"Сибиряков", ледокольный пароход (1908)

От ладьи и коча до атомохода.
Изображение
31 июля 2012 года исключен из Регистровой книги судов и готовится к утилизации атомный ледокол «Арктика».
Стоимость проекта уничтожения "Арктики" оценивается почти в два миллиарда рублей.
Мы выступаем с немыслимой для любого бюрократа идеей:
потратить эти деньги не на распиливание «Арктики», а на её сохранение в качестве музея.

Мы собираем подписи тех, кто знает «Арктику» и гордится ею.
Мы собираем голоса тех, кто не знает «Арктику», но хочет на ней побывать.
Мы собираем Ваши голоса:
http://arktika.polarpost.ru

Изображение Livejournal
Изображение Twitter
Изображение Facebook
Изображение группа "В контакте"
Изображение "Одноклассники"

"Сибиряков", ледокольный пароход (1908)

Сообщение [ Леспромхоз ] » 18 Сентябрь 2010 20:53

Под флагом «Сибирякова»

28 августа исполняется 100 лет со дня рождения капитана Анатолия Качаравы


Есть и еще один повод вспомнить легендарного капитана. 68 лет назад, 25 августа 1942 года, Анатолий Алексеевич стоял на мостике ледокольного парохода «А. Сибиряков», когда судно вступило в неравный бой с фашистским тяжелым крейсером «Адмирал Шеер».

Мужественно и искусно

…На фашистском рейдере палуба была полна зрителей: немцы вышли посмотреть, как будет сдаваться русское судно – игрушка по сравнению с «карманным линкором».

- Мы поставили дымовую завесу; когда наша артиллерия открыла огонь по фашисту, я сквозь клочья дыма увидел, что палуба крейсера опустела, - вспоминал Анатолий Алексеевич.

По мнению немецкого адмирала Фридриха Руге, тяжелый крейсер потопил «мужественно и искусно сопротивлявшийся большой ледокол».

Немецкий морской волк отдал должное нашим морякам. Но что значит «большой ледокол» в сопоставлении с крейсером? У «А. Сибирякова», 1909 года постройки, вскоре после 22 июня 1941 года вошедшего в ледокольный отряд Беломорской военной флотилии, - четыре пушчонки калибром 76 и 45 миллиметров. У «Шеера», современного корабля, специально построенного для дальнего рейдерства, - шесть 280-миллиметровых, восемь 150-миллиметровых и шесть 105-миллиметровых орудий, восемь торпедных аппаратов, два самолета.

Рейдер был направлен в Карское море для уничтожения караванов судов, кораблей эскорта и порта Диксон. «Шеер» свою задачу не выполнил. Наших судов, кроме «Сибирякова», он не нашел. А подойти неожиданно к Диксону ему не дали «сибиряковцы», которые шли к Северной Земле, чтобы открыть там новую зимовку. Для этого на борту парохода находились персонал новой полярной станции, плотники, а также ящики с оборудованием и аппаратурой и прочее.

С крейсера сигналили: спустить флаг и сообщить ледовую обстановку в проливе Вилькицкого, затем прекратить работу радиостанции, остановить машину и сдаться без боя. Гордый трудяга-пароход отказался это сделать. И вступил в бой с крейсером.

Немецкий сигнальщик перестал махать флажками, убравшись с опасного места. Впрочем, снаряды «Сибирякова» до «Шеера» не долетели. А крейсер дал залп, второй... Пароход вздрогнул от страшного удара. Корма резко осела вниз. Пароход стремительно терял и так-то небольшой ход. В кормовой части – пожар. Артиллерии на корме больше не существовало...

«Сибиряков» потерял связь с Диксоном. Но главстаршина Михаил Сараев вскарабкался по уцелевшей мачте и натянул антенну. Радист снова застучал ключом. Пароход оповестил Советскую Арктику о появлении «Шеера».

Беспримерный бой «Сибирякова» и последовавшая за ним героическая оборона Диксона сорвали немецкую операцию.


«Открой, Николай, кингстоны!»

Воспоминания Анатолия Качаравы помещены в книге «Корабли-герои» в разделе о советских военных кораблях «Флот ведет бой» (Москва, 1970). «Сибиряков» не вполне военный корабль, но составители книги отдали дань уважения его подвигу…

Вот отрывок из воспоминаний.

«Запылал пожар на носу парохода. Этот пострашнее того, что вспыхнул на корме. Стена бушующего пламени отрезала артиллеристов, которые вели непрерывный огонь из носовых орудий. Стали рваться бочки с бензином.

Страшной силы взрыв словно подбросил пароход. Чувствую: этот снаряд попал в самое сердце корабля – машинное отделение. (…) Связь порвана. Кричу в переговорную трубку:

- В машине!

- Заливает… Вода хлынула… - доносится голос Николая Бочурко. (Николай Бочурко – старший механик «Сибирякова». – С.Д.)

Вот и пришел момент, когда пароход стал неподвижной мишенью. Теперь конец. Это ясно.

- Открой, Николай, кингстоны! – кричу в переговорную трубку. – Всем выходить наверх!

В эту минуту что-то острое впивается мне в живот, с силой отталкивает руку…»

Качарава был тяжело ранен. Что происходило дальше, он узнал много позднее.

До боя на борту «Сибирякова» находилось около 100 человек. В плен попало 18. Отрезанный от других «сибиряковцев» стеной огня, в одиночку спасался кочегар Павел Вавилов. На острове Белуха он жил до морозов. Экипаж летчика Ивана Черевичного снял «робинзона» с острова, к которому подбирались белые медведи.

Закоренелый помор, боцман «Сибирякова» Андрей Тихонович Павловский рассказывал мне, что раненых принимали в шлюпку «крепкие мужики»:

- В первую очередь спустили капитана как тяжелораненого. Пока мы рассаживались, смотрим – перед нами катер немецкий. Мы условились не говорить, что с нами капитан. А как же иначе – так и должно было быть. Когда катер начал нас забирать, «Сибиряков» стал тонуть…

А вот что вспоминал парторг «Сибирякова» радист Михаил Федорович Сараев:

- На «Шеере», как потом выяснилось, я был почти сутки без сознания. Очнулся в одном помещении с Качаравой, который лежал весь забинтованный. «Сибиряковцы» называли его профессором-полярником… Издевательства и допросы начались в Норвегии, в Нарвике, на берегу. Меня там без наркоза резали, когда осколок вытаскивали… Затем были лагеря для военнопленных… После войны нас наградили орденами Красной Звезды, Качараву – орденом Красного Знамени.


Нет, не «Варяг»!

«Сибирякова» сравнивали с «Варягом».

«Честь, конечно, большая. Но правомерно ли, как говорится, по морской и военной линии сравнение парохода с четырьмя пушками с крейсером первого класса «Варяг», который был вооружен двенадцатью 152- и двенадцатью 75-миллиметровыми орудиями, шестью торпедными аппаратами и так далее? – задавался вопросом замечательный архангельский журналист и краевед Евгений Евгеньевич Салтыков. – «Варяг» у Чемульпо потопил японский миноносец, нанес тяжелые повреждения крейсерам «Осама», «Такачихо» и ряду других кораблей. А «Сибиряков», по сути, был безоружен против бронированного чудовища. Но он тоже не сдался врагу. Подвигу «Сибирякова» трудно найти аналогию в морской истории».

Точные слова нашел командующий Северным флотом 1940-1946 годов Арсений Григорьевич Головко: он сравнил действия «сибиряковцев» с подвигом Александра Матросова.


Помним… Помним ли?

После войны Анатолий Алексеевич Качарава некоторое время жил в Архангельске, в деревянном доме на улице Урицкого. Ходил в море капитаном ледокола «Леваневский». Права выезда в «загранку» не имел…

Затем капитан Качарава вернулся к южному солнцу, под которым родился и где учился в морском техникуме. В 1967-1979 годах возглавлял Грузинское морское пароходство. Умер в августе 1982 года в Батуми и похоронен у стен Батумского мореходного училища. В состав Грузинского пароходства вошел в свое время танкер «Капитан А. Качарава».

В 12 часов 56 минут 25 августа 1942 года радиоцентр Диксона принял первое сообщение Качаравы о встрече с крейсером. В 14 часов 5 минут, через час и девять минут, связь с пароходом оборвалась…

Но связь его с историей крепкая. Хотя почти всеми в Архангельске забыто предложение Евгения Салтыкова о создании у нас диорамы, посвященной бою «Сибирякова» с «Шеером». А знают ли сейчас на кораблях и судах о традиции, появившейся по приказу №103 командующего Северным флотом от 28 апреля 1965 года: проходя в районе острова Белуха, где погиб «А. Сибиряков», приспустить флаг и тем самым почтить память парохода-героя?

Специальный корреспондент Сергей ДОМОРОЩЕНОВ
Корабельная сторона
Номер от 26 августа 2010 г.

http://www.vdvsn.ru/papers/ks/2010/08/26/81664/
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Сибиряков", ледокольный пароход (1908)

Сообщение [ Леспромхоз ] » 30 Декабрь 2010 11:31

© "Заметки по еврейской истории" №12(115) Июль 2009 года
[book]
Михаил Пойзнер

В честь норвежского исследователя?...

... В дождливые или морозные дни, когда меня не выпускали на улицу или когда мама уходила на базар и закрывала нас «на ключ», я, ещё не умея толком читать, подобрав под себя ноги, забирался на подоконник и листал красивые толстые книги — энциклопедии, собрания сочинений, журналы, альбомы...
Как-то раз мне попался альбом «Героические корабли Российского и Советского военно-морского флота», который был, очевидно, подарен моим дядей — ветераном Северного флота, полковником ВВС ВМФ. Со страниц альбома смотрели красочные силуэты боевых кораблей, мелькали названия и бортовые номера, гюйсы и бескозырки, гордо развевающиеся флаги...
Так я наткнулся на ледокол «Сибиряков». На всю жизнь запомнился рисунок, изображающий неравный бой «Сибирякова» с фашистским кораблём. Поражали сами пропорции — огромный немецкий линкор и маленький «Сибиряков», оказавший ему сопротивление. Вздыбленные волны, жерла фашистских орудий, взрывы..., а горящий «Сибиряков» и его отважные моряки ведут огонь по врагу.
Это не могло не волновать.
Потом я много раз возвращался к этому альбому. Снова и снова читал и вчитывался, пытаясь вникнуть в суть того, что совершил «Сибиряков». Ради чего пошёл на самопожертвование, на верную гибель — практически без каких-либо шансов выжить.
С годами эта история обрастала новыми деталями и определёнными тонкостями, которые я смог понять лишь с возрастом, читая уже другие, «взрослые» книги.
Потом была военно-морская кафедра одесского Водного института, где с переменным успехом «подогревали» наш патриотизм на достойных примерах доблести и героизма. Как раз «Сибиряков», как никто другой, подходил для этой цели. Поэтому рассказов о тех событиях 1942 года в Карском море было предостаточно.
Ничего, однако, принципиально нового по сравнению с первым детским прочтением, я так и не узнал. И когда кто-то вдруг заговаривал о «Сибирякове», мне становилось откровенно скучно. Всё это я знал и повторял «про себя» и при других много-много раз. Даже мог выступать в чьём-то споре в качестве арбитра, так как помнил наизусть географию тех мест, цифры, калибры стволов, фамилии и, как мне казалось, малейшие обстоятельства того боя.
Но так только казалось...
Я помню гордые слова легендарного норвежца Фритьофа Нансена: «Плавать по морю необходимо, жить не так уж необходимо...»
Но сейчас речь о другом «норвежце»...


1. Притча на устах у всех…

Плавал в арктических водах ледокольный пароход «А. Сибиряков» [1]. Плавал себе и плавал...
В годы Великой Отечественной войны «А Сибиряков» был приписан к ледокольному отряду Беломорской военной флотилии. С 25 октября 1941 г. его командиром стал старший лейтенант А. А Качарава [2].
Согласно разработанному в 1942 г. немецким командованием плану «Вундерланд» («Страна чудес»), на трассу Северного морского пути предполагалось вывести тяжёлые крейсеры «Лютцов» и «Адмирал Шеер» при поддержке эсминцев, подводных лодок и авиации. Задача пиратского рейда заключалась в том, чтобы сорвать транспортные перевозки из Сибири. В середине августа 1942 г. операция «Вундерланд» вступила в решающую стадию — «Адмирал Шеер» с эскортом эсминцев и подводных лодок вышел на «караванную тропу» и затаился, поджидая добычу.

В это самое время в Диксоне готовили к отходу конвой из девяти транспортов и английского танкера с топливом, предназначенным для отряда военных судов, а от мыса Челюскин к западу следовал другой конвой, состоящий из тринадцати транспортов и двух ледоколов. Эти-то караваны и стали бы жертвами фашистского рейдера, если бы путь ему не преградил ледокол «Сибиряков».
«Сибиряков» в начале войны был усилен двумя 45-ти, двумя 76-миллиметровыми орудиями и двумя спаренными пулемётами. Вооружение это выглядело смехотворным по сравнению с вооружением «Шеера» — шесть 280 мм, восемь 150 мм и шесть 105 мм орудий (к тому же имеющем самые современные средства автоматического управления стрельбой). Да ещё броня 76-102 мм (!) и скорость 26 уз. (!).

25 августа 1942 г. «Сибиряков», следовавший из Диксона на Северную Землю с грузом для полярной станции, был замечен фашистским крейсером. «Шеер» поднял американский военно-морской флаг [3], развернулся к «Сибирякову» носом, чтобы трудно было его распознать. На «Сибирякове» задумались: откуда в этих широтах американцы? Тем не менее, капитан «Сибирякова» передал на Диксон донесение о встрече с иностранным судном.
Немцы затребовали сведения о ледовой обстановке в проливе Вилькицкого и местонахождении каравана советских судов. Не получив ответа, «Шеер» стал глушить радиоволну, на которой работал «Сибиряков». Потребовали прекратить работу судовой радиостанции.
На «Сибирякове» объявили боевую тревогу, Качарава попытался увести судно на мелководье, к острову Белуха. Немцы подняли фашистский флаг, дали предупредительный выстрел, затем последовали команды:
«Стоп машина!»
«Спустите флаг, сдавайтесь!» [4]
С «Сибирякова» тут же сообщили по рации на Диксон о фашистском крейсере, что, понятно, было чрезвычайно важно. Теперь нужно было, как можно дольше задержать врага, отвлечь его от выполнения главной задачи и тем самым спасти конвой.
«Сибиряков» открыл огонь из всех орудий.
На рейдере поначалу даже растерялись: кто же мог ожидать, что практически безоружный ледокольный пароход отважится напасть на линкор (!). Сибиряковцы успели дать три залпа, но снаряды лёгких орудий не могли причинить сколько-нибудь серьёзного ущерба «плавучей крепости». Развернувшись правым бортом, «Шеер» ударил из 11-дюймовых орудий, с расстояния 56 кабельтовых [5]. Четыре тяжёлых снаряда попали в ледокол, вскоре превратившийся в пылающий факел. Появились пробоины. Судно не тонуло лишь потому, что в трюмах находилось порядка 600 тонн леса. Одновременно «Шеер» перерезал пути отхода «Сибирякова» к острову Белуха...
В сложившейся обстановке капитан приказал старшему механику Н. Г. Бочурко в случае опасности открыть кингстоны и затопить судно. Оставшиеся неповреждёнными орудия вели огонь по врагу. Но силы были неравными.

Это была расправа, настоящая расправа...
Очередными залпами разворотило полубак, была уничтожена кормовая батарея, из строя вышел котёл. «Сибиряков» резко сбавил ход. Качарава приказал спустить шлюпки, но был тяжело ранен и потерял сознание. Старший механик Н. Г. Бочурко открыл кингстоны. «Сибиряков», накренясь на левый борт, стал тонуть.
Многие члены экипажа и пассажиры погибли уже в первые минуты боя.
Удалось спустить несколько шлюпок, заполненных ранеными и частью экипажа [6] Оставшиеся в живых 18 человек попали в фашистский плен.
Так героически погиб ледокол «Сибиряков».
Вот, пожалуй, и всё.
Радиостанция Диксона беспрестанно передавала:
«Всем! Всем! Всем!
Для сведения командиров кораблей, находящихся в Карском море. В районе побережья Харитона Лаптева появился крейсер противника!»

Теперь уже вся Арктика знала, что в Карском море немцы.
Теперь их уже везде ждали. Как-никак, рядом были советские подводные лодки, на восточных аэродромах сосредоточивалась авиация...

«Шеер», однако, успел наделать «делов» — открыл огонь по порту Диксон и находящимся там судам, но, получив неожиданный отпор (несколько прямых попаданий со сторожевика «Дежнёв» и береговой батареи, огонь с парохода «Революционер»), вынужден был покинуть Карское море [7].
А начиналось всё с «Сибирякова»...

То, о чём я рассказал выше, так или иначе, общеизвестно. Об этом писали даже в отрывных календарях... На подвиге «Сибирякова», метко прозванного «Арктическим "Варягом"», воспитывались целые поколения.
Тем не менее, это не вся правда...

Всё-таки одному человеку с «Сибирякова» удалось спастись. Кочегар П. И. Вавилов [8] сумел продержаться сначала на бревне, а затем на полузатопленной шлюпке добрался до острова Белуха, где прожил в полном одиночестве 34 [9] (!) дня. Он был замечен с парохода «Сакко» и снят (с огромными трудностями) известным полярным лётчиком, Героем Советского Союза И. И. Черевичным. Вавилов поначалу и рассказал в деталях о бое «Сибирякова» и о том, что происходило на самом судне. Правду...

Кто погиб, кто оказался в плену.
Свидетельствовал Вавилов.
Когда ранило капитана, и он потерял сознание, все команды отдавал комиссар судна З. А. Элимелах.

