Конвой БД-5 ( 1944 )

Изображение
31 июля 2012 года исключен из Регистровой книги судов и готовится к утилизации атомный ледокол «Арктика».
Стоимость проекта уничтожения "Арктики" оценивается почти в два миллиарда рублей.
Мы выступаем с немыслимой для любого бюрократа идеей:
потратить эти деньги не на распиливание «Арктики», а на её сохранение в качестве музея.

Мы собираем подписи тех, кто знает «Арктику» и гордится ею.
Мы собираем голоса тех, кто не знает «Арктику», но хочет на ней побывать.
Мы собираем Ваши голоса:
http://arktika.polarpost.ru

Изображение Livejournal
Изображение Twitter
Изображение Facebook
Изображение группа "В контакте"
Изображение "Одноклассники"

Re: Конвой БД-5 ( 1944 )

Сообщение Сергей Шулинин » 17 Май 2009 19:13

Иван Кукушкин пишет:
Сергей Шулинин пишет:Председатель правления Московского клуба истории флота (МКИФ, г. Москва) Константин Борисович Стрельбицкий предоставил сверважную и уникальную информацию, раскрывающую некоторые страницы истории конвоя БД-5. Эти данные ждут своего анализа. Для некоторых покажется текст перегружен различными знаками, но таковы научные требования к обработке архивных источников. Константин Борисович соблюдает их. И это правильно.


Документы — сказочные.
А монжно приписать места хранения, совсем уж для торжества порядка?


Порядок будет в полном порядке, но всё по порядку. То бишь немного позднее. Главное сделать главное, а ссылки мы присовокупим.
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3172
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Re: Конвой БД-5 ( 1944 )

Сообщение Сергей Шулинин » 19 Май 2009 19:07

Мои московские знакомые, далекие от темы полярных конвоев, отсканировали статью Юрия Дмитриевича Капралова «Трагедия в Карском море» (сборник «В конвоях и одиночных плаваниях». Архангельск: Сев.-Зап. кн. изд., 1985.). Про Юрия Дмитриевича, как член авторского коллектива, написано следующее: «Ветеран Великой Отечественной войны, инженер-полковник в отставке. В годы войны работал в центральном аппарате Наркомате Военно-Морского флота. В настоящее время пенсионер». В статье приводятся интересные данные. Например, он встречался с летчиком Соколом. Его имя и отчество – Станислав Викторович. По-крайней мере, это снимает определенную проблему, потому что Сокола именовали по-разному в разных публикациях. В статье пишется фамилия механика Комирный. Скорей всего, его фамилия пишется именно так. Он встречался с Федором Васильевичем Зимой. Можно предположить, что он жил в Москве. Исходя из некоторых данных, можно также предположить, что Юрий Дмитриевич работал в Архангельском областном архиве. Статья насыщена информацией. Рекомендую прочитать.

Ю.Д. Капралов
Трагедия в Карском море

История донесла до наших дней и сохранила в памяти народной немало примеров, подлинного героизма моряков-северян, примеров их подвигов и побед. Но мы должны знать и помнить и трагические эпизоды войны. Один из них – гибель в 1944 году транспортного судна «Марина Раскова» и двух эскортных кораблей из конвоя БД-5 (пятого похода по трассе Белое море – Диксон). Это была самая крупная наша потеря в. годы войны в Арктике.
Изученные автором предлагаемого очерка документальные данные, многочисленные свидетельства непосредственных участников событий позволили восстановить подлинные обстоятельства гибели конвоя и операций по спасению моряков, назвать имена многих людей, действия которых в тех сложнейших, условиях были полны героизма.

* * *

Арктическая навигация в 1944 году началась успешно. Из Белого моря в Карское были благополучно переведены ледоколы. Без потерь прошли под конвоем кораблей Беломорской военной флотилии по трассе Севморпути и первые транспортные суда. Но, несмотря на это, обстановка в советских арктических водах оставалась напряженной...
8 августа 1944 года из Северодвинска вышел конвой БД-5 в составе транспортного судна «Марина Раскова» и трех кораблей эскорта – тральщиков Т-114, Т-116 и Т-118. Судну предстояло доставить груз и пассажиров на остров Диксон и в другие арктические порты. В трюмах транспорта находилось 6600 тонн генерального груза: продовольствие, оборудование для арктических строек, техническое имущество. В каютах и твиндеке разместились триста пятьдесят четыре пассажира, направлявшихся на полярные станции для смены зимовщиков и на Нордвикстрой. Многие полярники и строители собрались в Арктику семьями, и потому среди пассажиров находилось сто шестнадцать женщин и более двадцати детей.
Команда «Марины Расковой» состояла из пятидесяти одного человека. На судне находилась также небольшая военная команда: пять краснофлотцев-сигнальщиков и зенитчиков. Командовал судном капитан Северного морского пароходства В. А. Демидов.
Эскортные корабли располагали хорошими по тому времени гидроакустическими средствами обнаружения и противолодочным вооружением. Командовали этими кораблями молодые военные моряки, капитан-лейтенанты И.О. Панасюк (Т-114), В.А. Бабанов (Т-116) и С.М. Купцов (Т-118). Несмотря на молодость, они немало поплавали в арктических водах и не раз участвовали в боевых операциях. Возглавлял конвой командир бригады траления капитан 1-го ранга А.3. Шмелев, уже не молодой военный моряк, служивший на Северном флоте с самого начала войны.
В море конвой построился в установленный походный ордер: в десяти кабельтовых впереди «Марины Расковой» пошел тральщик Т-118 под флагом командира конвоя, слева и справа в двенадцати кабельтовых от судна заняли свои места Т-116 и Т-114.
К исходу суток 10 августа подошли к западному входу в пролив Югорский Шар.
В это время у острова Диксон были обнаружены фашистские подводные лодки. Одну из них местные охотники-промысловики Сметанин и Жильцов увидели утром 10 августа, когда она вошла в пустынную бухту Полынья, вдающуюся в материк километрах в сорока к востоку от порта Диксон. Укрывшись на берегу, охотники внимательно наблюдали за непрошеным гостем. Пробыв в бухте около часа, лодка ушла. Жильцов тут же послал жену в порт, чтобы она сообщила о подлодке. К вечеру женщина добралась по тундровому бездорожью до порта и сообщила о появлении подводной лодки старшему морскому начальнику капитану 1-го ранга В.С. Киселеву.
То, что обнаруженная субмарина была фашистской, сомнений не вызывало: советских подлодок в Карском море не было. В ночь на 11 августа С. В. Киселев передал радиооповещение об обнаружении врага. Появились и новые данные: операторы Нового Диксона в ту же ночь запеленговали работу неизвестной радиостанции. Судя по слышимости и пеленгу, передача велась в море, неподалеку от порта.
В бухте Самолетной у острова Диксон в это время находились четыре гидросамолета авиаполка ВВС Беломорской флотилии. Получив сообщение о появлении фашистской подводной лодки, командир авиаполка майор С.М. Рубан утром 11 августа направил один из самолетов на ее поиск. Но противник не был обнаружен. На следующий день С.М. Рубан, вылетевший в ледовую разведку, увидел подлодку у острова Вардропер и завязал с ней бой. В тот же день гидросамолет полярной авиации, пилотируемый подполковником. М. И. Козловым, был обстрелян вражеской субмариной в восьмидесяти милях севернее Амдермы.

Тем временем конвой БД-5, войдя в Карское море, направился на северо-восток, в обход острова Белый. Еще в ночь на 11 августа радисты на эскортных кораблях приняли радиограмму об обнаружении в бухте Полынья вражеской подводной лодки. Было усилено наблюдение за морем, однако ни сигнальщики, ни гидроакустики не обнаруживали ничего тревожного. К полудню 12 августа поступило новое оповещение об обнаружении подводной лодки майором С.М. Рубаном. Учтя это, капитан 1-го ранга Шмелев решил держаться ближе к острову Белый, где небольшие глубины затрудняли действия подводных лодок. В 19 часов конвой, не изменяя походного ордера, лег на новый курс. Через час, когда БД-5 находился в шестидесяти милях от западного побережья острова Белый, глухой подводный взрыв неожиданно потряс «Марину Раскову», у правого борта, между вторым и третьим трюмами, взметнулся всплеск с клубами дыма. Судно остановилось, немного накренившись на правый борт, его верхняя палуба быстро заполнилась перепуганными людьми...
На запрос командира конвоя капитан транспорта ответил семафором: судно имеет пробоину с правого борта. Опытные гидроакустики и сигнальщики непрерывно наблюдали за морем, но никаких признаков присутствия вблизи конвоя подлодки ни те, ни другие не обнаружили. К тому же глухой грохот и невысокий всплеск были типичны для взрыва неконтактной мины. Так и оценили причину происшедшего командир конвоя и капитан-лейтенант С.М. Купцов – командир флагманского тральщика.
Т-118 развернулся и полным ходом устремился к остановившемуся судну, чтобы оказать ему помощь. То же было приказано сделать и командиру Т-116. Третьему эскортному кораблю поручалось вести поиск подводной лодки.
Флагманский тральщик находился в двух кабельтовых от «Марины Расковой», когда прогремел подводный взрыв у его кормы. Он тоже был похож на взрыв неконтактной мины. Т-118 остановился, корма его до бомбовых стеллажей погрузилась в воду. Взрывом пробило корпус, вышла из строя машина... В темноте заливаемые потоками ледяной воды моряки пытались исправить повреждения, спасти корабль, но уже через пятнадцать минут он начал быстро погружаться в море. Стало ясно, что спасти тральщик невозможно, и командир конвоя приказал экипажу покинуть корабль. На воду были спущены уцелевшие спасательные средства, на надувной понтон перенесли раненых, передали корабельные документы.
Теперь окончательно убежденный в том, что конвой попал на минное поле, капитан 1-го ранга Шмелев, перед тем как оставить тонущий корабль, приказал передать на тральщики семафор: не подходить к судну, спасательные работы вести, используя катера и шлюпки.
Старшина 1-й статьи Глухарев помог Шмелеву доплыть до трального буя и оставался с ним до подхода спасательной шлюпки. Краснофлотцы вытащили на понтон раненых инженер-капитан-лейтенанта М.И. Ванюхина, курсанта И.В. Горькова, капитан-лейтенанта С.М. Купцова. Моряки, скованные жгучим холодом ледяной воды, из последних сил помогали друг другу.
Тем временем Т-118 погрузился в воду по самую рубку. Раздалось несколько глухих раскатов – взорвались скатившиеся со стеллажей глубинные бомбы, – и корабль скрылся под водой.

