Северная гидрографическая экспедиция СФ

[Historik]

Из второй книги капитана 1 ранга в отставке, Заслуженного работника Высшей школы РФ, доктора технических наук, профессора Корнеева Олега Юрьевича//
Корнеев О.Ю. Гидрографическая экспедиция Северного флота. Век в Арктике (1924-2024). Малоизвестные факты. - М.: Издательские решения, 2024:

Глава 3. Основные вехи в вековой деятельности Гидрографической экспедиции Северного флота (1924-2023)

Северная гидрографическая экспедиция с момента своего образования в мае 1924 г. сохранила свое местоположение в районе Соломбала города Архангельска (в 1986 г. уже 30-я ГЭ СФ (с 1971 г.) была переведена в Мурманск, напротив которого через Кольский залив в поселке Мишуково базировались океанографические исследовательские суда Гидрографической службы Северного флота, используемые СГЭ для походов в море).
Основная часть информации об этапах экспедиции до 1960 г. была взята из книги ветерана СГЭ капитана 2 ранга в отставке, действительного члена Русского географического общества Федотова Павла Петровича «Гидрографы в Арктике и Антарктике» (- Архангельск: Поморский университет, 2004. 169 с.), завершившего службу в СГЭ в 1975 г. в должности начальника Отдела камеральной обработки. Также часть данных автору удалось найти в отчетах экспедиции за данные периоды в архивах Центрального картографического производства. В целом автор согласен с периодизацией деятельности СГЭ, предложенной Федотовым П.П., за исключением объединения периода Великой Отечественной войны с послевоенным.

Федотов П.П.
Родился 7 ноября 1926 г. в с. Нерица Печорского уезда Архангельской губернии (ныне Усть-Цичёмский район республики Коми). Предками были староверы — выходцы из земель Великого Новгорода, заселившие среднюю Печору еще в XVI веке, во времена Ивана Грозного.
Павел Петрович начал ходить в море с 14 лет на паровых судах Печорского речного пароходства, работая кочегаром, масленщиком, помощником механика (в зимнее время — на судоремонте). В 1943 г. окончил с отличием Ремесленное училище речного флота, в 1947 г. — с отличием Печорский речной техникум.
С 1941 г. по 1946 г.принимал участие в перевозке и транспортировке грузов и железнодорожного оборудования по рекам Печоре и Усе для строившейся в годы войны Печорской железнодорожной магистрали, а также в перевозке каменного угля для кораблей Северного флота в порт Нарьян-Мар.
В 1951 г. окончил Гидрографический факультет Высшего военно-морского училища имени М.В.Фрунзе.
С 1951 г. по 1975 г. служил в СГЭ, пройдя должности от помощника командира Гидрографической партии Гидрографического отряда до начальника Отдела камеральной обработки. Участвовал во многих арктических и антарктической экспедициях по гидрографическому изучению и исследованию морей и океанов. В дальних плаваниях на кораблях и в составе экспедиций прошел 20 морей, 3 океана. Во многих экспедициях непосредственно участвовал в океанографических исследованиях неизученных или мало изученных районов, снимая «белые пятна» с навигационных карт, корректируя их и составляя лоции.
Было присвоено воинское звание капитан 2 ранга. Всего отслужил в Военно-Морском флоте 28 лет, из них 24 года на Краснознаменном Северном флоте в Северной гидрографической экспедиции.
После увольнения в запас 6 лет работал в Северном морском пароходстве, из них 2 года плавал первым помощником капитана на транспортном теплоходе «Белозерсклес».
За безупречную службу, трудовую деятельность во время Великой Отечественной войны, исследования в Арктике и Антарктике награжден 16 медалями СССР и России, в том числе: «За отвагу», «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.», «Ветеран Вооруженных Сил СССР» и др.



Начало деятельности (1924-1933)

В 1924-1926 гг. СГЭ изучала режим течений в Горле Белого моря. Наблюдения производились с гидрографических судов «Купава», «Метель», «Мурман». На основании работ был создан Атлас течений в Горле Белого моря. В это же время экспедицией астрономически определены координаты маяка Соловецкий, а на Терском берегу — светящего знака Пулонга, мыса Никодимский, а также проведена буссольная съемка острова Сосновец и мензульная съемка в западной части дельты реки Северная Двина. Наряду с морским и прибрежным промерами велись уровенные (за приливами) и другие гидрофизические наблюдения, топографическая съемка, магнитные и гравитационные наблюдения на берегу.
После окончания экспедиций, как ранее и предлагал Н.Н.Матусевич, большая часть офицерского состава экспедиции возвращалась в Ленинград для обработки полученных данных и построения промерных планшетов.
В Баренцевом море с 1925 г. по 1934 г. была выполнена систематическая подробная опись Мурманского берега от губы Вайда (полуостров Рыбачий) до мыса Святой Нос, но без гидрографического промера прибрежных вод.
По результатам работ многим географическим объектам в Арктике, выявленным СГЭ, были присвоены наименования. Много названий выработала комиссия СГЭ под председательством ветерана ГЭСЛО Н.И.Евгенова в составе В.П.Александрова, В.С.Лукьянова, П.Е.Федорова и А.П.Архипова, работавшая 3–4 апреля 1925 г. (книга «Топонимика морей Советской Арктики». - Ленинград, 1972).

Предвоенный период (1933-1941)

В 1933 г. в соответствии с постановлением Правительства СССР была создана Северная военная флотилия, преобразованная в 1937 г. в Северный флот. В результате таких преобразований Северная гидрографическая экспедиция была подчинена Беломорской военно-морской базе и получила соответствующую добавку в своем названии - СГЭ Беломорской ВМБ (установлено автором по надписям в научно-технических отчетах экспедиции тех лет).
18 мая 1935 г. гидрографы СГЭ на гидрографическом судне «Мигалка» подошли к деревне Сюзьма на берегу Двинского залива Белого моря, в районе которой предполагалось построить военно-морскую базу. На берег с судна выгрузили: два промерных бота с двигателями типа «Болиндер» и «Скрипс», инструменты, оборудование для промера и съемки, имущество комплексной гидрографической партии. Начальником гидрографической партии был назначен старший лейтенант Терешин Альберт Гаврилович.
Всеми видами работ в силу их исключительной важности командовал лично начальник экспедиции капитан 1 ранга Шинков Дмитрий Васильевич с борта гидрографического судна (ГИСУ) «Мгла», на котором в 1935 г. впервые на Севере для промера был установлен первый отечественный электрический эхолот типа «ЭЛ» ленинградского завода «Коминтерн».

Шинков Д.В. (1900–1965)
Родился 4 октября 1900 г. в Санкт-Петербурге.
До вступления в ряды РККА трудился матросом на судах Вятско-Волжского пароходства.
Участник Гражданской войны (1918-1920). В 1920 г. окончил секцию водного транспорта Коммунистического университета имени Я.М.Свердлова в Москве.
Служил заведующим отделом политического просвещения Азовской военной флотилии.
С 1921 г. – инструктор Политуправления Морских сил Чёрного и Азовского морей.
В 1926 г. окончил Военно-морское гидрографическое училище.
C 1929 г. – старший производитель Северной гидрографической экспедиции.
В 1934 г. окончил гидрографический факультет Военно-морской академии имени К.Е.Ворошилова.
С 1934 г. – начальник отряда Северной гидрографической экспедиции.
С 1935 г. - начальник Северной гидрографической экспедиции.
Участник советско-финляндской войны (1939-1940).
В годы Великой Отечественной войны (1941-1945) – начальник морского отдела Советского транспортного управления в Иране, заместитель начальника Гидрографического управления ВМФ по гидрографии, картографии и издательству.
После войны – заместитель главного редактора «Морского атласа», с 1950 г. –начальник издательства Гидрографического управления ВМС.
С 1953 г. – инженер-капитан 1 ранга в отставке.
Награждён орденом Ленина, двумя орденами Красного Знамени, орденом Красной Звезды, двумя орденами Отечественной войны 1-й ст., орденом Отечественной войны 2-й ст. и медалями.
В его честь в 1929 г. была названа бухта на востоке губы Широчиха, что на юго-западе южного острова Новой Земли.
Похоронен на Северном кладбище Санкт-Петербурга - https://vk.com/wall-200857020_608.

На ГИСУ «Мигалка» промером и обследованием руководил заместитель начальника СГЭ Глинков Евгений Георгиевич, впоследствии контр-адмирал, заместитель начальника Гидрографического управления ВМФ.
Прибрежный промер на 2 ботах выполняли лейтенанты В.Беляев и А.Рубе (имя и отчество Рубе Андрея Александровича, 1912 г. р. установил корректор О.Горлов).
Топографическую съемку на планшетах в масштабе 1:10 000 и 1:25 000 выполняли техники-производители работ И.Д.Мороз и Л.П.Агафонов, которых автор застал еще в экспедиции в 1981 г. в добром здравии.
Из книги П.П.Федотова: «Над всей местностью в районе работ величественно возвышался Никольский монастырь, который впоследствии также был включен в геодезическую сеть и стал одним из основных координатных пунктов».
В начале работ был установлен водомерный (футшточный) пост для уровенных наблюдений за приливами, на котором наблюдения ведутся и до настоящего времени.
В течение лета 1935 г. СГЭ провела топографическую съемку побережья Двинской губы Белого моря в масштабах 1:10 000 и 1:25 000, в районе, где было решено организовать военно-морскую базу Молотовск (поселок основан в 1936 г., 12 сентября 1957 г. переименован в Северодвинск). Также в прибрежной части данного района был выполнен прибрежный и морской промер.
Материалы, полученные комплексной гидрографической экспедицией в 1935 г., были использованы для составления и издания морских навигационных карт и пособий. Были также сформулированы рекомендации для проектирования и строительства объектов, а также проведения дноуглубительных работ на акватории будущего завода и подходного морского канала к нему.
В 1936 г. впервые на Севере при топографических работах СГЭ была применена аэрофотосъемка побережий Белого и Баренцева морей. В тот же год офицерский состав экспедиции перестал убывать на зимний период в Ленинград и стал постоянно базироваться в Архангельске в различных зданиях, дополнительно к выделенному при образовании дому номер 26 по набережной Северной Двины в Соломбале Архангельска.
В 1936 г. в составе экспедиции было три отряда, которые до этого года назывались партиями: Гидрографический, Геодезический и Судового промера. Видимо Гидрографический отряд занимался прибрежным промером с базированием на берегу.
К 1938 г. на побережье Белого моря было выполнено: триангуляция 2-го и 3-го классов, топографическая съемка и промер: в дельте реки Северная Двина и Горле Белого моря, в Мезенском, Кандалакшском заливах, на Карельском, Терском, Летнем, Зимнем берегах. В результате работ была создана геодезическая основа по всему побережью, за исключением Онежского залива, закончена систематическая опись на большей части Терского и Карельского берегов, побережья в Кандалакшском, Двинском и Мезенском заливах.
До 1938 г. гидрографические работы в море ограничивались отдельными детальными съемками для составления крупномасштабных планов в Белом и Баренцевом морях. Прокладывались новые геодезические сети на побережье Баренцева моря к востоку от мыса Канин Нос. Впервые инструментально с высокой точностью были взаимоувязаны координаты геодезических пунктов западного и восточного берегов Горла Белого моря.
К 1940 г. в экспедиции появляются новые гидрографические и геодезические инструменты и приборы, а также новые промерные катера повышенной мореходности. На вооружение новых катеров стали также устанавливать эхолоты, что позволило значительно увеличивать объемы гидрографических исследований.

[Historik]

Из второй книги капитана 1 ранга в отставке, Заслуженного работника Высшей школы РФ, доктора технических наук, профессора Корнеева Олега Юрьевича//
Корнеев О.Ю. Гидрографическая экспедиция Северного флота. Век в Арктике (1924-2024). Малоизвестные факты. - М.: Издательские решения, 2024:

Великая Отечественная война (1941-1945)

В годы Великой Отечественной войны экспедиция обеспечивала безопасное в навигационном отношении базирование кораблей, топогеодезическую подготовку береговой артиллерии, минные постановки и траление мин противника. Гидрографы участвовали в боевых действиях (первом броске десанта), в проводке конвоев (арктических и союзных), создании картографических материалов для десантных операций.
В книге, в разделе «Воспоминания ветеранов», приведен краткий очерк начальника СГЭ на момент начала Великой Отечественной войны капитана 1 ранга Алексея Николаевича Алексеева (на снимке - справа) (из его главы в книге «Гидрографы в Великой Отечественной войне в 1941-1945 гг.». - Лд: ГУНиО МО РФ, 1975; на снимке - слева), в котором он рассказал, как экспедиция встретила начало войны.

Алексеев А.Н.
Родился 1 августа 1905 г. в г. Боброве Воронежской области.
С 30 сентября 1922 г. по 31 мая 1928 г. – курсант Ленинградского ВМУ им. М.В.Фрунзе. Член ВКП(б) с 1926 г.
С 31 мая по 30 сентября 1928 г. – корабельный курсант КР «Червона Украина» Морских сил Чёрного и Азовского морей.
С 30 сентября по 31 декабря 1928 г. – командир взвода в Черноморском флотском экипаже.
С 31 декабря 1928 г. по 31 мая 1929 г. – командир торпедного катера дивизиона сторожевых и торпедных катеров Морских сил Чёрного и Азовского морей.
С 31 мая 1929 г. по 31 октября 1930 г. – командир торпедного катера отряда торпедных катеров Морских сил Балтийского моря.
С 31 октября 1930 г. по 30 ноября 1931 г. – слушатель Гидрографического класса специальных курсов комсостава Морских сил Балтийского моря.
С 30 ноября 1931 г. по 30 апреля 1933 г. – младший производитель работ Северной гидрографической экспедиции Главного гидрографического управления CCCР.
С 30 апреля 1933 г. по 31 мая 1935 г. – старший производитель работ Северной гидрографической экспедиции Беломорской ВМБ Северной военной флотилии.
С 31 мая 1935 г. по 30 сентября 1936 г. – начальник партии Северной гидрографической экспедиции Беломорской ВМБ Северной военной флотилии.
С 30 сентября 1936 г. по 30 ноября 1939 г. – слушатель Военно-морской академии имени К.Е. Ворошилова.
С 30 ноября 1939 г. по 30 ноября 1940 г. – помощник начальника Гидрографической экспедиции КБФ. Участник советско-финляндской войны (1939-1940).
С 30 ноября 1940 г. по 28 февраля 1941 г. – начальник гидрографического отряда Северной гидрографической экспедиции СФ.
С 28 февраля 1941 г. по 30 апреля 1942 г. – начальник Северной гидрографической экспедиции СФ.
С 30 апреля 1942 г. до конца Великой Отечественной войны – капитан 2 ранга, заместитель начальника Гидрографического отдела по гидрографии СФ.
После войны было присвоено воинское звание капитан 1 ранга.
Награждён орденом Ленина, двумя орденами Красного Знамени, орденами Красной Звезды, Отечественной войны 2-й ст., медалями «За боевые заслуги», «За оборону Советского Заполярья», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».

Уже в первые месяцы войны СГЭ понесло тяжелую утрату. 24 июля 1941 г. было потоплено гидрографическое судно «Меридиан» (командир — капитан-лейтенант В.Г.Егоров), вышедшее 22 июля из Кольского залива в Иоканьгу для снабжения маяков восточного побережья Кольского полуострова и для эвакуации с маяков женщин и детей. Снабдив маяк Харлов и выйдя в направлении губы Восточная Лица, «Меридиан» подвергся нападению четырех немецких эсминцев типа «Редер», расстрелявших судно в упор. Машинная команда под руководством механика инженер-капитан-лейтенанта С.И.Дубровина и старшего моториста Заварзина, борясь с поступавшей водой, так и погибла в машинном отделении. Последним покинул гибнущее судно раненый командир «Меридиана». Объятый пламенем «Меридиан», оседая на корму, затонул с развевающимся на гафеле флагом. Погибло 46 человек, среди них были женщины и дети (в летнюю навигацию 2022 г. корпус судна был найден потомками — специалистами 4-й Арктической океанографической экспедиции на малом гидрографическом судне 41-й РГС СФ «Николай Скосырев» (выпускник ВВМУ им. М.В.Фрунзе 1932 года, начал службу в СГЭ, в 1947-1967 гг. — начальник ГС СФ, контр-адмирал).