Это он приказал старшему механику Н. Г. Бочурко в случае опасности пленения открыть кингстоны и затопить судно [10].
Это он возглавил аварийную группу, от которой зависела каждая лишняя минута жизни «Сибирякова».
Это он приказал уничтожить судовые документы.
Это по его приказу радист А. Г. Шаршавин [11] послал в эфир последнюю радиограмму: «Помполит приказал покинуть судно. Горим, прощайте. 14 ч. 05 мин.» [12].

С «Шеера» спустили катер, чтобы захватить шлюпку с уцелевшей частью экипажа [13]. Люди мало кого интересовали — нужны были прежде всего сведения о ледовой обстановке в Карском море, шифры, коды…
Сошли все, даже вынесли капитана. Кочегар Н. И. Матвеев, который не хотел сдаваться, был тут же расстрелян.
Не сошёл лишь комиссар.
Он утонул вместе с судном в ледяной воде, на виду у всех, у флага...

А теперь всё по порядку.

В хронологической (может, не всегда логической) последовательности.
Газеты, журналы, книги, письма, архивные справки. Воспоминания очевидцев. Мнения специалистов. Взгляды так называемой общественности.

Только факты.

Откровенная ложь и чистая правда. Пробелы в памяти. Игра в молчанку с определенной целью. И путаница безо всяких целей…
За всем этим годы жизни.

2. С координатами 73°31' с.ш., 80°27' в.д…

Помню, как в Водном институте один из офицеров Военно-морской кафедры рассказывал о бое «Сибирякова». Рассказывал довольно скучно, показывая всем своим видом, что и сам слабо верит в эту «историю». Такое бывает только в кино…

И я много раз представлял себе картину того боя.
Много раз тонул вместе с «Сибиряковым»…

И каждый раз, пересказывая это другим, по коже пробегали «мурашки», когда подходил к финальному моменту: судно уходит под воду, на корме у флага, комиссар. Человек, презревший смерть…
Конечно, хотелось знать об З. А. Элимелахе как можно больше.
Я пересмотрел массу специальной литературы. Увы, в основном, это лжепатриотические штампы — тексты, аккуратно переписанные из одних книг в другие. Тексты, в которых «авторы» могли заменить разве что какие-то отдельные слова.
В некоторых книгах иногда встречалась фамилия комиссара, но не более того.

Не знаю, писал бы вообще я сегодня эти строки, если бы совершенно случайно мне не попался краткий справочник Б. Г. Масленникова по морской топонимике «Морская карта рассказывает», выпущенный Воениздатом в 1986 г.
Каким же было моё удивление, когда я здесь внезапно наткнулся на комиссара «Сибирякова»! Со стр. 241 на меня «смотрела» тусклая довоенная фотография с подписью: «З. А. Элимелах».

Текст гласил:
«Элимелаха, остров, Карское море, у острова Диксон. Назван по фамилии комиссара л/п «А. Сибиряков» Элимелаха Зелика Абрамовича».
Так я впервые узнал имя и отчество комиссара, поняв наконец-то, что кроется за таинственными инициалами З. А. Во всех книгах, которые я смотрел раньше, если и встречалась фамилия Элимелах, инициалы не расшифровывались…

Не в этом ли основная причина всеобщего забвения?!
Встречая в текстах фамилию Элимелаха, я особо не задумывался о его национальности. Скажу больше, у меня не было никаких сомнений. Служили же на Советском Военно-морском флоте обрусевшие (в каком-то поколении) немцы — все эти фон Трибуцы, Галлеры, Ралли. К тому же занимавшие солидные командные высоты. Со временем этот «фон», конечно, пропал. Чисто автоматически и Элимелаха можно было причислить туда же. Но теперь всё, кажется, становилось на свои места.

Согласитесь, не каждый день в честь простых смертных, да ещё в XX веке, называют острова! Тем более в честь еврея, тем более в СССР… Не скажу ничего нового — чтобы во время войны еврею получить, например, звезду Героя Советского Союза, нужно было совершить не геройский подвиг, а подвиг беспрецедентный…
Так уж сложилось.
Я обратился непосредственно к Б. Г. Масленникову [14] и вскоре получил ответ:
«… Специально «Сибиряковым» я не занимался. Меня интересовали только основные технические характеристики судна… Поэтому в полной мере я не смогу быть Вам полезен. О «Сибирякове» и его экипаже писалось очень много… Ещё раз благодарю Вас за внимание к моей книге.
Б. Масленников
25 марта 1987 г.»


«Писалось очень много…» — это, действительно, так. Но вот что и, главное, как говорилось о комиссаре «Сибирякова»?

Я не мог спокойно верить этому справочнику. Мало ли что пишут? В конце концов, могут быть и описки...

Весь мой предыдущий опыт «прочтения» и «написания» говорил скорее об этом, чем о другом.
Решил связаться с Диксоном, как бы услышать всё из первых уст. Красноярский край — свет тоже не близкий. Но куда писать? Мне подсказали, что можно на Диксон сперва позвонить по телефону. «Дёргался» я несколько месяцев, пока случайно не разговорился с бывшим выпускником всё того же Водного института, когда-то работавшим на Диксоне по распределению. Он-то и дал мне давнишний телефон… Диксонского райкома партии. Когда я усомнился в «свежести» телефонного номера, мой визави весело подмигнул: «Смотри! Номер они (!) могут с тобой «отбыть», скорее, чем поменять свой. Всё это надолго…»

Мне повезло, я дозвонился почти с первого раза (с учетом поправки на часовой пояс — разница с Москвой четыре часа). Трубку сняла женщина, какой-то очередной инструктор очередного орготдела райкома. После некоторого вступления, я спросил: «Так в честь кого там у вас назван остров? Кто этот Элимелах?!» Последовала небольшая пауза. Очевидно, порывшись в каких-то бумагах, инструктор довольно уверенно ответила: «Остров назван, по-видимому, в честь… норвежского исследователя (!!!) Арктики…»
Как говорится, хоть стой, хоть падай.
Действительно, кто сейчас о чём-то помнит?... А так легче, и, главное, привычней. В Арктике и Антарктике значительное количество географических названий скандинавского происхождения. Достаточно посмотреть на карту…

Забегая вперед, скажу, что после моего возмущенного письменного обращения в Диксонский райком КПСС, я всё-таки получил необходимые ориентиры и исчерпывающий ответ (письмо исх. №88 от 10.04.87 г.) за подписью секретаря райкома тов. М. Карпенко, которому я весьма признателен. Письмо заканчивалось словами благодарности:
«…Большое спасибо за работу, которую Вы проводите по военно-патриотическому воспитанию. Нам приятно, что события, которые стали частью истории нашего Диксона, волнуют жителей далекой Одессы…» Им даже показалось несколько странным, что кто-то там в Одессе (!) может заинтересоваться этим историческим «хламом».
Смутно подумалось, сколько же ещё таких сознательно созданных «на ровном месте» белых пятен — пятен безразличия и забвения?! Сколько ещё таких «норвежских» и других «исследователей» стоят в одной общей очереди… за справедливостью?
Живые и мертвые всё ещё продолжают занимать эту очередь…

…В ледяных водах Карского моря, к северо-востоку от Диксона, возвышается скалистый островок Элимелаха — маленький клочок российской земли. Его координаты 73°31' с.ш., 80°27' в.д. Неподалеку от острова Элимелаха находится другой островок Белуха, на самой вершине которого воздвигнута башня-памятник со светящимся навигационным знаком.
На мемориальной доске значится:«Башня установлена гидрографами Диксонской гидрографической базы в память ледокольного парохода «А. Сибиряков», погибшего 25 августа 1942 года в бою с немецко-фашистским линкором. Вечная слава героям!»
Много лет суда, проходящие у этих неприветливых каменистых берегов, приспускают флаги, и протяжные гудки оглашают безмолвие…
Это и в Вашу честь, Зелик Абрамович!

3. Вы нам писали…

Так всё-таки кто же такой Элимелах?!
Что о нём вообще известно?
Не писал я разве что только Господу Богу…
Итак…


● Музей Арктики и Антарктики Арктического и Антарктического НИИ г. Ленинград (письмо исх. №42-17 от 19.02.87 г.): «... Музей биографическими данными о комиссаре л/п «А. Сибиряков» Зелике Абрамовиче Элимелахе не располагает...»

● Журнал «Морской флот» (письмо исх. №238, 04.03.87 г.)
Эти добросовестно повторили подкинутую когда-то «сверху» «утку» — ложь, сколоченную, как «там» казалось, на долгие времена:
«... В ответ на Ваше письмо сообщаем, что первый помощник капитана ледокольного парохода «А. Сибиряков» Зелик Абрамович Элимелах, когда судно, охваченное огнём, стало тонуть, предложил морякам прыгать за борт и на обломках добраться до острова Белуха. Он первым прыгнул в ледяную воду, за ним последовало несколько моряков. Но через несколько минут они утонули, предпочтя смерть фашистскому плену... К сожалению, больше ничем помочь не можем».
Ответственный секретарь журнала М. И. Курносов, подписавший письмо, слово в слово, правда, без кавычек, повторил несколько провокационное «предположение», высказанное в книге Е. М. Сузюмова «Подвиг «А. Сибирякова» (Воениздат, М., 1964).

Оказывается, боем руководил не Элимелах, он уже после боя, как когда-то на партсобраниях, академически «предложил» (!) прыгать за борт, в ледяную воду (!), чтобы вплавь (!) добраться аж до острова Белуха (!) — это не много, не мало, всего 10 миль (!). Последствия такого действа не трудно предугадать... Мог ли к этому призывать опытный моряк, прослуживший много лет в Заполярье?
На кого это рассчитано?!
Действовали, очевидно, по принципу: если уже упомянуть Элимелаха, так только в таком контексте.
Далее тот же Курносов рекомендовал мне прочитать статью А. Качаравы «Арктический «Варяг» в журнале «Морской флот» № 5, 1970. Об этой «содержательной» статье чуть позже.

● Газета «Красная звезда» (письмо исх. №13/16401 от 16.03.87):
«К сожалению, мы не располагаем столь подробными сведениями, о которых Вы спрашиваете...»
И это Центральный орган Минобороны СССР!!!
Когда же я собрал эти сведения и направил в «Красную звезду», мне довольно жёстко ответили: «Получили Ваше письмо. Материал о комиссаре «А. Сибирякова» нас не заинтересовал...» (письмо исх. №13/73966 от 21.10.87 г.).
Как говорится, насильно мил не будешь...

● Музей морского флота СССР (письмо исх. №533, 02.09.87 г.)
«... К сожалению, в фондах музея, кроме фотографии З. А. Элимелаха и стармеха Н. Г. Бочурко за беседой в каюте 1942 г. и копии судовой роли л/п «А. Сибиряков» за 1942 г. с указанием фамилии помполита З. А. Элимелаха, больше ничего нет».
Увы! Забегая вперед, скажу, что ознакомившись с имеющейся в музее копией «Судовой роли л/к Сибиряков за 1942 год» (30.08.65 г., Архоблгосархив, ф. 2323, оп. 1, д. 24, л. 12 об), пришлось констатировать, что среди 43-х членов экипажа фамилия помполита З. А. Элимелаха не значится. Нет и других фамилий...
Как говорится, та судовая роль, да не та...

● Журнал «Военные знания» — Центральный журнал ДОСААФ СССР (письмо исх. №2163 от 09.10.87 г.):
«Предложенная Вами тема может, на наш взгляд, заинтересовать читателей журнала, однако оценить достоинства материала мы сможем лишь после его получения».
Но после получения моих материалов (по почте, с уведомлением) — молчок. До сих пор...

● Редакция газеты «Советский патриот» — орган ЦК ДОСААФ СССР (письмо исх. №8514-5 от 16.10.87 г.):
«На Ваше письмо отвечаем, что в редакцию поступает очень много материалов на героическую тематику. Для опубликования выбираем самые лучшие».
Понимай, как знаешь...
И это ответ на моё конкретное предложение, с конкретным текстовым материалом!
Были и такие «советские патриоты»...

● Журнал «Морской сборник» (письмо исх. №1226 от 22.10.87 г.):
«... О л/п «А. Сибиряков» наш журнал писал немало. Если у Вас действительно собран материал, который открывает новые страницы в судьбе корабля и членов его экипажа, то присылайте...»
Прислал.
Но, очевидно, для этого журнала «...новых страниц в судьбе корабля и членов его экипажа...» я не открыл. Получается, что, наверное, комиссар не является членом экипажа... И вообще, кого он теперь интересует? И тема довольно мелкая...


● Редакция газеты «Водный транспорт» (письмо исх. №5729-7 от 23.10.87 г.): «О возможности использования в газете предложенного Вами материала будет сообщено дополнительно».
Как говорится, жду до сегодняшнего дня...

● Из редакции журнала «Ветеран» — иллюстрированного приложения к газете «Труд» (письмо исх. №24320 от 25.08.88 г.) ответили в лучших традициях «советского» опыта: «Внимательно ознакомились с Вашим материалом. О «Сибирякове» написано немало... О комиссаре Элимелахе написано... без показа боевых и моральных качеств героя... Возвращаем вам материал...»
Подписавшийся именовал себя референтом отдела истории.
Подавай референту героизм! Подавай моральный облик! Иначе не попадёшь в его историю...

Одним словом, узнать что-то или публиковать материалы о комиссаре «Сибирякова», мягко говоря, не хотели.
«Не прошёл номер» и у Александра Яковлевича Кнопа, известного одесского журналиста, настойчиво пытавшегося по моим материалам опубликовать в московской газете «Неделя» статью «Кто вы, комиссар Элимелах?» Сначала тянули время, потом вовсе пропали…
И это только самая «лучшая» часть «содержательных» ответов на мой вопрос о комиссаре «Сибирякова»!
Очевидно, изначально предполагалось, что такое количество вранья должно перейти в качество.
Одним словом, приказано забыть…

4. Личное дело №28490: «Сведений о наградах… не установлено»

Откуда родом комиссар «Сибирякова»? Чем отмечен за совершенный подвиг?!
Я обратился в Гатчину, в Центральный Военно-морской архив.
Из архива в наглую ответили:
«Архив не имеет возможности заняться исследованием биографии Элимелаха З. А. для удовлетворения Вашего интереса».
«Не имеет возможности?»
Но я уже не мог остановиться.
Где-то в январе 1987 г. копию этого ответа направил тогдашнему начальнику Главного политуправления Советской Армии и Военно-морского флота… с сопроводительным письмом.
Без каких-либо вступлений я написал:
«Товарищ начальник!
Кто там у Вас сидит в архиве?
Как этот человек вообще понимает свою работу и военно-патриотическую, в частности?!
Вы, пожалуйста, ему объясните, а мне ответьте по существу…»
Через дней двенадцать из Центрального Военно-морского архива, за подписью того же начальника, пришел долгожданный ответ (письмо исх. №525/п от 03.02.87 г.). Привожу текст полностью:

«Центральный Военно-морской архив.
Архивная справка.
Политрук Элимелах Зелик Абрамович родился в 1911 году в г. Гомеле БССР. В 1933 г. окончил комвуз им. Свердлова в Москве. Военного образования не имеет.
В ноябре 1934 г. зачислен на службу в ВМФ. Проходил службу военкомом корабля ЛД-6 «Сибиряков» Беломорской военной флотилии. Погиб 25 августа 1942 года вместе с ледокольным пароходом «Сибиряков», который в Карском море при встрече с крейсером противника вступил в бой и, несмотря на героическое сопротивление, был потоплен.
Сведений о наградах Элимелаха З. А. в документах архива не установлено.
Сведения о родственниках: отец умер в 1939 году, мать в 1941 г., проживала у брата в Гомеле, после оккупации Гомеля ее судьба не известна. Жена — Мария Соломоновна Зайдербит — г. Акмолинск, Казахской ССР, сын — Альфред, рождения — январь 1940 г. (данные на 1941 г.)
Основание: карточка Ф.1. л/дело №28490.
Инв. №7464, л. 628
Начальник архивохранилища Макаров»


В этом официальном документе даже не указано название крейсера противника. А ведь сам по себе «Шеер» — это не такая уж маловажная деталь…
Вот такая архивная (!) справка.
... Самая обычная биография. Если не сказать типичная для людей того времени.
Жизнь в провинциальном городке, переезд в Москву или Ленинград, учеба, работа, неожиданная путевка комсомола на флот. Дело, которому ты служишь. Дело на всю жизнь...
Эти люди не прятались за чужие спины. Они вынесли на себе всё, что досталось целому поколению.
Частная расхожая фраза: «Он пережил войну...». К таким, как комиссар «Сибирякова», это не относилось. Они жизнью своей распоряжались так, чтобы другие пережили войну.
Бессмертно или посмертно боевые награды давали за боевые заслуги...
Как можно спокойно читать, что в Центральном (!) Военно-морском архиве… сведений о наградах Элимелаха З. А. в документах «не установлено»?!

После непродолжительных поисков я всё-таки разыскал соответствующие документы, датированные 1961 годом.

УКАЗ
Президиума Верховного Совета СССР
О награждении орденами СССР
членов экипажа Краснознаменного
ледокольного парохода «А. Сибиряков»

За мужество и стойкость, проявленные членами экипажа Краснознаменного ледокольного парохода «А. Сибиряков» в бою с фашистским крейсером «Адмирал Шеер» в период Великой Отечественной войны,
наградить:

Орденом Отечественной войны II степени
Бочурко Николая Григорьевича
Никифоренко Семёна Фёдоровича
Элимелаха Зелика Абрамовича

Орденом Красной звезды
Алексеева Ивана Алексеевича
Герегу Серафима Изосимовича
Копылова Ивана Федоровича
Павловского Андрея Тихоновича
Седунова Федора Васильевича

Председатель Президиума Верховного Совета СССР
Л. Брежнев
Секретарь Президиума Верховного Совета СССР
М. Георгадзе
Москва, Кремль, 29 апреля 1961 года.


