Бой л/п "А. Сибиряков" с линкором "Адмирал Шеер" в книгах

Изображение
31 июля 2012 года исключен из Регистровой книги судов и готовится к утилизации атомный ледокол «Арктика».
Стоимость проекта уничтожения "Арктики" оценивается почти в два миллиарда рублей.
Мы выступаем с немыслимой для любого бюрократа идеей:
потратить эти деньги не на распиливание «Арктики», а на её сохранение в качестве музея.

Мы собираем подписи тех, кто знает «Арктику» и гордится ею.
Мы собираем голоса тех, кто не знает «Арктику», но хочет на ней побывать.
Мы собираем Ваши голоса:
http://arktika.polarpost.ru

Изображение Livejournal
Изображение Twitter
Изображение Facebook
Изображение группа "В контакте"
Изображение "Одноклассники"

Бой л/п "А. Сибиряков" с линкором "Адмирал Шеер" в книгах

Сообщение Сергей Шулинин » 17 Апрель 2012 11:06

Нашел jpg. Но тоже не блеск.
Подпись: "Поход крейсера «Адмирал Шеер» в Карское море, 1942 г."

 079-карта2.jpg
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3169
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Бой л/п "А. Сибиряков" с линкором "Адмирал Шеер" в книгах

Сообщение Сергей Шулинин » 17 Апрель 2012 11:07

Пантелеев, Юрий Александрович
Полвека на флоте
Сайт «Военная литература»: militera.lib.ru
Издание: Пантелеев Ю. А. Полвека на флоте. – М.: Воениздат, 1974.
Книга на сайте: http://militera.lib.ru/memo/russian/pan ... index.html
Иллюстрации: http://militera.lib.ru/memo/russian/pan ... a/ill.html
OCR: Андрианов Пётр (assaur@mail.ru)
Правка: Александр Корнилов (kornilov_a2000@mail.ru)
Дополнительная обработка: Hoaxer (hoaxer@mail.ru)
[1] Так помечены страницы, номер предшествует.
Пантелеев Ю. А. Полвека на флоте. – М.: Воениздат, 1974. Военные мемуары. – 319 стр.

Аннотация издательства: Адмирал Юрий Александрович Пантелеев, знакомый читателям по книге «Морской фронт», начал службу в Советском Военно-Морском Флоте еще в гражданскую войну. На его глазах флот восстанавливался, креп, росли его люди – многие из них пришли на боевые корабли по путевке комсомола. И сам автор рос вместе с флотом – рядовой военмор, штурман, начальник штаба, командир соединения. Великая Отечественная война застала его на посту начальника штаба Балтийского флота. Позже он командовал флотилиями, флотом, возглавлял Военно-морскую академию. Большая и интересная жизнь. И автор сумел правдиво и увлекательно рассказать о пережитом, о своих боевых друзьях, о кораблях, о полюбившемся морском просторе.


…В 1942 году в Карское море пробрался фашистский тяжелый крейсер («карманный» линкор) «Адмирал Шеер». Он пытался уничтожить порт Диксон, но помешали ледокольный пароход «Сибиряков» и наша батарея на берегу. Слабовооруженный «Сибиряков», конечно, не мог нанести серьезного урона бронированному великану, но все же сражался до последнего…
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3169
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Бой л/п "А. Сибиряков" с линкором "Адмирал Шеер" в книгах

Сообщение Сергей Шулинин » 17 Апрель 2012 11:08

История Второй мировой войны 1939-1945: в 12 т. М.: Военное издательство МО СССР, 1975. – Том пятый. Провал агрессивных планов фашистского блока. С. 262-263.


...В августе противник провел в Арктике операцию «Вундерланд» («Страна чудес»). В ней участвовали тяжелый крейсер «Адмирал Шеер» и 5 подводных лодок. В их задачу входило уничтожение каравана из 19 транспортов и 4 ледоколов, а также отряда военных кораблей (лидер «Баку» и 2 эскадренных миноносца), осуществлявших переход с Дальнего Востока Северным морским путем. 25 августа в Карском море «Адмирал Шеер» встретил ледокольный пароход «А. Сибиряков», вооруженный орудиями калибра 76 мм, и потребовал сообщить о месте нахождения каравана. Экипаж «А. Сибирякова» под командованием старшего лейтенанта А.А. Качаравы вступил в неравный бой с тяжелым крейсером и геройски погиб...
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3169
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Бой л/п "А. Сибиряков" с линкором "Адмирал Шеер" в книгах

Сообщение Сергей Шулинин » 17 Апрель 2012 11:09

Белов М.И. История открытия и освоения Северного морского пути. Том 4. Л.: Гидрометеоиздат, 1969. С. 493-497.