(на снимке - затонувшее судно нашли на глубине около 60 м в районе о. Большой Лицкий у восточного побережья Кольского полуострова. Его корпус цел, хотя рубки нет - https://b-port.com/news/274255).
3 ноября 1941 г. в СГЭ была образована ледоводорожная служба в составе Кандалакшского, Кемского и Резервного отрядов.
Кемский ледоводорожный отряд (командир — капитан-лейтенант И.И.Малышев) состоял из 30 человек; Кандалакшский (командир — старший лейтенант М.М.Останин) — из 40 человек; Резервный (командир — капитан-лейтенант В.С.Карев) — из 35 человек. Служба обеспечивала подход судов к припаю по створам с железнодорожными фонарями, которые не были видны сверху вражеской авиации, а также помогала осуществлять выгрузку личного состава и техники на лед, а также их последующую перевозку по льду к пунктам назначения. Так, например, 9 января 1942 г. Кемский отряд обеспечивал выгрузку ледокольного судна «ЛД-6». На лед было высажено 600 человек и снято 5 тонн груза. За ночь люди и груз были проведены гидрографами по льду к месту назначения.
Тяжеловесы транспортировались тракторами по ледовой трассе длиной 9 км. Этой работой умело руководил гидрограф капитан-лейтенант А.К.Жилинский , будущий начальник экспедиции.
Кемский отряд обеспечивал перевозки зимой 1942-1943 гг. 21 февраля 1943 г. принимал на лед людей и 600 тонн груза с л/п «Георгий Седов». На этом же судне с 7 по 13 апреля были доставлены грузы из Архангельска, Кеми и с Соловецких островов в Рабочеостровск (расположен на берегу бухты, удобной для базирования кораблей, около пос. Попов Остров, в 1914 г. ГЭ БМ организовала там футшток, С 1918 г. до 1924 г. остров носил имя сначала Красная революция, а затем Октябрьской революции) перевезено 3 000 бойцов и боевая техника.
Резервный ледоводорожный отряд обеспечивал ледовые дороги, проложенные по реке Северная Двина и ее рукавам между городами Архангельск и Молотовск, на острова Мудьюг и Ягры.
Летная группа на самолетах У-2 производила разведку дрейфующих льдов и наведение транспортов к точкам высадки, которым по радио передавались координаты точек подхода к припаю. В группу входили полярные летчики майор Сидоров, капитаны Иванов и Рогожин. Ответственным за работу летной группы был назначен гидрограф СГЭ капитан 3 ранга Н.И.Пахомов.
В течение 1942 г. СГЭ выполнила два весьма важных задания командования Северного флота.
Во-первых, была произведена топографическая съемка 30-ти километровой полосы Мурманского берега от Нокуевского залива до Пулонги, а также Канинского и Конушинского берегов, островов: Соловецких, Моржовца и Колгуева. В результате этих съемок были изданы крупномасштабные карты, явившиеся основой для установки береговых батарей кругового обстрела и оборонительных зон побережья.
Во-вторых, было проведено гидрографическое траление и оборудован в навигационном отношении восточный фарватер на подходе к Горлу Белого моря (ФВК-7), ставший надежным дублером Терского фарватера, от мыса Городецкий вдоль западного берега Воронки Белого моря.
В результате проведенных работ также удалось осуществить геодезическую привязку острова Моржовец к общегосударственной триангуляционной сети на Конушинском берегу.
Работы были завершены в конце 1942 г., при частых налетах вражеских самолетов, атаки которых отбивались зенитным огнем с установленных на судах орудий и пулеметов. В экспедиционных работах участвовало 650 человек рабочих и техников.
Работы были успешно выполнены благодаря капитан-лейтенантам Бурмакину В.П., Гаркуше И.Ф., Зеньковичу Н.А., Иванову А.Н., Кареву В.С., Терешину А.Г., старшему лейтенанту Останину М.М., лейтенантам Аксенову Л.А., Горшкову Н.М., Панову В.К., инженерам Арефьеву С.А., Бухмейеру В.В., Зайцеву П.И., Морозу И.Д., Коваличеву Ф.Ф.
В 1942 г. коллективом СГЭ по результатам работ было сдано в Гидрографическое управление ВМФ 75 промерных и топографических планшетов подходов к Горлу Белого моря с обеих сторон. Руководил камеральной обработкой гидрографических материалов капитан 3 ранга К.К.Цендровский.
В 1943 г. и 1944 г. обострилась борьба в Баренцевом и Карском морях. Вражеские подводные лодки поставили в районе Новоземельских проливов, на подходах к порту Диксон и в губе Белушья, более 340 мин.
Командованием Северного флота были сформированы Новоземельская и Карская военно-морские базы, а при них — Новоземельский и Карский гидрографические районы. В Новоземельский район были назначены и обеспечивали безопасность плавания кораблей и конвойных судов: капитан 3 ранга Бурмакин В.П. (начальник района), капитан-лейтенант Жилинский А.К., старший лейтенант Чумак Г.А., лейтенанты Вайнен И.Н., Гречин В.С., Пустошный А.П., Тихонович М.А. и Харьковский В.И.
На помощь Новоземельскому гидрографическому району были направлены три партии СГЭ: комплексная — инженер-гидрографа В.К.Холопова (на Новую Землю в залив Рогачева), гидрографические Л.П.Агафонова и И.В.Осокина (на остров Колгуев). Каждая партия состояла из 60–80 человек, укомплектованные в основном инвалидами Великой Отечественной войны и подростками.
Во время перехода из Архангельска к острову Колгуев гидрографы ГИСУ «Мгла» обнаружили у о. Моржовец, пленили и отбуксировали к острову Вешняк приводнившийся фашистский разведывательный гидросамолет дальнего действия типа «БФ-138». Гидросамолет и четыре пленных летчика были переданы командованию эскадренного миноносца «Жгучий» для доставки в Архангельск.
Особо отличился Аэрофотограмметрический отряд СГЭ (перебазированный из Архангельска в Мурманск 9 июля 1941 г.) при подготовке и проведении Петсамо-Киркенесской наступательной операции и десантировании войск в 1944 г. Было дешифрировано (разведано, определено, «поднято») 1 500 военных объектов противника, определены 500 объектов, важных для высадки и десантирования; составлено большое количество планов, фотосхем, описаний для кораблей, десантных катеров и десантирующихся войск.

Особо отличились при подготовке материалов и в процессе десантирования гидрографы, впоследствии снова служившие в СГЭ: майор Иванов И.И. и подполковник Солдатов С.Н., фотолаборант Потепалов И.В.

Гидрографы СГЭ в период войны обеспечили проводку 1 471 внутреннего конвоя, в том числе и по Северному морскому пути. Встретили 40 союзных конвоев и провели обратно 36.
Начальником СГЭ с декабря 1942 г. по ноябрь 1951 г. был капитан 1 ранга гидрограф-геодезист Гаркуша Иван Федорович (на снимке - слева; справа - обложка книги "150 лет Гидрографической службе Военно-Морского Флота". - Лд.: ГУНиО МО РФ, 1977).

Гаркуша И.Ф.
Родился в 1909 г. на Украине в с. Великое Староселье Петровского района Киевская области.
В РККА с 31 октября 1926 г. По 20 мая 1929 г. – курсант Украинской Военно-подготовительной школы.
С 20 мая по 4 ноября 1929 г. – курсант 2-й Артиллерийской школы.
С 4 ноября 1929 г. по 2 ноября 1933 г. – курсант Ленинградского ВМУ им. М.В.Фрунзе.
Со 2 ноября 1933 г. по 1 мая 1935 г. – младший прораб Гидрографического отряда Морских сил Чёрного и Азовского морей.
С 1 мая 1935 г. по 1 октября 1936 г. – старший производитель работ Северо-Западной лоцдистанции Гидрографического отдела ЧФ.
С 1 октября 1936 г. по 8 февраля 1939 г. – слушатель Военно-морской академии имени К.Е. Ворошилова, которую окончил досрочно.
С 8 февраля по 4 октября 1939 г. – и.д. заместителя начальника 1-го отдела и заместителя начальника 3-го отдела Гидрографического управления НК ВМФ.
С 5 октября 1939 г. по 12 декабря 1942 г. – капитан 3 ранга, начальник Гидрографического отряда, манёвренного отряда Гидрографической экспедиции Гидроотдела СФ. Участник советско-финляндской войны (1939-1940).
С 12 декабря 1942 г. по ноябрь 1951 г. – начальник Северной гидрографической экспедиции СФ.
После войны было присвоено воинское звание капитан 1 ранга.
Награждён орденами Ленина, Красного Знамени, двумя орденами Красной Звезды, Отечественной войны 2-й ст., медалями «За оборону Советского Заполярья», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»
и др.

[Historik]

Из второй книги капитана 1 ранга в отставке, Заслуженного работника Высшей школы РФ, доктора технических наук, профессора Корнеева Олега Юрьевича//
Корнеев О.Ю. Гидрографическая экспедиция Северного флота. Век в Арктике (1924-2024). Малоизвестные факты. - М.: Издательские решения, 2024:

Послевоенный период (1946-1951)

В послевоенный период гидрографы СГЭ активно участвовали в боевом тралении в Баренцевом и Белом морях. При этом в 1946 г. впервые на промерные катера экспедиции был установлен электрический эхолот «ЭЛ».
В 1947 г. советскими учеными и конструкторами была создана радиодальномерная система (РДС) «Координатор» (принята на вооружение в 1950 г.). Система позволяла точно определять местонахождение тралящих кораблей в море в дневное время на расстоянии от станции РДС до 200 км, а в ночное — до 80 км из — за влияния отраженных ионосферой сигналов. Одним из участников боевого траления был старший лейтенант Викман Виктор Фридрихович, выпускник — гидрогаф ВВМУ им. М.В.Фрунзе 1945 года, начавший службы в Районе ГС СФ (Мишуково), но затем перешедший в СГЭ. Среднеквадратические погрешности определения места составляли в режиме «радиолага» 5-18 м, а в режиме «фазового зонда» — 40-90 м (ПГС-38 «Использование системы «Координатор», 1957 г.).
Сущность траления хорошо описал в своих воспоминаниях участник траления выпускник—гидрограф 1953 года А.Ю.Морозов, служивший в Маневренном отряде поселка Мишуково (взято из Интернета).
«Во время Великой Отечественной войны немецкие подводные лодки довольно далеко проникали в наше Заполярье и ставили там донные магнитные мины многократного действия. Они доходили, во всяком случае, до Обской губы и Енисейского залива. Наши штабы нарезали соответствующие полигоны (с большим запасом на погрешности счисления в подводном положении!), подлежащие боевому тралению. Протраливание должно было делаться десятикратным прохождением в нарезанном участке (т. е. магнитное поле трала, имитирующее поле корабля, должно пройти над миной 10 раз).
В составе Северного флота тогда имелись только базовые тральщики проектов 254 и 254М, с ограниченной автономностью и дальностью плавания, предназначенные для траления в районе Главной базы флота — Сеть-Наволок, Цып-Наволок, Кильдин, Териберка.
Для плавания к Енисею и Оби их автономности не хватало. Поэтому приходилось экономить на продуктах (ели консервы и отварную сушеную картошку) и на питьевой воде (пили солоноватую воду из Обской губы и Енисейского залива). Серьезной проблемой была и высадка на шлюпках на необорудованный берег людей, топлива, бензоэлектрических агрегатов, топлива, тяжелых щелочных аккумуляторов, техники береговых станций («Координатор»), палаток, продовольствия в условиях серьезного наката. Офицеры после подъема антенн РНС «Координатор» и отладки работы береговых станций возвращались на головной тральщик вести координирование траления.
Эта работа велась на кропотливо заготовленных заранее на Мишукове планшетах с гиперболическими сетками. Позиционирование с помощью РНС «Координатор» в полярный день имело большие преимущества по сравнению с Балтикой и Черным морем, так как система работала без сбоев и в ночное время, и когда светило Солнце. Таким образом, траление можно было вести круглосуточно, что хорошо поощрялось дополнительным отпуском и денежными надбавками.
Тральщики дивизиона выстраивались в строй уступа, выпускали тралы и подавали в них электрический ток. Штурман флагманского тральщика при этом уходил спать, а рулевой поступал в распоряжение вахтенного гидрографа, ведущего прокладку на планшете. И начиналось: «На румбе?» — «115 градусов» — «Так держать!». «Лево пять по компасу!», «Право не ходить!» и т.д. Главным в работе было не наделать дырок на протраленной полосе и не елозить лишнего по протраленному.
Надо сказать, что прокладка по сетке очень утомительна для глаз: приходилось все время пользоваться масштабной линейкой. В тралении участвовали и офицеры СГЭ. Мне особенно из них запомнился Викман Виктор Фридрихович– выходец из Эстонии (выпускник — гидрограф ВВМУ им. М.В.Фрунзе 1945 года). Он, обнаружив ошибку молодого офицера и слушая его оправдания, бывало, говаривал своим въедливым голосом: «Нет, лейтенант не может ошибиться, ошибиться может таблица, арифмометр, радионавигационная система, но не лейтенант!».
П.П.Федотов, выпускник—гидрограф 1951 года, в своей книге «Гидрографы в Арктике и Антарктике» (на снимке)

вспоминал о Викторе Фридриховиче Викмане: «Один из старейших и заслуженных гидрографов Северного флота Виктор Фридрихович Викман прошел с тральщиками не одну тысячу миль, „считая, будучи молодым лейтенантом, гаммы“. Работа на РДС „Координатор“ была напряженной и изнурительной».
В 1949 г. была создана морская авиационная РДС «Рым», которая хотя и имела аналогичную «Координатору» точность (дистанции определялись с точностью 30 м, а место самолета в идеальных условиях — 40-80 м), но имела большую дальность действия — до 380-400 км. В 1951 году на Северном флоте было установлено три стационарные станции РНС «Рым», которые обслуживало 45 человек (РГА ВМФ. Ф. 2110. Оп. 3. Д. 25).
Впервые на судовом промере СГЭ применила РДС «Координатор» в 1951 г. в северной части Мезенского залива и в южной части Воронки Белого моря. Первые образцы были конструктивно еще несовершенными, и чтобы определить место тральщика в море, необходимо было непрерывно считать изменение фигур на осциллографах аппаратуры, как тогда говорили «считать гаммы».
П.П.Федотов вспоминал в своей книге: «При использовании данной РНС следует отметить особую роль командира партии Викмана В.Ф. и заместителя командира партии по технической части Кузина Виталия Федоровича. Данные офицеры научили использованию РНС других офицеров: В.И.Павлова, И.В.Сытинского, Г.А.Смолина, Б.М.Золотайкина, П.П.Федотова, А.И.Шапошникова, В.А.Шорикова и многих других».
Участник боевого траления Золотайкин Борис Матвеевич, выпускник — гидрограф 1951 года, однокашник Федотова П.П., также вспоминал про командира Гидрографической партии СГЭ капитана-лейтенанта Викмана В.Ф., отвечавшего за качество боевого траления: «Своим первым учителем и наставником в практической гидрографической работе я считаю Виктора Фридриховича Викмана. Он был на 6 лет старше меня, но он не был моим официальным наставником. И как — то так получилось, что именно с Викманом я исходил многие километры по тундре, сопкам и скалам, переходил вброд речки, ставил и определял вехи для привязки галсов, устанавливал футштоки, делал нивелировки. Именно Викман обучал всех нас, молодых офицеров, работе с новой, тогда, РНС „Координатор“. Он был трудоголиком и пытался требовать того же от нас. Мы старались, как могли. Временами Викман пытался напустить на себя строгость, но это ему плохо удавалось, так как он был человеком, хотя порою ворчливым, но мягким и незлобливым. Говорил он по — эстонски немного замедленно и с характерным юмором» (книга Золотайкина Б.М. «Дела и судьбы дней минувших». - СПб.: Морская карта, 2011).