Соответствует ли «статус» Ордена Отечественной войны II степени (!) совершенному подвигу — это уже дело другое. Сейчас можно только догадываться, чем руководствовались те, кто представлял сибиряковцев к именно такой награде. Тем более посмертно…
С кем сравнивали? Что брали за основу?
Как «измеряли» пролитую кровь…
И не слишком ли малая цена за срыв хорошо спланированной вражеской операции по дестабилизации работы Северного морского пути?
Так или иначе, но факт остаётся фактом — этим Указом, со всеми вместе, капитан «Сибирякова» награжден не был…
По крайней мере, мне другой Указ не известен.

5. Игра в молчанку...

Интересное это дело — издание книг, откуда люди, собственно, и черпают информацию по интересующим вопросам.
В этом смысле наших «ребят» не нужно было учить, как сделать так, чтобы эти, интересующиеся, приняли черное за белое или вообще как надо говорить-говорить, но так ничего и не сказать…
А как, например, жонглировали тиражами изданий?
Правду могли печатать в книгах, выпускаемых минимальнейшими тиражами, в то время как «то, что должны были принять за правду» — тиражами немереными, иногда сотнями тысяч… Понятно, что не каждый мог заглянуть в «малотиражную» книгу. Она попросту не могла попасть, как любили говорить, к широкому читателю. Тем не менее, если надо, всегда можно было даже упрекнуть «правдоискателя», ссылаясь на эту же «малотиражную» книгу — мол, читайте — всё написано…
Приёмы известные.
Примерно тоже происходило и с «Сибиряковым». Всё-таки мне удалось отыскать «нужные» и «ненужные» книги…
Что же писали о «Сибирякове» и его комиссаре?
Вот только то, что попалось на глаза.
● Статья самого Качаравы «Арктический «Варяг» (журнал «Морской флот» №5, 1970). Статья к 25-летию Победы.
Расписано всё подробно и по порядку... В общем перечислении упомянут З. А. Элимелах (фамилия его указана сразу с двумя ошибками). Цитата: «... Комиссар Элимейлах и боцман Павловский старались принять все меры для спасения оставшихся в живых людей...
... Лишь одну полуразбитую шлюпку удалось кое-как спустить на воду. В неё-то и поместили моё почти бездыханное тело... Эта шлюпка спасла жизнь восемнадцати сибиряковцам...»

Всё. Что дальше произошло с комиссаром — ни слова...

● В книге «Корабли-герои» (изд-во ДОСААФ СССР, М., 1976) — статья А. Качаравы «Незабываемое». Здесь снова повторение: «... Комиссар и боцман Павловский старались принять все меры для спасения людей...». Опять упоминание об одной сильно повреждённой шлюпке, которая «...спасла жизнь шестнадцати сибиряковцев...»
В отличие от боцмана, даже не называя компрометирующей фамилии комиссара.
В 1976 г. уже сбились со счёта, теперь в шлюпке оказалось не 18 (как указывалось в 1970 г.), а 16 человек. И оценка весьма скромная — опять «старались принять меры». Предприняли или нет — неизвестно. Ну, хоть что-то...

● Из воспоминаний А. Качаравы (газета «Правда», 30.09.80 г., статья В. Мерцалова «Капитан»): «... Тогда, в бою, меня ранило в руку и живот, я потерял сознание... На мостике решили, что убит, и дали команду открыть кингстоны. Судно утонуло с поднятым флагом. Уцелевшие пересели в шлюпку...».
Тут уже сам Качарава согласился, что приказания открыть кингстоны он не давал…
Просто удивительно, насколько лихо всё прикрыто общими фразами: «Решили...», «Дали команду...». Кто решил? Кто дал?! Что, все сразу?! На судне, тем более военном, все команды даёт только один человек...
О комиссаре «Сибирякова» ни слова...

● Журнал «Морской флот» №5, 1985 — статья Г. Нулина «Бой у острова Белуха». Опять юбилейная, к 40-летию Победы. Статья «снабжена» красочной картинкой известного художника Е. Войшвилло «Бой "Сибирякова"».
Цитата: «... «А. Сибиряков» превратился в пылающий факел... Капитан приказал открыть кингстоны... Удалось спустить одну, чудом уцелевшую, шлюпку. В ней разместились 19 оставшихся в живых моряков вместе с тяжело раненым капитаном...»
В 1980 г. приказ открыть кингстоны уже давал...капитан Качарава, а в шлюпке было уже девятнадцать человек.
О комиссаре «Сибирякова» ни слова...

● А вот и одесская пресса.
Статья знаменитого механика-наставника Черноморского морского пароходства Анатолия Зильберштейна «Арктический «Варяг» (газета «Вечерняя Одесса», 09.06.84 г.)
И опять то же самое...
«... Верные морскому закону — "Погибаю, но не сдаюсь" — моряки этого небольшого транспортного судна решили навязать фашистскому линкору встречный бой... Вскоре эфир принёс короткую радиограмму: "Горим, прощайте..."».
Опять всё обезличено. Опять... «моряки (?!) решили навязать бой...» Опять — «эфир принёс радиограмму...». Кто это, «моряки»? Кто это, «эфир»?! Опять — «...восемнадцать членов экипажа... высадившиеся на единственную уцелевшую спасательную шлюпку были сразу же захвачены в плен».
О том, что в этой шлюпке оказался сам капитан судна, упоминания нет.
О комиссаре «Сибирякова» ни слова…

Это только газеты и журналы. А что книги? Мало- и многотиражные книги?!
Немного высказываний из них...

● Головко А. Г. Вместе с флотом. М., Воениздат, 1960.
Адмирал Головко — командующий Северным флотом в годы войны.
Событиям на «Сибирякове» посвящена глава восьмая «Шеер» получает отпор». Целая глава!!! Одна из семнадцати!
О комиссаре «Сибирякова» ни слова...
И так в двух переизданных книгах воспоминаний — 1979 и 1984 гг.
Такое впечатление, что мысли адмирала «причесаны» беспощадной... государственной рукой.
Хотя каждое последующее переиздание снабжено припиской «исправлено и дополнено», места для Элимелаха не нашлось...

● Белов М. И. Провал операции «Вундерланд». (М., «Морской транспорт», 1962).
«... Ещё до начала боя капитан вызвал на мостик старшего механика Бочурко и отдал приказание: в том случае, если он или Элимелах погибнут и возникнет угроза пленения корабля, открыть кингстоны и потопить судно».
И такой был вариант...
«Если он или Элимелах...». Хоть так. Хоть так, через двадцать лет, М. И. Белов решил «подстраховать» капитана...

● Эдлинский С. Ф. Северный транспортный флот в Великой Отечественной войне Советского Союза 1941-1945 гг. Изд-во «Морской транспорт», М., 1983.
«... Огонь быстро охватил судно. Капитан А. А. Качарава, тяжело раненный, упал на мостике. Многие из экипажа были к этому времени убиты и ранены, в том числе командир артиллерийского подразделения С. Ф. Никифоренко и первый помощник капитана З. А. Элиммелах. Пароход стал погружаться в воду. в 14 час. 05 мин. радист передал в эфир последнее прощание».
Фамилия помполита, хотя и с ошибкой, но всё-таки упомянута. Правда, из текста не понятно, что он там вообще делал? Убит в бою или ранен?! Главное, однако, автор книги досрочно вывел З. А. Элимелаха из строя. Опущено также и то, что это последнее сообщение передано в эфир по приказу помполита. Это принципиально важно! Но к чему такие подробности?...

● Кузнецов Н. Г. На флотах боевая тревога. М., Воениздат, 1971.
«Сибиряков» стал отстреливаться... Однако получил несколько попаданий тяжёлых снарядов, загорелся и начал тонуть.
Восемнадцать человек из числа команды «Сибирякова», находившиеся в спасательной шлюпке, в том числе тяжело раненый капитан А. А. Качарава, были захвачены фашистскими пиратами... Только одному...кочегару П. И. Вавилову удалось на полузатопленной шлюпке добраться до острова Белуха...
Остальные члены экипажа «Сибирякова» погибли»
.
Жёсткое повествование. Хронологическая точность.
Бывший главнокомандующий ВМФ СССР даже не выделил комиссара среди «остальных членов экипажа...»
Кто-кто, а Николай Герасимович хорошо знал, кто и что делал на «Сибирякове».
Только не понятно, это взгляды самого Кузнецова либо рука цензора, занесенная над текстом его воспоминаний...
О комиссаре «Сибирякова» ни слова…

● Козлов И. А., Шломин В. С. Краснознаменный Северный флот. М., Воениздат, 1983.
«... Капитан «А. Сибирякова» старший лейтенант А. А. Качарава отказался выполнять требования гитлеровцев.
... Неравный бой экипажа «А. Сибирякова» с фашистским тяжёлым крейсером продолжался около получаса. Под мощным артобстрелом погибла большая часть экипажа... Сибиряковцы до конца выполнили свой долг перед Родиной»
.
В лучших традициях прошлых времён, авторы завершили своё повествование на высокой ноте... Ничего конкретного. А это ведь обобщающий труд о Северном флоте!
О комиссаре «Сибирякова» ни слова...

● Шинкарёв Н. А. Североморский вариант. Издательство «Эльбрус». Нальчик, 1983 («Повесть об адмирале Головко»):
«Огонь! — воскликнул Качарава.
... В ответ заговорила дальнобойная артиллерия немецкого корабля... Было ранено много пассажиров, в том числе женщин. Связь с пароходом прервалась...
— Немедленно выслать в район боя самолёт! — приказал Головко.
Никаких следов... По всей вероятности, этот старый грузовой пароход, ветеран Арктики, был потоплен...»
.
Всё смазано... Диалог только с главным героем — капитаном парохода. Как в детективном кинофильме. Ждем «раскрутки» сюжета... «Заговорила дальнобойная артиллерия...», но так и не заговорила совесть.
О комиссаре «Сибирякова» ни слова...

● Морской транспорт СССР. Под общей редакцией министра морского флота СССР Т. Б. Гуженко. М., Транспорт, 1984.
«... Силы были слишком неравны.
Охваченный пламенем, ледокольный пароход продолжал героически сражаться... пока не вышло из строя последнее орудие. «А Сибиряков» затонул.
В бою погибла большая часть экипажа... 18 моряков высадились на единственную уцелевшую шлюпку, но их захватил катер, спущенный с немецкого крейсера...»

Даже этот фолиант, изданный к 60-летию морского флота СССР, отделался констатацией факта, обойдя стороной саму суть. Как говорится, не переходя на личности... Всё остальное — «за кадром».
О комиссаре «Сибирякова» ни слова...

● Великая Отечественная война 1941-1945. Энциклопедия. Издательство «Советская энциклопедия», М., 1985.
«...25 августа 1942 «Сибиряков» (командир — старший лейтенант А. А. Качарава), находясь в Карском море у о. Белуха, встретился с немецким тяжёлым крейсером «Адмирал Шеер», героически вступил с ним в неравный бой и погиб. «Сибиряков» успел предупредить по радио на о. Диксон о приближении крейсера и тем самым лишил внезапности нападение «Адмирала Шеера» на защитников Диксона...»
А о том, что потом был плен, говорить как-то не пристало. Тем более в энциклопедии, изданной к 40-летию Победы.
О комиссаре «А. Сибирякова» ни слова...

● Щипко Л. М. Защитники Карского моря [15]. Красноярское издательство, 1985.
«... Вспыхнул пожар... Но пароход не сдавался...
Раненый, истекающий кровью, капитан Качарава приказал затопить пароход, дальнейшая борьба не имела смысла. Старший механик Н. Г. Бочурко и замполит З. А. Элимелах сразу бросились вниз, чтобы открыть кингстоны... Они выполнили задания капитана, но сами на поверхность уже не поднялись...»

Теперь ложь о наиболее драматических моментах боя «Сибирякова» уже начали повторять в книгах, изданных в Красноярске, т.е. непосредственно на месте событий.
«Истекающий кровью, капитан приказал», а «старший механик и замполит... сразу бросились... открыть кингстоны...»
Хорошо, что хоть «сразу»...
О пленённом капитане, понятно, говорить нельзя.

● Морской энциклопедический словарь. Том 2. Судостроение, Ленинград, 1987.
«... В августе 1942 г. в Карском море «Сибиряков» вступил в неравный бой с фашистским тяжёлым крейсером «Адмирал Шеер». Команда «Сибирякова» оказала героическое сопротивление, но была вынуждена затопить корабль, чтобы он не достался врагу...».
Снова общие фразы — снова «команда оказала сопротивление...», команда «вынуждена затопить корабль...». Полная обезличка.
О комиссаре «Сибирякова» ни слова…

● Папанин И. Д. Лёд и пламень. Политиздат, М., 1988.
«... Неравный бой продолжался недолго. В этом сражении наши моряки и полярники проявили необычное мужество и чудеса храбрости. Они знали, что идут на верную смерть, но не дрогнули...
... Гитлеровцы в упор расстреливали беззащитное судно. Команда и пассажиры принимали поистине героические меры, чтобы погасить пожар, сохранить плавучесть корабля и его ход. На верхнем мостике около капитана почти все были ранены или убиты. Вскоре упал и Качарава, тяжело раненный.
До гибели «Сибирякова» были считанные минуты, когда оставшиеся в живых 18 моряков, взяв своего лежащего без сознания капитана, спустились в шлюпку,...но были схвачены подошедшим с рейда катером.
... Сибиряковцы не спустили советского флага. Их корабль, растерзанный тяжёлыми снарядами, упал в морскую пучину с реющим флагом...»


И это пишет сам Иван Дмитриевич Папанин, начальник Главсевморпути (!), в годы войны уполномоченный Государственного Комитета Обороны!...
Сколько пустых и напыщенных «героических» фраз!

Чего только стоит «гитлеровцы в упор расстреливали беззащитное судно»? Стрелял-то «Шеер» с расстояния 56 кабельтовых. А это не много немало километров... десять! И если уже расстреливал в упор, зачем же тогда немцам понадобилось ещё посылать «с рейда катер» для захвата оставшихся в живых сибиряковцев?! Общие восклицания типа «сибиряковцы не спустили флага...» просто обескураживают. Как это себе представлял И. Д. Папанин?
О комиссаре «Сибирякова» ни слова...
Очевидно, он сразу же причислен к тем, кто «на верхнем мостике около капитана... были ранены или убиты». Чем не выход из положения?
А ведь «ушёл в морскую пучину с реющим флагом» именно комиссар «Сибирякова» Зелик Абрамович Элимелах, для которого у бывшего начальника Главсевморпути и дважды Героя Советского Союза не хватило слов... Такая, с позволения сказать, «историческая правда» от компетентного человека тиражировалась по 100 тысяч экземпляров (!) и не единожды. Текст этот пережил как минимум четыре (!) издания.
Сколько же поколений черпали знания о «Сибирякове» из этой «мутной воды», из этого гладкого, идеологически выверенного, героического повествования?!

● Морской биографический словарь. Под редакцией адмирала И. В. Касатонова. С.-Петербург, LOGOS, 1995.
«... Качарава А. А. — капитан ледокольного парохода «А. Сибиряков» с 1941 года.
25 августа 1942 г. в Карском море вступил в неравный бой с тяжёлым немецким крейсером «Адмирал Шеер». Убедившись в безвыходности положения, приказал затопить судно...»

Всё гладко... «Вступил в бой», «приказал затопить судно»...
Фашистского плена не было. Зачем, чтобы кто-то задумался?
О комиссаре «Сибирякова» ни слова...

● Аккуратов В. Лед и пепел. Современник, М., 1984.
«...25 августа в Карском море он ("Сибиряков" — прим. М. П.) встретил большой военный корабль под флагом Великобритании. Капитан парохода Качарава, зная, что в Арктике нет военных британских кораблей, объявил боевую тревогу...
...первым же залпом 280-миллиметровых башенных орудий он ("А. Шеер" — прим. М. П.) зажигает судно. Объятый пламенем "Сибиряков" начинает ответный огонь. Убит комиссар Земек Абрамович Элимелах, тяжело ранен капитан Анатолий Алексеевич Качарава. В живых из ста человек остается не более тридцати... Сплошной огонь заставляет оставшуюся команду перейти в шлюпки, фашисты расстреливают моряков из пулеметов. Боцман Николай Григорьевич Бочурко сквозь огонь проникает в трюм и открывает кингстон, чтобы врагу не попали в руки секретные коды. Судно, объятое пламенем, тонет, вместе с ним погибает и боцман. К уцелевшей шлюпке подходит катер. Сопротивляющихся фашисты добивают, а раненых забирают в плен, в надежде узнать коды ледовой разведки»
.
И далее:
«Героически вели себя сибиряковцы и на борту крейсера, и позднее, в гитлеровских концлагерях; фашисты так и не узнали, что среди пленных были капитан и парторг корабля. Указом Президиума Верховного Совета СССР группа оставшихся в живых сибиряковцев за мужество и стойкость, проявленные в бою с фашистским крейсером, была награждена боевыми орденами, в том числе капитан Анатолий Алексеевич Качарава — орденом Красного Знамени. Но это произойдет 29 апреля 1961 года...»
Здесь уже превзошли всех... Вообще, ни в каких источниках, никогда я не встречал, что на «Шеере» поднимали флаг Великобритании.
Дальше — больше.
В. Аккуратов сразу же «вывел» комиссара из игры, к тому же обозвав его другим именем. Мол, Элимелах убит и не о ком говорить... А вот боцман, безо всякого приказа, «проникает (!) в трюм и открывает кингстон (!)» (восклицательные знаки поставлены мной). Во-первых, чтобы затопить судно, недостаточно открыть один кингстон. Приказ открыть кингстоны, как, впрочем, уничтожить секретные коды, шифры и др. судовые документы отдавал комиссар.
И в упомянутом Указе от 29 апреля 1961 г. фамилия капитана «Сибирякова» не значится...

