Изображение
31 июля 2012 года исключен из Регистровой книги судов и готовится к утилизации атомный ледокол «Арктика».
Стоимость проекта уничтожения "Арктики" оценивается почти в два миллиарда рублей.
Мы выступаем с немыслимой для любого бюрократа идеей:
потратить эти деньги не на распиливание «Арктики», а на её сохранение в качестве музея.

Мы собираем подписи тех, кто знает «Арктику» и гордится ею.
Мы собираем голоса тех, кто не знает «Арктику», но хочет на ней побывать.
Мы собираем Ваши голоса:
http://arktika.polarpost.ru

Изображение Livejournal
Изображение Twitter
Изображение Facebook
Изображение группа "В контакте"
Изображение "Одноклассники"

Визе В.Ю., Моря Советской Арктики

 Моря советской Арктики.jpg
По изданиям:
Визе В.Ю., Моря Советской Арктики: Очерки по истории исследования. Изд. 1–3. – М.-Л., 1936–1948.

Сканы jpg 300dpi в архиве zip 394 383 К
http://www.polarpost.ru/Library/Warehou ... rktiki.zip

Вариант в PDF файле:
Моря Советской Арктики.pdf
(76.45 МБ) Скачиваний: 233
Содержание
  1. От Издательства. [3]
  2. Древнейшие времена. [4]
  3. Первые русские на Крайнем Севере  [9]
  4. Иностранные экспедиции XVI-XVII вв. в Баренцевом море. [17]
  5. Полярные плавания русских в XVI-XVII столетиях [39]
  6. Великая Северная экспедиция. [59]
  7. Русские на Шпицбергене. [79]
  8. Исследования Новой Земли, Вайгача и Колгуева [94]
  9. Открытие Земли Францa-Иосифа. [119]
  10. Баренцово море. [126]
  11. Ледоколы в Арктике. [132]
  12. Карское море. [142]
  13. Исследования Земли Франца-Иосифа. [166]
  14. Первые сквозные плавания Северо восточным проходом. Открытие Северной Земли [192]
  15. Исследования Северной Земли. [211]
  16. Чукотское море и остров Врангеля [220]
  17. Экспедиция Де Лонга [236]
  18. Восточно-Сибирское море. [246]
  19. Новосибирские острова и море Лаптевых [261]
  20. Экспедиции на „Сибирякове“, „Челюскине“ и „Литке“ [ [287]
  21. Освоение Северного морского пути [308]
  22. Исследование Арктики с воздуха. [331]
  23. Дрейфы „Фрама“ и „Седова“. [345]
  24. Завоевание Северного полюса [363]
  25. Указатель [397]
В приложении:
Схема кругополярной области.
Дрейфы буев в Северном Ледовитом океане и в морях Советской Арктики.

Чукотское море и остров Врангеля


Первые арктические экспедиции, предпринятые со стороны Атлантического океана, имели целью отыскание Северного морского пути. Эта же проблема привлекла первых исследователей и в тихоокеанскую часть Арктики, где, однако, попытки найти Северный морской путь начались на двести с лишком лет позже, чем в западном секторе Арктики.

С целью найти проход из Тихого океана в Атлантический английское правительство отправило в 1776 году к Берингову проливу экспедицию в составе двух судов — «Resolution» и «Discovery». Командование экспедицией было поручено Джемсу Куку, своими двумя кругосветными плаваниями уже в то время стяжавшему себе славу выдающегося мореплавателя. Сам Кук находился на «Resolution», а вторым кораблем командовал его ближайший помощник — Чарлз Клерк. Экспедиция должна была сперва сделать попытку отыскать Северо-западный проход и описать берега северо-западной Америки. В случае невозможности пройти из Берингова пролива в Баффинов залив кораблям предлагалось в следующем году «отправиться на север к отысканию Северо-восточного прохода».

«Resolution» и «Discovery» вошли в пролив, разделяющий Азию и Америку, в 1778 году. Усмотренная здесь крайняя западная оконечность Америки была названа Куком мысом Принца Уэльского, а самый пролив — Беринговым проливом.

Выйдя из пролива в Чукотское море, Кук проследовал вдоль северных берегов Аляски до мыса, названного им Ледяным (Icy Саре), где тяжелые льды преградили кораблям путь. Здесь Кук приказал повернуть обратно и взять курс на запад, к сибирскому берегу. У Чукотского побережья кораблям удалось пройти на запад до мыса, названного Kvkom Северным [* В 1935 году этот мыс был переименован в мыс Шмидта].

Не найдя прохода в Атлантический океан, Кук решил пойти на зиму в южные моря, чтобы в следующем году повторить по пытку. В 1779 году Кук был убит туземцами на Гавайских островах, и командование экспедицией перешло к Клерку. Несмотря на то, что Клерк был болен чахоткой, он все же решил сам вести корабли в полярные воды. Плавание в 1779 году было не более удачным, чем в предшествовавшем году. Вдоль берегов Аляски Клерку не удалось дойти и до Ледяного мыса, а на западе он не проник дальше мыса Шмидта. После этого Клерк решил бросить дальнейшие попытки найти Северный морской путь, назвав поиски этого пути «делом сумасшествия». Во время плавания у Клерка резко обострился туберкулез, и 22 августа 1779 года мореплаватель скончался у берегов Камчатки. В Петропавловске-на-Камчатке ему поставлен памятник.

Плавания Кука и Клерка были оценены в Англии как окончательное доказательство невозможности практического использования Северного морского пути между Атлантическим океаном и Тихим. Очень отчетливо эта точка зрения была сформулирована автором предисловия к описанию путешествия Кука и Клерка, который говорил, что «изысканиями этих мореплавателей уничтожены пустые умозрения, которые бы еще могли ввести к учинению новых предприятий» [* Приводим в русском переводе Г. Л. Голенищева-Кутузова.], и что Кук и Клерк «положили преграду напрасным дальнейшим поискам».

В том же году, когда Клерк совершил свое последнее плавание (1779), острова Диомида посетил казачий сотник Иван Кобелев, давший краткое описание обоих островов. По наблюдениям Кобелева, «между островами [Диомида] бывает не быстрое течение с колошнем; течение бывает во все лето из Восточного океана в Северный, а с августа месяца возвращается к югу и наносит льды» [* «Месяцеслов исторической и географической на 1784 год», СПб.]. Точные наблюдения над течениями в Беринговом проливе, в известной мере подтвердившие наблюдения Кобелева, были поставлены уже советскими экспедициями. На острове Большой Диомид во времена Кобелева жили триста восемь эскимосов. В 1897 году население составляло, здесь двести одиннадцать человек, а в 1928 году тридцать—тридцать пять человек.