Исследования на архипелаге Новая Земля в 1951-1956 годах

С 1951 г. СГЭ, на основании специального постановления Правительства РФ 1950 г., приступила к выполнению правительственного задания по гидрографическому обследованию западного побережья архипелага Новая Земля, в том числе для проведения ядерных испытаний.
Для увеличения офицерского состава экспедиции перед предстоящими масштабными работами в нее в августе 1951 года прибыло сразу 12 лейтенантов, выпускников Гидрографического факультета ВВМУ им. М.В.Фрунзе. В 1952 г. прибыли еще 9 лейтенантов. В задание входило проведение комплексных работ: рекогносцировка, строительство геодезических пунктов (пирамид, знаков, сигналов), закладка центров на этих пунктах, наблюдения на них с целью определения координат. Следом за этими работами шли: прибрежный и морской промеры, топографическая и магнитная съемки в заливах, губах и бухтах.
Геодезический отряд состоял из 5-ти геодезических партий, которыми руководили В.В.Бухмейер, И.В.Осокин, С.А.Арефьев, В.А.Мамонтов, И.П.Ковригин. Командиры отряда (последовательно): инженер-капитан 2 ранга Н.П.Елецкий и капитан 2 ранга Н.Г.Мандрик. Командиром Гидрографического отряда был капитан 2 ранга Иван Иванович Малышев. Отряд состоял из 5-ти партий (командиры: старший техник-лейтенант Л.П.Агафонов, капитан 3 ранга X.И.Сарычев, капитан-лейтенант В.М.Антипов, капитан-лейтенант П.И.Ванюхин, капитан-лейтенант С.А.Фридман).
Морской промер в восточной части Баренцева моря производился Партией судового промера под руководством капитана 3 ранга В.Ф.Викмана. Работы проводили офицеры Г.Л.Барковский, И.М.Воронов, Б.М.Золотайкин, Н.И.Королев, В.Ф.Кузин, В.П.Кузнецов, Л.В.Новожилов, Ю.А.Обухов, Г.А.Смолин, И.В.Сытинский, В.А.Шориков и другие. Для производства морского промера были приданы два больших охотника, полученные по ленд-лизу от США (рассказ Б.М.Золотайкина о работе на них можно прочитать в главе «Воспоминания ветеранов»).
Радиодальномерной партией командовал капитан-лейтенант А.Я.Марголин. Береговые станции РДС «Координатор» были установлены на мысах Литке, Сахарова и Больших Оранских островах.
Прибрежный промер выполнялся на 18 промерных катерах офицерами Н.М.Аносовым, И.В.Бещевым, С.Ф.Бойцовым, А.В.Бородиным, В.А.Бурым, П.М.Ершовым, В.А.Ищенко, А.Ф.Карбасовым, Е.Н.Карусевым, Р.С.Константиновым, А.Г.Курганским, Е.В.Моляковым, Л.В.Новожиловым, М.Ф.Перминовым, В.Г.Рыбиным, Л.А.Садовниковым, Н.К.Тимошенко, П.П.Федотовым, А.И.Шапошниковым, С.М.Щербаковым; производителями работ А.К.Баевым, П.К.Галышевым, Л.3.Кичаевым, П.И.Меньшиковым, Н.С.Налетовым, Е.И.Полозовым, В.К.Холоповым и другими (автору в 1981 г. удалось участвовать в прибрежном промере Онежской губы Белого моря с некоторыми из указанных ветеранов: Кичаевым Л.З. и Налетовым Н.С. и жить с ними в одной палатке, а с Моляковым Е.В. — служить в Гидрологическом отряде и, более того, также жить в одной палатке в период ВВШЭ «Север-81»). Глубины на «РБЗ-46» измерялись эхолотом «НЭЛ-3».
В Аэрофототопографическом отряде было 3 партии, которыми командовали майор И.И.Иванов, капитан технической службы Ф.П.Афанасенков и капитан-лейтенант Л.Д.Барский. Командиром отряда на протяжении всего периода работ был капитан 2 ранга А.Н.Иванов.
Топографическими и геодезическими группами руководили офицеры М.В.Александров, А.В.Афонин, А.Г.Ахмедов, И.В.Верзин, В.А.Власов, Н.С.Воронин, Р.И.Гоноровский, Н.А.Зырянов, Е.Н.Карусев, А.С.Кашицын, В.А.Коугия, Ю.А.Курочкин, Л.А.Малков, В.И.Махнач, И.Д.Мороз, В.А.Новиков, Ю.Я.Петухов, В.М.Святун, Д.И.Селянин, А.Н.Солдатов, Ю.В.Схиртладзе, И.С.Фелицын, В.С.Чернухо, Г.С.Чернухо, К.А.Шмаков, Н.Г.Ягодницын; производители работ А.А.Ваймугин, Е.В.Корконосова, М.А.Кузнецов, В.П.Кузнецов, В.А.Куроптев, В.С.Макеев, В.А.Митюхляев, Г.А.Морозов, В.Н.Петров, А.Н.Потанин, В.А.Рябов, А.П.Чирков, А.В.Шилов и другие.
Гидрологическими (корректнее, океанографическими) работами в восточной части Баренцева моря руководил инженер-капитан В.М.Альтшуллер. В этих работах участвовали Р.А.Дубовик, Т.А.Знаменская, Е.В.Квартальнов, Н.И.Кудрявцева и К.П.Суханов.

1951 год

11 июля 1951 г. на побережье Новой Земли на судне экспедиции новом «Мурмане» (построено и сдано в марте 1937 г. в Ленинграде взамен предыдущего судна «Мурман» (бывший "Андрей Первозванный", в феврале во время перегона на СФ участвовало в спасении членов экспедиции «Северный полюс-1») было доставлено первое подразделение экспедиции — 2-я геодезическая партия под руководством В.В.Бухмейера. Геодезические партии, которыми командовали капитан-лейтенант М.С.Шерстнев и старший лейтенант И.П.Ковригин, были высажены в губе Белушья.
13 июля гидрографическая партия, возглавляемая старшим лейтенантом В.М.Антиповым, с командирами ГПБ старшим лейтенантом Е.Н.Карусевым, лейтенантами И.В.Бещевым и Е.А.Тучкиным (автор даже не знал, что Евгений Алексеевич, начальник кафедры Навигационно-гидрографического и гидрометеорологического обеспечения ВМФ Гидрографического факультета ВВВМУ им. М.В.Фрунзе, которую заканчивал в 1981 г., также служил в СГЭ), высадилась в проливе Железные Ворота. Позднее, для ускорения продвижения работ, прибыла гидрографическая партия под руководством капитана 3 ранга И.И.Сотникова с командирами катеров старшим лейтенантом С.А.Фридманом и лейтенантом В.Г.Бурым.
С высадки этих подразделений началось планомерное изучение западного побережья Новой Земли гидрографами СГЭ. Работы проводились под руководством начальника экспедиции Гаркуши И.Ф.
Топографам и геодезистам приходилось передвигаться на большие расстояния по гористой, сильно изрезанной местности пешком, при этом нести на себе жерди, песок, цемент, гвозди, строительный инструмент, продовольствие, палатки и другое снаряжение. Подъем и спуск на высоту 600–700 м занимал 6–8 часов. Пористые глинистые сланцы, из которых состоит почти вся поверхность Новой Земли, при сильной влажности в короткий срок приводили к изнашиванию обуви, да такому, что уже к концу полевого сезона обувь не поддавалась ремонту. Производитель работ Г.А.Морозов, которого автор застал в экспедиции в добром здравии в 1981 г., рассказывал, что он стирал подошвы яловых сапог в течение недели. В среднем производители работ В.С.Макеев, И.Д.Мороз и другие в течение сезона покрывали съемкой до 100 кв. км площади, а общее расстояние, пройденное каждым за годы работы на архипелаге, превышает 14 000 км.
Погодные условия в летние месяцы и, особенно, в осенние, позволяли работать не более 10–15 дней в месяц; в остальные дни погода была пасмурной, часто наблюдались туманы, снег, ветры, осадки. Контрастность погоды на вершинах гор и у их подножий была исключительно велика. Так, например, разность температур достигала 20°С, а штиль сменялся ветром силой до 8 баллов со снежной метелью. Давление воздуха в горах резко уменьшалось, что приводило к одышке, головокружению и общей слабости. Во второй половине сентября начиналось обледенение. На геодезических знаках, установленных на вершинах гор, нарастал слой льда толщиной до 1 м. Обледенение происходило с северо-восточной стороны и часто приводило к поломке визирных цилиндров геодезических знаков.
Особую трудность представляла работа геодезических и топографических групп в ледниковых районах, где ледяные массы спускаются непосредственно к морю, образуя обрывы высотой в несколько сотен метров. Бесформенные нагромождения льда, многочисленные трещины, прикрытые снегом, а в летние месяцы талая вода, создавали опасность не только во время работы, но и при передвижении личного состава. В таких районах передвижение групп осуществлялось только цепочкой людей, связанных между собой прочным линем. Причем передние, следовавшие без груза, проверяли путь железным прутом. Дополнительные трудности создавали частые и внезапно возникающие ветры огромной силы (Новоземельская бора).
Развитие геодезической сети на ледниках представляло большую техническую трудность, так как перемещение ледников составляло в среднем 30 см в сутки, приводило к угловому смещению направления на пункт на 4» (при стороне в 15 км), что нарушало жесткую связь в геодезических сетях 2-го класса.

[Historik]

Из второй книги капитана 1 ранга в отставке, Заслуженного работника Высшей школы РФ, доктора технических наук, профессора Корнеева Олега Юрьевича//
Корнеев О.Ю. Гидрографическая экспедиция Северного флота. Век в Арктике (1924-2024). Малоизвестные факты. - М.: Издательские решения, 2024:

1952 год
В 1952 г. вышли к архипелагу позже запланированного — 26 июля, т.к. судно «Мурман» (водоизмещение 3 700 т) (см. тему - viewtopic.php?f=4&t=1771&#41&#41) было задействовано Северным флотом под другие задачи. При выходе из Соломбалы трюмы «Мурмана» до отказа были забиты экспедиционным снаряжением: ящиками, стройматериалами, палатками, шлюпками, мешками с продовольствием. Сверху, на закрытых трюмах, были поставлены 10 промерных ботов и несколько шлюпок. На юте судна (кормовой палубе) стояли железные бочки с топливом: дизельным и бензином. Бортовые проходы были забиты бревнами для геодезических сигналов Новой Земли. Возглавлял экспедицию капитан 1 ранга Александров Ростислав Николаевич (с ноября 1951 г. по март 1953 г. – начальник СГЭ СФ; на снимке - слева).

Александров Р.Н.
Родился 7 апреля 1912 г. в Финляндии в г. Гельсингфорсе.
В РККФ с 30 сентября 1931 г. Призван Октябрьский РВК г. Ленинграда.
По июнь 1934 г. - курсант Ленинградского ВМУ им. М.В.Фрунзе.
С июня 1934 г. по январь 1935 г. - младший производитель работ Убеко-Север ГУ ВМС РККА.
С января 1935 г. по ноябрь 1938 г. - младший производитель работ Северной гидрографической экспедиции Беломорской ВМБ Северной военной флотилии / CФ.
С ноября 1938 г. по июнь 1939 г. – слушатель Специальных курсов командного состава ВМС.
С июня 1939 г. по март 1941 г. - старший производитель аэрофотосъёмочных работ Северной гидрографической экспедиции СФ. Участник советско-финляндской войны (1939-1940).
С марта 1941 г. по апрель 1942 г. – начальник гидрографической части Гидрографического района Белого моря Северной гидрографической экспедиции СФ. Участник Великой Отечественной войны (1941-1945).
С 3 апреля 1942 г. по май 1945 г. – капитан-лейтенант, слушатель 6-го (гидрографического) факультета Военно-морской академии имени К.Е. Ворошилова. Член ВКП(б).
На 30 апреля 1947 г. - капитан 3 ранга.
С ноября 1951 г. по март 1953 г. – начальник Северной гидрографической экспедиции СФ.
Было присвоено воинское звание капитан 1 ранга.
Награждён орденами Красного Знамени, Красной Звезды, медалями «За боевые заслуги», «За оборону Советского Заполярья», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.»| и др.

Большой проблемой была выгрузка оборудования на «необорудованный» берег Новой Земли, представлявший, в основном, из себя обрывистые скалы или языки ледников. Места базирования выбирали в губах и бухтах, прикрывавшихся с моря песчаными косами, что позволяло плавсредствам укрываться от ураганных ветров Новоземельской боры.
На берегу устанавливались палатки, затем строили причал и только потом «рубили» баню из бревен «плавника», найденного на берегу. После завершения обследования выбранного работа, лагерь переносился на новое место, что также сопровождалось непроизводственными простоями.
Ежегодно с 1952 г. по 1955 г. производитель работ С.А.Арефьев производил астрономические наблюдения за положением звезд, измерял их высоты и вычислял координаты астрономических пунктов. Базисные измерения, как правило, выполняли инженеры геодезической партии В.В.Бухмейера: М.А.Кузнецов, А.П.Чирков, П.И.Зайцев, В.А.Мамонтов и К.А.Шмаков.
В 1952 г. по берегам пролива Карские ворота (ширина 50 км) были построены сигналы: на Новой Земле «мыс Меньшикова» высотой 45 м и мысе «Артюхов» — 20 м высотой, а на острове Вайгач и на мысе Болванский Нос: «Олений» и «Б. Воронов» — оба по 45 м высотой. Строили опытные строители СГЭ: М.Г.Коржавин, В.А.Куроптев, А.А.Ваймугин, Н.Г.Бестужев.
Только 17 декабря экспедиция была вывезена с места работ на ГИСУ «Мороз» вместе со снятыми с катеров двигателями и эхолотами для сдачи их в ремонт, сами катера были вытащены на берег и оставлены там до нового сезона.
К сожалению, совершенно необоснованно, после полевого сезона был снят с должности и уволен в запас начальник СГЭ Р.Н.Александров из-за того, что при погрузке на судно на Новой Земле было утоплено много боцманского имущества, а также, «за срыв выполнения плана работ», хотя именно командование флота вернуло судно «Мурман» слишком поздно.

1953 год
Вместо Р.Н.Александрова в 1953 г. был назначен вернувшийся после окончания Военно-морской академии капитан 2 ранга Жилинский Анатолий Казимирович (выпускник Гидрографического факультета ВВМУ им. М. В. Фрунзе 1938 года, с 1961 г.начальник Гидрографического предприятия Министерства морского флота в Ленинграде).(на втором снимке - слева)

Жилинский А.К.
Родился 6 июня 1912 г. в Санкт‑Петербурге. Литовец.

В РККФ с 20 августа 1933 г. Призван Октябрьским РВК г. Ленинграда.
По июнь 1938 г. - курсант Ленинградского ВМУ им. М.В.Фрунзе. Член ВКП(б) с 1937 г.
С мая по октябрь 1939 г. – помощник начальника 2-го отделения 6-го отдела Гидрографического управления РК ВМФ.
С 16 ноября 1939 г. по сентябрь 1940 г. – старший производитель работ Гидрографического отдела СФ. Выполнял гидрологические наблюдения в прибрежной зоне Баренцева моря. Во время советско-финляндской войны (1939-1940) на ледорезе «Ф.Литке» участвовал в проводке судов из Архангельска в район Карельского побережья Белого моря.
С 24 декабря 1940 г. по 25 июня 1941 г. – слушатель Курсов усовершенствования начсостава при ВВМГидрографическом училище им. Г.К.Орджоникидзе. Участник Великой Отечественной войны (1941-1945).
С 25 июня 1941 г. по 9 июня 1942 г. – старший производитель гидрографических работ Северной гидрографической экспедиции CФ.
С 9 июня 1942 г. по 29 августа 1943 г. - начальник гидрографической партии Северной гидрографической экспедиции CФ.
Зимой 1941-1942 гг. и 1943 г. – исполнял обязанности командира Кольского ледово-дорожного отряда и командира лётной части 24-й аэ связи, а летом-осенью 1942 г. – командира топогеодезической партии Беломорской военной флотилии СФ.
С 29 августа 1943 г. по 23 июня 1944 г. – старший лейтенант, старший помощник командира гидрографического судна «Метель» отряда гидрографических судов СФ.
С 23 июня 1944 г. по май 1945 г. – капитан-лейтенант, начальник манёвренной гидрографической партии (Белушья) Гидрографического района Новоземельской ВМБ Беломорской военной флотилии.
На 15 октября 1945 г. - старший помощник командира гидрографического судна «Ост» Йоканьгской ВМБ Беломорского МОР СФ (см. тему - viewtopic.php?f=4&t=9433). Занимался гидрографическим обеспечением послевоенного боевого траления.
Затем - командир дивизиона десантных кораблей. Руководил перегоном 30 кораблей и судов из Свиноуйсьце (ПНР) через Беломорско‑Балтийский канал на СФ в Кольский залив.
В 1946-1949 гг. - командир гидрографической партии Северной гидрографической экспедиции. Выполнял комплексные гидрографические работы в Чёшской губе Баренцева моря.
В марте 1953 г. окончил Военно-морскую академию имени К.Е.Ворошилова.
С марта 1953 г. по июнь 1955 г. - начальник Северной гидрографической экспедиции. Под его руководством в течение 5-ти лет была развита триангуляционная сеть и выполнен прибрежный промер от р. Ворьема до м. Святой Нос, осуществлена геодезическая привязка о‑вов Колгуев, Вайгач, произведены крупномасштабные гидрографические работы в Белом море.
В 1955-1961 гг. - начальник ведущего отдела Гидрографического Управления Минобороны СССР.
С 7 марта 1961 г. – инженер-капитан 1 ранга в отставке.
В 1961-1983 гг. - директор Гидрографического предприятия Министерства морского флота СССР в Ленинграде.
Награждён орденами Красного Знамени, тремя орденами Красной Звезды, орденом Отечественной войны 2-й ст., медалями, в т.ч. двумя - «За боевые заслуги».
Скончался 5 сентября 1993 г. Его именем в октябре 2004 г. названо лоцмейстерское судно Пр.16903 (Якутск) (на снимке).
Похоронен на Богословском кладбище Санкт-Петербурга.