…К планированию операции «Вундерланд» гитлеровский штаб в Норвегии приступил с весны 1942 г. Гитлеровцы стали охотиться за всевозможной информацией о советских арктических плаваниях, о портах, ледоколах и судах. Из сейфов рейха были извлечены даже данные аэрофотосъемки, которую вели немецкие фотограмметристы в 1931 г. во время полета над Советской Арктикой дирижабля «Граф Цеппелин». {1}
В результате был выработан план, главная цель которого сводилась к следующему: надводные и подводные корабли незамеченными проникали в Карское море на арктические коммуникации и наносили неожиданный удар в районе пролива Вилькицкого по прибывавшим сюда с запада и востока караванам советских судов и ледоколам. Затем они должны были направиться к портам Диксон и Амдерма и огнем своей артиллерии разрушить их. Тем самым, полагали немецкие стратеги, будет покончено с Северным морским путем…
… Из анализа агентурных данных немецкое военно-морское командование сделало вывод, что восточный караван прибудет в пролив Вилькицкого 15 или 16 августа. Расчет немецких стратегов, совершенно незнакомых с условиями плавания в Арктике, разумеется, был ошибочным, восточный караван и военные корабли во главе с лидером «Баку» подошли с востока к проливу Вилькицкого в начале сентября, когда операция «Вундерланд» окончилась. Было и еще одно немаловажное обстоятельство: в конце второй декады августа в Баренцевом море наступили туманы и «Адмирал Шеер», пользуясь ими, мог проскочить в Карское море незамеченным.
Тяжелый крейсер «Адмирал Шеер» (командир капитан 1 ранга В. Мендсен-Болькен) отправился из Нарвика 15 августа в сопровождении четырех миноносцев и эскадрильи самолетов. От острова Медвежьего миноносцы повернули назад, а крейсер продолжал путь один. В этот же день в Нарвике была получена сводка о состоянии льдов севернее Новой Земли, которую передала подводная лодка «Ю-601», находившаяся к этому времени, как и две другие подводные лодки, участвовавшие в операции, в районе Карского моря. Кромка льда была обнаружена в 100 милях севернее мыса Желания. Сведения о льдах, сообщенные другими подводными лодками, стоявшими в новоземельских проливах, кроме Маточкина Шара, по которому немцы не решились бы вести свои надводные корабли, были относительно успокаивающие. Поэтому «Адмирал Шеер» направился в обход Новой Земли; немецкое командование полагало, что так надежнее можно скрыть проход крейсера.
Однако 18 августа внезапно в тумане перед крейсером появилось наше грузовое судно, шедшее из Исландии на Диксон. Это был теплоход «Фридрих Энгельс». Советское судно не заметило немецкий военный корабль, {2} а немецкий командир, желая остаться неопознанным, изменил курс, отойдя на юг. Вскоре с помощью палубного самолета была обнаружена вышедшая навстречу подводная лодка «Ю-601». Получив новые инструкции и пополнив запас продовольствия, а также передав на крейсер ледовую информацию, лодка вышла в район острова Диксон. Не замеченный никем крейсер продолжал свое продвижение к побережью Таймыра, куда прибыл 20 августа. Ледовые наблюдения немцев говорили о том, что свободного прохода в пролив Вилькицкого нет, и, тем не менее, ведя разведку с помощью единственного палубного самолета, «Адмирал Шеер» стал продвигаться в пролив. Вечером того же дня самолет обнаружил 9 советских грузовых судов, шедших от острова Кравкова в пролив. Суда сопровождал ледокол «Красин». 22 числа к ним присоединился прибывший с Диксона ледокол «Ленин» и танкер «Хопмаунд». Трюмы судов были заполнены продовольствием и важными промышленными грузами. В высоких северных широтах, на большом расстоянии от линии фронта никто из советских моряков не ожидал встретить вражеские корабли. Даже немецкий самолет, пролетевший над караваном, ошибочно приняли за наш ледовый разведчик. Все складывалось так, как предусматривала задуманная фашистами строго секретная операция. Поэтому командир крейсера приказал выйти на исходные позиции для атаки – к банке Ермака, куда, по расчетам немцев, должен был подойти караван. Но наступил туман, и караван вскоре был потерян.
Советские моряки, имевшие большой опыт плавания в таких условиях, повели суда дальше, тогда как немцы даже с помощью радиолокатора не могли двинуться с места.
Когда туман рассеялся, фашистский самолет не смог найти караван. На крейсере решили, что летчику просто показалось, что он видел советские суда. И все-таки фашисты установили присутствие западного каравана, направлявшегося в пролив Вилькицкого. Поэтому «Адмирал Шеер» двигался за ним следом и с целью атаковать его. 23 августа, маневрируя вблизи о. Русского, крейсер попал в тяжелый лед, который ему пришлось форсировать. Изменившийся ветер закрыл кораблю обратный проход, он попал в ледовый плен. На корабле началась паника. С большим трудом удалось выбраться на свободную воду.
С самого утра 25 августа события для немцев стали складываться еще более неблагоприятно. Разбился при попытке сесть на воду бортовой самолет, после чего крейсер потерял возможность наблюдать за развитием ледовой обстановки и в таких условиях, не имея никакой информации о льдах в проливе Вилькицкого, не смог продолжать преследование западного каравана. Тогда фашисты пошли на явно рискованный шаг: они решили напасть на один из идущих с Диксона наших судов, захватить шифры и коды и, работая ими, получить необходимую ледовую информацию для прохода в пролив. Именно в этом заключался замысел Мендсен-Болькена, когда в 11 ч. 45 мин. 25 августа в районе острова Белуха он отдал приказание обстрелять советский ледокольный пароход «А. Сибиряков», заставить его сдаться.
