравственными догматами христианства, полагая, что самоеды являются грубыми, кровожадными язычникими. Нет, добродушнее, доверчивее, честнее, уступчивее самоедов трудно что нибудь представить — это дети, бородатые, степенные дети; религия их до такой степени примитивна, что все их богопочитание ограничивается мазанием салом и сечением идолов.
Возвратимся к радиостанции, которую во время нашего ознакомления с окрестностями старательно белят, красят, перебирают полы; сараи загружают полуторагодовым запасом провианта, к самоедам, жмущимся у стенок и внимательно следящим за суетливой толпой рабочих, оглашающих непривычным гамом и знакомой ругней тихие окрестности. За самоедами, в общем, ухаживают, поят их чаем, угощают водкой, дают прогорклого масла. Чай самоеды пьют старательно, масло кладут в рот кусками, с аппетитом и откровенно чавкают, пуская струйки по бороде. Вид непривлекательный.
По мере того, как подвигалась работа к концу, здесь, на Югорском Шаре, нетерпение чиновников на остальных станциях возрастало, и просьбы приехать к ним скорее поступали все чаще и чаще, подкрепляемые ссылками на возрастающее недомогание заболевших.
Наконец, работы закончены, и экспедиция тронулась на станцию Вайгач, идя в нескольких милях от этого острова. О. Вайгач издали кажется невысоким, с обрывистыми, скалистыми берегами.

IX.