К весне 1953 г., благодаря стараниям нового начальника экспедиции, у которого были с периода войны хорошие отношения с командованием как флота, так и Гидрографического управления флота, улучшилось материально-техническое снабжение полевых работ. Так, на обеспечение стали поступать новые, утепленные, палатки и специальная одежда для условий Арктики, особенно обувь, так как одной пары на сезон, при постоянном передвижении по камням, хронически не хватало. Также были сделаны заявки для промышленности на поставку новейших промерных катеров и судов.
Особенно много сделал для экспедиции, возглавлявший в то время Гидрографическое управление ВМФ боевой заслуженный адмирал, командующий Балтийским флотом в годы войны, Владимир Филиппович Трибуц.
Полевой сезон 1953 г. проводился на западном побережье острова Южный архипелага от губы Белушьей до пролива Маточкин Шар. Судно «Мурман» стало плавбазой для промерных катеров партий: Н.М.Аносова, Н.К.Тимошенко, В.А.Ищенко, Е.В.Молякова, П.П.Федотова.
В 1953 г. геодезические партии В.В.Бухмейера, И.В.Осокина и И.П.Ковригина связали в геодезическом отношении Новую Землю через пролив Карские Ворота с Единой государственной геодезической сетью СССР. Наблюдения углов производились в ночные часы с использованием огней, установленных на мачтах знаков. Источниками освещения служили фонари «Люкас». Связь между сигналами осуществлялась радиостанциями РБМ. Длина стороны четырехугольника составила 50 км. Указанные работы выполнили геодезисты Чирков Александр Павлович и начальник геодезического отделения отдела камеральной обработки старший техник-лейтенант Зайцев Павел Иванович.
В августе 1953 г. на геодезическом пункте горы Первоусмотренная (619 м) в течение месяца не было погоды. Наконец, командование послало на «горку» опытного геодезиста Мамонтова Василия Алексеевича с группой рабочих. Геодезисты поставили палатку на горе и «караулили» погоду у теодолита, пока не выполнили все измерения.
В конце полевых работ, к большому сожалению всех членов СГЭ, умер Меньшиков Павел Яковлевич, отличный специалист, отдавший исследованиям северных морей 15 лет. После окончания промера катера подняли на борт «Мурмана», где Меньшикову стало плохо и его положили в лазарет. «Мурман» осуществил переход в Нарьян-Мар, в местную больницу, где Павлу Яковлевичу сделали операцию, но было уже поздно…
В честь Павла Яковлевича назван мыс Меньшиков на южной оконечности острова Южный архипелага Новая Земля, где и устанавливались пирамиды — сигналы.
В конце октября 1953 г., сняв с Новой Земли партии экспедиции, «Мурман» возвратился в Архангельск. Это был последний год работы «Мурмана» с экспедицией на Новой Земле, так как с мая 1954 г. и до ноября 1956 г. он стоял на капитальном ремонте в Кронштадте.

1954 год

В 1954 г. экспедиция в полном составе вышла из Архангельска 6 июля на транспорте «Ржев» Северного морского пароходства. Прибыв на Новую Землю, судно развезло полевые партии по местам базирования:
— 1-ю гидрографическую партию («А-1») — в Маточкином Шаре, в становище Лагерное;
— 2-ю гидрографическую партию («А-2») — в губе Машигина (фото 23) (остров Северный);
— 5-ю гидрографическую («А-5») — в губе Крестовой.
В течение короткого Новоземельского лета гидрографы обследовали все губы и западное побережье Новой Земли от Маточкина Шара до полуострова Адмиралтейства:
— в Маточкином шаре — гидрограф «А-1» Л.З.Кичаев (с Леонидом Захаровичем автор участвовал в прибрежном промере в Онежском заливе осенью 1981 г. и жил с ним в одной палатке);
— в губе Митюшиха и до Сухого Носа — гидрографы «А-1» Н.С.Налетов и В.К.Холопов. На открытых участках, в мористой части (между губами) промер на катерах «Ярославцах» производили гидрографы («А-2» и «А-5») Н.К.Тимошенко и С.М.Щербаков (полуостров Адмиралтейства; до мыса Николая).
В губе Северная Сульменева промер производили гидрографы «А-1» Н.С.Налетов и Л.З.Кичаев. А в губе Машигина, от входного мыса и до губы Северная Сульменева — гидрограф «А-2» В.Г.Рыбин.
Район от залива Мелкий до губы Северная Сульменева обследовался гидрографами «А-5». В заливе Мелкий и до губы Крестовой промер выполняли гидрографы «А-5» П.П.Федотов и А.Ф.Карбасов. Крестовую губу обследовали гидрографы «А-5» А.В.Бородин и А.Г.Курганский. В это же время по берегу с большим трудом проходили со съемкой топографы и геодезисты.
Хотя все катера в 1954 г. были оборудованы эхолотами, но ветераны-гидрографы такие как Баев А.К. и Холопов В.К. использовали по старинке рыболот. Как писал П.П.Федотов в своей книге: «Василий Константинович Холопов считал: «Рыболот точнее эхолота».
4 августа 1954 г. трагически погиб старший техник-лейтенант Зайцев Павел Иванович, как писали сослуживцы, отзывчивый и душевный человек, один из самых грамотных специалистов по техническим вопросам в экспедиции. Погиб он случайно, оступившись на железной палубе катера «Ярославец», после чего упал в море через леерное ограждение, при этом ударившись головой о борт. Достали Павла Ивановича из воды уже мертвым. Вечная ему память!
В 1958 г. в память П.И.Зайцеве был назван северный входной мыс губы Южная Сульменева на острове Северный архипелага Новая Земля.
В первых числах октября 1954 г. гидрографические, геодезические и топографические партии загрузились сначала в губе Крестовой, а затем — в Маточкином Шаре на ледокольный пароход «С.А.Леваневский» (см. тему - viewtopic.php?f=4&t=752&#41), которым командовал известный полярный капитан А.А.Качарава (командир легендарного гидрографического судна «Сибиряков», вступившего в неравный морской бой с немецким крейсером «Адмирал Шеер» 25 августа 1942 г.). Загрузившись, что называется «под завязку», «С.А.Леваневский» остановился в Маточкином Шаре, готовясь к выходу в Архангельск. Однако на берегу находились еще 4 промерных катера, которые «не влезли» на борт. К счастью, командовал ими топограф лейтенант Схиртладзе Юрий Васильевич, грузин по отцу. Подчиненные предложили Юрию Васильевичу попросить «как своего» капитана «С.А.Леваневского» все же найти возможность загрузить его катера. Когда он прибыл в каюту к капитану, то тот, услышав фамилию представившегося офицера, спросил его о чем-то по-грузински. Юрий Васильевич понял вопрос, но ответил по-русски и обрисовал создавшуюся ситуацию, что если катера сейчас не забрать, то он с подчиненными специалистами может надолго остаться на Новой Земле. Вызвав боцмана, А.А.Качарава приказал: «Растолкай на корме катера, уплотни, но погрузи 4 катера лейтенанта», что было и исполнено. В Архангельск Юрий Васильевич возвращался, «квартируя» у капитана, предоставившего ему место и лучшие условия отдыха в своей каюте.
6 октября 1954 г. ледокольный транспорт «С.А.Леваневский» доставил в Архангельск 240 человек экспедиционного состава и 19 катеров ГПБ.
Второй зафрахтованный для вывоза экспедиции транспорт «Кола» загрузил 4 партии: частично «А-1» Л.П.Агафонова, «А-2» В.М.Антипова, топографическую партию И.И.Иванова и геодезическую партию. Погрузка производилась в губе Машигина в труднейших условиях. Катера не проходили в горизонтальном положении через люк трюма, поэтому приходилось опускать их почти вертикально, после чего растаскивать в трюме вручную. Так приходилось эвакуировать полевые партии экспедиции в условиях отсутствия соответствующего экспедиционного судна.
При работах в 1954 г. было 12 случаев выхода из строя эхолотов из-за повреждения вибраторов о плавающий лед, что свидетельствовало о большой сложности удержания промерных катеров на галсах, а также работы угломерщиков. В хорошую погоду личный состав работал по 16–20 часов непрерывно. Нормы перевыполнялись в два раза. Например, экипаж ГПБ под командованием старшего лейтенанта Н.К.Тимошенко, будущего начальника экспедиции, дважды в 1953 г. и 1954 г. объявлялся лучшим, так как объем выполнения задания составлял 210%!

[Historik]

Из второй книги капитана 1 ранга в отставке, Заслуженного работника Высшей школы РФ, доктора технических наук, профессора Корнеева Олега Юрьевича//
Корнеев О.Ю. Гидрографическая экспедиция Северного флота. Век в Арктике (1924-2024). Малоизвестные факты. - М.: Издательские решения, 2024:

1955 год

В навигацию 1955 г. в состав СГЭ были включены новые суда: ГИСУ «Нивелир» (водоизмещением 1370 тонн, скорость экономического хода 10.7 узла, построен на польской судоверфи в Гдыне), которое привел в Архангельск командир судна Н.П.Столяров и ГИСУ «Сирена» (водоизмещение 1860 тонн, скорость экономического хода 9 узлов, фото 21), которое привел из Венгрии по Дунаю и далее вокруг Европы в Архангельск командир судна Б.Е.Валинский. В результате полевые партии были развернуты на этих судах.
В течение полевого сезона были обследованы промером районы острова Берха и полуострова Панкратьева, заливы Седова, Борзова, Вилькицкого и Русская гавань. Также были обследованы районы от губы Глазовой (от мыса Николая), заливы Норденшельда и острова Баренца.
Свертывание полевых партий в 1955 г. началось с полуострова Панкратьева, после чего «Сирена» перешла в Русскую Гавань. Там грузились гидрографы двух партий («А-2» и «А-5»), геодезисты партии И.В.Осокина и топографы.
Однако сразу начать переход в Архангельск не удалось, так как поступила команда снять навигационные буи из губы Черной после атомного взрыва 21 сентября 1955 г. (в тот момент полевые партии работали гораздо севернее, ближе к северной оконечности острова Северный). Целью взрыва было испытание нового образца ядерного заряда (РДС-9) для торпед калибра 533 миллиметра на глубине 12 метров и изучение поражающих факторов подводного ядерного взрыва на вооружение, военную технику и береговые сооружения (данные Интернета).
Когда «Сирена» прибыла в губу Черная, то на плаву были обнаружены эсминец «Урицкий», безымянный транспорт и подводная лодка «Малютка». Только после снятия буев и их разгрузки в Маточкином Шаре, на «Сирену» снова загрузили катера и экспедиционное оборудование, после чего она направилась в Архангельск.
Триангуляционные работы и магнитная съемка западного побережья Новой Земли до мыса Желания были полностью закончены в 1955 году.

1956 год

В 1956 г. северную часть острова Северный архипелага до мыса Желания обследовали промером под руководством гидрографа Е.И.Полозова. Катера после промера базировались только около или на борту ГИСУ «Сирена».
Камеральную обработку полученных материалов за все годы работы на Новой Земле возглавлял инженер-подполковник Лебедев Вениамин Иванович. Вычислительные и чертежные работы выполняли скромные труженицы В.Е.Ажгихина (Зыкова), В.А.Быкова (Коровина), Л.Я.Данилина, Л.В.Дьяченко, Т.А.Знаменская, Л.И.Каменева, А.К.Лукинская (Тюльпина), А.И.Майхельбек (Антонова), З.В.Митягина, Л.П.Попова, М.М.Рогатых, В.Ф.Рыбас, А.А.Сафутина, А.В.Серебрякова, Н.Л.Тулубенская, Л.Н.Чеченина (Сорокина) и другие. С Аллой Ивановной Майхельбек автор участвовал в прибрежном промере с базированием на Фаресовом острове близ острова Кий в Онежском заливе Белого моря, где она вместе с инженером Гидрологического отряда Валентиной Ярцевой производила футшточные наблюдения за уровнем моря.
Неоценимую роль в успешном выполнении гидрографических работ сыграла судоремонтная мастерская №373, начальником которой был капитан 3 ранга М.Г.Куроптев. Мастерская ежегодно строила 2–3 промерных катера и ремонтировала до 45 плавсредств. Существенную помощь в работах на Новой Земле оказали курсанты Гидрографического факультета ВВМУ им. М.В.Фрунзе, помогая командирам катеров, прорабам геодезических и топографических групп в выполнении заданий и в то же время получая хорошую стажировку по специальности и морской практике.
Результаты работ на западном побережье архипелага Новая Земля в 1951-1956 гг.:
— архипелаг впервые был привязан к Единой государственной геодезической сети СССР, проложено около 5 000 км геодезических сетей триангуляции II, III и IV классов, измерено 1 067 геод. пунктов, включая 4 астропункта;
— выполнена топосъемка шириной 300—400 метров на протяжении более 5 000 км в масштабе 1:25 000, отдельные бухты сняты в масштабе 1:10 000;
— выполнены морской и прибрежный промеры шириной 30—40 км вдоль западного побережья протяженностью около 925 км. Координирование вблизи берега осуществлялось методом обратной засечки, а на существенном удалении по РДС «Координатор»;
— определено 96 магнитных пункта;
— на основе данных футштоков созданы изолированные высотные базисные сети. Все измерения глубин морского промера обеспечены поправками за скорость звука за счет выполненных океанографических измерений за температурой и соленостью воды. Водным нивелированием увязаны высотные отметки архипелага и материка.
По результатам работ было составлено Навигационно-гидрографическое описание Новой Земли в двух томах и каталог карт, что позволило значительно повысить качество издаваемых карт и пособий. По материалам экспедиции 1951-1956 гг., а также по более поздним работам была составлена «Лоция Баренцева моря. Часть II. От реки Ворьема до пролива Карские ворота и западные берега островов Новая Земля» (адм. №1112), а 22 мая 1961 г. была издана морская навигационная карта (адм. №11122).
Решением Архангельского Областного Совета депутатов трудящихся от 13 октября 1958 г.а №739—267 по представлению Президиума Архангельского отделения Географического общества СССР, в состав которого входили такие известные архангелогородцы как Г.Я.Наливайко, К.П.Гемп, И.К.Вылко, было присвоено более 50 наименований географическим объектам на архипелаге, в том числе: гора СГЭ (1547 м, самая высокая гора среди всех арктических архипелагов) на острове Северном недалеко от залива Норденшельда, мыс Павла Зайцева, мыс Меньшикова, мыс Ивана Малышева, мыс Крокодил (мыс с похожим очертанием), бухта Коралловая, камень Курочкина, залив Экспедиции, пролив Экспедиций, а также названия, данные в честь гидрографических кораблей, принимавших непосредственное участие в гидрографических работах на Новой Земле: залив Мурман, мыс Мигалка, бухта Нивелир, бухта Сирена и другие.