«А. Сибиряков» отошел от Диксона накануне, имея задание доставить на островные полярные станции смены наблюдателей и продовольствие. Всего на судне было около 100 человек. «А. Сибиряков» имел небольшую группу артиллеристов, четыре 76-мм и две 45-мм пушки. Судном командовал А.А. Качарава. Пароход уверенно шел вперед. Около полудня прозвучала боевая тревога, и выбежавшие на палубу моряки увидели на горизонте силуэт военного корабля. Полагали, что это, должно быть, один из английских военных корветов, по какой-то случайности попавший в Карское море.
Капитан запросил корабль о его названии. Ответили невразумительно, назвавшись не то «Сисаямой», не то «Сясьмой». На корме фашистского крейсера появился английский флаг. Но все было подозрительно. На всякий случай капитан, он же и командир судна, приказал привести в боевую готовность судовую артиллерию. Ею командовал лейтенант С. Никифоренко. Тем временем фашистский пират продолжал сближаться с «А. Сибиряковым». Затем открыл пристрельный огонь, видя, что судно направилось к соседнему острову Белуха. С крейсера передали: «Спускайте флаг, сдавайтесь!». Теперь на «А. Сибирякове» никто не сомневался, что перед ними фашистский корабль. Немедленно последовал ответный залп из кормовых орудий. Несколько снарядов полетело в сторону крейсера. Так начался неравный, тяжелый морской бой ледокольного парохода, ветерана Арктики, с хорошо вооруженным крейсером.
Этот бой – славная страница в летописи обороны Заполярья. Гитлеровцы вынуждены были признать, писали Р. Стеенсен, Ю. Клод и Майстер, героизм и мужество сибиряковцев. Правильным с военной точки зрения была дымовая завеса, поставленная ими при отходе к берегу. Под прикрытием ее судно, отстреливаясь, шло к острову Белуха, рассчитывая выброситься на берег. Но это единственно возможное решение не удалось осуществить – слишком неравными оказались силы.
Первым попаданием тяжелого снаряда была снесена форстеньга. вторым – артиллерийский расчет на корме, третьим – подожжены бочки с горючим на носу, четвертым – выведена из строя машина. «А. Сибиряков» потерял ход и был обречен на гибель. Возникший на судне пожар удалось погасить, однако надежд на спасение судна не было. После ранения капитана А.А. Качаравы и гибели комиссара 3.А. Элимелаха моряки спустили шлюпки и на них пытались добраться до берега. Фашисты преградили им путь. На катере они подошли к плавающим в шлюпках и в воде матросам и предложили им сдаться в плен. Фашисты силой схватили некоторых из них и пересадили в катер. Другие предпочли плену смерть. Гитлеровцы не понимали, как могли обреченные на гибель люди отказаться от помощи. Об этом говорится в отчете командира крейсера о рейсе. В плен попало 19 моряков и работников полярных станций, главным образом тяжело раненных или потерявших сознание от контузии. Среди них капитан А.А. Качарава, перенесенный на шлюпку моряками, парторг М.Ф. Сараев и другие.
Немцы стали свидетелями героической гибели судна. Когда их катер подходил к «А. Сибирякову», чтобы захватить ледовую информацию и шифры (они к тому времени были уничтожены), боцман Н.Г. Бочурко по ранее отданному приказу командира открыл кингстоны, и «А. Сибиряков», объятый пламенем, медленно стал тонуть. Вместе с ним погиб и Н.Г. Бочурко, один из старейших полярников, прослуживший на «А. Сибирякове» свыше десяти лет. Гибель «А. Сибирякова» немцы запечатлели на фотографиях, приложенных к их отчету. {3}
О бое «Л. Сибирякова» и о том, что в Карском море появился фашистский крейсер, немедленно стало известно штабу морских операций. Радио «А. Сибирякова» было услышано. Все суда, плававшие в Карском море, получили соответствующее предупреждение, что, по существу, означало провал плана внезапного нападения.
После боя с «А. Сибиряковым» вечером 25 августа «Адмирал Шеер», опасаясь атаки с воздуха, отошел от Таймырского побережья. Только через сутки гитлеровцы решили осуществить вторую и более бесславную часть своей операции – обстрелять порт Диксон. При этом они рассчитывали захватить штаб морских операций, разрушить все портовые сооружения и диксоновский радиоцентр.
Р. Стеенсен пишет: «Мендсен-Болькен принял решение совершить рейд на один из опорных пунктов Северного морского пути, и выбор пал, естественно, на сам порт Диксон. Поскольку самолет был потерян, а имевшаяся морская карта острова Диксона – старая английская карта в проекции Меркатора масштаба 1 : 200 000 – не была достаточно точной, операции был присущ известный элемент риска. Налет планировался в виде внезапной высадки десанта численностью 180 человек»{4}.
Юан Клод, который в Париже встречался и беседовал с бывшими офицерами крейсера «Адмирал Шеер», поясняет, что нападение на Диксон немцы рассматривали как единственный способ получить нужную информацию о ледовых условиях плавания в Карском море. Клод добавляет, что немецкий командир решил разрушить порт и уничтожить его население{5}…