Взрыв у борта «Марины Расковой» был виден и на других кораблях эскорта. Экипажи их заняли посты по боевой тревоге. Командир Т-114 капитан-лейтенант И.О. Панасюк, направив катер и шлюпку к судну для оказания помощи, начал галс противолодочного поиска. Прошло несколько минут, и над морем прокатился грохот взрыва, поразившего флагманский тральщик. И хотя по всем признакам это был тоже взрыв неконтактной мины, И.О. Панасюк продолжал противолодочный поиск. Гидроакустики и сигнальщики напряженно следили за морем, однако ничего тревожного не обнаруживали. Это подтверждало предположение о том, что судно и тральщик подорвались на минах.
Возвратясь к конвою, Т-114 приблизился к «Марине Расковой». На судне продолжались аварийные работы по заделке пробоины, но помпы не работали, и вода из затопленных трюмов стала поступать в котельное отделение. Возникла опасность взрыва котлов. Капитан приказал потушить топки. Он надеялся спасти судно, однако оставлять на нем пассажиров было рискованно, и В.А. Демидов попросил эвакуировать их на эскортные корабли.
Для спасения людей на воду были спущены вельботы, кунгасы, шлюпки, спасательные плоты. На Т-114 в первую очередь перевозили женщин и детей. Одновременно катер и шлюпка поспешили на помощь морякам флагманского тральщика. Тем временем И.О. Панасюк отвел свой корабль на семь кабельтовых вправо от транспорта и застопорил машины, а затем, опасаясь, что тральщик снесет на предполагаемое минное поле, приказал отдать якорь. Вскоре к кораблю возвратились катер и шлюпка, переполненные моряками с Т-118. Среди них находился и капитан 1-го ранга А.3. Шмелев. Несмотря на длительное пребывание в ледяной воде, он вновь принял командование конвоем.
Двадцать девять моряков флагманского тральщика, в том числе и командир корабля С.М. Купцов, были доставлены на борт Т-116, нескольких краснофлотцев подобрала шлюпка, посланная капитаном «Марины Расковой». Перевозке людей помогали катера, присланные командирами эскортных кораблей.
Прошло три часа после вынужденной остановки конвоя. Погода портилась. Начинался шторм. Транспорт с небольшим креном продолжал погружаться в море: гибель его стала неизбежной. Капитан решил эвакуировать команду. К полуночи только на тральщик Т-114 было перевезено сто сорок четыре человека, в том числе сто тридцать шесть женщин и детей. Теперь на этом небольшом корабле помимо экипажа находилось свыше двухсот эвакуированных с транспортного судна и спасенных с флагманского тральщика. На борту «Марины Расковой» еще оставались капитан, семь человек командного состава и пассажир. Убедившись, что эвакуация полностью закончена, они покинули судно и перешли на шлюпку, присланную командиром тральщика Т-116.
Едва шлюпка отошла от судна, в море прогремел мощный взрыв. На месте стоящего вдалеке Т-114 взлетел высокий столб воды. Когда он опал, на поверхности моря виднелись лишь нос и рубка тральщика, оторванная корма затонула мгновенно. Через четыре минуты остатки корабля тоже скрылись под водой.
Иван Осипович Панасюк рассказывал впоследствии, что ни гидроакустики, ни сигнальщики, бдительно следившие за обстановкой в море, сигналов тревоги не подавали. Вдруг гидроакустик В.К. Луговой крикнул: «Слышу шум торпеды!» Через мгновение – резкий удар, яркая вспышка пламени у кормы...
Взрывной волной тяжело раненного И.О. Панасюка сбросило с мостика в море. Оставшиеся в живых моряки старались спасти женщин и детей, однако корабль быстро погружался, отрезая пути к спасению.
К месту гибели тральщика поспешил катер. Старшина его Н.П. Какурин с краснофлотцами В.И. Шемелиным и В.М. Лазаревым подняли из воды и сняли со спасательных плотиков и понтонов лишь двадцать шесть человек.
Капитан «Марины Расковой» направил шлюпку к тральщику Т-116, но тот стал быстро уходить от конвоя.
Причина ухода последнего боеспособного корабля не была известна людям, оставшимся в море на спасательных средствах. Между тем обстоятельства, заставившие командира тральщика Т-116 принять такое решение, были весьма сложными и небезосновательными.
Капитан-лейтенант В.А. Бабанов видел взрывы, поразившие судно и тральщик Т-118, и тоже оценил их как взрывы неконтактных мин. Чтобы обезопасить свой корабль, он развернул его на обратный курс и отошел на двадцать кабельтовых. Для обозначения опасного района в море была сброшена тральная веха. Ориентируясь по ней, Т-116 стал медленно ходить переменными курсами слева от остановившегося судна, периодически приближаясь к нему на семь-восемь кабельтовых. На помощь экипажу флагманского корабля была послана шлюпка.
Получив приказание командира конвоя об эвакуации людей с судна, Бабанов направил к «Марине Расковой» катер. Около 23 часов катер вернулся, доставив на буксире переполненный людьми кунгас. Вслед за ним к тральщику Т-116 стали подходить другие шлюпки с пассажирами судна. К исходу суток на борту корабля помимо экипажа уже находилось сто пятьдесят пассажиров, доставленных с «Марины Расковой», и тридцать шесть моряков, спасенных после гибели флагманского тральщика. По словам прибывших, на транспортном судне оставалось не более ста двадцати человек, за ними Бабанов вновь послал катер с кунгасом па буксире, за капитаном и командным составом направил корабельную шлюпку.
Миновала полночь. Конвой уже четыре часа находился на одном месте в открытом море и мог быть обнаружен подводными лодками. Обеспокоенный этим, Бабанов отказался от постановки корабля на якорь. Тральщик продолжал двигаться переменными курсами. Личный состав неотлучно находился на боевых постах, велось тщательное наблюдение за морем. В наступивших сумерках с борта тральщика Т-116 видели, как от транспортного судна отошли последние шлюпки. Катер тоже возвращался, но пути подбирая на буксируемый кунгас людей со спасательных плотов. Неожиданно катер, оставив кунгас, полным ходом устремился к кораблю. Не прошел он и половины пути, как взрывом был потоплен видневшийся вдалеке тральщик Т-114. В отличие от предыдущих, это был типичный взрыв торпеды с ударным взрывателем, свидетельствовавший, что конвой атакован подводной лодкой. Бабанов сразу понял это, хотя ни гидроакустики, ни сигнальщики не обнаруживали врага. Догадка подтвердилась: прибывший на катере капитан 3-го ранга И. М. Белоусов доложил, что в море, в тридцати–сорока кабельтовых к востоку от судна, замечены перископ и рубка подводной лодки, атаковавшей тральщик Т-114; другой силуэт, определенный Белоусовым, как рубка второй подводной лодки, замаскированная парусом, направлялся к судну. (В действительности это была не подводная лодка, а вельбот, возвращавшийся к судну под парусом после перевозки людей на тральщик Т-114).
Командиру тральщика Т-116 необходимо было немедленно принять решение: идти на поиск подводных лодок и вступать с ними в бой или уходить от конвоя. Борьба с подводным врагом, как и продолжение спасательных работ, подвергала вполне очевидной опасности людей, нашедших убежище на борту тральщика, поскольку не было спасательных средств, способных вместить их, если корабль погибнет. Взвесив все «за» и «против», капитан-лейтенант Бабанов вынужден был отдать приказ уходить на базу. Он предполагал передать спасенных на берег, а потом вернуться за людьми, оставшимися в море на шлюпках. Доложив радиограммой командующему флотилией о гибели транспортного судна и двух тральщиков, В.А. Бабанов направил свой корабль к проливу Югорский Шар.