Промеры между арктическими архипелагами в 1958-1966 годах

В конце 1950-х гг. СГЭ приступила к исследованиям наиболее важных в навигационном отношении районов Северной Атлантики, Норвежского и Гренландского морей, а также акватории Северного Ледовитого океана.
Тем не менее, не прекращались гидрографические работы и в Белом, и в Баренцевом морях. Так, в 1959 г. на ГИСУ «Буйреп» с конца мая и до начала октября гидрографы СГЭ П.П.Федотов, В.И.Махнач, Ю.В.Мордвинцев во главе с командиром партии В.Ф.Викманом. производили морской промер и обследование банок в Воронке Белого моря, а также в южной части Баренцева моря от меридиана мыса Святой Нос до меридиана 45° на востоке. В результате подробного обследования многие банки (минимальные глубины) на карте со знаками «ПС» (положение сомнительное) или «СС» (существование сомнительное) были с карт сняты. В частности, была снята «знаменитая» банка «Мористон» (в западной части Воронки), а также «опасная» банка с глубиной 2,8 м, «удаленная» на значительное расстояние к северо-востоку от мыса Канин Нос.
Для изучения проливов между архипелагами Шпицберген, Земля Франца-Иосифа (ЗФИ) и Новая Земля, через которые атомные подводные лодки начали проникать подо льды Северного Ледовитого океана, командование Северного флота выделило СГЭ современное мощное судно ледокольного типа — дизель-электроход «Байкал» («ОС-ЗО») - см тему - viewtopic.php?f=4&t=1936.
В 1960 г. на дизель-электроходе «Байкал» были подробно обследованы проливы между островами, ведущими в СЛО: Франц-Виктория, между о. Виктория и о. Белый, между о. Белый и о. Стуре, а также шельф Северного Ледовитого океана к северу от вышеназванных проливов. Значительная часть работы на промере выполнялась во льдах Северного Ледовитого океана. При работах судно поднималось до параллели 81°30» с. ш. Для координирования промера продолжала использоваться радиодальномерная система «Координатор», для определения дальностей приходилось продолжать «считать гаммы», чем занимался выпускник-гидрограф 1953 года капитан-лейтенант Рыбин Виктор Георгиевич (его рассказ о службе в СГЭ можно также прочитать в главе «Воспоминания ветеранов»). Станции были развернуты в варианте радиолага на мысе Мэри Хармсуорт (о. Александры, ЗФИ) и на острове Виктория (самый западный остров России).
Промер в проливах и севернее них были закончены в начале октября 1960 г. Объем и площадь исследований были значительно превышены относительно плана работ. Однако не обошлось и без проблем. Остров Виктория до 1960 г. не был привязан к геодезической сети Земли Франца-Иосифа. Для определения точных координат отражающей станции РДС «Координатор», по данным которой и осуществлялось координирование промера, на ледниковый купол острова в начале работ был высажен гидрограф-астроном капитан-лейтенант Схиртладзе Ю.В. Однако постоянная пасмурная погода и постоянные туманы в летнее время над ледниковым куполом острова, не позволили определить точные координаты отражающей станции астрономическим методом. В результате зимой 1961 г., пока шла предварительная обработка материалов промера в Архангельске, на ледниковый купол острова Виктория самолетом Ан-2 (на лыжах) доставили гидрографа-астронома старшего лейтенанта Шмакова К.А. Константин Андреевич выполнил, наконец-то, астрономические наблюдений по определению координат мачты отражающей станции с точностью, позволившей затем качественно обработать весь морской промер и в 1962 г. представить материалы для издания карт в ЦКП ВМФ.
В эти же летние и осенние месяцы 1960 г. морской промер к северу от Новой Земли, в широком проливе между этим архипелагом и ЗФИ, производились на ГИСУ «Мурман» (на верхнем правом снимке).

В 1960 г. над кормовой палубой «Мурмана» на заводе «Красная Кузница» в Архангельске спроектировали и установили вертолетную площадку. Вертолет Ми-4 успешно использовался для высадки и съема на Новой Земле отражающих станций РДС «Координатор» со всем имуществом и оборудованием. ГИСУ «Мурман» стал первым «вертолётоносцем» советского ВМФ.(см. тему - viewtopic.php?f=4&t=1771&p=88661#p88661&#41). Экспедицией в указанных районах Северного Ледовитого океана в составе 3 кораблей («Байкал», «Мурман» и «Призма») непосредственно руководил начальник экспедиции капитан 1 ранга Леонид Иванович Сенчура с борта д/э «Байкал» (на снимке слева; начальник СГЭ в июне 1955 г.-июне 1966 г.).

Сенчура Л.И.

Родился 23 апреля 1919 г. в с. Бутовка Черниговской области в крестьянской семье.
После школы, желая работать в сельском хозяйстве, поступил на агрономический факультет Киевского сельскохозяйственного института.
Однако в 1939 г. в его жизни произошел крутой поворот, определивший всю его дальнейшую судьбу. В том же 1939 г. по спецнабору он был направлен из Киева в Ленинград на гидрографический факультет Высшего военно-морского училища им. М.В.Фрунзе. Но и там доучиться ему не довелось.
Началась Великая Отечественная война и в 1941 г. в звании лейтенанта он был досрочно выпущен из училища и направлен на фронт в морскую стрелковую бригаду. Участвовал в обороне Москвы и в боях на Карельском фронте.
После ранения и лечения в госпитале в 1943 г. был назначен на Северный флот, где обеспечивал проводку кораблей и судов по фарватерам, а также участвовал в боевом тралении. Был вторично ранен.
Практически весь остальной период его службы был связан с Гидрографической службой Северного флота. В 1953-1955 гг. - зам. начальника, в июне 1955 г. - июне 1966 г. - начальник СГЭ СФ. В этот период руководил изучением Северного Ледовитого океана, в том числе подробным обследованием подводного хребта Ломоносова. В результате проведенных под его руководством работ был детально изучен хребет Гаккеля с расположенной по его оси Долиной Гидрографов. В 1961-1967 гг. принимал участие в работе ВВЭ ААНИИ - «Север-13» (1961), «Север-14» (1962); руководил ВВШЭ СГЭ СФ - «Север-63» (1963), «Север-64» (1964), «Север-65» (1965), «Север-66» (1966), «Север-67» (1967) с посещением ряда дрейфующих научно-исследовательских станций типа «СП».

С 1966 по 1970 г. курировал эти же работы в должности начальника отдела Гидрографического управления МО СССР.
Награждён орденами Трудового Красного Знамени, Отечественной войны 2-й ст., Красной Звезды и медалями. За достигнутые успехи в 1966 г. был удостоен золотой медали им. Ф.П.Литке Географического общества СССР, а в 1986 г. – Государственной премии СССР.
После увольнения со службы по болезни в 1970 г. - капитан 1 ранга запаса, к.геогр.н. Длительное время работал ученым секретарем Географического общества СССР, где в 1985 г. был избран его почетным членом.
Скончался 13 июня 2008 г. в Покровской обители (богадельне) Выборгского района Ленинградской области – недалеко от пос. Лужки, где проживал в последние годы. Похоронен там же, на местном кладбище.
В честь него назван большой гидрографический катер Пр.23040Г «Леонид Сенчура» (на втором, нижнем правом снимке)(флаг поднят 24 декабря 2021 г.). Его госиспытания проходили в Кольском заливе и Баренцевом море. Водоизмещение - около 190 т, длина – 30 м, скорость – 12 узлов, дальность плавания – 1600 морских миль, автономность – 10 суток. Экипаж 9 чел.

На «Мурмане» непосредственно руководил гидрографическими работами командир отряда Л.Т.Ермилов. Промером руководили командиры партий: Н.М.Аносов, С.Ф.Бойцов, П.П.Федотов, Л.А.Сливин при помощи гидрографов: Ю.Н.Журавлева, В.И.Махнача, В.А.Шорикова, Л.В.Новожилова и других.
В 1961 г. на д/э «Байкал» гидрографы СГЭ выполнили морской промер в желобе Святой Анны, в проливе между островом Греэм-Белл (ЗФИ) и островами (с востока) Ушакова и Визе.
В 1964 г. был выполнен океанский промер в северной части Гренландского моря и в проливе Фрама. Этот район также обследовался в интересах атомного подводного флота, как «новые ворота», ведущие в Северный Ледовитый океан.
В данной экспедиции было применено новшество в использовании РДС «Координатор» для океанского промера. Впервые отражающие станции «Координатора» размещались на кораблях, стоящих на якоре или бочке (заякоренная металлическая емкость бочкообразной формы). Для этого были выбраны гидрографические суда «Мурман» и «Призма», а задающаяся станция находилась на промерном судне-ледоколе Северного флота «Добрыня Никитич».
В результате работ был выполнен систематический океанский промер на большой площади, в том числе во льдах на шельфе и склоне котловины Нансена. Промером были обследованы пролив Фрама, плато Ермак и многие другие крупные формы рельефа дна. При этом было совершено географическое открытие — промером документально подтверждено отсутствие так называемого «порога Нансена» при переходе из Гренландского моря в Северный Ледовитый океан. Вместо порога был обнаружен глубоководный желоб. Были также вновь открыты характерные подводные возвышения — своеобразные естественные подводные «маяки» Гренландского моря для атомных подводных лодок (АПЛ).
В промерных работах участвовали: руководители работ — командир отряда В.М.Антипов и командир партии П.П.Федотов; офицеры-гидрографы Л.А.Сливин, К.А.Шмаков, И.М.Воронов, Н.В.Гордиенко, Н.Д.Герасимов и инженер И.Д.Мороз.
В 1966 г. был выполнен океанский промер на противолодочном рубеже от острова Медвежий до мыса Нордкап, при помощи новой методики использования РДС «Координатор».
В промере и координировании местоположения станций принимали участие гидрографические суда: «Градус» — задающая станция; «Призма» — 1-я отражающая станция (на якорном месте у острова Медвежий); «Маяк» — 2-я отражающая станция, якорное место было выбрано заранее и обозначено швартовной бочкой.
В районе кораблей-станций были выставлены привязочные ледостойкие буи «БЗ-720», способные уходить под воду при надвижке ледяных полей. Координаты кораблей-станций и привязочных буев систематически определялись по заранее выработанной методике.
В конце промера ГИСУ «Призма» перешло к северу, на новое якорное место, а на ГИСУ «Градус» были измерены по РДС «Координатор» все стороны созданного треугольника. По данным измерений сторон были вычислены окончательные координаты второй отражающей станции. Южная часть района промера (к северу от мысов Нордкап и Нордкин) была обследована гидрографами на ГИСУ «Вайгач».
В промерных работах участвовали: руководители — командир отряда Е.Н.Карусев и заместитель командира отряда П.П.Федотов; офицеры-гидрографы К.А.Шмаков, Д.С.Кирсанов, В.Н.Гончаров, Н.М.Ильин, В.И.Пелипко, Г.А.Филимонов, Л.Г.Тищенко, инженер А.А.Крылов, мичман П.П.Глянцев.

Радиогеодезическая привязка арктических архипелагов в 1961-1970 годах

В период 1961-1970 гг. производилась радиогеодезическая привязка островов арктических архипелагов ЗФИ, Северная Земля и Новосибирских островов, а также отдельных островов. Для привязки использовалась радиодальномерная система «Рым», пять передающих станций которой были развернуты на арктическом «привязанном» (в геодезическом плане) материковом побережье, а 3–5 станций на удаленных «непривязанных» арктических островах. Задающая станция «РЫМ-С» размещалась на самолетах Ан-2 (с 1961 г.), Ли-2 (с 1963 г.) и Ил-14 (в 1964-1970 гг.).
Перед проведением работ по привязке арктических островов, на них силами Гидрографического предприятия СССР устанавливались маневренные добавочные передающие станции РДС «Рым» со специалистами. После этого начинались лётные работы, суть которых заключалась в многократном определении расстояний от самолета до базовой станции, имеющей четкие координаты, привязанные к Единой геодезической сети СССР, и до добавочной, для которой и вычислялись координаты. При этом самолет летал приблизительно на равном удалении от обеих станций, находясь между ними. Полеты осуществлялись ежегодно в течение марта — мая, что определялось наименьшей облачностью в данный период, определяющей возможность применения астрогеодезического метода для определения координат установленных мачт передающих станций «Рым».
В 1961 г. самолет Ан-2 летал между островами по 14-16 часов без посадки. Для обеспечения такой продолжительности в салоне были установлены две вместительные цистерны с дополнительным топливом. Основной базой для работ на Ан-2 являлся аэропорт Амдерма, запасным — аэродром на острове Диксон. Самолет Ли-2 базировался на аэродроме пограничной заставы «Нагурское» на острове Земля Александры архипелага Земля Франца-Иосифа, а Ил-14 на аэродроме острова Диксон при запасном аэродроме на острове Средний архипелага Северная Земля.
Радиогеодезическими работами от Минобороны руководил подполковник Медведев В.П. В Топографическом отряде экспедиции под руководством его командира капитана 3 ранга Константинова Р.С. в 1961 г. была создана Геодезическая партия. Командиром партии был назначен капитан-лейтенант Солдатов А.Н., старшим помощником командира партии старший лейтенант Васильцов А.С. (в 1963 г.), а инженерами — Кузнецов В.П. и Осокин И.С.
Полетная группа в 1964-1970 гг. на самолете Ил-14, по воспоминаниям ее участника, ныне здравствующего Васильцова Анатолия Степановича (выпускник — гидрограф 1963 года, его рассказ можно прочитать в главе «Воспоминания ветеранов»), включала в себя 3 человека: капитан-лейтенант Солдатов А.Н., старший лейтенант Васильцов А.С. и инженер Кузнецов В.П. Сущность работы на приёмоиндикаторе РДС «Рым — С» заключалась в отслеживании импульсов от станций и их совмещении, для чего необходимо было внимательно смотреть в специальный окуляр, присоединенный к экранчику приёмоиндикатора.
В камеральных работах по привязке арктических островов участвовали гидрографы и геодезисты: И.В.Осокин, В.П.Кузнецов, И.П.Ковригин, Б.И.Богданов, А.Ф.Карбасов, А.П.Чирков, М.А.Кузнецов, В.М.Смирнов, Н.А.Копеецкий, А.С.Баскин, А.С.Васильцов, Н.П.Зайцев (сын Павла Ивановича, погибшего на Новой Земле в 1954 г.).
В результате летных работ радиогеодезической привязкой было определено точное местоположение арктических островов в Единой государственной геодезической сети, что позволило с необходимой точностью нанести их на карту. Были привязаны более 12 островов, среди них: о. Врангеля, о. Геральд, о. Визе, о. Уединения, о. Виктория, о. Шмидта, о. Жохова, о. Земля Александры (аэродром «Нагурское») и ряд других островов архипелага Земля Франца-Иосифа. (Никандров О.М. Радиогеодезическая привязка арктических островов.- Л., Журнал «Записки по гидрографии», 1994. №231. С. 83—87).

[Historik]

Из второй книги капитана 1 ранга в отставке, Заслуженного работника Высшей школы РФ, доктора технических наук, профессора Корнеева Олега Юрьевича//
Корнеев О.Ю. Гидрографическая экспедиция Северного флота. Век в Арктике (1924-2024). Малоизвестные факты. - М.: Издательские решения, 2024:

Комплексные океанографические исследования на дрейфующем льду Северного Ледовитого океана в период Воздушных высокоширотных экспедиций «Север» в 1961-1992 годах


К началу 1960-х гг. общее представление о геофизических полях и рельефе дна Арктического бассейна базировалось на отдельных попутных измерениях, полученных по пути дрейфа полярных станций и ледокольных судов ("СП-1" в 1936-1938 гг., "СП-2" в 1950-1951 гг., "СП-3" в 1954-1955 гг., «Георгий Седов» в 1937-1938 гг.), а также при плановых посадках самолетов на лед в 1954-1959 гг. в период выполнения различных исследований НИИ Арктики и Антарктики. Активное участие в последнем виде работ принимали офицеры-гидрографы, в том числе и из СГЭ: Н.М.Аносов, А.Н.Воронов, Р.И.Гоноровский, Р.А.Дубовик, А.А.Мазепа, М.Ф.Перминов, А.Я.Свердлов, А.Г.Светлев, П.Н.Селиванов, И.В.Сытинский и др.
К 1960 г. стало понятно, что, используя только дрейфующие ледовые базы «Северный полюс» (точка в пространстве), организуемые НИИ Арктики и Антарктики, невозможно получить пространственное распределение таких важных характеристик Северного Ледовитого океана как рельеф дна, структура магнитного и гравиметрического полей Земли, глубинного строения Земли под дном океана, структуры метеорологических и океанологических полей. При проведении экспедиций «Северный Полюс» все виды наблюдений производились в одной точке, т.е. по линии дрейфа станции. При этом измерения являлись хаотичными в пространстве, т. к. дрейф ледовой базы проходил под воздействием меняющихся во времени и пространстве ветра и поверхностных течений.