{1} Revue Maritime, 1958, № 141.
{2} ГА Арх. обл., ф. 2323, д. 215. Судовой журнал т/х «Ф Энгельс» за 1942 г.
{3} Один из сибиряковцев – кочегар П.И. Вавилов – спасся на судовой шлюпке и высадился на о. Белуха, где пробыл до 29 сентября, когда его снял и доставил на Диксон летчик И.И. Черевичный. П.И. Вавилову после войны за трудовую доблесть на торговом флоте было присвоено звание Героя Социалистического Труда.
Героически вели себя пленные сибиряковцы на борту крейсера и позднее в гитлеровских лагерях, не выдав своего командира и парторга. Немцы узнали о капитане спустя год, когда в лагерях Данцига один пленный, лично знавший А.А. Качараву, донес на него в гестапо.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 29 апреля 1961 г. группа сибиряковцев за мужество и стойкость, проявленные в бою с фашистским крейсером «Адмирал Шеер», была награждена боевыми орденами.
{4} Р. Стеенсен. Указ. соч., гл. 22.
{5} Revue Maritime, 1958, № 141.

Из сносок, не вошедших в данный отрывок:

«Адмирал Шеер» имел водоизмещение 10 160 т, мощность машин 56 800 л. с., скорость 26 узлов, две башни 280-мм орудий, бортовую и зенитную артиллерию, 8 торпедных аппаратов, один самолет. (Е.Е. Шведе. Военные флоты. М, 1940.).

Так, 16 июля (1942 г. – С.Ш.) германский морской атташе в Японии донес ставке Гитлера о прибытии «а Камчатку 20 советских грузовых судов. 26 июля японское адмиралтейство сообщило о выходе из Петропавловска-Камчатского значительного конвоя. По данным японской радиосвязи 1 августа эти суда прибыли в Берингов пролив. (Revue Maritime, 1958, № 141.).
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3169
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Бой л/п "А. Сибиряков" с линкором "Адмирал Шеер" в книгах

Сообщение Сергей Шулинин » 17 Апрель 2012 11:10

Дремлюг В.В. Морские дороги. От Чукотки до Канарских островов. СПб.: «ГеоГраф», 2006 г. С. 57-58.