Поиски северного прохода из Тихого океана в Атлантический, оставленные англичанами, были возобновлены русскими. В России этим вопросом очень интересовался государственный канцлер граф Н. П. Румянцев, на средства которого и бала снаряжена экспедиция на специально для этой цели выстроенном корабле «Рюрик». В подготовке экспедиции деятельное участие принимал знаменитый кругосветный мореплаватель И. Ф. Крузенштерн. По его совету начальником экспедиции был назначен лейтенант О. Е. Коцебу. В инструкции, данной Крузенштерном Коцебу, последнему предлагалось «стараться освидетельствовать, сколь далеко берег Америки простирается к северу за усмотренным Куком Ледяным мысом, также в какой широте оный приемлет направление к востоку. Когда же сей пункт определен будет, то не имеете вы более надобности следовать по берегу, а надлежит вам только продолжать путь свой беспрестанно к востоку». Крузенштерн писал, что он питает «некоторую искру надежды обрести в сих стратах (то-есть на северо-западе Америки) бухту, имеющую сообщение если не непосредственно с Баффиновым заливом, то по крайней мере с какой-либо впадающей в Ледовитом море рекой.... Когда же никакой не будете иметь надежды к учинению подобного открытия, то не останется вам ничего иного делать, как приготовляться к обратному путешествию в Европу».

«Рюрик» вышел из Кронштадта летом 1815 года. В следующем году корабль прошел через Берингов пролив на север и взял курс вдоль берегов Аляски. Здесь был открыт большой залив, который, как пишет Коцебу, «вследствие общего желания всех спутчиков назван зундом Коцебу». Исследованием этого залива и ограничились работы «Рюрика» в полярных водах. На обратном пути «Рюрик» стал на якорь у мыса Дежнева, который Коцебу описывает следующим образом: «Место сие представляет ужаснейшее зрелище: черные, страшно друг на друга упирающиеся утесы, между коими особенно отличается один, имеющий совершенно вид пирамиды, вселяют какое-то чувство содрогания. Сие сокрушение страшных утесов заставляет человека размышлять о великих превращениях, которые некогда в природе здесь последовали; ибо вид и положение берегов рождает вероятие, что Азия некогда была соединена с Америкой». У мыса Дежнева мореплаватели высаживались на берег, где встретили чукчей, которых Коцебу описывает так: «Крайне неопрятная одежда диких, нечистые, гнусные и дикие их лица и длинные ножи давали сей группе людей вид разбойничьей шайки».

Проходя Беринговым проливом, Коцебу отметил в нем постоянное течение, направленное на северо-восток. Коцебу дал находящимся в Беринговом проливе островам Диомида название: остров Большой Диомид (входящий во владения СССР) он назвал островом Ратманова, а Малый Диомид (ныне принадлежащей Соединенным Штатам Северной Америки) — островом Крузенштерна. В 1818 году «Рюрик» вернулся в Петербург.

На следующий год русское правительство отправило две экспедиции для исследования полярных стран. Одна из них, под начальством Ф. Ф. Беллингсгаузена, должна была работать в антарктических водах; другой, под начальством капитан-лейтенанта М. Н. Васильева, ставилась задача пройти через Берингов пролив на север и, производя опись берегов Северной Америки, искать путь в Атлантический океан. Если первая экспедиция стяжала себе всемирную известность и сделала имя Беллингсгаузена бессмертным, топишь весьма скромных результатов добилась вторая экспедиция. Суда арктической экспедиции «Открытие» (под командой самого Васильева) и «Благонамеренный» (под начальством Г. С. Шишмарева) прошли в июне 1820 года Берингов пролив, после чего взяли курс на северо-восток, производя съемку северных берегов Аляски. Уже 10 августа, дойдя только до северной широты 71°06' и западной долготы 166°08, Васильев повернул обратно. Все плавание в полярных водах продолжалось лишь двадцать шесть дней.

В следующем году Васильев повторил попытку открыть Северо-западный проход, но прошел у берегов Аляски только немного дальше, чем в 1820 году; на меридиане 161°27'W и широте 70°40' N «дальнейшее проследование к северу, — по словам Васильева, — было остановлено непреодолимым оплотом льдов, может быть, современных миру». Так как к тому же на судне стала свирепствовать цынга, то Васильев «поспешил оставить Ледовитое море». Шлюп «Благонамеренный» в 1821 году дошел только до широты 70°13'N.

Таким образом, обе предпринятые русскими попытки найти Северный морской путь со стороны Берингова пролива увенчались весьма малыми результатами.

С целью исследования и съемки северных берегов Америки три экспедиции в 1825 году были отправлены английским адмиралтейством. Западная, под начальством капитана Ф. Бичи, должна была начать работы со стороны Берингова пролива, восточная, под начальством В. Парри, — со стороны Баффинова залива, а третьей экспедиции, под командованием Джона Франклина, предлагалось пройти сухим путем до реки Мекензи и спуститься по ней до устья.

Экспедиция Бичи на королевском шлюпе «Блоссом» покинула Англию в 1825 году и 5 июля следующего года вошла через Берингов пролив в Чукотское море. Бичи описал северные берега Аляски до пункта, расположенного несколько восточнее Ледяного мыса, а участнику экспедиции Эльсону удалось дойти на шлюпке до северной оконечности Аляски (и восточной границы Чукотского моря), названной мысом Барроу. Таким образом, экспедиция Бичи впервые обошла весь южный берег Чукотского моря, расположенный к востоку от Берингова пролива. Берег этого моря, лежащий к западу от Берингова пролива, был, как мы видели, впервые обойден в 1648 году Поповым и Дежневым. Экспедиция Бичи впервые положила правильно на карту острова Диомида.

Организованные в середине XIX века многочисленные поисковые экспедиции за Франклином, составившие эпоху в истории исследования Арктики, затронули также Чукотское море. В 1848 году английское адмиралтейство поручило парусным гидрографическим судам «Herald» (под командой капитана Г. Келлетта) и «Plover» (под командой капитана Мура) предпринять поиски Франклина к востоку от Берингова пролива. «Herald» прошел в 1848 году до залива Коцебу и, не застав здесь «Plover» (который зимовал в Анадырском заливе), вернулся на юг. Только в 1849 году суда соединились и приступили к своим операциям у северных берегов Аляски. 25 июля корабли достигли мыса Уэнрайт на северном побережье Аляски, откуда «Herald» пошел на север и достиг широты 72°51'N (на меридиане 163°48'W). Здесь, у кромки полярного пака, корабль сделал остановку с целью измерения температуры воды на различных глубинах. Это была первая глубоководная гидрологическая станция, выполненная в Чукотском море.

После этого «Herald» продолжал крейсировать в Чукотском море. 17 августа с марса вдруг раздался возглас вахтенного матроса: «Земля!» Мореплаватели увидели один или несколько небольших островов, а за ними обширную высокую землю. По глазомерной оценке капитана Келлетта расстояние до ближайшего острова составляло около 25 миль, а до большой земли — 60 миль. На ближний остров, названный в честь экспедиционного судна островом Геральд, в тот же день была сделана высадка. Участник экспедиции натуралист Б. Земан произвел на острове ботанические сборы. До видневшейся вдали большой земли кораблю вследствие встреченных на пути тяжелых льдов дойти не удалось. Этой земле Келлетт дал название Земли Пловер — в честь второго экспедиционного судна. Мореплаватели думали, что Земля Пловер является южной оконечностью большой полярной земли, занимающей центральную часть Арктики. Только работами позднейших экспедиций было выявлено, что виденная Келлеттом земля (впоследствии названная островом Врангеля) представляет собою сравнительно небольшой остров.