После ухода тральщика Т-116 неподалеку от полузатонувшей «Марины Расковой» на трех вельботах, кунгасе и нескольких шлюпках остались сто двадцать три человека. Сюда же подошел катер тральщика Т-114, переполненный людьми, спасенными после гибели корабля.
На суденышках имелся скудный запас пищи, но не было пресной воды. Надеясь пополнить запасы, катер и шлюпки направились к «Марине Расковой», однако вынуждены были остановиться: два взрыва, последовавшие один за другим, вновь прогремели у борта судна, и оно, переломившись, скрылось под водой. Вскоре неподалеку от места его гибели всплыла немецкая подводная лодка. Не останавливаясь, она прошла мимо оставшихся в море людей и направилась вслед за ушедшим тральщиком.
Бывший комендор тральщика Т-114 Федор Васильевич Зима вспоминает:
– Когда мы увидели подводную лодку, решили, что фашисты нас или расстреляют, или возьмут в плен, но никто на катере, даже женщины, не выдали своего беспокойства. Капитан-лейтенант Рашев приказал нам лечь, сам же остался у руля. На кителе его блестели ордена. Мы прикрыли их шинелью, чтобы не увидел враг...
Волнение моря; усилилось, шлюпки стало заливать водой. В целях безопасности люди перебрались на вельботы. На один из них, оснащенный парусом, перешли капитан и пять человек командного состава «Марины Расковой». На другом вельботе собралось двадцать шесть человек – пассажиры судна и команда военных моряков со шлюпки тральщика Т-116. Перегруженным оказался дрейфующий в отдалении кунгас – на нем нашли пристанище восемьдесят пять человек. Третий вельбот с двумя краснофлотцами находился у места гибели тральщика Т-114. Среди волн суденышки быстро потеряли друг друга из вида.
На катере тральщика Т-114 находились двадцать три военных моряка, юнга и пять женщин, спасенных после гибели корабля. Почти половина моряков, в числе их и командир корабля капитан-лейтенант И.О. Панасюк, имели тяжелые ранения. Командование катером принял капитан-лейтенант 3.С. Рашев. Его спокойные, уверенные распоряжения приободрили людей. Катер направился на восток – к острову Белый.
На третьи сутки пути – вечером 15 августа – в густом тумане катер неожиданно коснулся дна. По мелководью моряки вышли на небольшой песчаный островок, в центре которого стоял деревянный навигационный знак. К югу от него сквозь просветы в тумане едва виднелась полоска коренного берега. Чтобы достичь его, потребовались еще сутки. Выяснилось, что катер подошел к северо-западной оконечности острова Ямал. От острова Белый его отделял пролив Малыгина. Местность была безлюдной. Надеясь на встречу с ненцами, иногда ведущими промысел в этих местах, Рашев с десятью краснофлотцами отправился на берег. Восемнадцать человек остались на катере. Через несколько часов томительного ожидания над катером появился гидросамолет...
На вельботе оказались семь моряков с тральщика Т-116, штурман и механик с «Марины Расковой» и семнадцать ее пассажиров. Старшина 1-й статьи Н.И. Алексеев и третий штурман транспортного судна И.Д. Вондрухов, возглавившие людей на вельботе, тоже решили направиться к острову Белый. Проверили запасы пищи – они оказались мизерными, пресной воды не было совсем.
Усилился шторм. Придерживаться выбранного курса стало невозможно. Гребцы едва успевали разворачивать вельбот, чтобы его не опрокинуло. Окоченевшие на холодном ветру, они быстро теряли силы. Не лучше было положение и остальных, лежавших между банками на дне вельбота. Число людей, способных грести, быстро уменьшалось. Выручали военные моряки: старшины А.И. Поженский, Е.Н. Митрофанов, Н.И. Алексеев, краснофлотцы Б.К. Демьяненко, М.Н. Шандыбин, И.М. Назаренко, М.X. Булатов. Они по две-три вахты не выпускали из рук весел. Штурман И.Д. Вондрухов бессменно оставался у руля.
На вторые сутки, 14 августа, шторм достиг наибольшей силы. Большинство людей уже не в состоянии было подняться и сменить обессиленных гребцов. Неуправляемый вельбот стал дрейфовать по воле волн и ветра. Лишь к ночи с 15 на 16 августа ветер ослабел, прекратился дождь. И тогда выяснилось, что во время шторма скончались два человека. А вскоре умер еще один.
Утром 17 августа в море был замечен парус, а затем показался и вельбот. На нем были два краснофлотца с Т-114. В момент гибели тральщика они на вельботе, буксируемом катером, направлялись к транспортному судну, чтобы снять последних пассажиров. После взрыва тральщика катер вынужден был оставить вельбот и поспешить на помощь попавшим в беду морякам. Оставшимся вдвоем краснофлотцам с большим трудом удалось подвести тяжелый вельбот к месту катастрофы, но было уже поздно: в воде среди обломков они не увидели живых людей...
Тяжело пришлось этим двумя морякам во время шторма. Но как только погода улучшилась, они тоже решили направиться к острову Белый.
Встреча в море ободрила людей. По совету моряков все перебрались на один вельбот, более прочный и оснащенный парусом. 18 августа, на исходе шестых су¬ток, на вельботе услышали гул самолета, а вскоре увидели, как он заходит на посадку...
Трагичной оказалась судьба людей, попавших на кунгас. В большинстве это были пассажиры с транспорта, ранее никогда не бывавшие в море. Оказавшись в опасности, многие растерялись. Они надеялись быстро перебраться на тральщик, и потому не позаботились захватить весла, запастись пищей и водой. В этой сложной обстановке руководство людьми взял на себя военный моряк старший техник-лейтенант М.П. Макаровский. Его указания и советы предотвратили панику, успокоили людей, но не уменьшили опасности. Разыгравшийся шторм превратил неуправляемый кунгас в игрушку стихии. Суденышко быстро дрейфовало, удаляясь от места катастрофы. Потоки воды, плещущей через борт, заливали людей, лежавших и сидевших между банками на днище кунгаса. Многие страдали от жестокой качки и тяжелой простуды. На четвертые сутки, когда шторм стал стихать, большинство людей уже были тяжело больны. Лишь несколько человек смогли подняться, чтобы вычерпать воду, смастерить из простыни подобие паруса.
Потом люди стали умирать. К исходу шестых суток дрейфа число умерших достигло двадцати пяти человек, а среди оставшихся в живых почти половина уже не поднималась. Простуда, голод, жажда свалили и Макаровского.
– Но даже в эти смертные для многих дни большинство людей на кунгасе не утратило чувства человечности и товарищества, – рассказала участница этого дрейфа Александра Кузьминична Порошина (Галстухова). – Помню, как инженер Малинин, офицер Воеводин, моряк Бакланов, научный работник Кухарев и другие, опустив умерших в море, их одеждой укрывали больных, мастерили удочки для ловли рыбы и медуз, подбадривали людей...
На седьмые сутки немного распогодилось. Шторм хотя и утих, но волнение было сильное. И в этот день над кунгасом появился гидросамолет. Он стал кружить над суденышком, а затем, сбросив в стороне авиабомбы, совершил посадку в море. Теперь, казалось, сбывались надежды на спасение...
Получив радиограмму командира тральщика Т-116, командующий Беломорской военной флотилией вице-адмирал С.Г. Кучеров сразу распорядился об оказании помощи конвою БД-5. Утром 13 августа к месту гибели «Марины Расковой» с острова Диксон вылетел военный летчик Е.Е. Федуков, днем туда же летал подполковник М.И. Козлов. Но густой туман и обледенение самолетов заставили летчиков вернуться на свои базы.
Вечером того же дня в Хабарово пришел тральщик Т-116, доставивший спасенных людей. Туда же прибыл командующий флотилией. Опрос моряков и анализ обстоятельств гибели судна и тральщиков привели к мысли о том, что фашистские подводники при нападении на конвой применили новое, еще не известное оружие. Это значительно увеличивало опасность для судов, следовавших Северным морским путем. Срочно были приняты меры по усилению обороны конвоев, обнаружению и уничтожению врага. И сразу же организованы поиски людей, оставшихся в море. Помощь в этом флотилии оказали работники штаба морских операций Севморпути, гидрологи, синоптики, полярники.
Несмотря на шторм, 14 августа на поиски вышел морской охотник МО-501, а на следующий день – тральщик Т-116. 16 августа, когда погода немного улучшилась, поиск продолжили военные летчики В.Н. Евдокимов и Е.Е. Федуков, а также подполковник М.И. Козлов.
Экипаж гидросамолета, пилотируемого капитаном В.Н. Евдокимовым, после десятичасового поиска обнаружил катер, стоявший на мели у северо-западного берега полуострова Ямал. На нем виднелись люди.
Нужно было обладать большим опытом и смелостью, чтоб на мелководье, при четырехбалльном волнении рискнуть посадить тяжелый гидросамолет. В.Н. Евдокимов (второго пилота не было) все же совершил посадку.
Тяжелое зрелище предстало перед штурманом В.Я. Андреевым, подошедшим на надувном клипер-боте к катеру: полураздетые, босые, измазанные соляром люди едва двигались. Под тентом лежали тяжело раненные. На катере было восемнадцать человек, в том числе пять женщин. Из расспросов выяснилось, что одиннадцать моряков ушли на берег в поисках людей и пищи.
Несколькими рейсами клипер-бота все люди, в первую очередь женщины и раненые, были доставлены на гидросамолет. На катере летчики оставили продукты и воду, приложив к ним записку с просьбой ожидать второго рейса самолета. С трудом взлетев, Евдокимов повел гидросамолет на поиски моряков, ушедших с катера. Вскоре заметил их на северном берегу полуострова, сбросил им в мешках одежду, продукты и записку, в которой просил собраться у катера и ожидать самолет. Через шесть часов Евдокимов благополучно посадил машину в губе Белушьей, и люди были доставлены в госпиталь.
Тяжелые посадка и взлет не обошлись без последствий для гидросамолета: на его днище оказались сорванными заклепки, обнаружилась значительная течь. Поэтому за оставшимися одиннадцатью моряками на следующий день вылетел командир другого самолета лейтенант Беликов. Проинструктированный Евдокимовым, он нашел катер, снял с него всех оставшихся там людей и доставил их в губу Белушью. Моряки кораблей, которые вели поиск (это были экипажи двух тральщиков и трех морских охотников), видели в море свидетельства катастрофы – обломки, пустые плотики, буи, бочки, но людей не находили.
Вечером 17 августа подполковник М.И. Козлов вновь отправился в полет, а утром следующего дня обнаружил и снял с вельбота двадцать пять человек. Он доставил их на Диксон, где все спасенные были направлены в военно-морской лазарет. В числе их оказались девять военных моряков с тральщиков Т-114 и Т-116, штурман и механик с «Марины Расковой» и четырнадцать ее пассажиров.
18 августа на поиск вновь вылетели летчики Е.Е. Федуков и В.Н. Евдокимов, но больше никого не обнаружили. Несмотря на то, что погода вновь стала быстро ухудшаться, 19 августа поиск продолжили четыре самолета, пилотируемые летчиками С.М. Рубаном, Е.Е. Федуковым, С.В. Соколом и В.Н. Евдокимовым.
Капитану Соколу предстояло обследовать квадраты моря северо-западнее острова Белый. После, семи часов полета неожиданно пропала связь с землей, попытки установить ее были безуспешными. Капитан Сокол все же решил продолжать полет. Прошло еще полчаса, и тут штурман заметил в море кунгас с людьми.
– Посадка была тяжелой, – вспоминал Станислав Викторович Сокол. – На море шторм оказался сильнее, чем виделся с воздуха: волны были такие, что, когда мы подрулили метров на десять к кунгасу, нос его поднимало выше крыльев самолета. Через кормовой блистер спустили на воду надувной клипер-бот. На нем, захватив бачок с водой и продукты, к кунгасу направились второй штурман и механик. С трудом выгребая, они подошли к кунгасу, и механик поднялся на его борт. Сразу же к бачку с водой поползли все находившиеся на кунгасе – их было человек шестьдесят. А в это время два человека неожиданно прыгнули с кунгаса на клипер-бот и при этом его чем-то повредили: бот перевернулся, стравил воздух, волнами его сразу же отнесло в сторону. Наш штурман и эти двое, оказавшись в воде, поплыли к самолету. Первый штурман и стрелок-радист, спустившись на поплавок, вытащили их и переправили в самолет. Ветром нас отнесло от кунгаса, пришлось снова подруливать к нему почти вплотную, поскольку переправочных средств кроме унесенного волнами бота мы не имели. Кричу людям на кунгасе: «Ближе подойти не могу! Прыгайте, плывите к самолету! Вытащим из воды!» Но прыгнул лишь наш механик. Остальные на это не решились.
Погода быстро ухудшалась, оставаться в море без связи с землей дальше было нельзя. Стравили часть горючего и взлетели, оставив людям еще несколько ящиков с продуктами. Самолет взял курс на Диксон.
Штаб флотилии сразу же направил в точку обнаружения кунгаса катер МО-501. А 20 августа, не считаясь с резким ухудшением погоды, в этот район вновь вылетели Рубан, Козлов, Сокол и Евдокимов. Из Хабарово сюда же вышел ТЩ-60 (командир старший лейтенант А. М. Кухаркин). Однако шторм парализовал все усилия спасателей. Лишь М.И. Козлов со своим опытным экипажем рискнул на следующий день повторить поиск, но и он после 10 часов тяжелейшего полета вынужден был вернуться на Диксон.
Шторм бушевал три дня. В ночь на 23 августа, когда сила его несколько ослабла, М.И. Козлов вновь вылетел в район острова Белый. Посадка в море при такой погоде была маловероятной, поэтому штаб старшего начальника на Диксоне и руководство морских операций Севморпути рекомендовали пилоту при обнаружении кунгаса или других шлюпок, барражируя над ними, по радио вызвать и радиопеленгами навести на кунгас поисковое судно.
После семичасового полета летчики обнаружили северо-западнее острова Белый кунгас. Снизившись, самолет стал кружить над суденышком. С Диксона Козлову сообщили, что в район направлен корабль.
Девять часов самолет барражировал над кунгасом, изредка меняя направление. Сменяли друг друга за штурвалами усталые летчики, таял запас горючего, а корабля все не было.
Экипаж за 16 часов полета предельно устал, в обрез оставалось топлива. Надо было возвращаться на базу, но это обрекало людей на верную гибель. И Матвей Ильич Козлов, коммунист, старейший полярный летчик, принял с согласия и одобрения всего экипажа решение садиться и снимать людей с кунгаса.
– Попали в ложбину между волнами,– вспоминал потом М. И. Козлов. – Слева стена воды обрушилась на плоскость и фюзеляж. Стойка поплавка высотой два с половиной метра почти полностью погрузилась, однако поплавок вытолкнуло из воды. Сразу же выбросили плавучий якорь – самолет выровнялся и развернулся против ветра. Поднятые волной, увидели кунгас. Стали рулить. Когда до него осталось метров двадцать–двадцать пять, механик Комирный – богатырь по сложению, выбравшись через носовой люк, перебросил на кунгас метательный линь. Там его подобрали и, с большим трудом вытянув, закрепили швартовый трос. Теперь самолет был связан с кунгасом и как бы тащил его на буксире. Через кормовой люк спустили на воду резиновый клипер-бот, поднимавший четыре человека. На нем, используя швартовый трос как леер, к кунгасу отправились Комирный и штурман Леонов.
Картина, которую увидели они, подойдя к кунгасу, потрясла авиаторов. На дне кунгаса, наполненного по колено водой, лежали мертвые. На них – оставшиеся в живых люди, уже не способные двигаться. Хриплым, слабым голосом они просили пить. Комирный поднялся на борт кунгаса с большим чайником воды. В живых оказалось четырнадцать человек, среди них одна женщина – медсестра Галстухова. Семь рейсов на клипер-боте совершили Комирный с Леоновым, перевозя по два человека. Обессиленных людей пришлось на руках спускать с кунгаса на клипер-бот и поднимать в самолет.
Вся операция по перевозке людей заняла полтора часа. Оставив кунгас, летчики стали готовиться к взлету. Гидросамолет двинулся, набирая скорость, но волны не позволяли ему оторваться от воды. Каждая новая попытка заканчивалась тем, что гидросамолет зарывался в волны. Положение казалось безвыходным. И тогда Козлов решил рулить к ближнему берегу – острову Белый, до которого было около пятидесяти миль.
Свыше двенадцати часов продолжался этот беспримерный переход по бушующему морю. Моторы перегревались, но, когда их останавливали, ветер тут же разворачивал самолет лагом к волне. Ночью вышел из строя правый мотор. Механики сумели устранить аварию.
Несмотря на невзгоды, экипаж постоянно заботился о спасенных, стараясь хоть немного поддержать силы вконец измученных людей. Одного из них так и не удалось спасти, он умер в самолете.
Под утро 24 августа летчики увидели берег острова Белый и направились к проливу Малыгина, до которого нужно было пройти еще двадцать–двадцать пять миль. Все это время они поддерживали радиосвязь с Диксоном. Оттуда еще ночью вылетел летчик Е.Е. Федуков. Обнаружив в море гидросамолет М.И. Козлова, он навел на него тральщик ТЩ-60. Встреча состоялась около 9 часов утра неподалеку от западного входа в пролив Малыгина. Все спасенные были переправлены на тральщик, а затем доставлены на Диксон.
Из рассказов спасенных стали известны подробности последних дней их вынужденных скитаний. Когда летчик С.В. Сокол обнаружил кунгас, на нем было шестьдесят человек. Происшествие, описанное выше, лишило пятьдесят восемь из них возможности переправиться на самолет, а добираться вплавь к нему у них не было сил. Продукты, доставленные летчиками, немного поддержали погибавших, но жажда стала невыносимой. Начавшийся шторм принес новые тяжкие испытания. К исходу девятых суток дрейфа на кунгасе умерло двадцать четыре человека. Люди продолжали умирать и в последующие дни. Оставшиеся в живых уже не имели сил опускать трупы в море и вычерпывать воду из кунгаса. В таком положении и нашел их экипаж самолета, пилотируемого М. И. Козловым.
Поиски людей в море на этом не закончились: оставался ненайденным вельбот, на борту которого были комсостав и капитан «Марины Расковой» В.А. Демидов. Командование флотилии предполагало, что в море могут находиться еще и другие плавсредства с людьми. Поэтому корабли и самолеты флотилии до 3 сентября продолжали поиски. Летчики не раз видели полузатопленные шлюпки, кунгасы, но людей на них не было. Вероятнее всего, вельбот капитана во время шторма был опрокинут и находившиеся на нем погибли. По свидетельству штурмана И.Д. Вондрухова и механика Ф.А. Родионова, на вельботе вместе с капитаном «Марины Расковой» В.А. Демидовым находились старший штурман П.И. Меньшуткин, 2-й и 4-й штурманы А.А. Казимир и Н.А. Баганов, старший механик А.Н. Волочков, помощник капитана по военной части старший лейтенант В.И. Веников и четыре матроса.
В конце августа работники радиомаяка острова Белый обнаружили на западном его берегу, у мыса Рогозина, прибитый волнами полузатопленный кунгас. В нем находились трупы двадцати человек. Это был кунгас, с которого М.И. Козлов снял оставшихся в живых людей. Полярники похоронили умерших в братской могиле неподалеку от берега. Уже после войны могила была перенесена на островок, отделенный от Белого Рогозинской протокой.
Причины гибели конвоя стали известны позднее: «Марина Раскова» и тральщики были потоплены немецкой подводной лодкой, применившей в Арктике новое оружие – бесследные акустические электроторпеды, самонаводящиеся на шум винтов кораблей. В отличие от обычных, эти торпеды позволяли подводным лодкам атаковать корабли с дальних дистанций, находясь вне пределов действия корабельных гидролокаторов. Магнитные взрыватели акустических электроторпед срабатывали под действием магнитного поля корабля. Причем внешние признаки взрывов были очень схожи со взрывами неконтактных мин. Эти особенности нового оружия и ввели в заблуждение командира конвоя, других моряков, посчитавших вначале, что корабли попали на минное поле.