…В 1942 году еще одно гидрографическое судно «Папанин», после установки вооружения, вышел из Архангельска для проведения гидрографических исследований в Карское море. Однако и этому судну пришлось прервать работу, так как было получено распоряжение штаба морских операций о поисках экипажа протопленного немецким рейдером ледокольного парохода «А. Сибиряков», а также пропавшего самолета ледовой разведки летчика Черепкова. К сожалению, поиски, продолжавшиеся около 20 дней, ни к чему не привели…
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3169
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Бой л/п "А. Сибиряков" с линкором "Адмирал Шеер" в книгах

Сообщение Сергей Шулинин » 17 Апрель 2012 11:14

Елагин Н.А. Побратимы Арктики: Композиция на заданную тему в двух частях – Изд. 2-е. Тирасполь: Б.и., 2010, ГУИПП «Бендер. тип. «Полиграфист». С. 116.

…В газете «Советский Таймыр» за 25 августа 1977 года начальник сектора истории Центрального Военно-Морского музея М. Ефимов писал: «Из 123 человек (!? – С.Ш.) «А. Сибирякова» большинство погибли в неравном бою. Тяжело раненные, отходящие на шлюпках от корабля, а также плавающие на воде, держащиеся за обломки корабля и рангоуты, советские моряки были расстреляны.
Фашистам удалось захватить в плен 18 раненых...
В марте 1945 года воины Советской Армии освободили в живых 13 сибиряковцев…»…
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3169
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Бой л/п "А. Сибиряков" с линкором "Адмирал Шеер" в книгах

Сообщение Сергей Шулинин » 17 Апрель 2012 11:15

Баренбойм Е.Л. Погибаю, но не сдаюсь. // В конвоях и одиночных плаваниях: сборник/Вступительная статья Ю.Н. Кучепатова, с. 33-42: сост. В.В. Колт. Архангельск: Северно-Западное книжное издательство. 1985. С. 93-104.