● Доценко В. Д. Мифы и легенды российского флота. Изд-во «Полигон». С.-Петербург, 2002.
«..."Адмиралом Шеером" потоплен ледокольный пароход "Александр Сибиряков". Неравный бой продолжался с 13 часов 47 минут до 14 часов 5 минут, захвачены 18 человек экипажа. Капитан парохода "Александр Сибиряков" старший лейтенант А. А. Качарава сообщил на Диксон о встрече с немецким кораблём».
Среди захваченных в плен капитана нет... О капитане говорится отдельно, как о всё-таки отправившем сообщение о немцах на Диксон.
О комиссаре «Сибирякова» ни слова...

● Доценко В. Д., Гетманец Г. М. Флот в Великой Отечественной войне. М., Изд-во Эксмо, 2005.
«... Командир «Александра Сибирякова» старший лейтенант А. А. Качарава опознал крейсер и открытым текстом передал радиограмму на Диксон о встрече с немецким крейсером. Неравный бой длился около 20 минут. После гибели «Александра Сибирякова» немцы предприняли попытку пройти в пролив Вилькицкого..., но из-за тяжёлой ледовой обстановки от этого плана отказались и направились к порту Диксон... 29 августа "Адмирал Шеер" покинул район и 30 августа прибыл в Нарвик».
Это уже одна из последних капитальных российских книг о войне на море — книга последняя, а песня старая.
О комиссаре «Сибирякова» ни слова...

● Известный швейцарский военно-морской историк Юрг Майстер в своей книге «Восточный фронт — война на море 1941-1945 гг.», Изд-во Эксмо, М., 2005 пишет:
«... Всего было произведено шесть залпов из 280 мм орудий... В советский ледокол попало, видимо, четыре снаряда, и он после некоторого маневрирования потерял ход. «Адмирал Шеер» в 12.45 прекратил огонь и приблизился к нему приблизительно на 4000 м, а "Сибиряков" продолжал стрелять, охваченный пламенем, но не добился попаданий... В 13.15 русское судно затонуло на ровном киле, "Адмирал Шеер" спустил шлюпку, которая спасла 24 человека, среди которых были инженер и метеоролог. Другие русские побоялись сесть в шлюпку».
Снова путаница. Может быть иностранцам это и позволительно.

О комиссаре «Сибирякова» ни слова...
И общий вывод:

«... Советское военно-морское командование после потопления "Сибирякова" и обстрела Диксона оставалось пассивным и не приняло энергичных мер, чтобы задержать немецкий военный корабль [6] на обратном пути с помощью союзнических ВМС в районе севера России или около Исландии».

Есть и такая точка зрения.
Скажу больше — есть все основания её разделять…

6. «Я в плен сдаваться не буду…»

По имеющимся у меня данным, к апрелю 1987 г. в живых осталось всего три участника боя «Сибирякова»: боцман — Андрей Тихонович Павловский, старшина (он же парторг) — Михаил Федорович Сараев, пулеметчик — Иван Григорьевич Тарбаев.
Найти их координаты было не так просто. Я искал сибиряковцев по всей стране [17].
А. Т. Павловский ответил практически сразу.
Приведу выдержки из личных писем ко мне [18]:

Михаил Борисович
Хотя с опозданием. Отвечает вам Андрей П. Вы спрашиваете о комиссаре Зелике Абрам. Так вот я его знал с 1940 года. Мы с ним ездили в Москву получать награды. Я тогда получил орден трудового красного знамени, а он медаль за трудовую доблесть. Вручил нам Михаил Ив. Калинин.
С этого времени и до конца гибели Сибирякова я был с ним вместе. Он был человеком хорошим и уважительным и когда шел бой так я его не видел. Потому что мы находились каждый на своем посту по расписанию аварии. Так что мне его не как не удалось увидеть. Я считаю что Зелик Абр. Все сделал для родины что мог
С уважением
Павловский
15.VI-87 г.


И. Г. Тарбаев поначалу долго не отвечал. В повторном письме я попытался возмутиться: «Как же так?! Какие же Вы герои? Когда сегодня забыли Вашего боевого товарища, Вы боитесь напомнить о нем…»
Я, однако, поспешил.
Оказалось, что И. Г. Тарбаев серьезно болел… По его поручению, под диктовку, ответил земляк и однофамилец В. С. Тарбаев:

Здравствуйте уважаемый Михаил Борисович!
Отвечаю на Ваше письмо от 14.IV.87.
Да, я действительно хорошо знал нашего комиссара Зелика Абрамовича.
Хорошо помню то, как он в последний момент боя, когда судно шло ко дну, отступать было уже некуда… крикнул: «Я в плен сдаваться не буду». Что произошло далее я не знаю.
Комиссар знал свое дело. Был требовательным и справедливым к своим подчиненным, за что мы его глубоко уважали. После войны, когда мы собирались, ветераны, вместе, то всегда вспоминали о нем.
Больше ничего сказать не могу.
До свидания. С уважением Тарбаев
2.06.87.


Опять же по состоянию здоровья М. Ф. Сараев так и не смог ответить на несколько моих писем. Однако, известно его высказывание о комиссаре «Сибирякова»:
«Зелик Абрамович был смелым, волевым человеком. Во время боя он вдохновлял сибиряковцев своим личным примером, подбадривал и вселял уверенность в победе.
Последний раз видел я, когда лежал тяжело раненный. Рядом находился раненый капитан. Элимелах давал распоряжения…»
[19]
Всё-таки распоряжения и команды давал комиссар…
Эти воспоминания непосредственных участников боя во сто крат дороже любых, «обоснованных» выводов сегодняшних «трактователей» подвига «Сибирякова», которые заранее знают, как нужно, чтобы было…

А теперь о «ненужных» книгах, в которых всё-таки пытались писать правду о гибели «Сибирякова» и его комиссаре. Хотя правду, иногда с некоторыми оговорками. Таковы установленные правила игры...
Ну, что ж? Спасибо и на том…
Вот отдельные высказывания:

«На корме у флага стояли комиссар Эллимелах [20] и несколько его товарищей, не пожелавших покинуть тонущий корабль...» [21]. Вот это правда!
Однако, думаю, что этих «несколько его товарищей» добавили чисто «политически», чтобы и здесь хоть как-то затушевать подвиг комиссара. Раз уж пришлось назвать его фамилию, так, мол, он был не один... Из опыта общения с некоторыми «историками» знаю, что, если бы это было именно так, то фамилии их были бы немедленно названы. Непременно названы, даже ошибочно. Однако, в данном случае у флага, кроме Элимелаха, действительно, никого не было.

Ещё одно подтверждение, как говорится, непосредственно с места событий:
«... Вместе с пароходом погибла и часть моряков «Сибирякова», в том числе комиссар З. Элимелах. Комиссар отказался покинуть мостик гибнущего судна и ушел на дно моря вместе с пароходом, а раненого А. Качараву моряки подобрали уже в воде, и он попал в плен вместе со своим экипажем. В плену никто не выдал врагам капитана, который под вымышленной фамилией прошел весь тяжелый путь узника...» [22]

А вот что записано о комиссаре «Сибирякова» со слов оставшихся в живых членов экипажа:
«... Командование на «А. Сибирякове» принял капитан 3 ранга Элимелах как старший по званию. Во время боя он вёл себя подлинным героем. Элимелах появлялся в самых опасных местах, умело распоряжался борьбой с огнём, помогал выносить из пламени раненых, оттаскивал снаряды. Фуражки на Зелике Абрамовиче не было. Ватник во многих местах прогорел и дымился. Из широкой раны на голове медленно стекала по щеке кровь, но он не замечал ни раны, ни боли...» [23]
Комментарии излишни…
Всех заставить молчать невозможно.

Интересен также текст, приведенный в книге «Боевой путь Советского Военно-морского флота» (Воениздат, М., 1974).
Цитата:
«…сделав предупредительный выстрел, с крейсера передали сигнал: «Спустить флаг!» Тогда Качарава передал приказ артиллеристу младшему лейтенанту С. Ф. Никифоренко открыть огонь. Комиссар ледокола З. А. Элимелах приказал старшему механику Н. Г. Бочурко в случае опасности пленения открыть кингстоны и затопить судно».
Далее следует стыдливая сноска, хоть как-то обеляющая капитана в создавшейся ситуации. Дословно: «Е. М. Сузюмов [24] в книге «Подвиг "А. Сибирякова" указывает, что команду открыть кингстоны дал капитан Качарава. Однако это не исключает предварительного распоряжения комиссара[/up (подчеркнуто мной).
Сноска эта, очевидно, внесена цензором при подготовке книги к печати. Зачем нужно было давать какие-то [u]предварительные
распоряжения? Тем более распоряжения такого кардинального характера?!!
Просто по-другому, видно, нельзя было. Оставшиеся в живых свидетельствовали, что распоряжение давал только комиссар. Без этой сноски рушилась вся «стройная картина» гибели «Сибирякова», выстраиваемая десятилетиями.
«Спасали» ситуацию таким способом...

События вокруг «Сибирякова» не могли обойти внимания самого Сталина.
Наверное, не надо говорить, как могли отнестись к капитану погибшего судна, оказавшемуся в плену. Тем более, грузину...

Как он попал в плен, думаю, это уже мало кого интересовало. Увы, капитан судна — это такая значимая фигура, такое служебное и общественное положение. Как говорится, ему много дано, с него много и спрашивается.
В данном случае верили спасшемуся Вавилову. Оказавшись на необитаемом острове, он растерялся и позднее так описывал своё состояние: «Где же выход? И тут я вспомнил нашего помполита Элимелаха. Твёрдый и душевный был человек. Такой никогда не упал бы духом, не опустил бы рук в беде. Глубокая у него была вера в нашу победу, в торжество правого дела... Все, кто был с ним рядом, становились как-то чище и светлее и уверенность в себе испытывали большую. Достойный сын партии коммунистов — таким остался помполит Элимелах в моей памяти. Эти воспоминания помогли мне восстановить душевное равновесие» [25].
Этому человеку не надо было лицемерить, защищая таким образом себя…

Немцы настолько были ошарашены увиденным во время боя, что в капитальном труде «Война на море, 1939-1945» (М., Воениздат, 1967) известный военный исследователь Ф. Руге писал: «..."Шеер" потопил, мужественно и искусно сопротивлявшийся, большой ледокол...».

О подвиге «Сибирякова» писали и другие. Писали то, что не писали у нас...

Писал и капитан «Шеера» некий Меендсен-Болькен [26]... Известны (но не у нас) работа «Поход крейсера "Шеер"», изданная французским военным специалистом Юаном Клодом в Париже, работа датчанина Р. Стенсена «Северные морской путь», выпущенная в Копенгагене в 1957 г. В частности, Р. Стенсен, основываясь на информации Меенден-Болькена, пишет: «Среди русских были и такие, которые сопротивлялись, когда их пытались спасти, и пришлось их оставить на произвол судьбы».

Юан Клод: «Несколько русских отказались от предложений помощи и предпочли погибнуть».
Это про Элимелаха...
Кому мешала эта правда?
Кого она унижала?!
Замалчивали комиссара «Сибирякова», думается, по двум причинам.
Затирало само государство — по национальному признаку.
Затирал Качарава — может быть, на фоне комиссара он не смотрелся, как хотелось бы (хотя сам по себе Анатолий Алексеевич, безусловно, человек легендарный).
А может быть и то, и другое вместе…
Надо сказать, что после смерти Качаравы, мало-помалу, начали говорить эту правду. Не знаю, случайное совпадение ли это или просто веление времени.
…20 минут боя. Всего каких-то 20 минут.
20 минут, соизмеримые с некоторыми жизнями.

7. Городок провинциальный…

Получив сведения об Элимелахе из Центрального Военно-морского архива, я сумел разыскать в г. Гомеле родного брата Зелика Абрамовича — Давида Абрамовича Элимелаха [27].
Приведу наиболее существенные места переписки с Гомелем.
28 апреля 1987 г. Давид Абрамович ответил на моё письмо [28]:
«... Большое Вам спасибо за большую справедливую заботу об увековечении памяти моего погибшего брата... В газетах "Советская Россия", "Целиноградская правда" и других, в книге Е. М. Сузюмова «Подвиг "А. Сибирякова", в книге "Сказание о “Сибирякове”" много пишется о подвиге капитана Качаравы и экипаже "Сибирякова". О моём брате тоже упомянали, но у нас в Белоруссии и городе Гомеле о его жизни и подвиге ничего не знают...»

4 июня 1987 г.
«... Нигде в Гомельской области и в г. Гомеле и в Белоруссии о нём (Элимелахе З. А. — прим. М. П.) ничего не известно. Только в книгах и газетах мало описывается о комиссаре. В основном пишут, что был такой комиссар...».

Я решил «напомнить» Белоруссии о подвиге З. А. Элимелаха. С этой целью подготовил (совместно с известным одесским журналистом, моим близким другом Олегом Губарем) статью «Комиссар "Сибирякова"», которую 26 июня 1987 г. направил в газету «Гомельская правда».
Из газеты ответили (письмо исх. №4963 от 21.07.87 г.):
«Ваша рукопись "Комиссар “Сибирякова”"... нами получена. Она, как и материалы других авторов о нашем славном земляке, поступившие в редакцию в мае-июне с. г., рассмотрена. Но какой из поступивших материалов будет опубликован, вопрос будет решён в конце июля. О принятом решении постараемся поставить Вас в известность...»
Не постарались...

Поразительно! Почти 45 лет никто ни в Белоруссии, ни в Гомеле, в частности, вообще не вспоминал о З. А. Элимелахе, а тут вдруг, в одно и тоже время с моими (!), в редакцию поступили «материалы других авторов». Можно ли этому верить?!
В Гомеле статью о комиссаре «Сибирякова» никто и не собирался публиковать. Я обратился к Первому секретарю ЦК Коммунистической партии Белоруссии. После такого обращения «туда», на самый верх, мне сразу же ответили уже из Гомельского городского комитета партии за подписью секретаря горкома некто Н. Ивановой. Привожу ответ полностью (письмо исх. №65 от 27.07.87 г.):
«По поручению ЦК Компартии Белоруссии на Ваше письмо, адресованное в их адрес, сообщаем, что в августе месяце с. г. в газете «Гомельская правда» будет опубликован материал, который Вы переслали редактору.
Что же касается вопроса увековечивания памяти З. А. Элимелаха, то считаем, что это уже сделано соответствующими решениями ранее, о чём Вы и пишите в статье...
Сообщаем также Вам, что З. А. Элимелах является уроженцем не г. Гомеля, а деревни Носовичи Гомельской области...»


Всё-таки ЦК Компартии Белоруссии «растолкало» партийное руководство г. Гомеля. Наперёд даже указали дату будущей публикации!

29 августа 1987 г. «Гомельская правда» (газета № 166) опубликовала статью о комиссаре «Сибирякова». Тогда же, чтобы не увековечивать память З. А. Элимелаха, придумали новый ход — мол, комиссар «Сибирякова» родился не в Гомеле, а в деревне Носовичи Гомельской области...

15 августа 1987 г. Д. А. Элимелах написал:
«... Вот уже 45 лет, как погиб мой брат, но никто, кроме Вас, с таким вниманием и заботой, умением не смогли заняться увековечиванием памяти моего брата. Вы спрашиваете, где родился Зелик Абрамович? Он родился в Гомеле в 1911 году. Детство и юность он прожил вместе с родителями в Гомеле. Когда умер отец, мать переехала в местечко Носовичи. В Носовичах Зелик Абрамович находился мало. Мать наша во время войны погибла в Носовичах...»

Место рождения З. А. Элимелаха — г. Гомель — подтверждается и официальной справкой из Центрального Военно-морского архива. Тем не менее...

Я вновь обратился в Гомельский городской и областной комитеты партии. Мне ответил зав. отделом пропаганды и агитации обкома О. Кошевенко (письмо исх. №2-юо от 25.02.88 г.):
«... На Ваше письмо, адресованное в обком партии, сообщаем, что в связи с отсутствием в области первичных документов, установить точное место рождения комиссара ледокола «А. Сибиряков» З. А. Элимелаха не представляется возможным.
В Вашей публикации в газете «Гомельская правда» от 29 августа 1987 г., где Вы делаете ссылку на личное дело комиссара, указано, что Зелик Абрамович Элимелах родился в 1911 году в деревне Носовичи Добрушского района Гомельской области...
Областным краеведческим музеем ведётся поиск документов, личных вещей, рассказывающих о жизни, деятельности и героическом подвиге комиссара З. А. Элимелаха. Собранный материал будет представлен в экспозиции областного краеведческого музея...»
.

Оказалось, что редакция «Гомельской правды», публикуя нашу статью, пошла на прямой подлог — самовольно, без согласования с автором статьи, изменила место рождения З. А. Элимелаха — город Гомель «поменяли» на деревню Носовичи Гомельской области.

Я потребовал объяснений, обратившись к Первому секретарю Гомельского городского комитета партии. Наконец-то редакция «Гомельской правды» (письмо исх. №554/7 от 9.07.88 г.) вынуждена была признать:
«... Ваше письмо нами рассмотрено. Изменение места рождения политработника Зелика Абрамовича Элимелаха в Вашей рукописи "Комиссар “Сибирякова”", опубликованной в 166-м номере нашей газеты от 29 августа 1987 года было допущено по вине сотрудника редакции Ф. П. Стельмашка... Когда было принято решение печатать Вашу рукопись, то при подготовке её к опубликованию тов. Стельмашок самовольно изменил в ней место рождения — вместо гор. Гомель указал дер. Носовичи, за что ему строго указано редакционной коллегией.
Приносим Вам свои извинения и желаем всяческих успехов.
Редактор газеты В. А. Лазько»


«Крайнего» в Гомеле всё-таки нашли, однако дело уже было сделано. Там, очевидно, «тянули» время, рассчитывая, что я наконец-то успокоюсь на этом.

Пришлось вновь обратиться в местные правительственные органы с требованиями увековечить память З. А. Элимелаха.