После успешной атаки конвоя БД-5 фашистские подводные лодки активизировали свои действия: в штаб флотилии стали поступать донесения об обнаружении их в различных районах Карского моря. На коммуникациях Северного морского пути, как и в 1943 году, вновь развернулась ожесточенная борьба, однако все попытки противника нарушить судоходство по Северному морскому пути оканчивались провалом. Транспортные суда продолжали интенсивные перевозки на этой трассе. Всего в 1944 году на внутренних коммуникациях в Баренцевом, Белом и Карском морях североморцы провели четыреста семь конвоев.

После гибели «Марины Расковой» противнику не удалось потопить в Карском море ни одного транспортного судна.
Героизм моряков и летчиков Беломорской военной флотилии и полярной авиации, проявленный при спасении людей конвоя БД-5, был высоко оценен Советским правительством, наградившим их орденами и медалями.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3172
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Re: Конвой БД-5 ( 1944 )

Сообщение Сергей Шулинин » 19 Май 2009 19:33

Начинаю серию постов, основанных на архивных документах. Тексты передал Архангельский оргкомитет проведения "Карской экспедиции-2009". Благодарю всех его членов за проделанную работу. Особо хочу поблагодарить Андрея Есипова.

Начальнику Сев.Гос.Мор.Пароходства
От радиста п/х «М.Раскова» Мошникова С.Д.
Рапорт
В момент взрыва я находился в радиорубке на вахте. Взрыв произошёл 12.08.44г. в 19.50. В радиорубке взрывом произвело разрушение аппаратуры, сорвало аккумуляторный ящик. Одевшись и забрав документы радиостанции, я пошёл на мостик, где доложил капитану о состоянии радиостанции. Спросил капитана, будут ли какие приказания? Придётся ли работать передатчиком? (Если придётся работать передатчиком, то чтобы заняться приведением в действие аварийного передатчика, если это возможно). Капитан мне сказал, что сейчас шифровать радиограммы ему сейчас некогда, да к тому же наверно работают своими радиостанциями суда конвоя. До момента посадки в шлюпку я находился на мостике. Минут через 15-20 после взрыва на «Расковой», при подходе к нам с левого борта подорвался ТЩ-118, несколько человек, с которого были доставлены к нам на судно. Из машины было доложено на мостик, что взрывом выведены из строя котлы №1, №2, лопнули трубки, а котёл №3 в действии давления пара 4 атмосферы. Капитаном было приказано в машину, поднять пар в котле №3 и производить откачку воды из трюма №3.
За время моего нахождения на мостике, я слышал следующие приказания капитана: ст. помощнику, обнаружить место пробоины и завести пластырь. Что было выполнено. …. помощнику, приготовить буксир с полубака.
Часа через 2 после взрыва было получено распоряжение по светофору от командира: плавсредства на воду, эвакуировать людей. В первую очередь были сняты женщины и дети, которые были посажены в шлюпки №1 и №4 (шлюпка №1 была разбита в щепки, шлюпка №3 имела пробоины, которые в дальнейшем были заделаны). Шлюпки №2 и №4 были отправлены на ТЩ-114, т.к. он находился ближе к нам и к нему идти было по ветру. Затем были спущены 2 кунгаса с кормовой палубы, куда начали посадку остальных пассажиров. Первый кунгас ушёл на буксире катера на ТЩ-116, а второй – на буксире катера на ТЩ-114. Затем капитан приказал пересчитать людей, оставшихся на борту. Подсчёт показал, что на борту находятся ещё 150 человек. Капитаном был отдан приказ садить людей на плоты. На каждый плот было посажено по 16-17 человек и плоты оставались на воде в ожидании, пока подойдут кунгасы или шлюпки с тральщиков с тем, чтобы людей пересадить на них. Около 24 часов я получил распоряжение капитана садиться в лодку №3, которая к этому времени была отремонтирована. В шлюпке находилась часть нашей команды, военная команда и часть пассажиров. На шлюпке №3 мы пришли на ТЩ-116. Во время перехода до ТЩ-116 я видел на воде 4 плота с людьми и одну шлюпку. Примерно на половине пути на ТЩ-116 нам встретился катер, который вёл на буксире кунгас к борту «Расковой». Когда я садился в шлюпку, на судне находилась часть пассажиров, на мостике оставались: капитан, старпом, 2-й, 3-й, 4-й штурмана, старший и третий механики и военный помощник. Минут через 15 после нашего прибытия на ТЩ-116 к его борту подошёл катер (который нам встречался в пути) но он был без кунгаса. Сразу же был дан полный ход и ТЩ-116 ушёл. Больше к месту гибели «Расковой» ТЩ не возвращался. Мы были доставлены на ТЩ-116 в Хабарово.