Быстро прошли 100 миль от Югорской до Вайгачской радиостанции и бросили якорь вблизи сравнительно высокого берега, во впадине которого белели бетонные здания.
По внешнему виду Вайгачская станція почти не отличается от Югорской, только мачта иной формы и меньшего размера. Почва кругом сухая, плотная, местами лишенная буйным ветром всякой растительности. Море от станции открывается сравнительно нешироко:
 444.jpg
[444]
с одной стороны горизонт закрывается мысом Яросель, с другой — мысом Вороновым. Вблизи берега видны 5 небольших скал — о-ва Новосимцев, дальше по горизонту намечаются далекие острова и высокая мощная глыба Большого Воронова.
В стороне мыса Яросель поднимаются несколько пологих возвышенностей, а Воронов — представляет из себя небольшой скалистый хребет. Вообще здешние окрестности — более красивы сравнительно с Югорским Шаром.
Вайгач нас встретил еще приветливее: море было особенно спокойно, льды ушли к горизонту и не посылали неизбежных туманов; легкий ветерок все время дул с суши.
Постоянно можно было наблюдать миражи, превращавшие вершины гор и островов в забавные бесформенные грибы и поднимавшие далекие льды над горизонтом: солнце слегка пригревало и ярко освещало широкие и спокойные просторы.
Привлеченные видом гор и островов и рассказами об обитающей на них дичи, мы с первых же свободных дней начали устраивать продолжительные охотничьи поездки. Утомленные плоской тундрой Югорского Шара и однообразием моря, все положительно наслаждались видом гор, скалистых островов, а потому первым долгом посетили мыс Воронов. С наслаждением лазали по его скалистым склонам, взбирались на наиболее высокие его точки и любовались раскинувшейся панорамой архипелага островов, с одной стороны, и целой цепью озер в болотистой ширине — с другой. Горный кряж мыса уходил вдоль острова постепенно повышаясь, а вблизи берега он разбрасывал отдельные ответвления и группы высоких и обрывистым, скал. В море горы продолжались в виде выстроившихся в ряд островов Б. и М. Вороновых и какого то еще небольшого безымянного островка.
Первая наша охота была на оререха у мыса Воронова. С большою осторожностью вначале ходили мы по зыбкому и вязкому болоту; тщательно обходили, боясь завязнуть, наиболее влажные места, но скоро убедились в полнейшей безопасности полярных болот. Нога нигде глубже чем на 3/4 аршина не проваливалась, всюду под мхом нащупывалась гладкая, как стекло, поверхность вечного льда. Опытные люди рассказывали, что и озера за полярным кругом, среди болот с вечной мерзлотой — не глубоки, не глубже 1/2 сажени; дно таких озер тот же ровный слой нерастаивающего льда. На озерах видели гусей, лебедей, уток, но убить их не удалось: первые — как предусмотрительные и осторожные птицы, улетели еще тогда, когда мы лазали но горам, а последние, перебравшись на более широкие озера, мирно держались середины и, несмотря на все наши ухищрения, не приближались к нам на выстрел.
Удачнее охота была на островах. Здесь мы, заслышав гусей, осторожно подъезжали к острову, пользуясь каким нибудь прикрытием. Очень осторожно высаживались и еще осторожнее подползали на возможно близкое расстояние и если гуси нас еще не заметили и оказывались достаточно близко, — открывали торопливую пальбу. В результате —1—2 гуся остаются на месте, а остальные, с шумом расплескивая воду, удирают в море. Иногда устраивали облаву: высадив с надлежащими предосторожностями часть охотников на берег, остальные быстро выезжают из-за мыса прямо на гусей,
 445.jpg
[445]
те бросаются в сторону, и по ним открывается пальба с берега, когда гyси врассыпную разбегаются и разлетаются по морю, где их встречают нa карбасе. Нелетающие гуси молодые и ленные ныряют, и тогда, выбрав какого-нибудь одного, гонимся за ним, стреляя поочередно... Жутко бывало на карбасе, когда, к несчастью около него вынырнент 3—4 гуся, тогда по ним открывается столь торопливая и бесзаветтная стрельба что гребцы сидят низко пригнувшись, a охотники, стоящие на коленках в носу и в корме лодки, то и дело кричат " эй осторожнее черти". „Черти", конечно, осторожны, но все же сильные удары воздуха от близкого выстрела поминутно заставляют сердца их опасливо екать.
Забавна охота на мелких утят. Утята в здешних краях плавают многочисленными стадами. Большая стая уточек, повидимому, явно намереваясь выбраться из бухты в море, дружно плывет в какую-нибудь сторону. Карбасок летит на перерез стаи; ружья на-готове, а дичь все больше и больше сплачивается и, наконец сливается в одно большое, темное пятно... Еще несколько взмахов весел и можно будет стрелять. Но вдруг утята забеспокоились: передние ряды их, учитывая приближающуюся опасность, повернули навстречу стае: стая остановилась: шейки уточек беспокойно вытянулись вверх, уточками овладевает паника и некоторые из них начинают метаться во все стороны. Чувствуется, что дольше ждать нельзя, раздается первый выстрел, направленный в самую гущу утиной стаи.
Но как только раздался звук выстрела, уточек не стало: они исчезли словно по мановению волшебной палочки, и только едва заметные круги поплыли в стороны... Утята, только увидав огонь выстрела, нырнули и нырнули так дружно и проворно, что дробь, не успев долететь, лишь бесполезно взбрызнула воду... Пройдет минуты две и из под воды начинают показываться небольшие точки — утиные головы. Стая под водою разделилась на 3—4 группы, вынырнувшие в различных местах бухты.
Наметив своею жертвой ближайшую часть стаи, погоня продолжается, но успех ее тот же: при выстреле стайка, да за компанию и все остальные ныряют вновь, и после этого на поверхности бухты появляются отдельные, широко рассеянные и бойко, — на карбаске не догнать, — улепетывающие уточки... Охотники и гребцы тяжело дышат, обтирают обильный пот и дают еще раз слово больше утят не беспокоить.
Самая успешная охота — это охота на ленных гусей. В периоды смены маховых перьев крыл гуси, лишенные способности летать, держатся на озерах. Не давайте гусям уйти в море или в тундру, и они ваши.
Ленные гуси часто выбирают для своего пребывания небольшие пресноводные озера, лежащие всего в, каком нибудь десятке саженей от моря. Между морем и озером обычно, возвышается вал гальки высотою до 1 - 2 сажень. Заслышав зычный крик гусей на таком озерке, подъезжаем к нему, высаживаемся под прикрытием гальки и разделяемся на три группы: одна группа остается на берегу моря — она должна не пустить гусей уйти на открытую воду, а две других расходятся на оба фланга озера, высматривают, где озеро кончается, и, обменявшись сигналами, без выстрела, бросаются со всех ног в
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 6939
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53

Георгиевский Н.П. Радиостанции Карского моря

Сообщение ББК-10 » 29 Июль 2015 21:34

Продолжения не будет.
Читайте здесь
Аватара пользователя
ББК-10
 
Сообщения: 6939
Зарегистрирован: 05 Ноябрь 2014 17:53


Вернуться в Радиосвязь в Арктике и Антарктике



Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

Керамическая плитка Нижний НовгородПластиковые ПВХ панели Нижний НовгородБиотуалеты Нижний НовгородМинеральные удобрения