13 сентября 1987 г. Д. А. Элимелах написал «о реакции» властей:
«... Я был на приёме секретаря горкома партии тов. Ивановой и она мне сказала, что переслала материал в Гомельский ДОСААФ для увековечения по линии ДОСААФ и ветеранов войны. В ДОСААФе мне сказали, что нужно немного подождать и что будет решено, я не могу сказать...
Конечно, ДОСААФ не имеет таких возможностей, как горком партии и горисполком г. Гомеля. Но они не интересуются этим, поэтому они послали в ДОСААФ...»


30 октября 1987 г. Д. А. Элимелах пишет:
«... Вы спрашиваете, какое решение было в ДОСААФе. Их решение было, чтобы я сдал документы на хранение в Гомельский областной музей. Конечно, это им легче всего. Для того, чтобы сдать в музей, в музее просят форму морскую. У меня этого нету и не было. Поскольку последние годы он работал на Севере и жил на Севере — в Архангельске, Мурманске.
В Гомеле не хотят увековечивать, приблизительно Вы знаете почему...
Вам большое спасибо за такую работу, что Вы на себя взяли. Но ещё больше Вам спасибо за то, что когда Вы стали заниматься моим братом, то нам установили телефон. А мы больные люди...»


Конечно же, я давно знал всё не приблизительно, а точно.
Даже может быть точнее, чем кто-либо…
А время шло.

Как бы подводя итог уже проделанному, кажется, в марте-апреле 1988 г. я вновь обратился с письмом к Первому секретарю Гомельского городского комитета партии. Называя вещи своими именами, от имени оставшихся в живых членов экипажа ледокола «А. Сибиряков» потребовал навести порядок на их «партийном корабле», прекратить волокиту и затяжку времени.

5 апреля 1988 г. Д. А. Элимелах написал:
«... Вы опять спрашиваете, какое решение было в Гомельском ДОСААФ. Там сказали, что в ихнем флоте всем катерам и пароходам уже были присвоены имена.
Вы должны понимать, что если не хотят, то находят причину. Они направили меня в Гомельский областной музей. Они просят много справок, обмундирование Зелика Абрамовича, фуражку, обувь. Ведь прошло 46 лет и сохраниться всё это не могло...»


Я обратился в Гомельский областной краеведческий музей. Ответил директор музея И. И. Козлов (письмо исх. №751 от 27.06.88 г.):
«Гомельский обком КП Белоруссии поручил Областному краеведческому музею дать ответ на Ваше письмо об увековечении памяти комиссара ледокола "А Сибиряков" З. А. Элимелаха.
Сообщаем Вам, что в настоящее время мы не располагаем документами, необходимыми для решения вопроса об увековечении памяти политрука З. А. Элимелаха в г. Гомеле. Сотрудники музея продолжают поиск и сбор материалов о нём. Нами запрошено его личное дело из Центрального Военно-морского архива.
К сведению сообщаем, что 119 наших земляков в годы Великой Отечественной войны... удостоены звания Героя Советского Союза, многие посмертно... При освобождении Гомельщины свыше 700 солдат, сержантов, офицеров и генералов также удостоены этого высокого звания...
... Только их именами названы 64 улицы, эти имена присвоены многим пионерским дружинам и отрядам.
Подвиг политрука З. А. Элимелаха бесспорно послужит достойным примером для подрастающего поколения, а собранный материал мы обязательно будем использовать при проведении военно-патриотической работы с населением...»
.

Опять то же самое: «не располагаем документами», «продолжаем поиск и сбор материалов...». Слава Богу, что хоть подтвердили: «Подвиг политрука З. А. Элимелаха, бесспорно, послужит достойным примером...».

А так ли это было бесспорно до самого недавнего времени?!

12 августа 1988 г. от Д. А. Элимелаха пришло ещё одно письмо:
«... Сразу я не мог дать Вам ответа, так как я ожидал ответ из Гомельского областного музея, но пока ещё Гомельский областной музей не получил ответ из архива морского флота СССР. Возможно, личное дело З. А. Элимелаха можно было получить из управления Главсевморпути, которое находилось раньше в Москве...
... Спасибо Вам за Вашу большую заботу. Вы спрашивали, как моё самочувствие. Я был трижды ранен... Часто нахожусь на лечении в госпитале, санаториях...»


После моих настоятельных требований ответил секретарь Гомельского обкома компартии Белоруссии некий С. Бобырь (письмо исх. №3-юо от 15.08.88 г.):
«... Ваша просьба по увековечению памяти комиссара ледокола "А. Сибиряков" З. А. Элимелаха в г. Гомеле рассмотрена в секретариате обкома партии. Областному краеведческому музею поручено продолжать поиск, сбор материалов и открыть экспозицию, посвящённую жизни и подвигу политрука З. А. Элимелаха.
В связи с тем, что в редакцию газеты "Гомельская правда" одновременно поступило несколько материалов с указанием места рождения..., в Вашей публикации было допущено исправление. Редакции газеты указано на недопустимость необоснованных корректировок...»


Наконец-то «на бумаге» что-то начало решаться. Повторяю, хоть «на бумаге».
Даже «на бумаге» извинились...
Опять побежало время.

31 октября 1988 г. Д. А. Элимелах написал:
«... Меня вызвали в областной музей и я им отдал документы, книги и фото Зелика Абрамовича. Сейчас музей в ремонте. После ремонта я вас подробно напишу...»

В музее же «тормозили», как только могли.
Как говорится, взяли «под козырёк», не задумываясь, выполняя ценное указание…

Уже вдогонку, 24 декабря 1988 г., Давид Абрамович черкнул открытку:
«... Поздравляю Вас с Новым 1989 Годом. Я вам скоро напишу, что есть нового в нашем музее...»
Словом, переживал Давид Абрамович, надеялся... Хотя житейская мудрость подсказывала: эту махину сдвинуть нельзя. О какой справедливости может идти речь, когда есть чёткие государственные установки по этим вопросам. Чем можно остановить эту «государственную машину»?


После некоторого молчания, 23 апреля 1989 г. пришла весточка от Д. А. Элимелаха:
«... Я больше двух месяцев болел, я находился на лечении в Минске. Когда я приехал домой, лежали Ваши два письма...
... Теперь я вам сообщаю, что решением Гомельского областного краеведческого музея документы и фотографию брата у меня приняли. И фото находится в почётном месте, а не название улицы его именем мотивируют, что его именем назван остров Белуха. [29]
Можно было назвать улицу, если б ходатайствовал сын комиссара. Я ему писал и он мне об этом ничего не ответил...
Михаил Борисович! Я вам очень благодарен за вашу заботы, за ваше обращение куда необходимо было.
Я вас считаю моим близким родным человеком...»


Это последнее письмо Давида Абрамовича Элимелаха...

Переписка наша продолжалась немногим больше двух лет. За это время о состоянии здоровья Давида Абрамовича можно было судить хотя бы по его почерку, насколько «твёрдо» в его письмах отдельные буквы складывались в строчки и «ложились» на лист бумаги.
Последнее письмо написано, увы, неровным, скачущим почерком, набегающими друг на друга буквами...
Последние годы жизни Давида Абрамовича были наполнены гордостью за брата, подвиг которого наконец-то, через 45 лет, стал известен на его малой родине, в Гомеле.

10 ноября 1989 г. я вновь обратился с развёрнутым письмом к Первому секретарю Гомельского обкома партии, повторив просьбу принять наконец-то справедливое решение об увековечении памяти их славного земляка. Писал, с какими приходится сталкиваться трудностями, бюрократизмом и не совсем понятным равнодушием. Приводил двухлетнюю хронологию моих обращений, начиная от интриг с публикацией статьи в «Гомельской правде», специально спровоцированной путаницы с местом рождения З. А. Элимелаха, до так называемого «активного» поиска Областным краеведческим музеем необходимых документов для увековечения его памяти.
Снова потребовал принять по комиссару «А. Сибирякова» решение, соответствующее его подвигу и духу времени.
Из Гомельского областного краеведческого музея ответили (письмо исх. №886 от 12.12.89 г.):
«... На Ваше письмо, адресованное в Гомельский ОК КПБ сообщаем, что в экспозиции музея представлена фотография Элимелаха З. А. и книга Е. М. Сузюмова "Подвиг “Сибирякова”", подаренная братом погибшего комиссара ледокола. Из Центрального Военно-морского архива, в который был сделан запрос об Элимелахе, ответ пока не получен.
Если у Вас имеются какие-либо документы об Элимелахе З. А. или Вам известны адреса родственников имеющих их, просим сообщить нам.
Научные сотрудники музея продолжают поиск...»


Ещё продолжают поиск?
Не думаю, что Центральный Военно-морской архив очень-то торопится. По себе знаю...
А чего только стоят просьбы музея «сообщить» об имеющихся документах, «адресах родственников» и т. п.? Я ведь загодя передал в музей полный перечень ссылок на публикации о З. А. Элимелахе, а потом и комплект соответствующих документов, полученных мной за долгие годы. Не говоря уже об адресах родных братьев комиссара и его сына...

Так и хотелось бы сдать этот музей… в какой-нибудь другой музей. Музей древней истории, забросив куда-то на самую дальнюю полку…

В письме исх. №31 от 5.02.90 г. Областной краеведческий музей перешёл в глухую оборону:
«... Как мы сообщали Вам материалы о нашем земляке, комиссаре л/п "А. Сибиряков" политруке Элимелахе З. А. представлены в экспозиции нашего музея. Брат погибшего Д. А. Элимелах смотрел экспозицию и остался доволен. Именем комиссара Элимелаха назван остров в Карском море.
Считаем, что подвиг его увековечен достаточно.
... Ваше последнее письмо рассмотрено на заседании президиума Гомельского облсовета ветеранов войны и труда. Члены президиума полностью согласны с мнением областного музея».

Все перечисленные выше сведения о комиссаре «А. Сибирякова», [i]«полученные музеем»
, на самом деле предоставлены музею...мной.

Полностью согласился с мнением музея и зав. идеологическим советом Гомельского обкома партии тов. О. Кошевенко (письмо исх. №2-юо от 5.02.90 г.) Даже даты отправки мне писем музеем и обкомом «случайно» совпали — 05.02.90 г. Видно писали под копирку...

Этот самый Кошевенко как бы поставил жирную точку:
«... Ваши письма об увековечении памяти комиссара ледокола "А. Сибиряков" З. А. Элимелаха в г. Гомеле неоднократно рассматривались идеологическим отделом, а также секретариатом обкома партии, Областным краеведческим музеем, президиумом областного совета ветеранов войны и труда. По существу вопросов своевременно давались ответы. Считаем, что память комиссара З. А. Элимелаха увековечена достаточно. В Областном краеведческом музее открыта экспозиция, посвящённая подвигу политрука. Именем комиссара Элимелаха назван остров в Карском море. Мы, к сожалению, не можем сказать этого о многих других земляках. 119 наших земляков в годы Великой Отечественной войны...удостоены звания Героя Советского Союза... При освобождении гомельщины, свыше 700 солдат, сержантов, офицеров также удостоены этого высокого звания.
На гомельской земле в братских могилах захоронено свыше 92 тыс. погибших в боях..., из них 124 Героя Советского Союза. Увековечить память всех родившихся в г. Гомеле и погибших в годы Великой Отечественной войны наименованием улиц города или установлением мемориальных досок просто невозможно»
.

Старая-старая песня на старые слова...

«Просто невозможно увековечить память всех родившихся в г. Гомеле и погибших...» совсем по другой причине.
По причине того, что многие забыли, а «некоторые многие» никогда и не знали, как это не банально звучит, что такое долг и память...
Потому, что очень многим безразлично, кому служить: белым, красным или фиолетовым. Лишь бы должность...
Потому, что «задним числом» кому-то кажется, что совершить самоотверженный поступок проще простого. Каждый сможет...
Потому, что перед тем, как награждать, присваивать, называть или переименовывать, увы, по-прежнему смотрят на... статистику. Её величество статистику! Не подпортить бы некие показатели — соотношение мужчин и женщин, проценты рабочих и колхозников, коммунистов и беспартийных или установленные национальные пропорции…
Показатели и пропорции, на которых держалась СИСТЕМА.
Такая «статистика» подпортила не одну жизнь…

8. Имеем то, что имеем…

Как-то в газете «Моряк Севера» (№30, 26.07.89 г.) в рубрике «Имя на борту» промелькнуло:
«... Молодой, сияя свежевыкрашенными бортами, впервые вошёл в Архангельский морской порт теплоход "А. Сибиряков". Встретить его приехали родственники членов экипажа легендарного парохода "А. Сибиряков", погибшего в годы войны...»

14 июля 1989 г. в строй стал новый «Сибиряков».
Перепутались годы, судьбы, корабли...

Для меня же, пока не разобрались со старым «Сибиряковым», он всё ещё в строю.
Я попытался приостановить поток лжи и недомолвок, оформлявшийся вокруг «Сибирякова» десятилетиями.
Для этого пришлось «разбудить» газеты и журналы, издательства и редакции, различные комитеты, фонды и архивы. Гомельский областной краеведческий музей вынужден был даже открыть постоянно действующую экспозицию об З. А. Элимелахе. «Знающие» люди даже намекали брату комиссара «Сибирякова», что в «крайнем случае», если уже сильно прижмёт, назовут его именем местную школу ДОСААФ... И может быть и назвали бы, но «закончился» Советский Союз... А потом и я уже не проверял. Повторяю, может даже назвали…

Конечно, можно было бы ещё годами писать уже в «новую» Белоруссию, ездить, требовать, жаловаться, просить. Ну, допустим, выклянчил бы и назвали бы там что-то ещё «в честь»...

А главное ли это?!
Главное, что в Гомеле заговорили о комиссаре «Сибирякова» в «высоких» кабинетах и коммунальных коридорах, автобусах и на рынках... Его брату даже (!) установили домашний телефон. Рассказывают, что вырезки из «Гомельской правды» разные люди отправляли для прочтения в разные города и даже страны.
Так или иначе, через много-много лет мне удалось разглядеть в той красочной картинке боя «Сибирякова», увиденной когда-то детскими глазами, его теневые стороны. Те теневые стороны, которые, может быть, и являются основным фоном для понимания всего, что произошло тогда и происходит теперь...

Удалось подступиться к той задаче «из детства». Уравнению, как выяснилось, «С ОДНИМ НЕИЗВЕСТНЫМ»... И годами решая его, я как никогда отчётливо понял: несправедливо недооцененный комиссар «Сибирякова» действует на души людей гораздо сильнее, чем комиссар «Сибирякова», с которым гомельские идеологи и иже с ними официально бы «рассчитались».
Не я ли сам яркий пример тому?!
Ещё с институтских, а потом и дальневосточных времён практически любое наше застолье не обходится без надрывного исполнения легендарной «Прощайте, скалистые горы!». В Одессе эта традиция поддерживается, как и «третья рюмка» всегда «За тех, кто в море». Это уже навсегда...

И когда слышу «Прощайте, скалистые горы», всегда внезапно замолкаю, повторяя про себя:
... На подвиг Отчизна зовёт!
Мы вышли в открытое море,
В суровый и дальний поход.
А волны и стонут, и плачут
И плещут о борт корабля...
Перед глазами «Сибиряков», жерла орудий «Шеера», вздыбленные волны...
Люди, прислонившиеся к бортам.
В ожидании жизни...