От острова Геральд Келлетт направился в залив Коцебу, где в это время другой корабль, «Plover», готовился стать на зимовку. Расставшись с «Plover», «Herald» 2 октября вышел в Берингово море. В следующем году (1850) «Herald» снова посетил Чукотское море, но на этот раз дальше залива Коцебу не заходил.

Из других судов, плававших в Чукотском море с целью поисков Франклина, следует отметить корабль «Entreprise», который под командой капитана Коллинсона достиг в 1850 году в восточной части Чукотского моря широты 73°23' N.

Для исследования открытых Келлеттом в Чукотском море островов американское правительство отправило в 1855 году экспедицию на парусном военном гидрографическом судне «Vincennes» под начальством Джона Роджерса. «Vincennes» без труда достиг острова Геральд, на который участниками экспедиции была сделана высадка, и поднялся к северу от этого острова до широты 72°5' N на меридиане 174°37' W Отсюда Роджерс направился к усмотренной Келлеттом к западу от острова Геральд земле (то-есть к острову Врангеля), но не мог дойти до нее из-за тяжелых льдов. Остров Врангеля этой экспедицией так и остался незамеченным, что в то время возбудило некоторые сомнения в верности сделанного Келлеттом открытия. После неудачной попытки обнаружить остров Врангеля Роджерс прошел через весь пролив Лонга, приблизительно по его середине, до меридиана 177°22'Е (в широте 70°37'N) и в том же году вернулся в Америку.

В приатлантической части Арктики промышленники, главным образом норвежцы, внесли немалый вклад в географию. В секторе Арктики, прилежащем к Тихому океану, промысловые суда также способствовали расширению географических знаний, хотя и не в столь большой мере, как на западе. Основным предметом промысла в Беринговом и Чукотском морях был вначале кит. Первым китобоем, промышлявшим в этих водах, был американский капитан Ройс. Его опытное плавание в 1848 году было столь успешно, что уже в следующем году в северную часть Берингова моря и в Чукотское море направились 154 китобойных судна с командой в 4650 человек, добывших тридцать четыре с половиной тысячи тонн сала и девятьсот тонн китового уса. В 1850 году промышляло 144 корабля, и результат промысла выразился в сорока с. половиной тысячах тонн сала и тысяче четырехстах тоннах китового уса.

Совершенно баснословные доходы, которые давали эти рейсы, заставляли капитанов нередко рисковать: суда забирались далеко во льды и оставались в них доначала смерзания. В результате уже третья китобойная кампания в Чукотском море, когда там промышляло 145 судов, закончилась катастрофой: значительная часть промышлявших в 1851 году судов погибла. Хищнический характер промысла очень скоро сказался на резком уменьшении числа китов в Чукотском море, в связи с чем сильно уменьшилось и число судов, промышлявших здесь кита. Интересно отметить, что Шалауров (1762) и Биллингс (1787) видели китов у Большого Баранова Камня (к востоку от устья Колымы), где они в настоящее время, повидимому, вовсе не встречаются. В начале октября 1937 года автор этих строк видел с парохода «Беломорканал» большое число китов около мыса Биллингса, что следует считать редким явлением, возможно, находящимся в связи с необыкновенно благоприятными ледовыми условиями в Чукотском и Восточносибирском морях в навигацию 1937 года.

Из американских китобоев, плававших в Чукотском море, особые заслуги по географии принадлежат капитану Т. Лонгу. Промышляя в 1867 году на своем китобойном судне «Nile», ему удалось подойти на близкое расстояние к земле, виденной издали Келлеттом в 1849 году. Лонг дал этой земле название острова Врангеля [* В честь выдающегося русского полярного путешественника Ф. Врангеля. О поисках Врангелем земли к северу от Чукотского берега см. ниже, в главе «Восточносибирское море»], которое затем и удержалось за островом. В середине августа «Nile» прошел вдоль всего южного берега острова Врангеля, в расстоянии 15—18 миль, причем Лонг приближенно положил этот берег на карту. Западный высокий мыс острова был назван мысом Томаса [* На русских картах известен под названием мыса Фомы] — в честь матроса, первым заметившего остров, а крайний восточный усмотренный с корабля мыс получил название мыса Гаваи [* По имени Гавайских островов, на которых базировалось судно Лонга].

На запад Лонгу удалось пройти до меридиана 170°20'Е. Водное пространство между островом Врангеля и Чукотским побережьем впоследствии было названо, по имени капитана корабля «Nile», проливом Лонга. В том же году, когда Лонг открыл южный берег острова Врангеля, этот остров был усмотрен капитаном Крейнором с американского китобойного корабля «Reindeer».

Уменьшение китового стада вследствие хищнического истребления китов побуждало китобойные суда, промышлявшие в Чукотском море, забираться далеко на север. Так, в год замечательного плавания Лонга капитану Соулю удалось достигнуть на своем судне «St. George» на меридиане 173°W широты 73°10'N, а позже капитан Най дошел на корабле «M-t Wollaston» к северу от острова Геральд (на меридиане 175°10'W) до параллели 73°30'N. В 1878 году капитан Кинем плавал в водах к северу от острова Врангеля, до того еще не посещавшихся ни одним судном.

Часто китобои не успевали за короткое полярное лето взять полный груз и задерживались поэтому в Чукотском море иногда до середины октября. Некоторые из этих судов затирались льдами и гибли. Так, в 1879 году во льдах Чукотского моря погибли три китобойных корабля, из них два — со всей командой.

На поиски пропавших судов в 1880 году было отправлено американское таможенное судно «Corwin» [* Это судно ежегодно крейсировало у берегов Аляски, имея задачей борьбу с контрабандной торговлей спиртом и огнестрельным оружием.] под командой капитана Хупера, который, между прочим, предполагал посетить и остров Врангеля. Однако год в ледовом отношении выдался неблагоприятный, и пароход не мог пробиться через двадцатимильную полосу тяжелых льдов, находившихся к востоку от острова. Во время плавания «Corwin» в Чукотском море были выполнены многочисленные промеры и наблюдения над течениями и температурой воды.

В 1881 году «Corwin» снова посетил Чукотское море, имея на этот раз попутным заданием поиски пропавшей «Жаннетты» — судна экспедиции Де Лонга [* Трагической судьбе экспедиции Де Лонга на «Жаннетте» посвящена следующая глава нашей книги]. 30 июля «Corwin», которым, как и в предшествующем году, командовал капитан Хупер, подошел к острову Геральд, на который участники экспедиции высаживались. Далее судно проследовало к мысу Шмидта, повернуло здесь на юго-восток и от устья реки Ванкаремы взяло курс на север. 12 августа «Corwin» подошел к восточному берегу острова Врангеля, где около устья реки, названной рекой Клерк [* На русских картах эта река неправильно называется рекой Клер], партия во главе с лейтенантом Рейнольдсом высадилась на берег. Впервые человек вступил на этот остров, который в течение долгого времени вызывал среди географов различные предположения и много споров. Вновь открытую землю американцы назвали Новой Колумбией. Это название, однако, не удержалось, и на картах остров продолжал значиться под именем острова Врангеля, присвоенным ему капитаном Понгом. На острове Врангеля участники экспедиции на «Corwin» произвели ботанические и другие естественно-историче-ские сборы, а также определили наклонение магнитной стрелки.