03.09.44г. (подпись)
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3172
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Re: Конвой БД-5 ( 1944 )

Сообщение Сергей Шулинин » 19 Май 2009 19:37

Рапорт судового врача К. Некрасовой
Рапорт
12 августа, закончив свои дела, я сходила поужинала и решила отдохнуть. Зашла к себе в каюту, поговорила с пассажирами, которые ехали в моей каюте и хотела лечь отдыхать. Вдруг, внезапно раздался глухой удар и сильный толчок.
Я выскочила из каюты и побежала по коридору в сторону кормы (каюта была расположена ближе к корме), но путь мне преградила вода, лившаяся сверху. Повернув в обратную сторону, я выбежала на палубу к трюму, где находились пассажиры. Среди них поднялась паника. Все они одновременно лезли из трюма. Некоторым из них я помогла выбраться, вытаскивая за руки. Через несколько минут все пассажиры вышли на палубу, надели спасательные пояса, круги, которые находились у трюма и предназначались для пассажиров.
Я обошла весь транспорт и убедилась, что пострадавших, убитых или раненых нет, за исключением незначительных царапин.
Так как при выходе из каюты меня облило водой, я была совершенно мокрая. В одном платье я очень озябла и пошла в каюту. Там я одела на себя пальто, взяла личные документы и вновь вышла на палубу. В это время к транспорту подходил тральщик №118. (дальше неразборчиво)
….после первого взрыва на тральщике раздались ещё 2-3 взрыва, и тральщик затонул.
На транспорте в это время стали спускать на воду шлюпки, кунгасы, плоты. Аварийная группа подводила пластырь на пробоину. С транспорта отошли две маленькие шлюпки и направились к месту гибели тральщика №118. Вернулись они с 6 краснофлотцами, снятыми с воды. Их приняли на транспорт, отнесли в столовую, и я отправилась туда для оказания им необходимой помощи. Я попросила у стюарда Карельского спирта, и он дал в моё распоряжение около 3-3,5 литра. Этот спирт я использовала для растирания и согревания спасённых. Кроме спирта у меня ничего не было. Не было даже горячей воды, т.к. паровое уже было выключено. С помощью пассажиров мне удалось привести в чувства четырёх из шести человек. Два человека остались на столе, я закрыла их шинелями и вышла из столовой и направилась ещё раз в свою каюту. В каюте я нашла одного из краснофлотце, снятых с воды и пришедшим в чувства. Ему нужна была тёплая одежда. Я пошла поискать её и зашла в каюту 4-го штурмана. Он дал мне свою шинель, китель и валенки. Получив всё это, я вернулась к себе в каюту, отдела на краснофлотца и выпроводила его из каюты. Он пошёл и сел в катер у борта транспорта.
Пока я занималась оттиранием и согреванием краснофлотцев, (неразборчиво)
………потому что меня на палубе не было. Когда же я вышла последний раз из каюты, на судне оставались лишь капитан, четыре штурмана, военный помощник младший лейтенант Полищук (из пассажиров), стюард Карельский и я.
У борта транспорта стоял катер и кунгас, который должен был буксироваться катером. На кунгасе были люди с транспорта. По приказанию капитана младший лейтенант, стюард и я сели в катер и отправились на тральщик №116. На кунгас были сняты люди с трёх спасательных плотиков, на которых по 15-16 человек на каждом.
Затем я услышала возгласы, что тральщик №114 затонул, что заметили подводную лодку. Сама я этого не видела, т.к. сидела на дне катера, и встать не имела возможности.
Не знаю, кем было приказано рулевому обрубить кунгас от катера, и катер полным ходом пошёл к тральщику №116. Там быстро приняли людей с катера, и тральщик полным ходом пошёл. Меня отвели в каюту и предложили отдыхать. Я сходила вниз, узнала, что там есть раненые (с тральщика №118), посмотрела их. Первая помощь им была уже оказана, и ч вернулась вновь в каюту.
На тральщике нас доставили в Хабарово, а оттуда на «Вологде» в Архангельск.
Это всё, что я могу сказать.
Судовой врач п/х «М.Раскова» (подпись) Некрасова
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3172
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Re: Конвой БД-5 ( 1944 )

Сообщение Сергей Шулинин » 19 Май 2009 19:41

Зам. Нач. пароходства от краснофлотца
……части капитану Смирнова Александра
II ранга Снастусевичу Варнавевич


Рапорт
12 числа в 7.50 вечера находился в столовой, стоял. В это время произошёл взрыв. Когда мы выбежали тогда после взрыва, побежал на боевой пост. На боевом посту стоял у орлекона на правом борту. С мостика поступила команда капитана аварийной группе приступить заводить пластырь, а остальные стали заводить буксир. В это время взорвался 118-й. После этого капитан дал команду, по шлюпкам. Я прибежал на правый борт к вельботу. Старшина вельбота 3-й штурман дал команду, приступить к спуску вельбота. Вельбот оказался пробит осколком. 3-й механик стал ремонтировать, а мы стали помогать женщинам с детьми садиться в шлюпки. Когда всех женщин отправили на 114-й, стали отправлять свою команду, остальных пассажиров, которых на 116-й, которых на 114-й. Когда отправлены с борта все пассажиры, тогда старший лейтенант дал команду военной команде садиться в шлюпки и мы все краснофлотцы пошли на 3 вельботе, отремонтированным 3-м мех. На борту остался капитан, старший лейтенант военный, старший штурман, старший техник, второй штурман, 3-й штурман, 4-й штурман и 3-й мех., а мы на вельботе пошли на 116. На вельботе находилось 36 человек. Когда подошли к борту 116, тогда взорвался 114 и тогда 116 сразу дал полный вперед и я ушёл в помещение и мне сказали, что второй раз торпедировали «Марину». Больше ничего я не видел.

5.08 (? 09?) 44.

(подпись)
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3172
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Re: Конвой БД-5 ( 1944 )

Сообщение Сергей Шулинин » 19 Май 2009 19:45

Начальнику Северного Государственного
Морского пароходства т. Новикову Н.В.
От 3-го механика п/х «М.Раскова»
Родионова Фёдора Алексеевича

Рапорт.
Настоящим сообщаю, что при следовании п/х «М.Раскова» из Архангельска на о.Диксон 12 августа 1944 года , стоя на вахте в машинном отделении с 16.00 до 20.00, в 19.50 раздался взрыв по правому борту.
В следствие взрыва было обнаружены у котла №1 лопнувшие водогрейные трубки, а у котла №2 вырвало прокладки у горловин водогрейных трубок спереди фронта котла.
Сразу же, спустя минут 20 после взрыва появилась течь через переборку, разделяющую котельное отделение от трюма №3 на уровне 2-3 метров от второго дна. В следствие повреждения котлов №1 и №2, сразу же вывели их из действия, в действии оставался один котёл №3. Минут через 20 после второго взрыва, раздалось несколько взрывов с левого борта судна, этими взрывами был повреждён котёл №3, пропустили горловины грязевиков, спереди фронта пошла и появилась течь снизу из-под площадок на левом борту в котельном отделении.
О всех повреждениях в котельном отделении сразу же я сообщал капитану на мостик, откуда поступило распоряжение принять все меры по откачке воды из котельного отделения, что было сразу исполнено. Были запущены откачивать воду центробежный и два балластных насоса. Главная машина была остановлена. Вследствие повреждений у котла №3, давление пара в котле держали 5-6 атмосфер, больше поднять не было возможности. Спустя примерно час после вторичных взрывов, в котельном отделении была прибыль воды, уровень которой достигал топок. Тогда опять было сообщено капитану на мостик. С мостика капитан дал распоряжение прекратить работу котла №3, т.к. вода уже стала заливать топки. Я сразу же остановил нефтяной насос, и горение было прекращено, а остаточное давление в котле сработала динамо. Также после этого распоряжения были остановлены балластные и центробежный насос, которые работали все время по откачке воды из котельного отделения. Как только были остановлены все механизмы, капитан дал с мостика распоряжение, покинуть машинное отделение, что было и выполнено. За весь период возможного действия механизмов, личный состав машинной команды в составе всех 4-х механиков машинистов тов. Логинов, Бутенин, белых, Смирнов, Жолобов, Кочегаров, Яковлев , Пестерев находились на своих местах вплоть до получения приказания о выходе на палубу для оказания помощи посадки пассажиров в шлюпки.
Со стороны машинной команды за время пребывания в машинном отделении паники не наблюдалось.
После выхода на палубу и посадки всех пассажиров в шлюпки и другие спасательные средства, мы в числе 8 человек: капитана Демидова, старпома Меньшуткина, второго помощника Казимира, 3 помощника Вондрукова, 4 помощника Баганова, ст.механика Волочкова, военного помощника Веникова и меня, оставшиеся на судне, сошли в шлюпку, стоящую у борта с гребцами тральщика 116. Отходя от борта п/х «М.Раскова» на шлюпке, мы услыхали сильный взрыв на месте тральщика 114 и увидали большой столб дыма и вскоре же увидели шедшую от него судовую шлюпку №4 «М.Расковой», шедшую под парусом. Капитаном было решено её дождаться и выяснить, что произошло с тральщиком 114.
Сблизившись со шлюпкой, капитан Демидов и перечисленный выше комсостав начали пересаживаться в неё. Я же и 3 помощник Вондруков остались в шлюпке тральщика 116, т.к. распоряжений капитана на этот счёт не имелось, и шлюпки были разъединены волной. Затем шлюпка с капитаном и находившимися в ней 4-5 гребцами и пересевшим комсоставом направилась к борту п/х «М.Раскова».
Находясь в метрах 500 от борта п/х «М.Раскова», мы услыхали пулемётную очередь в воздух, а вслед за этим, взрыв с правого борта под мостиком п/х «М.Раскова» и видели бегущих с мостика в шлюпку людей, затем шлюпка отошла от борта правее нас примерно 500-600 метров и мы увидели второй взрыв на п/х «М.Раскова», и пароход переломившись на две части, погрузился быстро в воду. Вслед за погружением кормовой части, всплыла подводная лодка, которая прошла между нами и шлюпкой капитана и другими плавающими шлюпками и плотами в подветренном направлении, никого не подбирая на своём пути, и скрылась за горизонт. К этому времени тральщик 116 у нас из виду скрылся, а усиливающийся ветер заставил нас принимать меры к самоспасению
Учитывая ненадёжность шлюпки тральщика 116, мы пересели в обнаруженную судовую шлюпку №3 и в количестве 26 человек, начали борьбу со штормом, доходившим до 7-8 баллов. За период 3-х суточного шторма на шлюпке от холода умерло 3 человека из пассажиров п/х «М.Раскова».
Утром 16 августа на горизонте мы заметили судовую шлюпку №2, в которой находилось два красноармейца из числа команды тральщика 114. Пересев в последнюю, мы до утра 18 августа продолжали двигаться под парусами и на вёслах под управлением 3 помощника Вондрукова по направлению к берегу, по его расчёту к п-ову Ямал. Утом же 18 августа нас в количестве 25 человек подобрал самолёт лётчика Козлова и доставил на остров Диксон, где нас для оказания медпомощи поместили в базовый госпиталь. После оказания первой помощи 2 сентября 1944г. я был выписан из госпиталя и уполномоченным ГУСМП т. Минаевым направлен на п/х «Киров» для возвращения в Архангельск через Красноярск. Откуда и прибыл в ваше распоряжение.