Для устранения данной проблемы НИИ Арктики с 1937 г. начал проводить Воздушные высокоширотные экспедиции «Север» (ВВЭ «Север»)

при помощи «прыгающих» экспедиций — кратковременных посадок самолетов на дрейфующем льду. В состав измерений входило выполнение гидрометеорологических, батиметрических (измерение глубин) и геофизических исследований на дрейфующем льду в местах кратковременной (1-3 суток) посадки самолетов, вылетающих для этой цели с береговых аэродромов. Но такой метод исследований являлся очень дорогостоящим, малопроизводительным и не отвечал задачам комплексности площадного изучения всей акватории Северного Ледовитого океана. Тем не менее, при помощи указанных экспедиций в 1948 г. на дне Северного Ледовитого океана был открыт хребет Ломоносова, а в 1950 г. — хребет Менделеева (позже переименованный в поднятие для подчеркивания его материкового происхождения).
С учетом дороговизны и низкой производительности "прыгающих" экспедиций ААНИИ, а также важности использования акваторий Северного Ледовитого океана в интересах Военно-Морского Флота, Правительство СССР в 1960 г. издало соответствующее постановление о регулярном пространственном изучении Северного Ледовитого океана при помощи Воздушных высокоширотных экспедиций «Север» (ВВШЭ «Север»). Организация экспедиций была возложена на Гидрографическую службу Северного флота Минобороны СССР. Непосредственным исполнителем выполнения постановления была назначена Северная гидрографическая экспедиция Северного флота.
Главным отличием нового вида ледовых экспедиций было то, что самолеты и вертолеты (Полярной авиации), а также состав экспедиции базировался не на берегу, а непосредственно на дрейфующем льду в период с начала полярного дня (конец марта) и до середины мая, когда начинались активные процессы таяния льда и дробление ледяных полей из-за возросшей динамики их движения, приводящей к столкновению ледяных полей и их разлому. В результате создавались условия, когда комплексные исследования можно было выполнять не только по линии дрейфа ледовой базы, но и вокруг нее по заданной регулярной схеме точек (наибольшие расстояния вылетных точек от основной ледовой базы в основном было 400 км). Перелеты в данные точки-станции осуществлялись либо на легких самолетах с лыжами Ли-2 или Ан-2, либо на вертолетах.
Название новых экспедиций имело сходство с ранее существовавшими ВВЭ «Север» ААНИИ, но в их аббревиатуру была добавлена буква «Ш». Кроме этого, ВВШЭ нумеровались не по их порядковому номеру, как в ААНИИ, а к слову «Север» добавлялись последние две цифры года их проведения.
Главными принципами подготовки оборудования для работ на льду были: компактность, облегченность, удобность транспортировки при перемещениях и надежность при работе на льду. Также все оборудование дублировалось на случай выхода из строя, то есть единичных экземпляров в обычном варианте не брали, за исключением уникальных приборов. В периоды 2-3-х месячных подготовок к ВВШЭ специалисты готовили «этажерки» для монтирования аппаратуры эхолотов НЭЛ-6 и сейсмологических станций в самолетах Ан-2 или на вертолетах. Были значительно облегчены корпуса вибраторов корабельных эхолотов НЭЛ-6 и удобно закреплены на штангах для опускания их в лунки при измерении глубин. Астрономы готовили оптические теодолиты «ОТ-2» и хронометры в специальной упаковке для транспортирования и работы на льду, изучали эфемериды звезд и проводили тренировки на заснеженных полях. Проверялся и определялся суточный ход хронометров. Гидрологи (океанографы) готовили к работе свое оборудование: специальные облегченные титановые батометры, разработки ААНИИ, измерители течений БПВ (буквопечатающие вертушки), ручные и механизированные лебедки, троса и метеорологические приборы. Большой сложностью была настройка часовых механизмов БПВ.
Обязательными видами подготовки были: проверка знаний техники безопасности при выполнении работ на льду, проверка умений по сбору арктических палаток КАПШ, проверка знаний обращения с газовым оборудованием, так отопление палаток производилось при помощи двухкомфорочных плит с духовкой, именно из которой и шло основное тепло, проверка по обращению с тротилом, бикфордовым шнуром и детонаторами (хотя, доверялись данные работы только специально подготовленным специалистам, называемых в шутку «диверсантами»). Мастерские готовили специальные дюралевые волокуши для транспортировки груза на льдине с прибывающих самолетов.
Участники ВВШЭ получали специальное арктическое обмундирование (унты, унтята, два или три комплекта валенок со специальными высокими галошами, меховые штаны на заплечных лямках, летные кожаные коричневые куртки, полушубки из овчины или собачьего меха, теплое белье, меховые спальные мешки и другое).
Большая работа проводилась по предварительной заготовке продовольствия в заполярных аэропортах, поставка которого с 1930-х гг. происходила со складов московского ресторана «Останкино» (о чем свидетельствовали наклейки, виденные автором в 1982–1984 гг. Рассказ по этому поводу Малика И.З. можно прочитать в главе «Воспоминания ветеранов»).
Уже в конце февраля отряды и партии начинали убывать на самолетах в арктические аэропорты (перед «броском» на льдину). В разные годы это были аэропорты: Амдерма, Диксон, Нагурская, о. Греэм-Белл, Черский, о. Средний, мыс Шмидта, Чокурдах, Апапельгино (Певек) и другие. Выбор льдины в океане для базирования экспедиции производился на облетах предстоящего района работ начальником экспедиции вместе с опытными полярными ледовыми разведчиками ААНИИ.
Основными целями проведения ВВШЭ было проведение регулярных в пространстве, независимо от дрейфа ледовой базы, следующих видов исследований:
— гидрографических;
— астрогеодезических, радионавигационных, а с 1981 г. и космогеодезических;
— гравиметрических;
— магнитометрических;
— сейсмологических;
— океанографических;
— метеорологических.

В 1961 г., используя инфраструктуру экспедиции ААНИИ ВВЭ «Север-13», была организована

первая Воздушная высокоширотная экспедиция Северного флота (ВВШЭ «Север-61»), которой руководил начальник СГЭ капитан 1 ранга Сенчура Леонид Иванович (досрочно выпущен с гидрографического факультета ВВМУ им. М.В.Фрунзе в июне 1941 г.). Первая высокоширотная экспедиция «Север-61» проходила с 21 апреля по 13 мая. Первую посадку на лед с оборудованием и частью членов экспедиции совершил известный полярный летчик Герой Советского Союза генерал-майор в отставке Мазурук Илья Павлович.
Перелеты с основной ледовой базы на вылетные станции наблюдений осуществлялись на легких самолетах Ан-2 и на вертолетах Ми-4.
Магнитные измерения производились кварцевыми магнитометрами (QНМ и М-2) и магнитной вариационной станцией по программе абсолютного магнитного пункта. Сейсмозондирование осуществлялось 24-канальной сейсморазведочной станцией СС-24п. Гравиметрическая съемка производилась сухопутными гравиметрами ГАК-Зм и ГАК-4м одновременно с измерениями 3-х маятниковым прибором с фоторегистрацией ММП-П, размещенным в основном ледовом лагере экспедиции. Работа маятникового прибора периодически контролировалась путем привязки авиарейсами к береговым опорным гравиметрическим пунктам.
В результате работ первой ВВШЭ «Север-61» было выполнено:
— 171 определение глубины (Журавлев Ю.Н, Чернухо Г.С., Кирсанов Д.С.);
— 171 измерение составляющих магнитного поля (Ягодницын М.Г.);
— 195 астрономических наблюдений (Схиртладзе Ю.В., Гоноровский Р.И.);
— 79 гравиметрических пункта (Митюхляев В.А., Литинский В.А. - с 12 октября 1962 г. по 1967 г. главный инженер Полярной высокоширотной геофизической экспедиции (ПВВГЭ) НИИГА - см. тему - viewtopic.php?f=8&t=1425 и смежные с ней);
— 18 магнитологических измерений (Курочкин Ю.А.);
— 13 сейсмозондирований;
— 8 вылетных океанографических станций для наблюдения за термохалинным вертикальным распределением параметров воды (Баранов В.А.);
— 15-суточная станция наблюдения за течениями на глубинах 50 и 400 м, отобрано 135 проб воды на различных горизонтах (Карусев Е.Н., Воронов И.М.).
Для справки: Ф.Нансен, измерил в 1898–1899 гг. во время дрейфа судна «Фрам» 8 глубин, в период почти годового дрейфа станции «Северный полюс-1» в 1937–1938 гг. было определено 33 глубины.

В 1962 г. ВВШЭ «Север-62» также еще использовала инфраструктуру экспедиции ААНИИ ВВЭ «Север-14», но с 1963 г. Высокоширотные экспедиции СГЭ стали проводиться самостоятельно.
В 1969 г. в районе Северного полюса в честь 50-летия Октябрьской революции точками с измеренными глубинами была вычерчена геометрическая фигура «звезда» (начальник СГЭ - капитан 1 ранга Немилов Сергей Константинович, на снимке - справа).

Немилов С.К.

Родился 17 сентября 1922 г. в семье служащего в г. Ржеве.
В 1940 г. после окончания средней школы поступил в Высшее военно-морское гидрографическое училище им. Г.К.Орджоникидзе.
С началом Великой Отечественной войны (1941-1945) его курс был направлен под Кингисепп, где в составе Отдельной курсантской бригады в течение двух месяцев он принимал участие в боевых действиях.
Затем было принято решение о переводе училища в Астрахань и его слиянии с ВВМУ им. М.В.Фрунзе. Точно в день его девятнадцатилетия 17 сентября 1941 г. при эвакуации на переходе через Ладожское озеро в результате жестокого шторма разрушилась деревянная баржа, на которой переправлялись курсанты и офицеры военно-морских учебных заведений Ленинграда и группа работников Гидрографического управления ВМФ. Погибло несколько сотен эвакуируемых. В живых уцелело 36 чел., среди которых оказался и именинник - курсант С.К.Немилов.
В 1944 г. после окончания училища получил назначение в СГЭ СФ, где за 25 лет прошел путь от гидрографа (производителя работ) до заместителя и начальника экспедиции (июнь 1966 г.–декабрь 1969 г.). Занимался морским промером и другими видами гидрографических работ в Белом и Баренцевом морях. Будучи заместителем начальника и начальником ВВШЭ СГЭ СФ «Север», ежегодно формируемой на базе экспедиции, руководил комплексными исследованиями в Арктическом бассейне (в районе хребта Гаккеля, Чукотского поднятия, приполюсной части хребта Ломоносова).
С 1969 г. - капитан 1 ранга, начальник геофизического отдела Центрального картографического производства ВМФ (ЦКП ВМФ).
С 1977 г. - в запасе. Продолжал работать в ЦКП ВМФ главным специалистом
по вопросам высшей геодезии.
За успехи в исследовании Арктического бассейна и внедрение геофизических методов в практику работ награждён орденами Красной Звезды и «За службу Родине в Вооруженных Силах СССР» 3-й ст., а в 1986 г. удостоен Государственной премии СССР.
Скончался 20 июня 2008 г. Похоронен на Богословском кладбище Санкт-Петербурга.

Одним из главных географических открытий первого этапа исследований было открытие срединно-океанического хребта Гаккеля, минимальная глубина на котором составила 391 метр. Данная вершина получила название горы Ленинского Комсомола в честь первого похода атомной подводной лодки "К-3" (первая в СССР и третья в мире) и всплытия около Северного полюса 17 июля 1962 г. Кстати, лодку по возвращении встречал лично Первый секретарь ЦК КПСС Хрущев Н.С. и министр обороны маршал Малиновский Р.Я., а лодке только после этого похода 9 октября 1962 г. присвоили имя «Ленинский комсомол» (см. тему - viewtopic.php?f=24&t=1207&p=88190&hilit=%D0%9A+3+%D0%9B%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9+%D0%BA%D0%BE%D0%BC%D1%81%D0%BE%D0%BC%D0%BE%D0%BB#p88190&#41).

С 1962 г. по 1975 г. ежегодно осуществлялась аэромагнитная съемка на различных типах самолетов с участием офицеров СГЭ (начальник экспедиции в 1969-1972 гг. - капитан 1 ранга Тимошенко Николай Кузьмич, на снимке - слева)

Тимошенко Н.К.

Родился 18 февраля 1929 г. в с. Воронцовка Павловского района Воронежской области в крестьянской семье.
После окончания 9 класса средней школы в 1946 г. поступил в Бакинское военно-морское подготовительное училище, откуда через год перешёл на первый курс гидрографического факультета ВВМУ им. М.В.Фрунзе.
В 1951 г. после окончания училища был назначен в СГЭ, где прослужил более 20 лет. Здесь прошёл путь от гидрографа до начальника экспедиции (декабрь 1969 г.–сентябрь 1972 г. 30 ноября 1971 г. СГЭ переименована в 30-ю ГЭ СФ). Выполнял комплексные гидрографические работы по исследованию островов Новая Земля, прибрежных вод Кольского полуострова и Белого моря. С 1962 г. в должностях командира гидрографической партии, командира геофизического отряда, зам. начальника и начальника ВВШЭ СГЭ СФ «Север» (всего в 11 экспедициях) принимал участие в гидрографических, гравиметрических, магнитных и сейсмических исследованиях в Арктическом бассейне – на хребте Гаккеля, Чукотском Куполе, в районе поднятия Менделеева и др. районах, в подготовки первого похода атомного ледокола «Ленин» по СМП (1961). По результатам проведенных исследований опубликовал свыше 20 научных статей.
С 1972 г. - капитан 1 ранга, начальник отдела Главного управления навигации и океанографии МО СССР (ГУНиО МО).
Награждён орденом Трудового Красного Знамени, двумя орденами Красной Звезды, медалями. В 1975 г. награжден почетным дипломом Всесоюзного географического общества «За выдающиеся научные труды в области географических наук». Является Почётным полярником и Почётным геодезистом. В 1986 г. удостоен звания лауреата
Государственной премии СССР. В 1988 г. награждён знаком «Ветеран полярной гидрографии».
С 1987 г. - в запасе. Более двадцати лет работал старшим редактором в редакции журнала «Записки по гидрографии» (Санкт-Петербург).
В честь него назван большой гидрографический катер Пр.19920 СФ (бывший - «БГК-2148», на снимке - справа). Построен на ОАО «Судостроительный завод «Вымпел» в Рыбинске в 2012 г. Второй в серии новых больших гидрографических катеров для ВМФ РФ. В состав СФ вошёл в марте 2013 г. Неоднократно принимал участие в проведении практических научных исследований в Баренцевом море.