В том же году, когда экспедиция на «Corwin» сделала первую высадку на остров Врангеля, этот остров посетило другое американское судно — «Rodgers», имевшее основной задачей поиски следов «Жаннетты». Хотя в этом отношении экспедиция не дала — да и не могла дать — положительных результатов, работы ее оказались весьма плодотворными в области географических исследований Чукотского моря. «Rodgers», испытанный китобойный корабль, ранее называвшийся «Mary and Helen», пройдя Берингов пролив, подошел 24 августа к острову Геральд. Участники экспедиции высадились на остров и вскарабкались на вершину острова, высоту которой они определили в 180 метров. С этой вершины открылся прекрасный вид на остров Врангеля. Поставив на западной оконечности острова гурий, экскурсанты вернулись на судно, которое уже на следующий день подошло к острову Врангеля, где стало на якорь в бухте, названной в честь корабля бухтой Роджерс. Участник экспедиции журналист У. Гильдер, описывая это место, говорит: «Эта бухта, которую мы открыли, в будущем, вероятно, окажется очень полезной не одному мореплавателю». Действительно, в настоящее время бухта Роджерс стала главной гаванью острова Врангеля, и в советское время здесь был основан промысловый поселок с радиостанцией.

С целью исследования острова участники экспедиции разделились на три партии: начальник экспедиции лейтенант Берри должен был обследовать центральную часть острова и по возможности выйти к его северному берегу; лейтенанту Уэрикгу поручалось обойти на шлюпке восточные и северо-восточные берега острова, мичману Хенту — западные и северо-западные. Берри был первым человеком, давшим нам сведения о природе внутренней части острова Врангеля. Он поднялся на главную вершину острова, названную в его честь пиком Берри и имеющую, по его определению, высоту в 760 метров Впоследствии советской геологической экспедицией под начальством Л. В. Громова, работавшей на острове Врангеля в 1939—1940 годах, было выяснено, что не пик Берри, а вершина Советская, возвышающаяся над уровнем моря на 1097 метров, является высшей точкой острова [* Фактически высота пика Берри 964 метра (по данным Л. В. Громова)].

Все три партии экспедиции Берри произвели на острове Врангеля топографическую съемку, и, таким образом, им мы обязаны первой более или менее достоверной картой острова. Неописанным остался лишь небольшой участок северного побережья. На острове были также собраны естественно-исторические коллекции и произведены астрономические и геомагнитные наблюдения.

Когда работы на острове Врангеля были закончены, Берри решил еще обследовать воды к северу и северо-востоку от острова. Воспользовавшись образовавшимся среди полярных льдов каналом, «Rodgers», с большим риском быть затертым, достиг 19 сентября широты 73°44'N (на меридиане 171°48'W). Эта широта долгое время являлась в Чукотском море рекордной для свободно плавающего судна, если не считать малодостоверной широты 74°,5 N, достигнутой китобойным судном «Massachusetts» в 1867 году. Производя через каждый час промеры глубин, «Rodgers» спустился к восточному берегу острова Врангеля, где удалось взять на борт оставленную Уэрингом шлюпку. После этого Берри еще раз направился на север, причем на меридиане 179°52'Е (к северу от острова Врангеля) была достигнута широта 73°28' N. Ввиду позднего времени года дальнейшее пребывание во льдах стало рискованным, и Берри направился к Чукотскому побережью, попутно еще раз посетив остров Геральд. С дальнейшей судьбой экспедиции на «Rodgers» мы познакомимся дальше, когда коснемся экспедиции Де Лонга.

Из экспедиций, работавших в Чукотском море во второй половине XIX века, необходимо упомянуть еще о русской экспедиции на клипере «Всадник» под командой Новосильского в 1876 году. Эта экспедиция имела задачей пройти через Берингов пролив в Чукотское море и следовать затем вдоль Чукотского побережья по возможности дальше на запад. В конце августа «Всадник» достиг мыса Шмидта, где сплошные льды вынудили судно повернуть обратно. Во время плавания «Всадника» в Чукотском море лейтенантом М. Онацевичем были выполнены физико-географические наблюдения.

После экспедиции Берри: на «Rodgers» наступает длительный перерыв в исследовании как Чукотского моря, так и острова Врангеля. Возобновлены эти исследования были русской гидрографической экспедицией на ледокольных транспортах «Таймыр» и «Вайгач». Главные работы в Чукотском море эта экспедиция выполнила в 1910 и 1911 годах, но некоторые дополнительные гидрографические работы на Чукотском побережье были произведены и в 1912—1914 годах, когда основной задачей ледоколов являлись работы в Восточносибирском море и море Лаптевых, а также сквозное плавание Северным морским путем.

В 1911 году «Вайгач» прошел от мыса Биллингса на Чукотском побережье к юго-западной оконечности острова Врангеля, где был определен астрономический и магнитный пункт и поставлен железный знак в виде пирамиды. Участником экспедиции студентом Кириченко были произведены геологические сборы на острове. «Вайгачу» удалось обогнуть остров Врангеля с севера, но подойти к северному берегу острова на близкое расстояние ледокол из-за тяжелых льдов не мог. В сентябре «Вайгач» выполнил гидрологический разрез по линии мыс Сердце-Камень — мыс Хоп — мыс принца Уэльского. В результате плаваний «Таймыра» и «Вайгача» карта Чукотского моря обогатилась многочисленными промерами.

В плаваниях «Вайгача» в 1910 и 1911 годах принимал участие лейтенант Г. Л. Брусилов, с экспедицией которого на «Св. Анне» мы уже знакомы.

В 1913 году канадское правительство организовало большую многолетнюю экспедицию, имевшую целью исследование моря Бофора и островов, лежащих на восточной стороне его. Эта экспедиция, известная под названием Канадской арктической экспедиции, возглавлялась известным канадским полярным исследователем Вильялмуром Стефанссоном. В августе 1913 года одно из судов Стефанссона, «Карлук», шедшее из Берингова пролива к острову Хершель, было затерто льдами у северных берегов Аляски, недалеко от устья реки Кольвилль. 20 сентября, когда казалось, что судно уже вмерзло в береговой припай и находится на безопасной зимней стоянке, Стефанссон в сопровождении Мак-Коннеля, Г. Уилкинса [* Это было первое арктическое путешествие Уилкинса.] и двух эскимосов покинул корабль для охоты на оленей. На второй день сильным ветром неожиданно взломало лед, и «Карлук» стал дрейфовать. Через несколько дней корабль скрылся из виду береговой партии, и Стефанссону уже не суждено было увидеть его.