III механик п/х «М.Раскова»

14.10.1944года (подпись)
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3172
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Re: Конвой БД-5 ( 1944 )

Сообщение Сергей Шулинин » 27 Май 2009 22:01

Фотоотчет о выставке «Великая Отечественная война в Арктике: полярные конвои», открывавшаяся 8 мая 2009 года в Ямало-Ненецком окружном музейно-выставочном комплексе им. И.С. Шемановского (г. Салехард). Организаторы выставки: департамент международных и межрегиональных связей Ямало-Ненецкого автономного округа, ЯНО Музейно-выставочный комплекс им. И.С. Шемановского, Военно-морской музей Северного флота (г. Мурманск). На выставке использованы материалы, полученные в ходе проведения поисковой операции в рамках осуществления «Карской экспедиции-2009».






Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3172
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Re: Конвой БД-5 ( 1944 )

Сообщение Сергей Шулинин » 27 Май 2009 22:32

Продолжение.



Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3172
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Re: Конвой БД-5 ( 1944 )

Сообщение Сергей Шулинин » 27 Май 2009 22:39

Продолжение.




Сразу прошу прощения за качество фотографий. И освещение, и стекло мешали, а фотоаппарат и сам фотограф желают быть лучше, да и возможности трафика надо тоже учитывать (фото облегчены где в два раза, где в три).
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3172
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Re: Конвой БД-5 ( 1944 )

Сообщение Иван Кукушкин » 28 Май 2009 01:29

Немного подправлено
Аватара пользователя
Иван Кукушкин
 
Сообщения: 11711
Зарегистрирован: 17 Июнь 2007 05:52
Откуда: Нижний Новгород

Re: Конвой БД-5 ( 1944 )

Сообщение Сергей Шулинин » 02 Июнь 2009 22:21

Благодарю!
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3172
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Re: Конвой БД-5 ( 1944 )

Сообщение Сергей Шулинин » 02 Июнь 2009 22:59

Нашел ещё фото.

Выложены были здесь:
http://forums.airbase.ru/2005/08/t34216 ... l#p1019973
http://forums.airbase.ru/2006/06/t39671 ... k-TOF.html

T-116 в базе : t-116 v baze.jpg
T-116 в базе.

Т-111,Т-113,Т-116 на параде победы 13.05.45 : Т-111,Т-113,Т-116 на параде победы 13[1].05.45.jpg
Т-111, Т-113, Т-116 на параде Победы 13.05.45.


Есть и другие тральщики.

http://www.navsource.org/archives/11/02idx.htm

ТЩ-116
 110214303.jpg
 110214305.jpg
 110214306.jpg


ТЩ-118
 110214502.jpg
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3172
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Re: Конвой БД-5 ( 1944 )

Сообщение Иван Кукушкин » 02 Июнь 2009 23:15

Есть и другие тральщики. http://www.navsource.org/archives/11/02idx.htm

Скоро будет годовщина нахождения этих фотографий в этой теме (с 20 июня 2008) : viewtopic.php?p=4284#p4284 ;)
Аватара пользователя
Иван Кукушкин
 
Сообщения: 11711
Зарегистрирован: 17 Июнь 2007 05:52
Откуда: Нижний Новгород

Re: Конвой БД-5 ( 1944 )

Сообщение Сергей Шулинин » 03 Июнь 2009 11:16

Промашечка вышла! Забыл. Уже начал путаться что есть, а чего нет.
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3172
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Re: Конвой БД-5 ( 1944 )

Сообщение Сергей Шулинин » 28 Июнь 2009 00:42

Председатель правления Московского клуба истории флота (МКИФ, г. Москва) Константин Борисович Стрельбицкий предоставил новую дозу сверважной и уникальной информации, раскрывающей некоторые страницы истории конвоя БД-5. Эти данные ещё ждут своего анализа.

Из «Журнала боевых действий оперативного дежурного Штаба Иоканской военно-морской базы Беломорской военной флотилии Северного флота» за период с 3 по 20 августа 1944 года:
«08.08.1944. 13.00. [Конвой] БД-5 в составе ТР [транспорта «]М[арина] Раскова[»,] ТЩ [тральщиков №№] 114, 116, 118 вышел [по марштруту] Ар[хангель]ск [-] Диксон.
09.08.1944. 01.30. Конвой БД-5 прошёл [меридиан острова] Сосновец.
10.08.1944. 14.25. Конвой БД-5 в составе ТР [транспорта «Марина] Раскова[», тральщиков] АМ-114, [АМ-]116, [АМ-]118 скрылся от [сигнально-наблюдательного] поста [острова] Колгуев по П [пеленгу] = 75°, d [дистанция] = 150 каб[ельтовых истиным] курсом 85° в 13[часов] 40[минут]».

Из «Исторического журнала Карской военно-морской базы Беломорской военной флотилии Северного флота» за период с 1 апреля 1944 года по 9 мая 1945 года
«Исключить из боевого состава Карской военно-морской базы тральщики типа АМ № 114 и № 118 каждого, как погибшие при выполнении боевого задания 12 августа 1944 г. Приказ Командира базы № 00175 от 30.09.44 г.
… Наши потери: АМ-114, АМ-118, Транспорт «М.Раскова» в зоне Ново-Земельской военно-морской базы»

Табличные данные из «Журнала учёта конвойных операций Иоканской военно-морской базы Беломорской военной флотилии Северного флота» за период с 1 февраля по 25 сентября 1944 года в литературном изложении:
Конвой БД-5 в составе транспорта «Раскова» под эскортом ТЩ-114, ТЩ-116, ТЩ-118 вышел в 15.00 08.08.1944 на Диксон. Запланирована предварительная противолодочная оборона по курсу движения конвоя до меридиана 50°30´ самолётами МБР-2 и «Каталина». Выполнена только самолётом МБР-2 в сектор № 1, «Каталина» не вылетала по неизвестной причине. Истребительная авиация находилась в готовности на перехват, батареи береговой обороны – в зоне их действия. Конвой погиб в 20.30 12.08.1944, остался только АМ-116 (Составлено по сообщениям за № 2253 от 04.08.1944 и за № 1648 от 06.08.1944 начальника Штаба Беломорской военной флотилии Северного флота, за № 1550 от 05.08.1944 начальника Штаба Иоканской военно-морской базы Беломорской военной флотилии Северного флота).

Табличные данные из «Журнала оповещений о переходе кораблей и полётах самолётов» Иоканской военно-морской базы Беломорской военной флотилии Северного флота за период с 10 ноября 1943 года по 13 августа 1944 года в литературном изложении:
Конвой БД-5 в составе транспорта «М.Раскова», тральщиков №№ 114, 116, 118 вышел из Архангельск на Диксон в 13.00 08.08.1944, проследовал мимо Иоканки в 01.25 10.08.1944, вышел из зоны ответственности базы в 24.00 10.08.1944.

Табличные данные из «Журнала боевых вылетов Военно-Воздушных Сил Беломорской военной флотилии Северного флота» за период с 3 января по 31 декабря 1944 года в литературном изложении:
15.08.1944 2 «Каталины» 54-го авиационного полка вели поиск баркаса с людьми в районе гибели транспорта «Марина Раскова» с 05.15 до 22.17.
16.08.1944 2 «Каталины» 16-го авиационного отряда вели поиск баркаса с людьми в районе гибели транспорта «Марина Раскова» с 10.05 до 23.27.
17.08.1944 1 «Каталина» 20-й авиационной эскадрилии вела разведку подводных лодок и поиск шлюпок с транспорта «Марина Раскова» в Карском море с 13.15 до 23.16.
18.08.1944 1 «Каталина» 44-го авиационного полка вела разведку подводных лодок и поиск шлюпок с транспорта «Марина Раскова» в Карском море с 10.00 до 18.00.
19.08.1944 4 «Каталины» 44-го авиационного полка вели поиск баркасов и шлюпок с погибшего транспорта «Марина Раскова» в Карском море, 1 «Каталина» 16-го авиационного отряда вела разведку подводных лодок и поиск шлюпок с транспорта «Марина Раскова» в Карском море с 15.00 до 01.40 следующих суток.
24.08.1944 1 «Каталина» 44-го авиационного полка вела поиск шлюпок с людьми с погибшего транспорта «Марина Раскова» с 10.25 до 20.30, а ещё 1 «Каталина» того же полка вела поиск самолёта, севшего на воду около людей, с 01.00 до 11.02.
25.08.1944 1 «Каталина» 44-го авиационного полка вела поиск шлюпок с людьми с погибших кораблей конвоя БД-5 в Карском море с 03.02 до 14.02.
27.08.1944 1 Каталина 44-го авиационного полка вела поиск шлюпок с людьми с погибших кораблей конвоя БД-5 в Карском море с 11.09 до 19.48.