Примечания
[1] Судно построено в Великобритании (г. Глазго) в 1909 г. под названием «Беллавенчур». В 1916 г. приобретено Россией у Канады, переименовано в честь русского золотопромышленника и исследователя Сибири А. М. Сибирякова. В 1932 г. впервые в истории, за одну навигацию, «А. Сибиряков» совершил 65-суточное сквозное плавание из Белого моря в Берингово, доказав возможность практического использования Северного морского пути (начальник экспедиции О. Ю. Шмидт, капитан судна В. И. Воронин). Награждён орденом Трудового Знамени.
[2] Качарава Анатолий Алексеевич (1920-1982) — известный капитан дальнего плавания. После Великой Отечественной войны командовал ледокольными и транспортными судами Главсевморпути и Мурманского морского пароходства. С 1967 по 1979 гг. — начальник Грузинского морского пароходства. Награждён орденом Ленина, двумя орденами Красного Знамени, орденами Трудового Красного Знамени и Октябрьской Революции. Его именем назван танкер (1984 г.) и улица в Батуми — см. «Морской биографический словарь» (С.-Петербург, LOGOS, 1995).
[3] По другим сведениям на «Шеере» подняли японский флаг, назвавшись чем-то похожим на «Сисияма».
[4] В других источниках приводятся различные формулировки этих команд, однако смысл идентичен.
[5] 1 кабельтов равен 185,2 метра
[6] На борту «Сибирякова» находилось 104 человека.
[7] Ряд исследователей отрицают факт попаданий снарядов в «Шеер».
[8] В 1960 г. П. И. Вавилову было присвоено звание Героя Социалистического труда. Умер в г. Архангельске 18 января 1966 г.
[9] По другим данным 36 дней.
[10] Басов А. В. Советский флот на защите социализма. М., Просвещение, 1985. Боевой путь Советского военно-морского флота. М., Воениздат, 1974.
[11] В некоторых источниках указана фамилия А. Г. Шершавин.
[12] Аммон Г. А. Морские памятные даты. М., Воениздат, 1987. Вайнер Б. А. Советский морской транспорт в Великой Отечественной войне. М., Воениздат, 1989.
[13] Из захваченных 18-ти человек 13, в том числе капитан А. А. Качарава, выжили и вернулись из плена (Северная Норвегия, г. Нарвик).
[14] Выражаю свою искреннюю благодарность Борису Георгиевичу Масленникову за помощь в розыске так или иначе имеющих отношение к «Сибирякову».
[15] Именно эта книга была мне рекомендована Диксонским райкомом КПСС.
[16] «Адмирал Шеер» потоплен авиацией союзников в Киле 9 апреля 1945 г., в июле 1946 г. разобран на лом.
[17] Большую помощь в получении новых сведений, в т. ч. в розыске сибиряковцев, оказал ветеран Северного флота, подполковник в отставке Степан Васильевич Быков, которого я отыскал в г. Северодвинске.
[18] Тексты писем приводятся с соблюдением орфографии и пунктуации авторов.
[19] Белов М. И. Провал операции «Вундерланд». Издательство «Морской транспорт», М., 1962
[20] Фамилия комиссара указана с ошибкой. Верно — Элимелах.
[21] Новиков Л. А., Тараданкин А. К. Сказание о «Сибирякове». М., Молодая гвардия, 1961. Боевой путь Советского Военно-морского флота. М., Воениздат, 1974. Басов А. В. Советский флот на защите социализма. М., Просвещение, 1985. Аммон Г. А. Морские памятные даты. М., Воениздат, 1987.
[22] В. Васильев. «Несостоявшееся интервью», газета «Северная неделя» от 29 августа 2002 г. (г. Северодвинск)
[23] Сузюмов Е. М. Подвиг «Сибирякова». М., Воениздат, 1964
[24] Сузюмов Евгений Матвеевич — в годы войны помощник уполномоченного ГКО по перевозкам на Севере
[25] Блинов Г., газета «Красная звезда» от 22 мая 1958 г.
[26] Вильгельм Меендсен-Болькен (Meendsen-Bohlken), по другим источникам Мендсен-Болкен (1897-1985), капитан 1-го ранга, командир «Шеера» с 12.06.41 по 28.11.42 гг.
[27] Пятеро братьев Элимелах, уроженцев г. Гомеля, ушли на фронт и лишь двое вернулись живыми.
[28] Здесь и далее с соблюдением стиля и орфографии автора писем.
[29] Информация ошибочна, именем комиссара «Сибирякова» назван один из островов в Карском море.
[/book]
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Сибиряков", ледокольный пароход (1908)

Сообщение [ Леспромхоз ] » 30 Декабрь 2010 15:39

Н.Елагин. "Побратимы Арктики".
Продолжение следует…

Далее Георгий Осипович (Г. Кононович-padsee) допускает одну изъезженную, старую неточность при описании событий 1942 года у острова Белуха, как и Валерий Кравец в газете «Таймыр» (28 августа 2002 года) в материале «Два часа войны». Они придерживаются первой ходовой версии, что при встрече «Сибирякова» с «Адмиралом Шеером» на его борту находилось 104 человека. Но, скрупулёзно изучив архивные данные, обосновав их при встрече воспоминаниями очевидцев, С.В. Быков, ветеран Северного флота, доказал, что на борту в это время находилось всего 99 человек. Это подтверждает и опубликованная в «Побратимах Арктики» судовая роль «Сибирякова» на день его гибели… Первая, непроверенная версия перекочевывает из одного издания в другое. Никому не приходило в голову проверить её достоверность. Степан Васильевич усомнился и устранил эту несправедливость, – часть прикомандированных людей действительно пришли на борту «Сибирякова» в Диксон, но там остались и вернулись позднее в свои ведомства. Им не было необходимости плыть на полярные станции на этом ледокольном пароходе…


Судовая роль
Краснознаменного ледокольного парохода «А.Сибиряков»

на 24 августа 1942 года

1. КАЧАРАВА Анатолий Алексеевич 1910 командир
2. ЭЛИМЕЛАХ Зелик Абрамович 1911 помощник по политчасти
3. СУЛАКОВ Георгий Фёдорович 1907 старший помощник командира
4. БУРЫХ Самуил Фёдорович 1910 II штурман
5. ИВАНОВ Павел Дмитриевич 1912 III штурман
6. НИКИФОРЕНКО Семён Фёдорович 1920 командир БЧ-II
7. БАШЛЫКОВ Николай Георгиевич 1910 штурманский электрик
8. ЧЕРНОУС Валентина Ниловна 1921 врач
9. ГАЙДО Пётр Эдуардович 1912 старший радист
10. САРАЕВ Михаил Фёдорович 1914 радист (парторг)
11. БОЧУРКО Николай Григорьевич 1904 старший механик
12. ПАРОМОВ Валерьян Васильевич 1908 II механик
13. ГИЖКО Николай Яковлевич 1912 III механик
14. КОЛТАКОВ Александр Васильевич 1911 IV механик
15. ПАВЛОВСКИЙ Андрей Тихонович 1910 боцман
16. ЗАМЯТИН Иван Михайлович 1909 плотник
17. БОРОДИН Константин Николаевич 1912 матрос I класса
18. КОТЛОВ Иван Кирикович 1908 матрос I класса
19. МАЛЫГИН Михаил Степанович 1907 матрос I класса
20. ЖЕРЕБЦОВ Пётр Максимович 1915 матрос II класса
21. МАЛЫГИН Иван Григорьевич 1908 матрос II класса
22. ЗОИН Леонид Константинович 1924 матрос II класса
23. КУРАШОВ Владимир Фёдорович 1925 матрос II класса
24. ШАРАПОВ Дмитрий Андреевич 1915 машинист I класса
25. АЛФЁРОВ Александр Степанович 1914 машинист I класса
26. КОПЫТОВ Константин Дмитриевич 1913 машинист I класса
27. ПРОШИН Юрий Константинович 1924 машинист-ученик
28. ПЕТРОВ Михаил Иванович 1906 токарь
29. ВЕШНЯКОВ Герман Павлович 1905 электрик
30. МАТВЕЕВ Николай Иванович 1915 кочегар I класса
31. ВАВИЛОВ Павел Иванович 1909 кочегар I класса
32. ВИКТОРОВ Сергей Фёдорович 1913 кочегар I класса
33. ГУЦ Александр Михайлович 1913 кочегар I класса
34. ШЕВЯКОВ Егор Семёнович 1912 кочегар I класса
35. ГУСЕВ Николай Иванович 1913 кочегар I класса
36. ВОРОБЬЁВ Иван Иванович 1910 кочегар I класса
37. ЧЕЧУЛИН Николай Фёдорович 1911 кочегар II класса
38. САФРОНОВ Александр Михайлович 1908 кочегар II класса
39. ДМИТРИЕВ Матвей Григорьевич 1916 кочегар II класса
40. ЗАЙЦЕВСКИЙ Сергей Михайлович 1895 повар
41. УШАКОВ Александр Михайлович 1907 кок-пекарь
42. РИНКИС Наталья Петровна1914 буфетчица
43. КОТЛОВА Анна Васильевна 1915 уборщица
44. ДЕСНЕВА Варвара Александровна 1909 уборщица
45. БОГОЯВЛЕНСКИЙ Александр Павлович 1910 дальномерщик
46. ДУНАЕВ Василий Михайлович 1909 командир отделения комендоров
47. НОВИКОВ Филипп Васильевич 1906 командир отделения комендоров
48. ВАРЛЫГИН Николай Максимович 1918 командир отделения комендоров
49. САФРОНОВ Николай Степанович 1920 комендор
50. ЛЕСКОВ Александр Николаевич 1920 комендор
51. ГЕРАСИМОВ Сергей Егорович 1918 комендор
52. КУЗНЕЦОВ Василий Васильевич 1908 комендор
53. ДРУГОВСКИЙ Илларион Васильевич 1922 комендор
54. СКВОРЦОВ Николай Александрович 1920 старшина комендоров
55. БАРАНОВ Сергей Васильевич 1913 командир отделения комендоров
56. МАРКОВ Виталий Александрович 1916 комендор
57. МОРОЗОВ Константин Сергеевич 1914 комендор
58. КЛИМОВ Михаил Денисович 1907 комендор - (Данилович?)
59. ГЛАДИНОВ Гавриил Николаевич 1913 комендор
60. НЕСГОВОРОВ Илья Иванович 1908 комендор
61. КОСТИН Владимир Фёдорович 1908 комендор
62. БОГДАНОВ Григорий Степанович 1914 комендор
63. ПУЛЯЕВ Афанасий Васильевич 1911 к/о пулемётчиков
64. КОКОРИН Максим Иванович 1917 пулемётчик
65. ТАРБАЕВ Иван Григорьевич 1908 пулемётчик
66. ПЕТРОВ Иван Михайлович 1921 пулемётчик
67. АЛЕКСЕЕВ Иван Алексеевич 1921 к/о сигнальщиков
68. СИНЬКОВСКИЙ Иван Васильевич 1921 сигнальщик
69. КУЗНЕЦОВ Михаил Васильевич 1915 шифровальщик (комсорг)
70. КУЗНЕЦОВ Александр Александрович 1920 к/о химик
71. НОВИКОВ Александр Петрович 1915 строевой
72. КОЛЕСОВ Владимир Кирикович 1914 строевой
73. БОЙНИЧЕВ Михаил Викентьевич 1905 строевой
74. БАЕВ Николай Константинович 1915 строевой

Пассажиры с Диксона

а) из штата ледокольного отряда:

75. ВАЙНЕР Георгий Борисович 1904 военком ледокольного отряда
76. МЕДВЕДЕВ Василий Егорович 1911 артиллерист

б) строители:

77. АВЕРЬЯНОВ Михаил Тихонович 1912 десятник
78. ГЕРЕГА Серафим Изосимович 1904 бригадир плотников
79. СМИРНОВ Николай Николаевич 1910 плотник
80. СЕДУНОВ Фёдор Васильевич 1912 плотник
81. СУХОТИН Николай Лаврентьевич 1901 плотник
82. КОЧЕТКОВ Семён Петрович 1898 плотник
83. КОПЫТОВ Иван Фёдорович 1910 плотник
84. БАРАБАНОВ Фёдор Степанович 1910 плотник
85. БОБРОВ Василий Алексеевич 1893 плотник
86. КАРПОВ Иван Васильевич 1918 плотник-печник
87. КАШНИКОВ Иван Павлович 1920 плотник-печник
88. РУМЯНЦЕВ Сергей Александрович 1908 печник

в) полярники:

89. ЗОЛОТОВ Анатолий Николаевич нет данных начальник станции м. Молотова
90. БУДЫЛИН Михаил Петрович нет данных радиотехник (см.ссылку: viewtopic.php?f=37&t=2497&p=27444#p27444)
91. КАЛЯНОВ Иван Ефимович нет данных механик
92. АБАКУМОВ Семён Алексеевич нет данных повар
93. ШАРШАВИН Анатолий Григорьевич нет данных начальник станции о. Домашний
94. СИНИКИН Владимир Иванович нет данных метеоролог
95. КАРАСЁВ Михаил Андреевич нет данных метеоролог
96. ГРАЧЁВ Владислав Иванович нет данных начальник станции м. Оловянный
97. ЧУРКИН Степан Михайлович нет данных метеоролог
98. КОЛКУНОВ Михаил Михайлович нет данных механик
99. КОЛКУНОВА Дарья Фёдоровна нет данных повар

Примечание:судовая роль составлена на основании документов, находящихся в Государственном архиве Архангельской области (ф. 2323) и в Центральном Военно-Морском архиве (ф. 2941). Составил подполковник в отставке С. Быков. Копия для сотрудника газеты «Советский Таймыр» Елагина Н.А. составлена 10 мая 1987 года.


padsee
В результате сравнения приведенного ранее списка (104 человека) в формате XLS с "Судовой ролью"
отсеялись 5 фамилий:

5,(1),Алексеев Иван Михайлович,матрос ММП,1909, под сомнением-ММП (Огненные походы)
17,(4),Будыгин Федор Фирсович,матрос ММП,1888,под сомнением-ММП (Огненные походы)
95,(1),Трифонов М.,?,ОКС порта Диксон,на м. МОЛОТОВА
97,(17),Хайруллин Фахрулла,матрос ММП,1914,под сомнением-ММП (Огненные походы)
102,(43),Шарапов Петр,матрос,данные из книги "Сказание о Сибирякове"

Три фамилии из книги "Огненные походы" (Мурманское морское пароходство в годы Великой Отечественной войны" стр. 70-78.
— Мурманск: Кн. изд-во, 2005. — 80 с: ил. ISBN 5-85510-290-4) изначально были под сомнением.
По Хайруллину Фахрулле вопросов нет (он из экипажа л/п "Дежнев", см.соответствующую тему).

Под вопросом Трифонов М.

Текст приказа из сборника:

СЕВЕРНЫЕ КОНВОИ.Исследования,воспоминания,документы.
АРХАНГЕЛЬСК 1991

№ 4
ПРИКАЗ No 23/8 ПО ПОРТУ ДИКСОН
ГЛАВСЕВМОРПУТИ ОБ ОТКОМАНДИРОВАНИИ
РАБОТНИКОВ ПОРТА НА м. МОЛОТОВА *
23 августа 1942 г.

Для производства строительных работ на м. Молотова (заказчик. УПС)
приказываю откомандировать с 23 августа 1942 г. работников ОКСа порта Диксон
в составе:

Трифонов М.**
Копытов И. Ф.,плотник
Аверьянов М. Т., десятник
Карнов И. В., плотник-печник
Румянцев С. А., печник
Барабанов Ф. С, плотник
Бобров В. А., плотник
Герега С. И., бригадир плотников
Кашников И. П., плотник
Смирнов Н. Н.,плотник
Седунов Ф. В., плотник
Сухотин Н. Л., плотник
Кочетков С. П.,плотник

Старшим и ответственным за производство работ назначается десятник тов.
Аверьянов М. Т.
Нач-к порта Диксон КУЛИК
ГААО, ф. 2323. оп. 1, д. 211, л. 256. Машинопись. Заверенная копия.

* Отправлены на ледокольном пароходе "А. Сибиряков".
** Дописан карандашом.
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

АЛФЁРОВ Александр Степанович 1914 машинист I класса

Сообщение [ Леспромхоз ] » 02 Январь 2011 16:02

Н.Елагин. Побратимы Арктики. Большая семья. http://www.pobratimy2.ru/page.php?a=1008 : 1034 машинист «Сибирякова» Александр Степанович Алфёров.jpg
25. АЛФЁРОВ Александр Степанович 1914 машинист I класса


Бадигин К.С. Три зимовки во льдах Арктики
Льды снова приходят в движение.

Разводье, открывшееся слева, то сходилось, то расходилось, как мехи гармони, но сжатие все еще не начиналось. Воспользовавшись небольшой передышкой, я решил немного погреться чайком и поставил чайник на раскаленный камелек в кают-компании. Вскоре крышка чайника звякнула и пролитый кипяток зашипел.
В ту же минуту открылась дверь, и из нее высунулось немного похудевшее остроносое лицо Алферова.
- Не спите, Всеволод Степанович? Садитесь чай пить...
Я нисколько не удивился атому ночному визиту: в последнее время наш третий механик очень плохо спал, и на «очной вахте мы постоянно распивали вдвоем с ним чай.
- Не спится, Константин Сергеевич. Все думаю и думаю, - как только голова не распухнет!..
Я налил стакан чаю и сказал Алферову, кивнув на чайник:
- Наливайте, Всеволод Степанович, от этого голова свежее станет...
Механик, не ожидая вторичного приглашения, нацедил добрых два стакана чаю в свою объемистую эмалированную кружку, отхлебнул из нее и заговорил:
- Вот дядя Саша мне радиограмму от брата принес. Пишет Александр: просьбу, мол, удовлетворили, выхожу к вам на ледоколе «Сталин», надеюсь на скорую встречу». Выходит, шлют к нам ледокол?
Живые, острые глаза Алферова пытливо смотрели на меня, словно я что-то хотел скрыть от него. Пока что я не получал никаких официальных сведений о выходе ледокола к нам навстречу. Но кое-какие слухи доходили и до меня. Оля сообщила, что она готовится нас встречать. Потом пришла неожиданная телеграмма от Капелова, моего старого приятеля, по охоте на песцов в море Лаптевых: «Комплектуют команду для пополнения экипажа «Седова», замолви словечко». Видимо, и в самом деле флагманский корабль готовился выйти навстречу «Седову».
Я поделился своими скудными сведениями с Алферовым. Он сразу оживился. Глаза его заблестели.
- Хорошо, если бы так!.. Соскучился я по Александру. А он-то, наверное, по кораблю вот как тоскует!..
Александр Алферов, улетевший на Большую землю весной 1938 года, плавал на «Седове» около четырех лет. Он тоже был машинистом, и все четыре года братья работала радом.
Всеволод Степанович продолжал:
- Хорошо бы поскорее ледокол «Сталин» пришел, да? Понимаете, неладно может выйти, если он к нам вовремя на выручку не поспеет...