Кроме командира судна капитана Р. Бартлетта, на «Карлуке» находилось двадцать четыре человека, в том числе шесть научных работников и две эскимосские семьи.

Сперва корабль понесло к мысу Барроу, откуда дрейф принял северо-западное направление. 15 ноября «Карлук» достиг почти 73° северной широты — наиболее северной точки за все время дрейфа.

11 января 1914 года, когда корабль находился в северной широте 72° и западной долготе 173°50, произошло сильнейшее сжатие льдов, судно получило пробоину, и вода хлынула в трюм. Предусмотрительный Бартлетт еще задолго до катастрофы приказал вынести на лед нарты и лодки, а на палубе сложить запасы продовольствия, горючего и различное снаряжение для санного похода. Теперь все это спешно, но без переполоха, стали выбрасывать на лед. Затем был отдан приказ всем покинуть судно. «Я остался на борту, — пишет капитан Бартлетт, — и решил дождаться конца. В 15 часов 15 минут судно стало погружаться. Через несколько минут палубы были залиты водой. Поставив похоронный марш Шопена, я завел виктролу. Вода хлынула в люки. Я взобрался на релинги и, когда их края сравнялись со льдом, соскочил. Канадский флаг развернулся на верхушке мачты, коснулся воды, и судно скрылось». На льду был построен дом из ящиков и несколько иглу, в которых и устроились потерпевшие кораблекрушение.

21 января группа из семи человек во главе со старшим штурманом А. Андерсоном отправилась по льду к острову Геральд. Через несколько дней трое из этой группы вернулись в «Лагерь кораблекрушения», остальные же пропали бесследно. Предпринятые поиски Андерсона и его спутников не увенчались успехом. Стюарду Чэфу удалось дойти почти до самого острова Геральд, но в расстоянии трех миль от острова большая полынья преградила путь. Не обнаружив никаких следов Андерсона, Чэф был вынужден вернуться обратно. В 1924 году трупы четырех погибших участников экспедиции Бартлетта были найдены на острове Геральд судном «Herman».

4 февраля «Лагерь кораблекрушения», вопреки советам Бартлетта, покинула другая группа в составе океанографа Джемса Меррея (участника антарктической экспедиции Шеклтона), антрополога Бэша, доктора и матроса. Целью их являлся остров Врангеля, до которого было восемьдесят миль. Продовольствия они захватили на пятьдесят дней. Так как Бартлетт не мог отпустить этой группе собак, то тащить сани приходилось людям. В середине февраля эту партию встретил Чэф, возвращавшийся после похода к острову Геральд. По его словам, путники находились в плачевном состоянии, но решили во что бы то ни стало продолжать путь к острову Врангеля. Антрополог Бэша отморозил себе ноги и руки; левую руку пришлось ампутировать, причем операция была выполнена простым ножом. У несчастного началось заражение крови. В состоянии полупомешательства он плелся позади. После этого группу Меррея больше не видели — онапогибла целиком, очевидно, не добравшись до острова Врангеля.

24 февраля направились к острову Врангеля и остальные шестнадцать человек, оставшиеся в «Лагере кораблекрушения». Чтобы перенести все продовольствие, путь приходилось проделывать по нескольку раз, а потому продвижение было очень медленным. Большим препятствием являлись огромные торосистые гряды, попадавшиеся на пути. «Торосы были от 8 до; 30 метров высоты, — пишет Бартлетт, — и простирались во всех направлениях. Мне приходилось видеть непроходимые льды во время наших полярных экспедиций, но такие льды я видел впервые». Через эти торосы люди пробивались кирками, отвоевывая метр за метром. Понадобилось три дня, чтобы пройти расстояние в три мили. 12 марта путники, наконец, достигли острова Врангеля, выйдя на одну из кос на северном его берегу. С целью пробраться в Америку и организовать спасательную экспедицию (радио на «Карлуке» не было, и о случившейся катастрофе в Америке ничего не было известно) Бартлетт через шесть дней вышел в сопровождении одного эскимоса с семью собаками с острова Врангеля на Чукотское побережье. Продовольствия путники захватили на шестьдесят дней. Бартлетт сперва пошел по берегу острова до мыса Блоссом и только отсюда направился по морскому льду к Чукотскому побережью. Большие разводья очень замедляли продвижение. Все же беспримерный переход по дрейфующим льдам пролива Лонга был благополучно закончен, и 4 апреля Барт-лет и его спутник достигли материка у мыса Якан. Встреченные на берегу чукчи оказали Бартлетту гостеприимство и предоставили в его распоряжение собак и нарты. 24 апреля Бартлетт был в Уэлене, а 16 мая он прибыл в бухту Провидения, где застал шхуну «Herman», на которой и переехал в Америку. Здесь он спешно принялся за организацию экспедиции для спасения оставшихся на острове Врангеля людей.

Американское правительство отправило к острову Врангеля таможенные суда «Веаг» и «Corwin» и промысловую шхуну «King and Wing» О. Свенсона, а русское правительство приказало ледокольным транспортам «Таймыр» и «Вайгач», начавшим в то время плавание Северным морским путем из Владивостока в Архангельск, сделать все возможное, чтобы снять с острова Врангеля участников экспедиции Стефанссона. «Таймыру» и «Вайгачу», пытавшимся подойти к острову Врангеля в первой половине августа, не удалось пробиться через окружавшие остров льды. В начале сентября состояние льдов несколько улучшилось, и к острову подошла шхуна «King and Wing» под командой Олафа Свенсона, а вскоре затем здесь стали на якорь «Веаг», на котором находился Бартлетт, и «Corwin».

Ко времени прибытия спасательных судов число остававшихся на острове Врангеля участников экспедиции на «Карлуке» уменьшилось еще на три человека: двое умерли от нефрита, а один застрелился. В течение полугода пленники острова Врангеля питались главным образом продуктами охоты. Не всегда охота оказывалась удачной, и было так, что в течение двадцати дней каждый получал в сутки только по четыре ложки разложившегося тюленьего сала. После экспедиции на «Карлуке», участники которое случайно попали на остров Врангеля, этот полярный остров стал привлекать к себе усиленное внимание Стефанссона. Интересовали канадского исследователя как промысловые богатства острова, так и в особенности мысль о закреплении острова Врангеля за Великобританией, что ввиду происходившей в СССР гражданской войны казалось вполне осуществимым. В этих целях Стефанссон отправил в 1921 году на шхуне «Silver Wave» на остров Врангеля экспедицию в составе пяти человек (в том числе одной эскимоски), начальство над которой было поручено канадцу Аллену Крауфорду. Эта экспедиция должна была поднять на острове английский флаг и, оставшись на зиму, заняться охотой. Верный своему принципу существования в Арктике за счет местных ресурсов, Стефанссон снабдил экспедицию только полугодовым запасом продовольствия, полагая, что в основном зимовщики прокормятся продуктами промысла.