Погибаю, но не сдаюсь


В годы Великой Отечественной войны Северный морской путь стал важнейшей транспортной магистралью. По этой трассе с запада на восток и обратно шли караваны судов. Чтобы подорвать судоходство на этой линии, гитлеровское командование решило направить в Арктику рейдеры. Тяжелые надводные корабли должны были уничтожать ледоколы и транспортные суда, в их задачу входило и разрушение заполярных портов Амдерма и Диксон. Операция получила условное наименование «Вундерланд» (страна чудес).
В середине августа 1942 года тяжелый крейсер «Адмирал Шеер» вышел из военно-морской базы в Нарвике в Карское море. В это время к проливу Вилькицкого приближался третий арктический караван, благополучно прошедший в сопровождении наших эскортных кораблей от Архангельска до новоземельских проливов и оттуда следовавший уже самостоятельно, под проводкой линейных ледоколов «Ленин» и «Красин». Он держал путь на восток.
На «Адмирале Шеере» знали об этом караване и готовили план нападения. Но случилось непредвиденное – потерпел аварию самолет-разведчик, наводивший крейсер на караван. К тому же на пути «Шеера» встала ледяная преграда. Оставалось одно – хитростью или силой добыть информацию, необходимую для удара по конвою, у советского судна, любого, которое встретится на пути к Диксону.
Двадцать пятого августа в 11 часов 45 минут вахтенные рейдера заметили на горизонте ледокольный пароход «А. Сибиряков»…
Уполномоченный Государственного Комитета Обороны на Севере прославленный полярник Иван Дмитриевич Папанин стоял у окна своего кабинета в Архангельске. Он ждал вызванного на прием капитана ледокольного парохода «Сибиряков» старшего лейтенанта Качараву. Тот явился минута в минуту.
– Садись, Анатолий Алексеевич,– сказал Папанин.– И слушай приказ. Пойдешь на остров Тыртов, затем на остров Русский. Выгрузишь там людей, оборудование и продовольствие. Будем открывать новые полярные станции. Затем следуешь на мыс Правды и остров Уединения, где сменишь зимовщиков. И обратно на Диксон. Там станешь ждать дальнейших распоряжений. На всю операцию даю тебе... – Папанин на минуту задумался, подсчитывая, – три недели.
Сидевший до этого молча Качарава, услышав о трех неделях, запротестовал.
– Чем недоволен? Мало времени даю? Так ведь война. Везде нужно спешить. – Иван Дмитриевич встал, подошел к Качараве, потрепал его по волосам. – Мы ведь именно тебе, Толя, поручили это важное дело. Помним о заслугах «Сибирякова». И как тюленей промышлял в тяжелые годы, снабжая людей мясом и жиром. И как хлеб из Сибири в голодную Россию возил. И как первым под парусами прошел Северным путем. Все помним. – Папанин вздохнул, потом продолжал: – И о твоих заслугах не забыли. Парень ты молодой, боевой и капитанствуешь хорошо. Перебрали многих и решили остановиться на тебе. Так что не возражать и кривиться, а радоваться надо, гордиться доверием.
– Сэрдэчно благодарю – гордиться. А чэм тут гордиться? – нервно, с легким грузинским акцентом повторил Качарава. – Идет война. Люди сражаются, гибнут. А мы... Раньше хоть войска перевозили, и то команда чувствовала, что занимается настоящим делом. А сейчас в кого превратились?
Папанин недовольно хмыкнул, быстро заходил по кабинету, затем с силой хлопнул ладонью по столу:
– Надоели вы мне все вот так! – он выразительно показал себе на шею. – У меня и без вас голова пухнет. Кадров нет. Скоро плавать будет некому. На курсах плавсостава двадцать матросов учатся, из них восемнадцать баб. Из двух десятков машинистов – семнадцать в юбках. А тут, кто ни придет из капитанов, одни и те же глупые разговоры. Что ж, по-твоему, дурья твоя башка, Великий Северный путь теперь и отношения к фронту не имеет? Будто газет не читаешь, обстановку не понимаешь? Не ожидал от тебя таких разговор, Анатолий.
– Все ясно, товарищ адмирал. – Качарава встал, по-военному вытянулся. – Газэты, действительно, в море читаем нерэгулярно, так как не получаем. Но радио слушаем.
– Вот так-то лучше, – улыбнулся Папанин. – Если уразумел – хорошо. Запомни сам и людям объясни еще раз – мы большое и наиважнейшее дело делаем. Почему, спрашивается, немцы в этом году здесь активничать начали? Хотят побольше наших сил отвлечь с сухопутных и морских фронтов, нарушить снабжение. Поэтому нам и приходится укреплять оборону, пушечки устанавливать в опасных местах, новые полярные станции открывать. Понял? А сейчас, браток, иди и не задерживайся. Желаю успеха.