Табличные данные из «Журнала учёта боевых вылетов 20-й отдельной авиационной эскадрилии Военно-Воздушных Сил Беломорской военной флотилии Северного флота» за период с 18 мая до 17 декабря 1944 года в литературном изложении:
29.08.1944 поиск людей с транспорта «Марина Раскова» и разведку сектора № 25-26б выполнял гидросамолёт ПБН-1 (экипаж – Козлов, Палий, Андреев, Брызгалов, Максимов, Гвоздев, Каламбет) с 04.00 до 08.15 (общая продолжительность полёта – 4 часа 15 минут). За полёт израсходовано 1915 кг авиационного бензина и 18 кг масла. Задание не выполнено по метеоусловиям.

Выписки из «Журнала боевых действий Новоземельской военно-морской базы Беломорской военной флотилии Северного флота» за период с 30 июня по 22 ноября 1944 года:
15.08.1944. 02.55. 23 h [часа] 00 m [минут сторожевой катер] СКА[-]501 вышел [из] Хабарово в район о[стро]в[а] Белый для осмотра района места гибели ТР [транспорта] «Марина Раскова».
13.37. [Гидросамолёт «]Каталина[» лётчика] Хатунёва поднялся в воздух [на] поиск баркаса.
22.21. [Гидро]С[амолё]т [«]Каталина[» (]лётчик [-] Хатунёв[)] произвёл посадку [в губе] Белушья. Задание не выполнил [в]следствие тумана [в] Карском море.
16.08.1944. 10.05. [Гидро]С[амолё]т [«]Каталина[» (лётчик -] Евдокимов[)] вылетел [в] р[айо]н о[стро]ва Белый.
20.33. С борта [гидро]самолёта [Евдокимова получена радиограмма: «]Как Вы меня слышите[?»].
21.45. С борта [гидро]самолёта [Евдокимова получена радиограмма: «]Моё место [-] Ш [-] 72°12[´северная,] Д [-] 60[°]49[´ восточная,] имею на борту пассажиров[, среди которых] есть раненые[,] приготовьте катер[. Подписной] № 2135[»].
23.27. [Гидросамолёт «]Каталина[» лётчика] Едокимова произвёл посадку.
17.08.1944. 01.00. По докладу к[оманди]ра [гидро]самолёта [Евдокимова] – доставил 18 человек[,] подобранных с моторного катера в проливе Малыгина, осталось 11 чел[овек,] которые [в] 07.00 15.08[.1944] вышли на берег, последним сброшены продукты с запиской [с указанием] возвратиться к катеру.
03.20. [Гидросамолёт «]Каталина[» лётчика] Беликова вылетел [из губы] Белушья [в район] о[стро]в Белый [-] Западное побережье п[олуостро]ва Ямал [с задачей:] оказание помощи [в] розыск спасённых [с погибших] кораблей [конвоя БД-5].
04.09. С борта [гидро]самолёта № 14 [(лётчик -]Беликов[) получена радиограмма: «]моё место [-] ш [-] 72°09´[северная,] д [-] 60°24´[восточная»].
07.00. С борта [гидро]самолёта [лётчика] Беликова [получена радиограмма: «] конечный пункт [маршрута]закрыт туманом[,] нахожусь в воздухе[»].
12.40. С борта [гидро]самолёта № 14 [лётчика] Беликова [получена радиограмма: «]В 11 h [часов] 00 m [минут] обнаружил 11 [человек;] погода[:] облачность -] 10 [баллов, высота - ]800 м[етров,] видимость [-] 20 км[»].
15.56. [Гидро]Самолёт [лётчика] Беликова донёс[:] «Сижу на мели[,] жду прилива».
20.15. [В] 19.08 [гидро]самолёт [«]Каталина[» лётчика] Беликова взлетел[,] в 20[.]05 дал своё место[:] Ш = 72°30´N [северная,] Д = 64°57´Е [восточная»].
23.12. [Гидро]Самолёт [«]Каталина[»] № 14 [(]лётчик [-] Беликов[)] произвёл благополучную посадку [в губе] Белушья[,] доставил 11 человек[,] оставшихся на берегу[,] с моторного катера[,] обнаруженного лётчиком Евдокимовым в проливе Малыгина.
18.08.1944. 10.32. [Гидро]Самолёт [«]Каталина[»] № 12 [(лётчик - ]Козлов[)] вылетел к о[стро]ву Белый и [в] центральный район Карского моря на поиск карбаса и шлюпок.
20.50. [Гидро]С[амолё]т [«]Каталина[» (]Лётчик [-] Козлов[)] произвёл посадку [на гидро]аэродром Белушья.
20.08.1944. 12.00. От ОД КВМБ [оперативного дежурного по Карской военно-морской базе Беломорской военной флотилии Северного флота: «В] 05[.]40 самолёт Н-275 вылетел на поиск аварийных шлюпок с ТР [транспорта] «Мария [Марина] Раскова».
15.35. От ОД ОВРа [оперативного дежурного Охраны водного района Беломорской военной флотилии Северного флота: «В] 12[.]05 [тральщик] ТЩ-60 вышел [из] Хабарово в Карское море[,] в точку Ш - 73°13[´ северная,] Д - 64°10[´ восточная] для поиска и снятия людей с аварийного барказа «Марии [Марины] Расковой».
29.08.1944. 04.00. [«]Каталина[»] № 12 [(лётчик - ]Козлов[)] вылетел [на] поиск шлюпок в районе западного побережья п[олуостро]ва Ямал.
22.40. Оповещение ОД БФ ОД ОВРа Вайгач [оперативного дежурного Беломорской военной флотилии оперативному дежурному Охраны водного района острова Вайгач: «]05[.]00 – 19[.]00 [«]Каталины[»] № 21 и [№] 22 [будут вести]поиск шлюпок [в районах остров] Вайгач[,] Амдерма[,] Усть[-]Кара, Западный берег Ямала, остров Белый».