В 1922 году за Крауфордом и его спутниками была послана шхуна «Teddy Веаг», вышедшая из Нома 20 августа. Ввиду тяжелого состояния льда ей, однако, не удалось дойти до острова Врангеля. В следующем году Стефанссон отправил на остров Врангеля паровую шхуну «Donaldson» с новой партией людей, которая должна была сменить Крауфорда. Когда «Donaldson» подошла к острову Врангеля, из партии Крауфорда оставалась в живых только одна эскимоска — Ада Блэкджэк. Она рассказала о провале авантюры канадцев.

Имевшиеся у Крауфорда скудные запасы продовольствия иссякли в середине декабря 1922 года. Так как охота была неважной, то Крауфорд вместе с одним из зимовщиков, Найтом, решил, по примеру Бартлетта, перейти по льдам пролива Лонга на чукотский берег. Однако вследствие болезни Найта путники через две недели были вынуждены вернуться.

В конце января 1923 года Аллан Крауфорд снова отправился в путь, на этот раз с двумя другими участниками экспедиции. Все трое пропали бесследно. На острове Врангеля оставались только Найт и эскимоска. В июне Найт умер от цынги. Оказавшись единственной жительницей полярного острова, эскимоска решила не сдаваться.

Охотой она сумела поддержать свое существование до прихода спасательного судна Много неприятностей доставляли медведи которые буквально осаждали палатку, в которой жила эскимоска.

Прежде чем покинуть остров Врангеля «Donaldson» высадил здесь партию из четырнадцати человек (тринадцати эскимосов и американца Уэллса), снабдив ее продовольствием на два года.

Чтобы положить конец хозяйничанию иностранцев на острове Врангеля, советское правительство отправило в 1924 году экспедицию на остров Врангеля, главной целью которой являлось водружение на острове советского флага, а также снятие с него людей, оставленных там летом 1923 года и промышлявших без разрешения СССР. Поход к острову Врангеля был совершен на канонерской лодке «Красный Октябрь» (бывший портовый ледокол «Надежный») под начальством гидрографа Б. В. Давыдова.

«Красный Октябрь» покинул Владивосток 20 июля 1924 года и после заходов, с целью добункеровки, в Петропавловск-на-Камчатке и бухту Провидения, а также в бухту Лаврентия, где на борт были взяты ездовые собаки, прошел 10 августа Берингов пролив. Уже в первый день плавания в полярных водах была встречена кромка льда, за которой «Красный Октябрь» вскоре вошел в тяжелые многолетние торосистые льды. Продвигаться в этих льдах ледокол мог только при помощи ударов. После упорной борьбы с ледяной стихией «Красный Октябрь» 19 августа подошел к острову Врангеля и стал на якорь в бухте Роджерс, где на следующий день состоялась церемония поднятия советского флага. На берегу бухты стояла избушка из плавника, в которой находились промысловые принадлежности и продовольствие. Людей, однако, не было видно.

После того как в бухте Роджерс был определен астрономический и магнитный пункт, «Красный Октябрь» приступил к обследованию южного берега острова Врангеля. В бухте Сомнительной с корабля были замечены палатки, небольшая хижина и развешанные шкуры белых медведей. Вскоре показались и люди. Это были четырнадцать человек, высаженных на остров Врангеля в предшествующем году шхуной «Donaldson». Начальник советской экспедиции Б. В. Давыдов объявил им о незаконности их деятельности на острове, после чего все жители острова Врангеля были переведены на борт «Красного Октября», а результаты промысла и орудия лова конфискованы. На береговой косе бухты Сомнительной была обнаружена могила Найта — участника экспедиции Крауфорда.

Пройдя на запад до мыса Блоссом, «Красный Октябрь» направился к Чукотскому побережью. Весь пролив Лонга был забит сплоченными льдами, сильно затруднявшими продвижение судна, и только 28 августа «Красный Октябрь» подошел к мысу Якан. Переход через льды пролива Лонга не обошелся даром: у корабля оказались погнутыми много шпангоутов, руль был сворочен, в бортах получились вмятины. У Чукотского побережья ледовая обстановка вследствие дувших северо-западных ветров была крайне неблагоприятной. Ввиду недостатка угля командование ледокола решило около мыса Шмидта выждать изменения в состоянии льдов. Однако проходил день за днем, никакого улучшения обстановки не наступало. Не оставалось другого выхода, как готовиться к зимовке. Все механизмы были разобраны, паровое отопление собрано, а 25 сентября прекратили пары в последнем котле. «Корабль фактически стал на зимовку, — замечает Б. В. Давыдов. — Казалось, что положение вполне и окончательно определилось: нам предстояло провести не менее девяти месяцев в условиях полной оторванности от внешнего мира; было трудно рассчитывать на возможность выхода из крепко схвативших нас ледяных объятий».

Как раз в тот день, когда на корабле были прекращены пары, мореплаватели совершенно неожиданно почувствовали отчетливую зыбь, которая постепенно становилась все сильнее и сильнее. Сомнений быть не могло: недалеко от мыса Шмидта должны были находиться большие пространства открытой воды. По расчетам Давыдова, угля имелось на корабле как раз столько, сколько надо было для перехода до бухты Провидения по чистой воде и при условии отсутствия встречного ветра. Начальник экспедиции решил рискнуть и попытаться вырваться из льдов. Спешно была собрана машина, и 27 сентября «Красный Октябрь» продолжал плавание по направлению к Берингову проливу. Через 12—15 миль ледокол преодолел ледяную перемычку и вышел на чистую воду. Он следовал затем вдоль северной кромки льдов, которые держались у самого берега, оставляя под берегом полосу чистой воды.

Запасы угля на корабле подходили между тем к концу, и в его топки стали бросать имевшиеся на судне бревна и доски. 30 сентября «Красный Октябрь» был у мыса Дежнева, но здесь, перед самым выходом в свободный океан, судно неожиданно встретило ледяную преграду. Чтобы пробиться через льды, в топки пошли пеньковые тросы, весь запас олифы, большая часть машинного масла и даже корпус моторного катера. Но льды не хотели выпустить корабль и потащили его обратно на северо-запад. «Положение судна было поистине критическое, — пишет Давыдов. — Временами казалось, что все потеряно, что нет ни сил, ни возможности избежать рокового конца».3 октября лед несколько развело, и корабль смог подойти к селению Уэлен. Здесь был разобран на топливо и перенесен на корабль корпус конфискованной в 1923 году американской шхуны, стоявшей в лагуне, и, кроме того, у чукчей был скуплен весь запас плавника. С этим жалким топливом «Красный Октябрь» продолжал плавание, держась по возможности ближе к берегу, где свободной воды было больше. «Никогда, кажется, не забыть этого рискованного перехода, — вспоминает Давыдов. — Тяжело движется корабль, прокладывая себе путь среди льда, отвоевывая с каждым шагом вперед свою свободу. Целые снопы искр вылетают из трубы, кружась в воздухе. Береговые обрывы порою так близки к кораблю, что кажется, еще немного — и мы заденем за них бортом».