Этот рейс оказался для «Сибирякова» особенно тяжелым. Около острова Правды попали в мощный паковый лед. Восемь дней вырывались из ледового плена, прокладывая себе путь аммоналом. Каждый час над безмолвной белой пустыней раздавались оглушительные взрывы, и в ушах еще долго отдавалось протяжное эхо. Только тогда, когда вахтенный на формарсе радостно завопил: «Голомя!» – экипаж с облегчением понял, что выбрались наконец на чистую воду. На Диксон вернулись только восемнадцатого августа. После долгого плавания в одиночку среди тяжелых льдов и неспокойного моря даже маленький, по-военному суровый Диксон показался команде землей обетованной. Здесь можно было встретить друзей, узнать новости, помыться в настоящей бане, получить и отправить письма, прочесть скопившиеся за время плавания газеты, сходить в кино. Некоторых счастливчиков на Диксоне ждали жены и дети. Таких моряков можно было отличить сразу. Перед приходом в порт они особенно яростно надраивали ботинки и утюжили брюки, тщательно подстригали бороды и усы, терпеливо дожидались очереди у самодеятельного судового брадобрея. Команда не сомневалась, что после такого трудного похода начальство даст им какое-то время отдохнуть. Но на этот раз в штабе морских операций Западного сектора рассудили по-другому. Начальник морских операций, выслушав доклад Качаравы о выполненном задании, сразу подозвал его к карте.
– Пойдете к мысу Оловянному на Северной Земле, а затем на остров Домашний. Высадите там по смене зимовщиков. Оттуда пробьетесь к мысу Арктическому.
– Куда? К Арктическому? – переспросил уже привыкший ничему не удивляться Качарава. Он знал, что к этому мысу, одному из самых северных и труднодоступных мысов на земле, не могли пробиться даже мощные линейные ледоколы. Только один раз у мыса побывал ледокольный пароход. Это было десять лет назад, и пароходом тем был «Сибиряков».
– Да. Нужно постараться любыми путями пробиться к нему и высадить там смену полярников. В крайнем случае, сделаете это на острове Визе. Времени на отдых и раскачку нет. Погрузку начинайте немедленно...
Двадцать четвертого августа, загрузив в свои трюмы топливо и более трехсот тонн различных грузов, «Сибиряков» сбросил с кнехт швартовые концы, тихоходный портовой буксир «Молоков» развернул его и медленно вывел из порта. Вскоре за кормой заплескалась вода Карского моря.
На борту «Сибирякова» людей было много – больше сотни человек команды и пассажиров, среди них семь женщин. Некоторые из них попали на Север впервые. Особенно много хлопот с ними у комиссара Элимелаха. Сейчас он стоял рядом с Качаравой на мостике, коренастый, большеголовый и с наслаждением вдыхая живительный морозный воздух, говорил капитану:
– Мы с тобой, Толя, от этого воздуха должны прожить лет сто, не меньше. Я недавно читал, что если в одном кубическом сантиметре воздуха крупного города содержится от трехсот до четырехсот тысяч пылинок, то здесь, над морем, их всего двести штук. Улавливаешь разницу?
Комиссар любил выписывать из книг и журналов всякие цифры и курьезы, а потом пересказывал их матросам.
– Лично я согласен вдыхать воздух, где много пылинок, – смеялся Качарава, разжигая погасшую трубку. – Мне пылинки не мешают.
На следующее утро пассажиры и экипаж наблюдали потрясающее по своей красоте и величию зрелище – сжатие льдов. Огромные льдины налезали друг на друга, переворачивались, разбивались, поднимая фонтаны воды. Треск стоял такой, будто в бурю ломался целый лес. Осколки льда переливались на солнце, искрились словно гигантские бриллианты.
Те, кто видел это впервые, стояли молча, как завороженные, потрясенные суровым величием и красотой открывшейся картины.
Около полудня в бинокль уже можно было рассмотреть голые, низменные, будто уходящие прямо в воду берега острова Белуха с одиноко возвышавшимся на них географическим знаком...
– Справа семьдесят силуэт большого военного корабля! – как гром среди ясного неба прозвучал голос вахтенного сигнальщика.
Еще утром капитан «Сибирякова» получил шифровку с Диксона с предупреждением о возможном появлении в наших водах вражеского рейдера. Эта радиограмма не очень встревожила Качараву. Относилась она ко всем судам и полярным станциям в Западном секторе Арктики. Сектор этот огромен, и вряд ли предупреждение имело к «Сибирякову» прямое отношение. Тем более что пароход уже входил в полосу дрейфующих льдов, о чем свидетельствовало заметно побелевшее небо и все чаще встречающиеся на пути огромные айсберги. За всю войну в этот район еще не решался входить ни один вражеский корабль.
И вдруг такое сообщение сигнальщика! В него не хотелось верить. Может быть, произошла ошибка, обман зрения?
Качарава и Элимелах почти одновременно вскинули бинокли. Из-за горизонта поднималась широкая конусообразная башня с марсом, смутно просматривались надстройки.
– Боевая тревога!
Колокола громкого боя вызвали команду резким продолжительным звуком. Личный состав, который по распорядку всех военных и торговых судов свято соблюдал послеобеденные часы отдыха, быстро занял боевые посты. Теперь, прильнув к окулярам дальномера, уже без труда можно было рассмотреть стремительно приближающийся пересекающим курсом корабль. Острый, хорошо заметный на светлом горизонте силуэт, носовая и кормовая орудийные башни не оставляли сомнений, что перед ними крупный военный корабль, возможно крейсер или даже линкор. У Качаравы все оборвалось внутри. Близкие льды, всего десять миль до острова Белуха и такая встреча! На миг какая-то отрешенность, чувство безысходности, безвыходности положения овладели им. Он понимал, что встреча с таким могучим быстроходным кораблем не оставляет «Сибирякову» на спасение ни одного шанса, ни единого. Почему-то на мгновение пришла в голову недавно услышанная история с капитаном американского судна «Уинстон Сейлем», обезумевшим от страха перед лицом опасности, потерявшим человеческий облик. Нет, он никогда не был и не будет трусом. Придется умереть, и он сумеет принять смерть Достойно. Но пока об этом думать рано. Нужно принимать решение. А решение в данной ситуации может быть единственное – выиграть время, попытаться избежать боя. Идти к острову Белуха и там выброситься на берег и спасти людей.