Первым освоил данный вид работ Ягодницын М.Г., затем к нему присоединился Криштапович М.И. (автору еще курсантом, а потом и офицером довелось служить вместе с ним во ВВМУ им.М.В.Фрунзе, где Михаил Иванович был преподавателем кафедры гидрографии. Когда вместе находились на Курсе молодого бойца на геодезическом полигоне в пос. Зеленая Роща, то Михаил Иванович научил всех офицеров плести из тонких корней сосны красивые корзинки-лукошки самых разных размеров. Он оставил о себе самые теплые воспоминания). Позже к выполнению аэромагнитной съемки присоединились офицеры Курочкин Ю.А., Васильев В.И., Абакумов А.М. и Еремин С.М.
Для аэромагнитной съемки с борта самолета Ил-14 использовались аэромагнитометры АМ-13 и АЭМ-49. Координирование съемки обеспечивалось астрономическим (теодолит ОТ-02) и авиационным радиодальномерным (с помощью РНС «Рым») способами.
В 1962–1963 гг., благодаря результатам аэромагнитных съемок, удалось выявить предполагаемое местоположение неизвестного срединно-океанического хребта, где были зафиксированы сильные магнитные аномалии. Сейсмозондирование позволило определить генеральное направление его вероятного простирания, а экспедиция 1965 г. подтвердила его фактическое наличие и частично исследовала. Это стало научным открытием мирового масштаба, что было засвидетельствовано на Втором международном океанографическом конгрессе в 1966 г.
Объемы работ по аэромагнитной съемке по годам представлены в таблице данной книги. Рекорды по объемам были поставлены в 1970 г. и 1971 г., когда за сезон были выполнены 530 000 и 540 000 кв. км аэромагнитной съемки.
Необходимо упомянуть, что в марте-апреле 1969 г. гидрографы Тихоокеанской океанографической экспедиции Тихоокеанского флота (В.И.Егоров, Е.Г.Георгов, Ю.В.Горбунов, В.Д.Мищенко и др.) выполняли аналогичные исследования на дрейфующем льду Чукотского моря. Было выполнено 350 пунктов гравиметрических измерений, 307 — магнитных и 40 — сейсмозондирований.

[Historik]

Из второй книги капитана 1 ранга в отставке, Заслуженного работника Высшей школы РФ, доктора технических наук, профессора Корнеева Олега Юрьевича//
Корнеев О.Ю. Гидрографическая экспедиция Северного флота. Век в Арктике (1924-2024). Малоизвестные факты. - М.: Издательские решения, 2024:

20 ноября 1971 г. Северная гидрографическая экспедиция Северного флота была переименована в 30-ю Гидрографическую экспедицию Северного флота.

Фридман С.А.

Семён Аронович родился 15 апреля 1925 г. в с. Чернявка Борисовского района Минской области Белорусской ССР в семье служащего.
В 1943 г. после окончания средней школы в Ташкенте (Узбекская ССР) поступил на первый курс гидрографического отдела Высшего военно-морского училища им. М.В.Фрунзе, которое находилось в то время в Баку.
В 1947 г., окончив училище в Ленинграде (куда оно вернулось в 1944 г.), был назначен в СГЭ СФ.
За 30 лет непрерывной службы в экспедиции прошёл путь гидрографа от производителя работ до начальника 30-й ГЭ СФ (ноябрь 1972 г. – сентябрь 1977 г.). Районом его работ были Баренцево и Белое моря, где были обнаружены многие навигационные опасности, составлены новые описания, пополнившие лоции. С 1964 г. принимал непосредственное участие и руководил комплексными гидрографическими исследованиями в Арктическом бассейне в качестве командира отряда, зам. начальника, а с 1972 г. - начальника ГЭ и одновременно - начальника ВВШЭ ГЭ СФ.
С ноября 1977 г. – капитан 1 ранга запаса. В 1978-1989 гг. работал зам. начальника полярной морской геологоразведочной экспедиции.
Награждён двумя орденами Красной Звезды, медалями.
Скончался 31 декабря 1997 г. Похоронен на Смоленском кладбище Санкт-Петербурга.
В 1998 г. его имя было присвоено одному из безымянных проливов в Кольском заливе.

Типовая организация проведения ВВШЭ состояла в следующем. В феврале оборудование и грузы экспедиции из Архангельска и Ленинграда постепенно собирались в арктических аэропортах: Диксон, Черский, Певек (Апапельгино), мыс Шмидта, Анадырь, о. Средний, мыс Косистый и др. В конце февраля начинались проводиться авиационные ледовые разведки на самолётах Лт-2, а впоследствии — на Ил-14 (в 1983–1984 гг. автор данных строк принимал в них участие), по поиску подходящего ледяного поля, на котором можно было бы создать взлетно-посадочную полосу для приема больших самолетов, таких как Ан-12, Ан-24, Ан-26, Ил-18, Ил-76, длиной 2 км.
После выбора обширного ледяного поля в начале марта, с началом полярного дня, на него сначала высаживалась передовая группа полярных летчиков во главе с командиром сводного авиаотряда. Группа устанавливала радиомаяк (радиопривод) для наведения на ледовую базу последующих самолетов с грузом и специалистами (в апреле 1982 г. произошла трагическая гибель группы радиопривода, рассказ об этом можно прочитать в главе «Воспоминания ветеранов»).

Баранов В.А.

Владимир Александрович родился 8 ноября 1933 г. в Брянске в семье рабочего.
В 1952 г. после окончания средней школы поступил в Гатчинское Высшее военно-морское гидрографическое училище.
Но в 1956 г. в связи с его расформированием был переведён в Балтийское Высшее военно-морское училище.
В 1957 г. после его окончания был назначен в СГЭ СФ, где непрерывно служил до 1984 г.
Дошёл до должности начальника экспедиции в воинском звании капитана 1 ранга (октябрь 1977 г. – июль 1984 г.).
7 раз, больше, чем все другие начальники СГЭ/ГЭ, возглавлял высокоширотные воздушные экспедиции на поднятии Ломоносова, в Канадском секторе СЛО, в котловине Макарова и других районах
в сложных метеорологических и ледовых условиях. На его долю выпало также выполнять важные работы в проливе Дрейка и других районах, примыкающих к Антарктиде.
С 1984 г. в связи с ухудшением здоровья был переведён на должность старшего научного сотрудника в Институт океанологии им. П.П.Ширшова АН СССР.
С марта 1989 г. - в запасе.
Награждён орденом «За службу Родине в Вооруженных Силах СССР» 3-й ст., медалями, в т.ч. «За отвагу» (1966).
Скончался 17 марта 1990 г. Похоронен на Митинском кладбище Москвы.
В 1998 г. его имя было присвоено одному из безымянных проливов в Кольском заливе.

Члены экспедиции проживали в специальных палатках, которые были двух типов: «КАПШ-1» и «КАПШ-2», что означало версии их вместимости на 3 или на 6 человек, соответственно. Аббревиатура КАПШ это — Каркасная арктическая палатка Шапошникова. Конструктор палатки С.А.Шапошников разработал эти сферические палатки в 1948 г. для ВВЭ «Север-2», на основе кардинальной переделки своей предыдущей версии, сделанной им для дрейфующей станции «Северный полюс-1» в форме традиционной («домик») палатки. Новая форма вобрала в себя черты яранги, но на более высоком технологическом уровне, была более устойчива к ветру, и ее возможно было перетаскивать с места на место, не разбирая. Палатка «КАПШ-1» представляла собой в основании круг, а «КАПШ-2» — овал. В остальном устройство было одинаковым. Для сбора палатки на снегу раскатывался четырехугольный кусок брезента, на который сначала раскладывалось «вспушенное» сено (возили с собой с Большой Земли спрессованными тюками, некоторые видевшие погрузку в аэропорту летчики спрашивали: «Коровам везете?») толщиной до 30 см, на него укладывались квадраты пенопласта, а на них — фанера по форме днища палатки. Затем на фанеру накладывался следующий кусок брезента. После этого, на созданный многослойный «пирог», защищавший от проникновения холода льда, устанавливался каркас из алюминиевых дуг, крепящихся к алюминиевому овальному низу палатки, собранного также из алюминиевых дуг. Ширина проема между дугами С.А.Шапошниковым была выбрана с расчетом, чтобы между ними мог выпасть человек в случае пожара в палатке.

Макорта А.П.

Александр Павлович родился вскоре 6 сентября 1948 г. в д. Шаровечка Хмельницкой области Украинской ССР в семье служащего.
В 1961 г. вместе с родителями он переехал в Витебскую область, откуда в 1966 г. после окончания Тумиловической средней школы Докшицкого района уехал в Ленинград, где поступил на гидрографический факультет ВВМУ им. М.В.Фрунзе.
В 1971 г. с отличием окончил училище и был направлен в СГЭ СФ.
Всего на СФ прослужил более 26 лет и прошёл путь от старшего помощника командира гравиметрической партии до зам. начальника и начальника 30-й ГЭ СФ (июль 1984 г.–август 1989 г.), начальника Гидрографической службы СФ
(с августа 1989 г. - зам. начальника, с 1992 г. - начальник).
В 1979 г. с отличием окончил Военно-морскую академию им. А.А.Гречко по кафедре военной гидрографии и океанографии.
Принимал активное участие в геофизических исследованиях в Карском, Норвежском, Баренцевом, Гренландском морях и в Северной Атлантике.
С 1972 по 1977 г. в составе ВВШЭ ГЭ СФ «Север» четырежды участвовал в комплексных исследованиях Арктического бассейна. Будучи начальником ГЭ, возглавлял пять высокоширотных экспедиций в Арктический бассейн без потерь личного состава и происшествий. Возглавляемая им ГЭ неоднократно занимала первое место среди частей Гидрографической службы флота.
В 1995 г. присвоено воинское звание контр-адмирал.
В 1998 г.–2002 г. - заместитель начальника Главного управления навигации и океанографии Министерства обороны РФ (ГУНиО МО).
Участвовал в подготовке заявки Российской Федерации в ООН по определению внешней границы континентального шельфа в Северном Ледовитом океане.
Награждён орденом «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» 3-й ст., медалями, знаками «Почётный полярник» и «За доблестную службу в Заполярье». Лауреат премии Правительства РФ.
Скончался 7 апреля 2002 г. (заражения крови в стационаре). Похоронен на Серафимовском кладбище Санкт-Петербурга.
Его именем названы подводная гора в Северном Ледовитом океане и большой гидрографический катер Пр. 19920 СФ (на снимке справа).
Катер был построен на судостроительном предприятии «Окская судоверфь» Нижегородской области (заложен 31 мая 2018 г., спущен на воду в июле 2020 г.). Водоизмещение - около 300 т, автономность - 10 суток, дальность плавания - 1000 миль.

После установки каркаса к его дугам крепился «нижник» — чехол из белой плотной ткани. Затем на собранный каркас с подвязанным «нижником» натягивался «верхник» — сшитый по форме палатки чехол из черного плотного брезента с иллюминаторами. После завершения всей процедуры, всё, что лежало на первом брезенте и выходило за периметр палатки, убиралось, а оставшаяся часть брезента скатывалась и крепилась к палатке на высоте около 30 сантиметров. Вход в палатку представлял из себя откидывающуюся кверху дверцу, собранную из деревянного каркаса, обтянутого с двух сторон брезентом, изнутри белого цвета. Нижняя часть дверцы была на высоте 30–40 сантиметров от снежной поверхности. Снаружи к дверце крепилась деревянная ручка. После сбора палатки, к ней крепились по периметру 4 толстые веревки, за которые можно было бы перетащить саму палатку в другое место, если под ней «разъедется» лед (за три дрейфа автора таких случаев, к счастью, не было).
Отопление палатки производилось при помощи либо газовых горелок (опасный вариант), либо при помощи бытовых двухкомфорочных газовых плит с духовкой, из которой и шло отопление палаток. На самой плите топили предварительно напиленный снег для умывания и чая.
В случае пожара время горения палатки составляло около минуты, поэтому запрещалось спать раздетым в спальных мешках, а каждый участник экспедиции был обязан иметь при себе финку (длинный нож) для экстренного покидания палатки. В случае пожара каждый обитатель палатки должен был распороть сначала нижник между вертикальными ребрами палатки (это легко), затем верхник (что достаточно сложно из-за плотного брезента) и через образовавшийся разрез выбраться наружу.
Только после сбора первых палаток модификаций КАПШ-1 и КАПШ-2 на льдину высаживалась остальная, основная группа полярников на больших самолетах: Ан-26, Ан-12, Ил-18 и Ил-76. При этом было совершенно непонятно, как такие махины, например, самолет Ан-12 с грузом весил 61 тонну, а Ил-76 — 149 тонн, смогли садиться на льдину толщиной от 1,5 до 2,5 метров!
Общее число исследователей в ледовом лагере, включающее и офицеров-гидрографов, составляло от 60 до 120 человек. Рядом с лагерем исследователей разбивался лагерь летчиков и обслуживающего персонала, в котором также располагалось от 80 до 120 участников экспедиции. У каждого лагеря был свой камбуз, столовая и свой продовольственный склад. Таким образом, в среднем, оба лагеря вместе насчитывали примерно 200–250 человек. Оба лагеря в полном составе обычно встречались только на демонстрации на взлетно-посадочной полосе 1-го мая. Правда, посещаемость демонстрации летчиками была всегда на порядок ниже флотской СГЭ…
Наблюдения на вылетных станциях проводились на необорудованном для посадки авиации льду, на удалении от основной базы до 400 км. Средняя ежегодная площадь исследуемой площади в среднем составляла 500 на 500 километров, т.е. 250 000 квадратных километров.
Для перелетов на окружающие базу точки наблюдений, называемых вылетными станциями, использовались самолеты Ан — 2 на лыжах и вертолеты Ми-4. При этом, наблюдения на вылетных станциях проводились на необорудованном для посадки авиации льду, что создавало для самолета Ан-2 определенные трудности. После посадки на лед при отсутствии облачности производилось координирование точки (пункта) измерений по звездам, а при ее наличии — по Солнцу, если оно достаточно четко проглядывало сквозь облака. Вполне понятно, что при наличии сплошной облачности, не позволявшей проводить координирование места измерений, вылетные станции не выполнялись. Время измерений привязывалось к среднезвездному времени.
Выполнение координирования местоположения по звездам в полярный день, когда Солнце не опускалось за горизонт, было достаточно сложной задачей. Вы когда-нибудь видели звезды на небе днем? Нет? Тогда вы понимаете всю сложность задачи! Сущность определения координат места астрономическим способом заключалась в следующем. Перед определением координат необходимо было по счислимым (ориентировочно вычисленным) координатам выбрать из астрономического каталога именно те звезды, которые будут видны (т.е. будут над горизонтом) в данное время суток на данном географическом меридиане. Затем необходимо было по специальным астрономическим таблицам вычислить азимуты данных звезд и их высоты над горизонтом на определенный момент времени. После этого оптический теодолит по вычисленным высоте и азимуту наводился на первую звезду. Глядя в окуляр, необходимо было увидеть в видимой части небосвода светящуюся медленно перемещающуюся точку (звезду) на фоне бело-голубого дневного небосвода. Увидев звезду, необходимо было при помощи специальных винтов подкрутить оптическую трубку теодолита по высоте и азимуту так, чтобы звезда прошла через центр визира окуляра. В этом момент засекалось время, с помощью которого затем пересчитывалась высота и азимут звезды. Затем искалась следующая звезда, и процедура повторялась. В основном определялось по 2-3 азимута на звезды, что позволяло затем определять свое местоположение в точке или области их пересечения (мне довелось видеть в окуляр теодолита достаточно быстро смещающуюся яркую точку звезды).
На выполнение данных операций требовалось существенное время. В результате, даже профессионалам под руководством многолетнего участника экспедиций капитана 3 ранга Добряка Л.П. (выпускник гидрографического факультета ВВМУ им. М.В.Фрунзе 1971 года) требовалось на все обсервации на одном месте от 1,5 до 2 часов. С учетом времени на проделывание отверстия в ледяном покрове и времени на обсервации, в сутки в среднем удавалось нескольким вылетным группам выполнить от 5 до 7 измерений глубин.
С 1982 г. для координирования дрейфа ледовой базы экспедиции стали использоваться приёмоиндикаторы космической навигационной системы (КНС) «Шлюз». В результате такого подхода точность определения места возросла с 300 до 100-150 метров. Более того, применение КНС в отличие от астрономического метода, зависящего от наличия облачности, позволило увеличить временную дискретность обсервация с одних суток до 1 раза в 2-3 часа, но в первые годы применения это было доступно только для основной ледовой базы или подбаз, в силу громоздкости аппаратуры. Такая высокая дискретность координирования впервые позволила детально изучить мезомасштабную временную структуру дрейфа льда и подледных течений, а также определить гармонические постоянные приливного дрейфа льда и течений (что стало предметом защиты кандидатской диссертации автором в 1988 г.).
При проведении гидрографических исследований на вылетных станциях, выполняемых по зимнему московскому времени, после посадки самолета или вертолета на лед, проделывалось отверстие во льду для опускания вибратора (излучателя) эхолота (металлический цилиндр весом порядка 10 кг) под лед. Если толщина льда была меньше 100 сантиметров, то проводилось ручное бурение отверстия во льду кольцевым буром диаметром 20 сантиметров. Если же толщина льда была больше, то производился подрыв льда. В образованное отверстие опускали вибратор эхолота на кабеле на 2—3 метра в соответствии с метками на кабеле. После этого по кабелю из самолета или вертолета подавали питание от эхолота на вибратор, который излучал акустический сигнал по направлению ко дну. Когда отраженный сигнал возвращался к поверхности льда, тот же вибратор его регистрировал, а «мозги» эхолота вычисляли глубину с учетом значения стандартной скорости звука в воде 1450 метров в секунду. Для учета распределения реальной скорости звука в воде по глубине, являющейся функцией от температуры и солености воды и глубины, при вычислении поправок к глубине в дальнейшем использовались данные выполненных гидрологами экспедиции океанографических станций.
В 1980 г. капитан-лейтенантом В.В.Суровым (выпускник гидрографического факультета ВВМУ им. М.В.Фрунзе 1975 года) был разработан, опробован и внедрен метод вмораживания вибратора эхолота в верхнюю поверхность льда для выполнения измерений глубин, что позволило резко увеличить производительность работ в 3-4 раза! Данный метод кроме того, что сильно облегчил процедуру измерения, но позволил и резко увеличивать планы по площадям батиметрического обследования в течение одного сезона. Так количество выполняемых измерений глубин места за сутки полетов несколькими вылетными группами при спутниковом определении местоположения стало достигать 25-30 (в разделе «Воспоминания ветеранов» можно прочитать рассказ на данную тему Сурова В.В.). Масштаб съемки рельефа дна различных районов центральной части Северного Ледовитого океана был различным, но в последние годы стал достигать 1:500 000.
Геофизические измерения: гравиметрические, магнитометрические и сейсмологические проводились как на основной базе, так и на вылетных станциях по зимнему московскому времени. При проведении гравиметрических и магнитометрических наблюдений на вылетных станциях измерялись соответственно значение ускорения свободного падения (поля силы тяжести) и составляющие магнитного поля Земли. При выполнении этих наблюдений не требовалось проделывать отверстие во льду, что резко повышало производительность данных работ. В результате даже при астрономическом методе, при хорошей погоде, определения координат пунктов удавалось выполнить до 10-15 станций в полетный день (бывший начальник 30-й ГЭ СФ капитан 1 ранга Замятин Николай Алексеевич поделился рассказом о гравиметрических наблюдениях со льда, который можно прочитать в главе «Воспоминания ветеранов»).