Обогнув дежневский массив, «Красный Октябрь» в конце концов вырвался на чистую воду и стал на якорь против поста Дежнева. Здесь на берегу оказался небольшой запас угля, из которого на ледокол было погружена 25 тонн. 6 октября «Красный Октябрь» достиг бухты Провидения. К этому времени на корабле оставался только 21 пуд угля, которого могло бы хватить на 25 минут хода; пресной воды не было совершенно. Только теперь героическая команда корабля могла вздохнуть свободно: задание экспедиции было выполнено, льды остались позади. В бухте Провидения имелся уголь, и впереди лежал свободный путь по Тихому океану. 23 октября «Красный Октябрь» прибыл во Владивосток.

Летом 1924 года, вскоре после того, как советское правительство дало распоряжение об отправке экспедиции на остров Врангеля, попытка захватить этот остров была предпринята со стороны американцев. 18 июля из Нома вышла паровая шхуна «Herman», имевшая задачей поднять на острове Врангеля американский флаг и снять с этого острова американца Уэллса и его спутников. Это предприятие финансировалось аляскинским «оленьим королем» Карлом Ломеном. Вследствие неблагоприятных ледовых условий шхуне удалось дойти только до острова Геральд, где и был поднят американский флаг.

В то время, когда «Красный Октябрь» совершал свое героическое плавание к острову Врангеля, связанный с этим островом политический вопрос нашел и свое дипломатическое разрешение. На состоявшейся 6 августа 1924 года англо-советской конференции представитель великобританского правительства заявил, что Великобритания никаких претензий на остров не предъявляет.

15 апреля 1926 года Президиум ЦИК Союза ССР вынес постановление, точно фиксирующее границы советских полярных владений [* «Объявляются территорией Союза ССР все как открытые, так и могущие быть открытыми в дальнейшем земли и острова, не составляющие к моменту опубликования настоящего постановления признанной правительством Союза ССР территории каких-либо иностранных государств, расположенные в Северном Ледовитом океане, к северу от побережья Союза ССР до Северного полюса в пределах между меридианом 32°04'35" восточной долготы от Гринвича, проходящим по восточной стороне Вайдагубы через триангуляционный знак на мысу Кекурском, и меридианом 168°49'30" западной долготы от Гринвича, проходящим по середине пролива, разделяющего острова Ратманова и Крузенштерна из группы островов Диомида в Беринговом проливе» (Сборник законов Союза ССР за 1926 г., № 32, статья 203). Что касается островов Шпицбергенского архипелага, расположенных между 32 и 35° восточной долготы, то суверенитет Союза ССР на них не распространяется. (В. Л. Лахтия, Права на северные полярные пространства. Издание НКИД, Москва, 1928.)]. Этим в вопрос о политических правах на полярные острова, прилежащие к Евразии, была внесена полная ясность.

Уже через два года после водружения на острове Врангеля флага СССР советское правительство решило реализовать свои права на этот остров, основав там постоянное промысловое поселение и метеорологическую станцию. Промышленники-добровольцы были набраны в бухте Провидения и на мысе Чаплина на Чукотском полуострове. Всего на остров Врангеля отправилось девять семей эскимосов и чукчей (пятьдесят один-человек) и шесть европейцев во главе с начальником острова Г. А. Ушаковым.

1926 год был в районе острова Врангеля благоприятным в ледовом отношении, и пароход «Ставрополь», которым командовал капитан П. Г. Миловзоров, без труда достиг острова, где в бухте Роджерс и был основан поселок. На обратном пути во Владивосток «Ставрополь» подходил к острову Геральд, на юго-восточном мысу которого участники экспедиции подняли 17 августа советский флаг.

В первые годы своего существования поселок на острове Врангеля не имел радиостанции, и потому жители его были оторваны от мира. Только летом 1927 года их навестили два самолета, прилетевшие с Чукотского побережья под управлением летчиков Е. М. Кошелева и Э. М. Лухта. По плану смена зимовщиков и снабжение острова Врангеля должны были быть произведены в 1928 году. Однако в этом году «Ставрополь» не мог достигнуть острова из-за тяжелых льдов. Неблагоприятные ледовые условия в Чукотском море летом 1928 года были констатированы и шхуной Р. Бартлетта «Effi М. Morrissey», которой, как и «Ставрополю», не удалось дойти до острова Врангеля.

Так как в 1929 году запасы продовольствия на острове должны были иссякнуть, было решено послать достаточно активное судно, при помощи которого достижение острова Врангеля было бы гарантировано. Выбор пал на ледорез «Литке», командование которым было поручено известному дальневосточному капитану, неоднократно ходившему в Колыму, К. А. Дублицкому.

«Литке» покинул Владивосток 14 июля 1929 года и 5 августа вошел в Чукотское море. Остров Врангеля был в то лето окружен многолетним полярным льдом, через который ледорез долго не мог пробиться. С 8 по 23 августа судно было затерто во льдах к югу от острова Геральд: Только 29 августа, обогнув остров Геральд с севера, «Литке» удалось, наконец, достигнуть бухты Роджерс. Выгрузив здесь продовольствие, построив радиостанцию и сменив зимовщиков, «Литке» 5 сентября вышел в обратный путь и 7 октября прибыл во Владивосток. За этот поход, протекавший в исключительно тяжелых условиях, ледорез и его командир были награждены орденом Трудового Красного Знамени.

Новым начальником острова Врангеля в 1929 году был назначен А. И. Минеев. Все население острова состояло в то время из шестидесяти пяти человек. Хозяйство острова находилось в ведении Акционерного камчатского общества (АКО), которое намечало произвести смену зимовщиков острова в 1932 году.

В 1931 г. предполагалось послать судно с дополнительным топливом, свежим продовольствием и почтой. Выполнение этой операции было возложено на шхуну «Чукотка», которая предварительно должна была устроить на северном берегу Чукотского полуострова ряд факторий. Это задание осталось, однако, невыполненным, так как 30 июля «Чукотка» погибла во льдах Чукотского моря (в северной широте 68° и западной долготе 177°,5). Продовольствия на острове имелось достаточно, но зимовку осложняло присутствие душевнобольного повара Петрика, заболевшего уже на второй год пребывания на острове. За больным самоотверженно ухаживал метеоролог К. М. Званцев.

В 1932 году АКО направило на остров Врангеля, под командой К. А. Дублицкого, пароход «Совет» — судно, совершенно не приспособленное для плавания во льдах, к тому же находившееся в неудовлетворительном состоянии. Несмотря на героические попытки «Совета», пробраться через льды к острову Врангеля не удалось. На помощь зимовщикам пришел самолет экспедиции геолога С. В. Обручева, который в то время производил съемку Чукотского полуострова. 5 сентября этот самолет, пилотируемый летчиком Г. Страубе, перелетел с мыса Шмидта в бухту Роджерс, доставил врангелевцам медикаменты, патроны и немного продовольствия. В тот же день с мыса Шмидта прилетел небольшой самолет «Савойя» под управлением летчика Е. М. Кошелева с Г. Д. Красинским на борту. Жителей острова С. В. Обручев нашел в хорошем, бодром состоянии. Восемь зимовщиков были переброшены самолетом С. В. Обручева на пароход «Совет», стоявший в разреженных льдах недалеко от острова Геральд. Начальник острова Врангеля А. И. Минеев не счел себя вправе покинуть эскимосов и поселок и остался зимовать четвертый год. Вместе с ним на острове остались его жена В. Ф. Власова и два русских промышленника.