выписки из «Журнала боевых действий Карской военно-морской базы Беломорской военной флотилии Северного флота» за период с 10 августа по 1 сентября 1944 года:
13.08.1944. 04.30. Получено радио [от] к[оманди]ра ТЩ-116[: «Сообщаю] дополнительно место гибели: Ш = 73°22[´ северная,] Д = 66°35[´ восточная»].
15.08.1944. 03.15. [В] 23[.]00 14.08[.1944 сторожевой катер] СКА-501 вышел [по маршруту] Хабарово – р[айо]н о[строва] Белый для осмотра места гибели ТР [транспорта] «М[арина] Раскова»[. Подписной] № 2330.
16.08.1944. 14.45. [Гидро]самолёт [«]Каталина[»] № 3 [(]лётчик [-] Фёдоров[)] вылетел по маршруту Диксон – о[стров] Белый – район гибели кораблей [конвоя БД-5 на] поиск ПЛ [подводных лодок] пр[отивни]ка и шлюпок с погибших кораблей.
15.20. [Гидро]самолёт ГСТ [(]лётчик - Козлов произвёл посадку Усть Кара 1320 в районе гибели кораблей обнаружил масляные пятна.
18.15. [Гидро]самолёт [«]Каталина[«] № 3 с лётчиком Федуловым сел в бухте Самолётная.
17.08.1944. 20.04. Через 020 – 025 [20 – 25 мирнут] будет вылетать [гидросамолёт] Н-275 [(лётчик -] Козлов[)] на поиски шлюпок ТР [транспорта] «Марина Раскова».
21.05. [Гидро]самолёт Н-275 Козлова поднялся в воздух.
21.10. [Гидро]самолёт Н-275 скрылся на Weste.
18.08.1944. 04.35. [В] 04.07 в Ш = 72°17[´] Д = 64°05[´ восточная обнаружена] шлюпка[, в которой находятся] люди[,] делаю посадку[. Подписной №] 0109[»].
05.30. [В 0]5-00 [гидро]самолёт Козлова принял со шлюпки 25 челов[ек] и следует в Диксон.
06.25. Дано оповещение [зенитным] батареям [Карской военно-морской базы] о пролёте [гидро]самолёта Н-275 лёт[чи]ка Козлова.
06.45. [В 0]6[.]35 Козлов прошёл над [островом] Белым. Предполагает быть в Диксоне [в 0]8[.]40.
08.22. Подходит [гидро]самолёт Н-275 Козлова.
08.27. Показался [гидро]самолёт с Westа типа [«]Каталина[«].
08.35. [Гидро]самолёт Н-275 Козлова совершил посадку.
10.00. [Гидро]самолёт [«]Каталина[«] № 3 [(]лётчик - Фёдоров[)] вылетел [по маршруту] Диксон – сектора [№№] 25 – 26Б – 28 на поиск шлюпок в море и людей на берегу п[олу]о[строва] Ямал с попутной разведкой противника.
12.35. Дано донесение ОД БВФ [оперативному дежурному по Штабу Беломорской военной флотилии Северого флота] о возвращении [гидро]самолёта Н-275 Козлова [на] Диксон, кот[орый] доставил 25 чел[овек,] подобранных со шлюпки, в том числе: 2 [-] с АМ-114, 7 [-] с АМ-116, 11 [-] с ТР [транспорта] «[Марина] Раскова», 5 [-] с 37[-й] авиа[ционной] базы [ВВС Беломорской военной флотилии Северного флота]. 10 чел[овек находятся] в тяжёлом и 15 [-] в удовлетворительном состоянии. При посадке в [гидро]самолёт 3 чел[овека] погибло от психического расстройства. В шлюпке людей не осталось. Место снятия [людей со шлюпки -] Ш - 72°17´[северная], Д - 64°05´[восточная].
18.10. [Гидро]самолёт «[«]Каталина[«]» № 3 Фёдорова возвратился [с] поиска людей и шлюпок с погибших кораблей (ТР [транспорт] «[Марина] Раскова» и др[угие]) на берегу и в море на маршруте: Диксон – зал[ив] Гыданский –м[ыс] Дровяной – побережье п[олуостро]ва Ямал до о[строва] Мадамбый [?] – Ш - 70°42´[северная], Д - 64°05´[восточная] - Ш - 72°17´[северная], Д - 64°05´[восточная] ([здесь] встретил [гидро]самолёт [«]Каталина[»] НЗВМБ [Новозмельской военно-морской базы Беломорской военной флотилии Северного флота]) [-] п[олуостро]в Скуратова – S [южный] берег о[строва] Белый – о[стров] Шокальского –о[стров] Неупокоева – Диксон, ничего не обнаружено.
19.08.1944. На [тральщике] АМ-117, [больших охотниках за подводными лодками] БО-203, БО-210 прибыло: 6 чел[овек -] комиссия Штаба БФ [Беломорской военной флотилии Северного флота], 122 чел[овека,] снятых с ТР [транспорта] «[Марина] Раскова», из них: один офицер и 8 краснофлотцев Отд[еления] связи [Карской военно-морской] базы, 36 краснофлотцев 37[-й] авиа[ционной] базы [ВВС Беломорской военной флотилии Северного флота] и 77 чел[овек] ГУСМП [Главного Управления Северного Морского пути Союза ССР] (в т[ом] ч[исле -] 7 женщин). Все здоровы.
13.55. [Радиодонесение] От [«]Каталины[»] № 11 – [«]Иду на посадку[»].
17.05. Получено [радиодонесение] от [«]Каталины[»] № 11 [(]лётчик - Сокол[): «В точке с координатами] Ш = 73°13´[северная,] Д = 64[°]10[´ восточная на борт] взял двадцать два человека, осталось в барказе 35[»].
19.26. [Гидро]самолёт [«]Каталина[«] № 11 произвёл посадку [в] бухте Лётная[,] доставил 2[2] чел[овека.] Осталось на шлюпке 35 человек.
23.57. С [Гидро]самолёта № 16 уточнено место шлюпок[. Подписной] № 2335.
20.08.1944. 00.15. На [гидро]самолёт № 16 [передан ответ: «Точка с координатами ]Ш = 73°13´[северная,] Д = 64°12´[восточная,] от с[е]редины о[строва] Белый по курсу 270° расстояние 100 миль[»].
00.20. От [Гидро]самолёта № 16 [радиодонесение: « В] районе [с координатами] Ш = 73°13´[северная], Д = 64°10´[восточная] экипажа на воде не обнаружил[,] возвращаюсь[. Подпись:] Рубан[. Подписной] № 0005[»].
01.20. [Гидросамолёт «]Каталина[«] № 3 [(]лётчик - Федков[)] произвёл посадку [в] бухте Лётная, никаких людей не обнаружил.
02.20. [Гидро]самолёт [«]Каталина[«] № 16 [(]лётчик - Рубан[)] произвёл посадку [в] бухте Лётная, шлюпку, людей не обнаружил.
05.38. [Гидро]самолёт Н-275 [(]лётчик - Козлов[)] вылетел на поиск людей в район гибели «М[арины] Расковой».
17.48. [Гидро]самолёт Н-275 [(]лётчик - Козлов[)] произвёл посадку в бухте Диксон, после поиска людей и шлюпок в районе гибели «М[арины] Расковой».
22.08.1944. 12.05. [Из] 11 чел[овек], обнаруженных 16.08.44 лётчиком Евдокимовым на п[олуостро]ве Ямал в гр.гр. [группах из] 6 и 3 чел[овек] 17.08.[1944] приняты на борт [гидро]самолёта Белова.
23.08.1944. 09.15. [В] 08.15 [гидро]самолёт ГСТ [(]лётчик - Козлов[)] обнаружил кунгаз с 25 чел[овекамии на борту] в точке [с координатами] Ш = 73°35´[северная], Д = 67°25´[восточная]. Посадка невозможна.
20.45. Лётчик Козлов [в точке с координатами] Ш = 73[°]28[´ северная,] Д = 68[°]10[´вочсточная] рулит по воде.
22.50. 22.15 Координаты Козлова [-] Ш - 73°20´[северная], Д - 68°35´ [восточная, его гидросамолёт] дрейфует к пр[оливу] Малыгина.
24.08.1944. 01.00. [Гидро]самолёт [«]Каталина[»] № 3 [(]лётчик - Федуков[)] вылетает [в] район нахождения [гидро]самолёта Козлова.
03.40. Донесение от [Гидро]самолёта Федукова: «Вижу [гидро]самолёт[,] веду [его в направлении] на [остров] Белый» [Подписной] № 0321.
03.52. [«]Вижу наши корабли[,] веду [их] на [Гидро]самолёт [Козлова. Подписной] № 0341[»].
04.30. Козлов доносит: «Надо мной на большой высоте прошёл [гидро]самолёт. Нахожусь вблизи пролива Малыгина[»].
06.50. [« Тральщик] ТЩ-60 навёл на [гидросамолёт] Козлова[. Подпись:] лётчик Федуков[»].
09.40. Донесение Федукова: Моряки на 116 ТЩ-60 ведёт Козлова и баржу [Так в оригинале. Очевидно, следует читать как: «Спасённые находятся на борту тральщика Т-116. Тральщик Т-60 буксирует гидросамолёт Козлова и кунгас»].
10.30. [Гидро]самолёт [«]Каталина[«] [(]лётчик - Рубан[)] вылетел [с] задачей[:] поиска людей и шлюпок в р[айо]н[,] ограниченный координат[амии (см. ниже) и для] оказания необходимой помощи [гидро]самолёту ГСТ Козлова. Координат[ы] р[айо]на Ш - 74°30´[северная,] Д - 72°00[´ восточная,] Ш - 72°51[´ северная,] Д – 62[°]47[´восточная; все координаты зачёркнуты].
11.00. [Гидро]самолёт Федукова возвратился с задания[.] Задание выполнил.
12.38. [Гидро]самолёт Козлова сделал посадку в бухте Лётной [острова] Диксон.
20.51. [Гидро]самолёт № 16 [(]лётчик - Рубан[)] произвёл посадку [у острова] Диксон. Задание выполнил.
25.08.1944. 03.10. [Гидросамолёт «]Каталина[«] № 11 [(]лётчик - Сокол[)] вылетел [в] квадрат [с вершинами с координатами] Ш = 71°27´[северная], Д = 66°08´[восточная,] Ш = 72°00´[северная], Д = 60°50´[восточная,] Ш = 73°13´[северная], Д = 62°45´[восточная,] Ш = 72°43´[северная], Д = 68°06´[восточная на] поиск людей, шлюпок [с транспорта] «М[арина] Раскова».
14.05. Сделал посадку [гидро]самолёт Н-11 [(лётчик -] Сокол[)].
27.08.1944. 11.10. [Гидро]самолёт [«]Каталина[«] № 10 [(]лётчик - Гуричев[)] вылетел [на] поиск ПЛ [подводных лодок], шлюпо[к], людей в район, ограниченный [точками с координатами] Ш = 71°38´[северная,] Д = 68°20´[восточная,] Ш = 74°15´[северная,] Д = 66°00[´ восточная,] Ш = 72°53´[северная,] Д = 63°05[´ восточная,] Ш = 73°20´[северная,] Д = 70°00[´ восточная;] в воздухе будет [в течение] 8 часов.
19.46. [Гидро]самолёт № 10 [(]лётчик - Гуричев[)] сел в р[айоне острова] Диксон. Производил поиск людей, барказа, разведку пр[отивни]ка [в] р[айо]не гибели ТР [транспорта] «М[арина] Раскова». [В] 11.30 в точке [с координатами] Ш = 73°26´[северная,] Д - 70°08[´восточная] обнаружил барказ с трупами[,] наполовину залитый водой.
29.08.1944. 02.20. С 04[.]00 [до] 15[.]00 29.08[.1944 гидро]самолёт [«]Каталина[»] Козлова вылетает из [губы] Белушьей на поиски шлюпок по побережью [полуострова] Ямал.
10.28. Черевичный донёс через штаб морских операций: [«В точке с координатами] Ш - 73°25´[северная,] Д = 70°03´[восточная] вижу кангас [кунгас»].
На этой фразе в данном документе заканчиваются записи, относящиеся к трагедии конвоя БД-5.


Ранее Константин Борисович писал по поводу погибших в конвое БД-5 моряках-курсантах. Один из них:
"... 10. Тимонин (ошибочно - Симонин) Евгений Федорович – курсант, выпускник Московской военно-морской спецшколы, практикант на тральщике Т-118, погиб, похоронен в море в ночь на 13.08.1944"
В том же сообщении он цитировал воспоминания курсанта Г.Мармузова, который, в частности, писал:
«...Женя Тимонин был подобран одним из кораблей. Он находился в понтонной лодке, в которую свободно, через сетку внизу проникала вода. Такие лодки были годны в тёплых морях, но не в Ледовитом океане… Когда Женю подняли на борт, он был уже мёртв – замёрз. Его похоронили по морскому обычаю. Обернули в простыню, привязали к ногам груз и по доске спустили за борт… …После войны, когда я приезжал к своим родителям, обязательно навещал отца и мать Жени Тимонина. Они всегда были приветливы, очень сокрушались, что не осталось даже могилы сына, куда бы они могли приходить».
В одном из архивных докуметов Константину Борисовичу удалось обнаружить указание на точное место захоронения курсанта Евгения Фёдоровича Тимонина, произведённое в 05.00 13 августа 1944 года: "Похоронен курсант Тимоненко [так в оригинале документа] - В[оенно-]М[орское Инженерное] У[чилище] им[ени Ф.Э.]Дзержинского[,] который был подобран мёртвым барказом, шедшим от ТР[транспорта] "Марина Раскова".
Местом его захоронения стала условная точка в Карском море с географическими координатами 73 градуса 37 минут северной широты, 63 градуса 42 минуты восточной долготы...
Вечная ему память!


Константин Борисович обещал предоставить ещё партию архивных сведений. С нетерпением ждём. Ещё раз благодарю Константина Борисовича за проделанную работу по поиску источников информации об истории конвоя БД-5.
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3172
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Пред.След.

Вернуться в Арктические конвои



Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

Керамическая плитка Нижний НовгородПластиковые ПВХ панели Нижний НовгородБиотуалеты Нижний НовгородМинеральные удобрения