Замятин Н.А.
Родился 23 сентября 1953 г. в с. Шелота Верховажского района Вологодской области в семье крестьянина, участника Великой Отечественной войны.
В 1970 г. окончил среднюю школу и поступил в Вологодский Политический институт.
В 1971 г. перевёлся на гидрографический факультет ВВМУ М.В.Фрунзе.
После его окончания с отличием был назначен в 30-ю ГЭ СФ (бывшую СГЭ), где прослужил до августа 2003 г. с двухлетним перерывом на обучение в Военно-морской академии им. Адмирала Флота Советского Союза Кузнецова Н.Г. в Ленинграде.
Вся его служба свидетельствует о незаурядных способностях как специалиста и руководителя.
В августе 1989 г. был назначен начальником ГЭ и почти 15 лет успешно возглавлял этот большой коллектив, выполнявший комплексные гидрографические исследования в тяжелейших условиях Центральной Арктики. На период выполнения работ в Арктическом бассейне систематически назначался начальником ВВШЭ ГЭ СФ «Север».
С августа 2003 г. - капитан 1 ранга запаса. Проживал в г. Санкт-Петербурге.
С 2006 г. работал исполнительным директором ООО «Северная дноуглубительная компания».

При выполнении сейсмических исследований использовался как метод отраженных волн (МОВ), так и метод преломленных волн (МПВ). В обоих методах в качестве возбудителя упругих акустических волн использовались взрывы малых объемов взрывчатки (100-300 граммов — в зависимости от глубины места), опускаемых на веревке под лед. Метод МОВ реализовывался на вылетных станциях за счет единичного взрыва и приема отраженного сейсмического сигнала на две линии приема длиной 300 метров (гидрофоны установлены через каждые 25 метров), расположенные перпендикулярно друг другу (бывший командир Геофизического отряда капитан 2 ранга в отставке Гудков Сергей Николаевич прислал свой рассказ на эту тему, который можно прочесть в главе «Воспоминания ветеранов»). Метод МПВ реализовывался на основной ледовой базе, для чего раскатывалась приемная линия длиной 2-3 километра и через каждые 4 часа (за это время база перемещалась за счет дрейфа льда на расстояние от 400 до 1 000 метров) осуществлялся подрыв заряда для возбуждения излучающего импульса.
К 2015 г. в базах сейсмических данных по центральной части СЛО хранится огромный объем сейсмической информации (по данным из архивов ФГУНПП «Севморгео», где работал автор после демобилизации с 1999 г. по 2015 г.):
— 14 913 физических носителей (ФН) / сейсмограмм или 13 787 километров профилей по дрейфам ледовых баз ВВШЭ «Север»;
— 2 021 сейсмограмма сейсмозондирований МОВ площадных наблюдений экспедиций ВВШЭ «Север» (оцифрованных из общего объема в 17 426 зондирований), из которых составлены 78 сейсмобатиметрических профилей общим объемом 25 736 километров;
— 1 332 ФН / сейсмограмм или 616 километров профилей базовых наблюдений МОВ экспедиций ВВШЭ «Север»;
— 3 934 ФН / сейсмограмм или 4 280 километров профилей МПВ.

Малясов А.Е.
Андрей Евгеньевич - выпускник гидрографического факультета ВВМУ М.В.Фрунзе 1985 г. (на снимке), капитан 1 ранга, начальник 30-й ГЭ СФ (август 2003 г. – февраль 2012 г.)

Метеорологические и актинометрические наблюдения каждые три часа по Гринвичу проводились только на основной базе. При этом, актинометрические наблюдения в 1982 г. начали выполняться впервые, и автору, как единственному «фирменному» гидрометеорологу (выпускнику гидрометеорологического класса на гидрографическом факультете) в экспедиции на тот момент довелось этим заниматься.
Наиболее сложными по выполнению были океанографические наблюдения, которые включали в себя определения температуры воды и солёности на стандартных горизонтах и отбор колонки донных отложений на вылетных станциях (автор участвовал при выполнении данных исследований в 1982–1984 гг.).

[Historik]

Из второй книги капитана 1 ранга в отставке, Заслуженного работника Высшей школы РФ, доктора технических наук, профессора Корнеева Олега Юрьевича//
Корнеев О.Ю. Гидрографическая экспедиция Северного флота. Век в Арктике (1924-2024). Малоизвестные факты. - М.: Издательские решения, 2024:

В 1986 г. 30-я ГЭ СФ была перебазирована в Мурманск, где к тому времени было построено специальное здание для Управления ГС и экспедиции. Подавляющее большинство гражданских специалистов осталось в Архангельске, что создало существенные трудности в проведении исследований в первые годы после перебазирования.
К сожалению, 12 февраля 2012 г. 30-я Гидрографическая экспедиция Северного флота была расформирована... Однако экспедиция не прекратила свое существование. Все отряды экспедиции: Гидрографический, Топогеодезический, Геофизический и Гидрологический под своими названиями вошли в состав 44-го Района Гидрографической службы Северного флота, в который тем же приказом Министра обороны вошли и все другие подразделения Гидрографической службы Северного флота, включая оба дивизиона гидрографических судов, кроме самого Управления Службы.

Тем не менее, исправляя ошибки..., 30 декабря 2015 г. на Северном флоте на базе экспедиционных отрядов 44-го РГС СФ была образована 4-я Арктическая океанографическая экспедиция (АОЭ), в которую к тому же включили и «большой» дивизион, включающий в себя гидрографические суда и катера (7 ед.: 1 Пр.865, 3 - Пр.862, 1 - РЭФ-100, 1 - Пр.19920 и 1 - Пр.1403-А), как было сделано при создании СГЭ в 1924 году. Экспедицию возглавил бывший первый заместитель 30-й ГЭ СФ капитан 2 ранга Шаромов Андрей Вадимович (выпускник Ленинградского Нахимовского военно-морского училища 1990 года и гидрографического факультета ВВМУ имени М. В. Фрунзе 1995 года), а на момент образования 4-й АОЭ, заместитель начальника 44-го РГС СФ по экспедиционным и специальным работам.
Таким образом, несмотря на разные трансформации, названия Гидрографической экспедиции Северного флота, ее структура не претерпела существенных изменений на протяжении века (1924-2024)!..
В 1971 г. на основе накопленного опыта в период ВВШЭ «Север» и теоретических исследований Навигационно-гидрографического научно-исследовательского института ВМФ ГУНиО МО издало методический документ «Инструкция по гравиметрической съемке со льда».
За 30 высокоширотных воздушных экспедиций с 1961 г. по 1992 г. (экспедиций не было в 1973 г. и 1991 г.) выполнен огромный объем наблюдений на общей площади около 4,3 млн кв. км (6 экспедиций было проведено под руководством капитана 1 ранга Л.И.Сенчуры, 3 — капитана 1 ранга С.К.Немилова, 3 — капитана 2 ранга Н.К.Тимошенко, 5 — капитана 1 ранга С.А.Фридмана, 7 — капитана 1 ранга В.А.Баранова, 5 — капитана 1 ранга А.П.Макорты, по 1-й — капитанов 2 ранга Л.П.Добряка и Н.А.Замятина).
В удаленных и труднодоступных районах, где невозможно было использовать авиадесантный метод из-за недостаточно крепкого льда, начиная с 1962 г. (ПЛА «Ленинский комсомол»), гидрографические исследования офицерами СГЭ проводились с атомных подводных лодок. До 2000 г. в 24 походах было обследовано более 700 тыс. кв. км площади центральной части Северного Ледовитого океана...
Всего за 30 высокоширотных воздушных экспедиций СГЭ (интересно, что в 1971 г. экспедиция получило название 30-я ГЭ СФ — теория вероятности в действии) и 24 похода гидрографических партий СГЭ на атомных подводных лодках, выполнивших 92 000 линейных километров промера, центральная часть Северного Ледовитого океана была обследована на 85%.
За весь период экспедиций ВВШЭ «Север» СГЭ эхолотами было измерено 19 560 глубин, в 25 935 точках были проведены гравиметрические исследования, в 22 598 — магнитометрические, в 11 508 — сейсмическое зондирование, которое также позволяло определять глубины, которые затем принимались для картосоставления. При помощи аэромагнитной съемки обследовано более 3,8 млн км2, общая площадь исследований превысила 4,3 млн кв. км.
В результате всех видов исследования дна Северного Ледовитого океана со льда, с атомных подводных лодок и гидрографических судов удалось создать достаточно полную геоморфологическую картину дна Северного Ледовитого океана и его геофизических полей, обнаружить и описать более 150 географических объектов, 43 из которых получили имена гидрографов и судов Северного флота. Наиболее значимыми открытиями стали котловина Подводников, отрог Геофизиков, рифтовая долина Гидрографов и одна из самых крупных форм рельефа дна в районе хребта Гаккеля — гора Ленинского Комсомола, получившая название в честь первой советской атомной подлодки, достигшей Северного полюса 17 июля 1962 г. (справедливости ради, все же придется признать, что первыми на Северном полюсе без всплытия побывали американцы 3 августа 1958 г. на атомной подводной лодке "Nautilus", а 17 марта 1959 г. атомная подводная лодка ВМС США "Skate" всплыла во льдах на Северном полюсе, где развеяла прах полярного австралийского исследователя Джорджа Губерт Уилкинса, предпринимавшего первые попытки подледного плавания в Арктике еще в 1931 г. на дизель-электрической подводной лодке, в соответствии с его завещанием).
В 1986 г. наиболее отличившимся начальникам Северной гидрографической экспедиции (с 1971 г. - 30-я ГЭ СФ) — капитанам 1-го ранга Леониду Сенчуре, Сергею Немилову, Николаю Тимошенко, Александру Макорте — была присуждена Государственная премия СССР. Совершенно непонятно, почему в данный список не попал начальник экспедиции 1 ранга Владимир Александрович Баранов, организовавший наибольшее количество экспедиций ВВШЭ (7), передавший командование А.П.Макорте и здравствовавший на тот момент...
Конечно же, успех в выполнении всего комплекса океанографических работ в Северном Ледовитом океане не мог быть достигнут без высокопрофессионального инженерно-технического состава экспедиции, жившего в Архангельске и отдавшего ей всю свою трудовую жизнь. Всех не перечислить, но среди ветеранов необходимо выделить таких высококлассных специалистов, как И.Д.Мороз, Н.С.Налетов, Л.З.Кичаев, Г.А.Морозов, Е.Н.Полозов, В.К.Кошев, Г.А.Калинин, К.П.Суханов, М.А.Шайкин, Л.П.Агафонов, Ю.П.Богунов и многих-многих других. Честь им и хвала!
По результатам отечественных и зарубежных работ Главным управлением навигации и океанографии Министерства обороны Российской Федерации совместно с институтом ВНИИОкеангеология в 1998 г. вручную была подготовлена батиметрическая карта с сечением рельефа 200 м на глубоководную часть Арктического бассейна.
В 2002 г. по результатам выполненного промера в период экспедиций ВВШЭ «Север» и плаваний атомных подводных лодок был откорректирован рельеф дна некоторых районов Северного Ледовитого океана и издана батиметрическая карта «Центральный Арктический бассейн» масштаба 1:2 500 000 (на 4-х листах, адмиралтейский №91115). Россия представила в Международную базу батиметрических данных морские навигационные карты и батиметрическую карту «Рельеф дна Северного Ледовитого океана» масштаба 1:5 000 000, которые были использованы для составления грид-модели Международной батиметрической карты Арктического океана (IBCAO). В последующем в редколлегию IBCAO была представлена и цифровая версия батиметрической карты «Центральный Арктический бассейн» масштаба 1:2 500 000.
В 2013 г. эта карта была переиздана с учетом новых отечественных данных, полученных в 2010 и 2011 гг. с использованием многолучевых эхолотов...
Необходимо отметить, что Россия имеет очевидный приоритет в исследованиях Арктического бассейна. Так, в Каталоге названий форм подводного рельефа (Газетёре) в Генеральной батиметрической карте океанов — ГЕБКО (GEBCO), из 177 названий форм подводного рельефа СЛО в честь российских исследователей указаны 62 объекта.
Всего же за всю историю исследования Северного Ледовитого океана офицерами Российского военного флота от Петра I до 2018 г. более чем ста крупным географическим объектам Арктики присвоены имена военных гидрографов. Таким образом, можно констатировать, что важные для России исследования Северного Ледовитого океана от первых военных гидрографов времен Петра I, Гидрографической экспедиции Северного Ледовитого океана, Северной гидрографической экспедиции Северного флота продолжаются!

[Historik]

Из первой книги капитана 1 ранга в отставке, Заслуженного работника Высшей школы РФ, доктора технических наук, профессора Корнеева Олега Юрьевича (служил в 30-й ГЭ СФ - бывшей СГЭ СФ в 1981-1984 гг.) //
Корнеев О.Ю. Северный полюс, Северная Атлантика и Гидрографическая экспедиция Северного флота. Малоизвестные факты. - М.: Издательские решения, 2019:

Командный состав Северной (30-й) гидрографической экспедиции Северного флота в 1924-2012 гг.

[Historik]

Из первой книги капитана 1 ранга в отставке, Заслуженного работника Высшей школы РФ, доктора технических наук, профессора Корнеева Олега Юрьевича (служил в 30-й ГЭ СФ - бывшей СГЭ СФ в 1981-1984 гг.) //
Корнеев О.Ю. Северный полюс, Северная Атлантика и Гидрографическая экспедиция Северного флота. Малоизвестные факты. - М.: Издательские решения, 2019:

Количество всех видов исследований в период проведения ВВШЭ "Север" Северной (30-й) ГЭ СФ в 1961-1992 годах