В 1933 году завезти на остров Врангеля новый состав зимовщиков, а также материалы для постройки новых зданий должен был пароход «Челюскин», совершавший в том году сквозное плавание из Мурманска во Владивосток. Тяжелое состояние льдов в Чукотском море не позволило, однако, «Челюскину» осуществить смену персонала станции. Связь с островом и на этот раз ограничилась посещением самолетов. В начале августа на остров Врангеля летал С. Леваневский на самолете «Н-8», а позже Ф. К. Куканов, который на самолете «Н-4» и выполнил глазную операцию по снабжению острова и смене личного состава. Куканов вывез с острова трех эскимосов и всех русских, за исключением А. И. Минеева и его жены, решивших остаться на пятую зимовку. Вместе с тем самолет Куканова доставил на остров радиста и бортмеханика для обслуживания радиостанции в бухте Роджерс, а также продовольствие.

После неудачных попыток подойти к острову Врангеля, предпринятых в 1931 («Чукотка»), 1932 («Совет») и 1933 («Челюскин») годах, операция по снабжению этого острова была в 1934 году поручена наиболее мощному советскому ледоколу «Красин». Имея на борту новых зимовщиков, рабочих, переселенцев-эскимосов, строительные материалы и предметы снабжения, «Красин» 17 августа вышел из бухты Провидения и 20 августа стал на якорь в бухте Роджерс. Во время стоянки здесь ледокола на берегу было выстроено несколько новых зданий. «Красин» снял с острова Врангеля А. И. Минеева и В. Ф. Власову, а также вывез продукты пятилетнего промысла — шкуры более двух тысяч песцов и шестисот медведей [* Часть шкур была вывезена еще в 1932 году самолетом С. В. Обручева].

Помимо этого жители острова добывали моржей, которые держатся у острова Врангеля во множестве, особенно у северного берега, где Г. А Ушаков, облетая в 1926 году остров с Кальвицем, видел десятки тысяч моржей.

Прежде чем выйти обратно в Тихий океан, «Красин» произвел обширные гидрологические работы в проливе Лонга, восточной части Восточносибирского моря и той части Чукотского моря, которая лежит к югу от линии мыс Шмидта — остров Врангеля — остров Геральд — мыс Ледяной (Аляска). Была осуществлена высадка на остров Геральд, причем часть острова была заснята маршрутной съемкой и обследована геологически. Экспедиция на «Красине», научными работами которой руководил Н. И. Евгенов, внесла очень ценный вклад в познание Чукотского моря и прилежащей части Восточносибирского моря.

В 1935 году с «Красина» также были произведены весьма существенные научные работы в Чукотском море (под руководством Г. Е. Ратманова), причем ледоколу удалось к северу от острова Врангеля достигнуть широты 73°30'. Здесь на глубине 100—120 метров были обнаружены воды с атлантическими элементами. Снова был посещен остров Геральд, на котором определили астрономический пункт, что позволило правильно положить остров на карту.

Существенно пополнили наши знания гидрологического режима южной части Чукотского моря также экспедиции Государственного гидрологического института на «Дальневосточнике» в 1932 году и на «Красноармейце» в 1933 году, которыми руководил Г. Е. Ратманов. Экспедицией 1932 года впервые были произведены обстоятельные наблюдения над течениями в Беринговом проливе. Исследования «Красноармейца» охватили район между мысом Сердце-Камень, островом Геральд и мысом Лисберн на Аляске.

В 1938 году гидрологические исследования в Чукотском море были выполнены гидрографическим судном «Охотск», а в 1939 году — ледокольным пароходом «Малыгин». В 1943—1944 годах экспедицией под начальством Ю. А. Бориндо были выполнены комплексные гидрографические работы по побережью от Берингова пролива до Колючинской губы.

В 1934 году в Чукотском море начался советский судовый промысел моржа (зверобойный бот «Нажим»). В том же (1934) году был совершен первый туристский рейс в Чукотское море (американским пароходам «Виктория»).

Первая метеорологическая станция на северном берегу Чукотского полуострова была основана в 1928 году в селении Уэлен, у Берингова пролива. В 1932 году станция появилась на мысе Шмидта. В 1934 году — после гибели «Челюскина» — число метеорологических станций на северном берегу Чукотского полуострова значительно увеличивается.

Кроме станций, расположенных на Чукотке, большое значение для обслуживания навигации имеют станции на острове Врангеля, на острове Четырехстолбовом (основана в 1933 году), на мысе Медвежьем, у устья Колымы (основана в 1935 году).


Литература:
  1. Берх В., Хронологическая история всех путешествий в северные полярные страны, СПб., 1821 и 1825.
  2. Давыдов Б., В тисках льда. Плавание канлодки «Красный Октябрь» на остров Врангеля, Л., 1925.
  3. Материалы по лоции острова Врангеля и острова Геральд, Л., 1937.
  4. Минеев А. И., Остров Врангеля, М., 1946.
  5. Обручев С, На самолете в восточной Арктике, Л., 1934.
  6. Отчеты Главного гидрографического управления Морского министерства за 1910 (СПб., 1911) и 1911 (СПб., 1912) годы.
  7. Путешествие в Северный Тихий океан по повелению короля Георгия III под начальством капитанов Кука, Клерка и Горна, СПб., 1805—1810.
  8. Путешествие в Южный океан и в Берингов пролив для отыскания Северо-восточного морского прохода, предпринятое в 1815, 1816, 1817 и 1818 годах на корабле «Рюрик» под начальством лейтенанта Коцебу.
  9. Путь на север. Плавание ледокола «Вайгач» и «Таймыр» (в 1911 году). Ни имя автора этой небольшой брошюры (К. фон Юргенсбург), ни год и место (Владивосток) издания не указаны.
  10. Рихтер 3., У белого пятна. Спасательная экспедиция ледореза «Литке» на остров Врангеля, М., 1931.
  11. Толмачев И. По Чукотскому побережью Ледовитого океана, СПб., 1911.
  12. Bartlett R., The last voyage of the «Karluk», Boston, 1916. (Имеется русский перевод: Бартлетт P., Последнее плавание «Карлука», Л., 1936).
  13. Cruise of the Revenue-steamer «Corwin» in Alaska and the NW Arctic ocean, Washington, 1883.
  14. «Petermann's Geographische Mitteilungen», 1855, 1868, 1869.
  15. Seemann В., Narrative of the voyage of H.M.S. «Herald» during the years 1845-51 under the command of captain Henry Kellett, London, 1853.

Пред.След.