.....
Папанин, убедившись, что перед ним капитан «Седова», оживляется и кричит:
– Константин Сергеевич! Идите к нам! Все идите…
С борта ледокола уже спустили на лед деревянные сходни: оба трапа были разбиты штормом еще в Баренцевом море. Я откликаюсь:
– Все? Не можем все… У нас котлы под парами…
– Посылаю вам смену, – кричит Папанин.
Через какую-нибудь минуту по трапу нашего ледокольного парохода поднялся Александр Алферов, брат нашего Всеволода. Мы обмениваемся рукопожатием, целуемся. Алферов скороговоркой выпаливает:
– Товарищ капитан! Разрешите стать на вахту у котлов, заменить брата…
– Хорошо. Обратитесь к старшему механику, – говорю я.
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

Капитан "Сибирякова" (1930 год)

Сообщение Сергей Некрасов » 22 Февраль 2011 12:21

В 1930 году в Русской гавани на Новой Земле встретились "Сибиряков" и "Георгий Седов". "Сибиряков" доставил уголь для "Георгия Седова", который шел на Новую Землю. Капитаном "Георгия Седова" был Владимир Иванович Воронин, а вот кто был капитаном "Сибирякова", не знаю. Кто-нибудь знает?
 kapitan_sibiryakova_1930.jpg
Сергей Некрасов
 
Сообщения: 35
Зарегистрирован: 13 Февраль 2011 23:11

"Сибиряков", ледокольный пароход (1908)

Сообщение Сальников Константин » 25 Февраль 2011 05:33

Тщательно всё перечитал о "Сибирякове", надеюсь это будет кому-нибудь интересно:

Письмо в редакцию газеты "СОВЕТСКИЙ ТАЙМЫР"
(опубликовано в апреле 1985 г.):


ПАМЯТИ НАРОДА ЗАСЛУЖИВАЮТ

Пишет вам Михаил Федорович Сараев, бывший главстаршина радистов и секретарь первичной партийной организации ледокольного парохода "А. Сибиряков".
Родился я 22 октября 1914 года в Ленинграде, в семье служащего. Образование среднетехническое. Трудовую деятельность начал в 1931 году на заводе "Электроприбор" Ленинграда. В 1935 году по специальному набору призван в армию, в ряды Военно- Морского Флота, и направлен в Кронштадт. Осенью 1936 года по распоряжению был направлен в подразделение подводных лодок Северного флота.
Участник финской войны. В ноябре 1940 года демобилизовался в связи с окончанием срока службы, а в июле снова призван по мобилизации и направлен в Архангельск, где базировалась Бело¬морская флотилия Северного флота.
Естественно, хотелось снова попасть в свой подводный отряд, но судьбы распорядилась по-другому. Первоначально временно меня и сменщика, Ивана Алексеевича Алексеева, отправили на выполнение ответственного задания на "Сибиряков", который участвовал в проводке и конвое английских судов, следовавших в Архангельск с грузом для фронта.
После выполнения задания, "А. Сибирякова" мобилизовали и зачислили в ледокольный отряд Беломорской флотилии, а капитан Анатолий Алексеевич Качарава стал командиром корабля в звании старшего лейтенанта (при содействии И.Д. Папанина он добился в штабе флотилии, чтобы мы с Алексеевым продолжали службу на "А. Сибирякове").
Так я стал сибиряковцем. 13 ноября 1941 года на отчетно-выборном собрании меня избрали секретарем первичной партийной организации.
Военными на "Сибирякове" были: А.А. Качарава - командир, Зелик Абрамович Элимелах - комиссар, Семен Никифоренко - командир БГ-2, младший лейтенант, М.Ф. Сараев - главный старшина радистов, Василий Дунаев - командир отделения носовых орудий, Михаил Кузнецов - шифровальщик, Иван Алексеев - старшина II статьи, сигнальщик и несколько матросов артиллеристов.
Остальные члены экипажа, механики, штурманы, машинисты, кочегары, боцманская команда и младший обслуживающий персонал считались вольнонаемными.
В зимний период 1941-1942 годов и до июля занимались переброской десантных групп и пополнения на северный участок фронта и выполняли другие задания командования.
В июле 1942 года "Сибиряков" получил срочное задание от Верховного командования выйти в Карское море для проведения операций, связанных с проводкой караванов судов Северным морским путем.
Вам уже известно, что 25 августа 1942 года в Карском море, в районе острова Белуха, сигнальщиком Алексеевым был обнаружен шедший встречным курсом тяжелый немецкий крейсер "Адмирал Шеер" под американским флагом...
Задача крейсера состояла в том, чтобы получить данные через "А. Сибирякова" о ледовом состоянии в проливе Вилькицкого, где находился в то время караван наших судов с ценным грузом для фронта.
Как только нам стало известно через штаб Диксона, что в данном районе никаких военных американских кораблей быть не может, "А. Сибиряков" изменил курс в сторону острова Белуха, чтобы занять выгодную позицию. В это время на крейсере подняли фашистский флаг и потребовали прекратить движение. В ответ "А. Сибиряков" открыл огонь из своего слабого боевого оснащения: мы имели в носовой части две зенитки 45 м/м и два спаренных пулемета на кормовой надстройке. "Шеер" имел восемь торпедных аппаратов и 109 орудий крупного калибра.
Бой был ужасный, "Сибиряков" получил много повреждений от снарядов, на палубе горели бочки с бензином и живой скот, сборные дома и собаки, предназначенные для новых полярных станций. Одним из снарядов полностью уничтожило орудие в кормовой части корабля, погиб весь обслуживающий орудийный персонал.
Все это было настолько ужасно, что не пережившему трудно в это поверить. Погибли в бою 67 человек. Командир Качарава тяжело ранен, старший помощник и штурманы убиты (старший помощник Сулаков, II штурман Самуил Федорович Бурых и III штурман Павел Дмитриевич Иванов). Машина и рулевое управление выведены из строя, а носовое орудие под командованием Василия Дунаева все еще посылало снаряды по врагу...
Что сказать о себе? По боевому расписанию я должен был обеспечить политическое руководство на корме как парторг и руководство радиосвязью по специальности. Пришлось заниматься всем, плоть до подноски снарядов, заменять выбывших из строя.
В самый разгар боя я обратил внимание, что противник усилил огонь по объекту радиосвязи, увидел, что одним из снарядов сбило передающую антенну, нарушилась связь с Диксоном. Не раздумывая я сорвал трансляционную антенну, соединил с оборванной и стал подниматься по вантам к месту крепления. Во время подъема ранило в руку, антенну поддерживал зубами. Достигнув нужной высоты, закрепил, и в это время сильный удар в спину - я падаю на палубу. Осколок от снаряда весом 325 граммов (взвешен после изъятия через 29 дней) ударил в правую подлопаточную часть грудной клетки, разрубил четыре ребра и застрял в левом боку. Рана была 32 см длиной и 12 см шириной.
...В это время возобновилась связь с Диксоном, и радисты Анатолий Шаршавин и Петр Эдуардович Гайдо передали на Диксон необходимые сообщения (о себе и противнике "А. Сибирякова"), благодаря чему Диксон принял меры, и караван, на уничтожение которого торопился "Адмирал Шеер", был спасен.
Потеряв возможность подняться на ноги, я еще долго ползал в кромешном дыму по палубе в поисках людей, а бой все еще продолжался. Правда, односторонний. Сибиряковцам отбиваться было уже нечем и некому. На палубе около входа в машинное отделение я обнаружил группу людей: Качарава, Элимелах, Бочурко, Павлинский и еще несколько человек (рассмотреть не смог, голова не поднималась).
Элимелах всех успокаивал, говорил, что принимаются меры для спасения оставшихся в живых. Качарава отдавал последний приказ Бочурко открыть кингстоны и ускорить затопление "Сибирякова". Средства для спасения заключались в одной шлюпке, все остальные разбили фашисты. Правда, был еще спущен уцелевший ялик, в котором находились три женщины - повар, буфетчица и уборщица.
Павловский через борт спустил меня в воду, но ялик от снаряда перевернулся, женщины не всплыли, а я ухватился за киль и долго держался, даже когда потерял сознание, держался. "А. Сибиряков" тонул, я еще был в сознании. Под кормой, держась за винт, сидел какой-то человек. Вскоре я потерял сознание (пишу со слов товарищей). Когда с "Сибирякова" спустили шлюпку и посадили людей, одновременно с "Адмирала Шеера" спустили катер с автоматчиками. Оставшихся со шлюпки сняли и несколько человек подобрали из воды. Алексеев и другие говорили, что руки мои фашисты не могли оторвать от шлюпки, хотели уже отступиться но все же разъединили, может, потому, что форма на мне была офицерская.
На "Адмирале Шеере" лежали в штрафном каземате вместе с Качаравой, остальные отдельно. В сознание пришел ночью, в период обстрела с "Дежнева", в Диксоне. Тогда мы думали, что встретились с англичанами и надеялись на спасение.
Мучения начались, когда нас высадили или, вернее, вынесли в Нарвике, а затем в Гдыне... Горя пришлось хватить много. Держались стойко. Во время боев за Гдыню бежали. Дней десять находились между линией фронта, затем соединились с нашей армией 2-го Белорусского фронта, где я служил до демобилизации в ноябре 1945 года.
...Качаравы с нами не было, его перевели в другой лагерь.
После войны работал в театрах Ленинграда на административной работе. В 1978 году ушел на пенсию. Инвалид войны II группы, член КПСС с 1939 года. Женат, имею дочь (1949 года рождения).
22 октября 1984 года отметили мое семидесятилетие. Поздравить приехали: Андрей Тихонович Павловский - бывший боцман, Алла Павловна Шалаева - дочь III штурмана П.Д. Иванова, Анна Дмитриевна Гайдо - жена радиста П.Э. Гайдо, Степан Васильевич Быков - ветеран Северного флота, патриот "Сибирякова", Эвника Георгиевна Светланова - спец. корреспондент газеты "Советская Россия".
В заключение хочу сказать, что все сибиряковцы выполнили свой священный долг в борьбе за Родину в неравном историческом бою ледокольного парохода "А. Сибиряков" с фашистским тяжелым крейсером "Адмирал Шеер" 25 августа 1942 года в Карском море и заслуживают памяти народа.
Спасибо за публикации.
С уважением М.Ф. Сараев.
Аватара пользователя
Сальников Константин
 
Сообщения: 45
Зарегистрирован: 05 Декабрь 2008 11:55
Откуда: п. Светлогорск (Курейская ГЭС)

"Сибиряков", ледокольный пароход (1908)

Сообщение Сальников Константин » 25 Февраль 2011 05:42

В недрах компа нашёл файлик, аж с 2002 года. В своё время отсканировал его с какой-то книжки, уж и не помню какой, но думаю информация будет интересной.
Что читать о подвиге североморцев
в бою с фашистским рейдером «Адмирал Шеер»


КНИГИ:
Белов М.И. Северный морской путь Л., «Морской транспорт». 1957, стр. 121.
Белов М.И. Провал операции «Вундерланд». М., «Морской транспорт», 1962, 48 стр.
Белов М.И. Путь через Ледовитый океан. М., «Морской транспорт», 1963, стр. 188-190.
Белов М.И. Оборона порта Диксон в августе 1942 года. «Проблемы Арктики и Антарктики», 1963, вып. 13, стр. 85-95.
Боевой путь Советского Военно-Морского Флота. М., Воениздат, 1964, стр. 267-277,
1967, Изд. 2-е, доп., стр. 245-248.
Вайнер Б.А. Северный флот в Великой Отечественной войне. М., Воениздат, 1964, стр. 190-195.
Галков П.Т. Северный морской путь. Вып. 1. Североморск, ПУ СФ, 1959, стр. 77-81.
Головко А.Г. Вместе с флотом. М., Воениздат, 1960, стр. 270, см. гл. VIII. «Шеер» получает отпор. Стр. 116-129.
Задубровский С. Один на скале. Архангельск, Кн. Из-во, 1958, 28 стр.
Искандер Ф. Баллада о капитане. Поэма. В книге «Дети Черноморья», Сухуми, 1961, стр. 137-143.
История Великой Отечественной войны Советского Союза. 1941-1945 гг. В шести томах. М., Воениздат, 1960-1965, т. 2, стр. 469.
Козлов И.А., Шломин В.С. Северный флот. М., Воениздат, 1966, стр. 138-139.
Кублицкий Г. Енисей – река сибирская. М., Детгиз, 1956, стр. 312-314.
Летопись Севера. т. 2, М., 1957, стр. 271-274: Сузюмов Е.М. Подвиг ледокольного парохода «Сибиряков».
Летопись Севера. т. 4, М., стр. 38-55: Минеев А.И. Из записок военных лет.
Сузюмов Е.М. Подвиг «Сибирякова». М., Воениздат, 1964, 88 стр.
Новиков В.Д. Покорение Арктики. М., АН СССР, 1962, стр. 94-95.
Новиков Л., Тараданкин А. Сказание о «Сибирякове». М., Молодая гвардия, 1961, 190 стр.
ПеречневЮ., Виноградов Ю. На страже морских горизонтов. М., Воениздат, 1967, стр. 276-281.
Пономарёв И.И. Подвиг североморцев. Мурманск, кн. изд-во, 1960, стр. 187-188.
Рябчиков В.И. Пламя над Арктикой. М., Советская Россия, 1959, стр. 133-139.
Фёдоров Л. А. Сибиряковец. В книге «Человек и стихия 1967», Л., Гидрометеоиздат, 1966, стр. 115-116.
Шнейдеров В.А. Великим Северным. М., Географгиз, 1963, стр. 198-199.
Эдлинский С.Ф. Северный транспортный флот в Великой Отечественной войне. 1941-1945 гг. М., Морской транспорт, 1963, стр. 82-86.
Руге Ф. Война на море. 1939-1945 гг. Пер с нем. М., Воениздат, 1957, стр. 275-277, 284-286.
Стеенсен Р.С. Северный морской путь. Копенгаген, 1957, (перевод книги находится в ЦВМБ) см. главу 22. Военно-политические события на трассе Северного морского пути, стр. 369-439.

* * *
ПРЕССА:
«Арктическая звезда» 1960, май: 6,8,13,15,18,20,22,27,29; июнь, 10 – Задубровский С. «Последний рейс “Сибирякова”».
«Арктическая звезда» 1962, февраль, 18 – Сеничев Ю. «Друзья вспоминают прошлые дни».
«Арктическая звезда» 1967, август, 23 – Селяев Р. «Никто не забыт, ничто не забыто».
«Вечерняя Москва» 1946, ноябрь, 26 – Лесс А. «Поединок».
«Водный транспорт» 1960, август, 9 – Суханов В. «Один из “четырёх Иванов”».
«Водный транспорт» 1961, январь, 12, 17, 19, 21 – Белов М. «Арктический “Варяг”».
«Водный транспорт» 1961, апрель, 4,6,8,11 – Качарава А. «Верные долгу».
«Водный транспорт» 1961, май, 1 – «Герои “Арктического «Варяга»”».
«Водный транспорт» 1961, июнь, 17– Белов М.И. «Сибиряковцы были не одни».
«Водный транспорт» 1961, июнь, 22 – «На мостике капитан Качарава».
«Водный транспорт» 1961, июнь, 22 – Панфилов В. «В ночь на двадцать седьмое…».
«Водный транспорт» 1961, ноябрь, 15 – Качарава А. «Дорогой отцов».
«Водный транспорт» 1962, июль, 27 – Реданский В. «Тревожным летом сорок второго…».
«Водный транспорт» 1966, июль, 14 – Реданский В. «Операция “Салют”».
«Водный транспорт» 1967, август, 24 – Сузюмов Е. «Два подвига моряков “А. Сибиря-кова”».
«Водный транспорт» 1967, август, 29 – Книппер В. «Подвигу четверть века».
«Вокруг света» 1965, № 5, стр. 55-59 – Фёдоровский Е. «“Сибиряков” принимает бой».
«Гатчинская правда» 1961, июль, 23 – Кряжева О. «Экран свёл друзей».
«Комсомольская правда» 1958, июнь, 4 – Почивалов Л. «Картина в каюте капитана».
«Комсомольская правда» 1967, ……., … – Данова Е. «Героям салютуют корабли».
«Коммунист» 1960, апрель, 10 – Чечёткина В. «Необычная судьба корабля».
«Коммунист Заполярья» 1966, сентябрь, 6 – Чернецкая Г. «Встреча с легендой».
«Красная звезда» 1958, март, 30 – Юнга Е. «Сильнее смерти».
«Красная звезда» 1958, май, 23 – Блинов Г. «Месяц на необитаемом острове».
«Красная звезда» 1962, август, 25 – Осокин С. «Подвиг арктического “Варяга”».
«Красная звезда» 1965, июнь, 2 – Галков П. «Координаты нанести на карту».
«Красный Север» 1967, апрель, 11 – Петрачук Ю. «Помнят полярные берега».
«Кронштадтская правда» 1961, октябрь, 21 – Ефимов М. «Неравный бой».
«Ленинградская правда» 1961, февраль, 7 – Фёдорова З. «Капитан легендарного ледокола».
«Морской флот» 1959, № 11, стр. 39 – Громов Б. «Флаг не спущен».
«Моряк Севера» 1967, август, 8, 11, 15 – Шерстобитов А. «Так её защищали».
«На страже Заполярья» 1958, июль, 5 – Галков П. «Северный морской путь».
«На страже Заполярья» 1959, июль, 23 – Галков П., Реданский В. «Сердце патриотов пламенный жар арктический холод не студит». См. статьи «Мужество сибиряковца», «Полярный “Варяг”», «Бой у острова Диксон».
«На страже Заполярья» 1960, март, 17 – Коробов И. «18 лет спустя».
«На страже Заполярья» 1960, ноябрь, 3 – Ковалёв Г. «Полярная легенда».
«На страже Заполярья» 1961, июль, 15 – Реданский В. «Сказание о “Сибирякове”».
«На страже Заполярья» 1962, июль, 28 – Тихомиров В. «Есть остров в Карском море».
«На страже Заполярья» 1962, август, 25 – Пиварчук А. «Почта героя».
«На страже Заполярья» 1963, январь, 31 – Прохатский К. «Для флота родного».
«На страже Заполярья» 1963, август, 17 – Викторов А. «Новые документы о героической обороне Диксона».
«На страже Заполярья» 1964, июль, 2 – Майсурьян В. «Второе рождение».
«На страже Заполярья» 1965, февраль, 24 – Карпухина В. «Подвиг “Дежнёва”».
«На страже Заполярья» 1965, апрель, 18 – Константинов А. «Капитан “Полярного «Варяга»”».
«На страже Заполярья» 1965, май, 22 – Реданский В. «Матрос с “Дежнёва”».
«На страже Заполярья» 1965, июнь, 1 – Галков П. «Заветные координаты».
«На страже Заполярья» 1966, август, 23 – Реданский В. «Юный разведчик Коля Проскур-нов».
«На страже Заполярья» 1966, август, 25 – Реданский В. «Восемь минут огня».
«На страже Заполярья» 1966, август, 27 – Засухин В. «Моряки снимают шапки».
«На страже Заполярья» 1967, январь, 29 – Веринчук Н. «Будет книга о североморцах».
«На страже Заполярья» 1967, февраль, 11 – Реданский В. «Флотский характер».
«На страже Заполярья» 1967, июнь, 27 – Свердлин С. «Капитан не спускает флага».
«На страже Заполярья» 1967, август, 20 – Владимиров Г. «Подвигу – четверть века».
«На страже Заполярья» 1967, август, 20 – «Подвиг дежнёвцев». См. статьи: «Неравный пое-динок», «Мужество победило», «Грозные минуты», «Стрелять по-алимовски», «Товарищ о товарище», «Послевоенные судьбы героев».
«На страже Заполярья» 1967, август, 24 – Сороковиков Г. «На флоте гостит группа моряков с “Дежнёва”».
«На страже Заполярья» 1967, август, 25 – Сузюмов Е. «Подвиг “А. Сибирякова”».
«Полярная звезда» 1959, август, 22 – Реданский В. «Бой у острова Диксон».
«Полярная правда» 1961, июнь, 14 – Реданский В. «Подвиг в студёном море».
«Полярная правда» 1962, август, 25 – Сузюмов Е. «Подвиг в Арктике».
«Полярная правда» 1967, август, 20 – Ростова С. «Памяти героев».
«Правда» 1967, август, 29 – «Подвиг у острова Диксон».
«Правда Севера» 1966, июнь, 15 – Реданский В. «Где вы, дежнёвцы?».
«Правда Севера» 1967, апрель, 8, 9, 11, 12 – Реданский В. «“Дежнёв” принимает бой».
«Правда Севера» 1967, август, 23 – Реданский В. «Встреча с героями “Сибирякова” и “Деж-нёва”.
«Правда Севера» 1967, август, 25 – Блинов Д. «“Сибиряков” принимает бой».
«Правда Севера» 1967, август, 27 – «Под знаменем славы. Четверть века подвигу “Cибиря-кова” и “Дежнёва”».
«Правда Севера» 1967, август, 29 – Яковлев С. «Встречи в Архангельске. Четверть века под-вигу “Сибирякова” и “Дежнёва”»
«Правда Севера» 1967, август, 29, 30 – Реданский В. «“Дежнёв” принимает бой (глава очерка, дописанная с помощью читателей «Правды Севера»)».
«Правда Севера» 1967, август, 30 – «У нас в гостях – дежнёвцы».
«Рыбный Мурман» 1967, август, 23 – «Памяти героев-дежнёвцев».
«Советская Абхазия» 1965, март, 14 – Голубев Г. «»Это было у острова Белуха».
«Советская Аджария» 1967, март, 7 – Лисовская Т. «На капитанском мостике Анатолий Качарава».
«Советская Россия» 1961, апрель, 30 – Указ Президиума Верховного Совета СССР «О на-граждении орденами СССР членов экипажа Краснознамённого ледокольного парохода “А. Сибиряков”» от 29 апреля 1961 года.
«Советская Россия» 1961, июнь: 9-12, 14-16; июль, 28 – Новиков Л., Тараданкин А. «Сказание о “Сибирякове”».
«Советская Россия» 1962, август, 27 – Новиков Л., Тараданкин А. «Корабли солютуют».
«Советская Россия» 1963, июль, 12 – Новиков Л., Тараданкин А. «Воспитай сына патри-отом».
«Советский Таймыр» 1967, август, 27 – Гончаров А. «Этих дней не смолкнет слава. К 25-летию обороны Диксона».
«Советский флот» 1958, июнь, 11 – Дмитриев Ю. «Правда о бое у острова Диксон».
«Советский флот» 1958, июль, 10 – Шнейдер И. «Ещё о бое у острова Диксон».
«Техника – молодёжи» 1964, № 3, стр. 26-27 – Литвиненко И. «Изгнание пирата».
«Труд» 1967, август, 27 – Засухин В. «Подвиг в бухте Диксон».

«Ла ревю маритим» 1958, 11, № 141, стр. 156-178 – Клод Ю. «Эпизод войны на море в Арк-тике (август 1942 г.)».
«Марине рундшау» 1955, № 1, стр. 1-8 – Майстер Ю. «Операция “Вундерланд”. Немецкий тяжёлый крейсер “Адмирал Шеер” в Карском море 16-31 августа 1942 года».

Аватара пользователя
Сальников Константин
 
Сообщения: 45
Зарегистрирован: 05 Декабрь 2008 11:55
Откуда: п. Светлогорск (Курейская ГЭС)

"Сибиряков", ледокольный пароход (1908)

Сообщение Иван Кукушкин » 06 Апрель 2011 20:36

 Музей Арктики 22-03-10 178.jpg
Российский Государственный Музей Арктики и Антарктики.
Выставочная экспозиция.
"Бой л/п "Сибиряков" с немецким крейсером "Адмирал Шеер"
Аватара пользователя
Иван Кукушкин
 
Сообщения: 11644
Зарегистрирован: 17 Июнь 2007 05:52
Откуда: Нижний Новгород

"Сибиряков", ледокольный пароход (1908)

Сообщение Александр Андреев » 06 Апрель 2011 22:19

Иван Кукушкин пишет:Выставочная экспозиция


Постоянная экспозиция. :) худ. М. Н. Успенский
Александр Андреев
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3087
Зарегистрирован: 03 Март 2008 06:23
Откуда: Санкт-Петербург

РИНКИС Наталья Петровна 1914 буфетчица

Сообщение [ Леспромхоз ] » 26 Декабрь 2011 20:18

Книга Памяти. Мурманская область. Том 2, с.80. : Ринкис Надежда 2-80.jpg
РИНКИС Надежда, русская, буфетчица ледокольного парохода "А. Сибиряков" Севморпути, погибла 25.08.1942 на потопленном немецким рейдером "Адмирал Шеер" судне в проливе Вилькицкого в Карском море.
Книга Памяти. Мурманская область. Том 2, с.80.
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11087
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

"Сибиряков", ледокольный пароход (1908)

Сообщение Igor3313 » 11 Март 2012 15:40

Изображение

Изображение
«Адмирал Шеер» (нем. Admiral Scheer) — немецкий тяжёлый крейсер типа «Дойчланд» времён Второй мировой войны.
Корабль назван в честь адмирала Рейнхарда Шеера. Изначально был классифицирован как броненосец, но в феврале 1940 года классификация была изменена на тяжёлый крейсер.

Изображение
«Адмирал Шеер» расстреливает ледокольный пароход «А.Сибиряков».

Изображение
Снимок сделан с борта фашистского рейдера…

Изображение
Igor3313
 
Сообщения: 86
Зарегистрирован: 02 Март 2012 20:10

"Сибиряков", ледокольный пароход (1908)

Сообщение Сергей Шулинин » 01 Апрель 2012 09:21

Благодарю Никандра Анатольевича Елагина за предоставленные материалы. Его книга - это ледокол, проводящий караван, состоящий из судов "Память", "Верность", "Долг", по морям мирной жизни и противостоящий штормам беспамятства и безразличия. Капитан ледокола Н.А. Елагин держит курс на материк "Побратимов Арктики". Его слова и дело прокладывают маршрут для прохождения конвоям памяти и служат путеводной нитью для скрепления поколений, чьи потомки служили, работали на пароходах "Дежнёв" и "А. Сибиряков".
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3169
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

"Сибиряков", ледокольный пароход (1908)

Сообщение Сергей Шулинин » 01 Апрель 2012 09:30

Елагин Н.А. Побратимы Арктики: Композиция на заданную тему в двух частях – Изд. 2-е. Тирасполь: Б.и., 2010, ГУИПП «Бендер. тип. «Полиграфист». с. 5-7

Арктика, август 1942 года

…25 августа 1942 года фашистский пират, ничего не добившись на подходах к проливу Вилькицкого, возвратился в центральную часть Карского моря. Ему нужен был успех, во что бы то ни стало. А время шло…
Это был период интенсивной арктической навигации. По трассе Северного морского пути шли караваны судов, совершали переходы отдельные суда, осуществляя транспортировку военных, народнохозяйственных грузов, производились перевозки для полярных станций.
С Новой Земли на Диксон следовал «Дежнёв». Для смены зимовщиков и доставки необходимых грузов на полярные станции спешил с Диксона в восточную часть Карского моря ледокольный пароход «Сибиряков». К полудню 25 августа он находился в районе острова Белуха. На судне шла обычная жизнь, ничто не предвещало беды…
Около 12 часов дня старшина сигнальщиков «Сибирякова» Иван Алексеев доложил: «Слева по курсу на горизонте вижу дым!» Спустя некоторое время можно было определить: приближается неизвестный крупный военный корабль. На «Сибирякове» сыграна боевая тревога. Экипаж занял места по боевому расписанию. Обнаруженный корабль не отвечал на запросы «Сибирякова», продолжал сближаться, требовал передачи данных о ледовой обстановке и местонахождении караванов судов. Почуяв неладное, командир ледокольного парохода Анатолий Качарава решил направить судно к острову Белуха, чтобы на случай нападения понести меньше потерь в людях. Одновременно на Диксон уходит сообщение об обнаружении крейсера неизвестной национальности, идущего без флага.
Тогда «Шеер» сбрасывает маску: поднимает фашистский флаг и требует от «Сибирякова» застопорить ход, прекратить работу судовой радиостанции. Вслед за переданным сигналом «Спустите флаг, сдавайтесь!» фашистский крейсер открывает огонь по «Сибирякову».
Командир принимает решение вступить в бой. Огонь по врагу открыли комендоры во главе с командиром артиллерийской боевой части Семёном Никифоренко.
Это был неравный, героический поединок: транспортное судно с трехдюймовыми пушками сражалось против бронированного, мощного артиллерийского корабля. Первые же залпы фашистского крейсера нанесли «Сибирякову» значительный ущерб: уничтожена кормовая артиллерийская группа судна. Погибли расчёты этой группы. Смертью храбрых пал младший лейтенант Никифоренко. На корме возник пожар. Смертельно ранена судовой врач Валентина Черноус. Но «Сибиряков» продолжает вести огонь по кораблю противника. От вражеского снаряда загораются бочки с бензином на носовой палубе. В борьбу с огнём вступает боцман корабля Андрей Тихонович Павловский. Огонь подбирается к ящикам со снарядами. Рискуя жизнью, опасность ликвидирует матрос Малыгин.
Контужен командир, но продолжает управлять судном и действиями экипажа. Носовая батарея ведёт стрельбу. Там отлично выполняют свои обязанности комендоры Дунаев, Скворцов, Тарбаев. Радиосвязь с берегом поддерживает Шершавин. Сбит флаг. К нему бросается старшина Алексеев. Но он не смог вновь поднять знамя над кораблём, был тяжело ранен. Это сделал матрос Новиков…
Управление манёврами судна осуществляет уже с кормового рулевого боевого поста старший помощник Сулаков. Для восстановления связи поднимается на грот-мачту и устанавливает аварийную антенну среди летящих осколков и снарядов парторг корабля Сараев.
На многих боевых постах во время боя сумел побывать комиссар Зелик Элимелах. Тёплые слова одобрения слышали от него люди. Он помогает организовать подачу артснарядов на носовую батарею и поставить дымовую завесу…
На «Сибирякове» – критическая обстановка.
Судно теряет скорость из-за боевых повреждений в котельном отделении. Много убитых и раненых, кругом очаги огня. Невдалеке - остров Белуха. Но уже не дотянуть… Решение командира - спасти оставшихся в живых людей. Он отдает распоряжение поставить дымовую завесу и спустить шлюпки на воду…
Новый залп с фашистского крейсера выводит из строя радиостанцию. Носовая пушка продолжает стрелять по вражескому кораблю. Сейчас весь её расчёт состоял из одного человека - Дунаева. Из строя вышла машина. «Сибиряков» горит. Убит старпом Георгий Петрович Сулаков. Посадку людей на шлюпки организует Элимелах. Командир подтверждает старшему механику судна Николаю Григорьевичу Бочурко ранее отданное приказание: как только все люди покинут судно, приступить к его затоплению.
В первой шлюпке, отошедшей от борта «Сибирякова» – женщины и раненые. Фашисты начинают обстреливать район нахождения «Сибирякова» осколочными гранатами, чтобы уничтожить оставшихся в живых. Вторично ранен командир. В бессознательном состоянии его опускают во вторую шлюпку. В это время переворачивается первая шлюпка. По приказу комиссара помощь тонущим оказывает боцман Павловский.
…На корме погружающегося в морскую пучину ледокольного парохода стояли, обнявшись, два человека. Это были Зелик Элимелах и Николай Бочурко.
Так героически погиб ледокольный пароход «Сибиряков». Ему суждено было в своей жизни отличиться дважды. Первый раз – в 1932 году он впервые в истории прошёл Северным морским путём за одну навигацию с запада на восток и был награждён орденом Трудового Красного Знамени. Второй раз – через десять лет, в августе 1942 года сам погибает, но спасает советские караваны. В бою с более сильным кораблем противника не спустил своего флага «Полярный «Варяг».
…Уцелевшая шлюпка направилась под прикрытием дыма к берегу. Её перехватывает катер фашистского крейсера. Гитлеровцы захватывают в плен сопротивлявшихся сибиряковцев. Их осталось 19. Потом был фашистский плен – на крейсере до Нарвика, на каботажном судне – от Нарвика до Киля. Концлагерь «Марине-Гулак №330» под Гдыней в Польше. Освобождение из фашистского плена в 1944 году…
Единственный член экипажа, избежавший плена – кочегар Павел Иванович Вавилов. На шлюпке он добрался до острова Белуха. Там пробыл долгих 36 дней…
…25 августа 1942 года на фашистском крейсере празднуют первый успех: уничтожен «Сибиряков», часть его экипажа пленена. Однако задача, поставленная перед «Адмиралом Шеером», не выполнена. Более того, в результате сопротивления ледокольного парохода утрачена внезапность. Не достигнута и главная цель – от «Сибирякова» не удалось получить данные ледовой обстановки в Карском море, неизвестно и местонахождение советских караванов…
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3169
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

"Сибиряков", ледокольный пароход (1908)

Сообщение Сергей Шулинин » 01 Апрель 2012 09:30

Елагин Н.А. Побратимы Арктики: Композиция на заданную тему в двух частях – Изд. 2-е. Тирасполь: Б.и., 2010, ГУИПП «Бендер. тип. «Полиграфист». с. 9

Арктика, август 1942 года

…Надо было иметь гражданскую смелость, чтобы защитить право на подвиг экипажа «Сибирякова» и его прославленного командира капитана Анатолия Качаравы, снять со многих печать «изменников Родины», чем неизменно клеймили безоговорочно всех пленников, независимо оттого, при каких обстоятельствах пленение состоялось. Кто знает, какие бы жертвы ещё принесла на алтарь Победы Советская Арктика, если бы ценой собственных жизней сибиряковцы не оповестили Север о вероломном вторжении врага. Это и есть подвиг, в высшей степени его понимания, – за гибелью одних продолжается жизнь других…
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3169
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

"Сибиряков", ледокольный пароход (1908)

Сообщение Сергей Шулинин » 01 Апрель 2012 09:31

Елагин Н.А. Побратимы Арктики: Композиция на заданную тему в двух частях – Изд. 2-е. Тирасполь: Б.и., 2010, ГУИПП «Бендер. тип. «Полиграфист». с. 19-20

Память осталась

У Рудного были все основания относиться ко мне, как журналиста самого высокого ранга. Но я ни разу не заметил даже малейшего поползновения к тому, чтобы он поспешил занять своё почётное место на выстроенном мною же пьедестале. Он был на равных и в тот памятный вечер, когда рассказывал о своих встречах с североморцами. Вот как он вспоминал свою первую встречу с Павловским: «…Мы были с этим рослым угрюмым человеком в чёрном пиджаке в помещении столовой большого сухогруза «Поморье» – это называлось «встреча ветеранов войны с экипажем». Нас пришло четверо, и мне показалось, что это слишком много для молодых людей, уходящих через несколько часов с пакетами леса в Лондон: каждому хотелось поговорить, внушить молодым сознание, что надо, надо помнить войну. А это не телепередача в эфир, где всё спрессовано расписанием и передаётся в эфир на свободный вкус и выбор: хочешь – слушай, не желаешь – выключай. Угрюмый человек выступал третьим. Он начал, как селянин на дороге:
– Здравствуйте. Меня зовут Павловский, Андрей Тихонович. Я с Летнего берега. Кто такой юнга, знают все. А что такое зуёк, слыхали вы, наверно, от дедов или отцов. Вы же поморы. Я начал в двадцать седьмом плавать зуйком, мне было одиннадцать лет. Ловил треску, ходил на промысловом паруснике. К Архангельску было приписано полтысячи парусников. Подрос и попал на ледокол «Сибиряков». Краснознамённый – за то, что в одну навигацию прошёл всю Арктику насквозь, с запада на восток. Я же боцман, а вы разбираетесь, кто такой боцман на судне… Смешок. И всем стало любопытно его слушать, а он рассказывал о вещах трагических, о подвиге и гибели своего корабля и экипажа в бою против фашистского тяжёлого крейсера «Адмирал Шеер» у острова Белуха в Карском море летом сорок второго года…»
Владимир Александрович с болью в сердце, сочувствием и сожалением говорил о том, что у многих моряков ледокольного и торгового флота в военных билетах, как и у Андрея Тихоновича Павловского, долгое время значилась запись: «В Отечественной войне не участвовал…» И он писал об этом в своих статьях и очерках, публиковал их в центральных газетах и книгах, добиваясь справедливости. Как это не участвовал Павловский в войне, если он чуть было не погиб вместе со своим ледокольным пароходом под прицельным огнём фашистского рейдера, прошёл через застенки концлагерей? Для устранения этой несправедливости много сделал писатель и журналист В.А. Рудный.
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3169
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Пред.След.

Вернуться в Полярный флот Росcии/СССР



Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 4

Керамическая плитка Нижний НовгородПластиковые ПВХ панели Нижний НовгородБиотуалеты Нижний НовгородМинеральные удобрения