– Полный вперед!
Капитан взял на штурманском столе телеграфный бланк и быстро написал текст первого донесения: «Заметил иностранный вспомогательный крейсер. Следите за мной».
– Юра! Быстро в радиорубку! – сказал он юнге Прошину. – Передать на Диксон немедленно!
Первый шок от внезапности встречи с противником начал проходить. Качарава овладел собой, снова раскурил погасшую трубку. Но рука, державшая зажигалку, противно дрожала. «Решение принято, – подумал он. – Теперь его надо выполнять».
Старенькая паровая машина «Сибирякова», питаемая низкосортным малокалорийным углем, буквально задыхалась, но больше семи узлов дать не могла. Деревянную палубу трясло, как при малярийном приступе. Артиллеристы из военной команды корабля под руководством младшего лейтенанта Никифоренко изготовили к бою все свое хозяйство – два орудия на корме и две «сорокапятки» на носу, предназначенные для противовоздушной обороны.
Неизвестный корабль приближался быстро. Сейчас до него оставалось меньше пятидесяти кабельтовых. Все явственнее в окулярах дальномера проступали его грозные очертания; длинное хищное тело с острым форштевнем, наклоненная назад конусовидная мачта, высокие надстройки.
Внезапно с мостика корабля замигал прожектор.
– Что он пишет? – спросил Качарава у сигнальщика.
– Просит сообщить состояние льда в проливе Вилькицкого.
– Ишь, чего ему надо, – возмутился комиссар. – Караванов захотелось гаду.
– Запроси его название, национальность, – приказал Качарава.
С корабля ответили послушно и сразу: «Тускалуза» {1}. И тотчас же на его гафеле заполоскался хорошо видный в бинокль звездно-полосатый американский флаг.
– Товарищ командир! – закричал вбежавший на мостик старпом Сулаков. – Это американец!
Действительно, один из прилетевших на Диксон из Мурманска капитанов рассказывал Качараве, что туда еще тринадцатого августа прибыло американское легкое соединение в составе крейсера «Тускалуза» и двух эскадренных миноносцев. Оно доставило авиационный персонал и снаряжение для предстоящего базирования двух эскадрилий торпедоносцев «хемпден». Капитану была известна даже фамилия командира соединения – коммодор Норманн Жиллет. Поэтому в глубине души Качаравы, после того как он увидел американский флаг, появилась крохотная надежда, что перед ними не фашистский рейдер, а союзник, случайно забравшийся в наши воды. Тем более что грозный противник вел себя пока миролюбиво – не стрелял, отвечал на вопросы. Но полученная в ответ на донесение «Сибирякова» радиограмма с Диксона отмела последние сомнения. В ней говорилось: «В данном районе никаких американских кораблей быть не может. Корабль считать противником».
А с мостика «американца» снова настойчиво мигал прожектор: «Сообщите ледовую обстановку в проливе Вилькицкого, координаты караванов».
– Курс – пролив между островами. Право руля! – скомандовал Качарава стоявшему у руля матросу.
«Сибиряков» уходил к острову. Но рейдер тоже изменил курс, явно показав, что намерен преследовать пароход.
– Думаешь, успеем спрятаться? – спросил комиссар капитана.
– Нет. До острова далеко, не успеем. Придется принимать бой. По местам!
В этот момент все на мостике, у кого были в руках бинокли, отчетливо увидели, как у противника медленно сполз вниз американский флаг и на гафель полезло развеваемое ветром бело-красное полотнище с фашистской свастикой.
– Приказывает остановиться! – крикнул сигнальщик. Над рейдером поднялось серое облачко, и почти тотчас же перед носом «Сибирякова» из воды вырос огромный белый столб от взрыва гигантского снаряда.
– Одиннадцатидюймовый, – мрачно прокомментировал артиллерист. – Этими пушками в ютландском бою немцы потопили три английских линейных крейсера. Не иначе, товарищ командир, перед нами «карманный» {2} линкор.
Больше вражеский линкор пока не стрелял. Вместо этого с него снова замигал прожектор: «Застопорить ход. Немедленно прекратить всякие переговоры. Спустить флаг!» – приказал он.
– Нет, сволочь, этого не увидишь! – закричал Качарава и со странно изменившимся от возбуждения лицом, блестя расширенными зрачками глаз, скомандовал в мегафон неожиданно высоким голосом:
– По фашистскому бандиту – огонь!
С короткими интервалами выстрелили все четыре орудия «Сибирякова». Уже после второго залпа всем стоящим на мостике стало ясно, что трехдюймовые гранаты не долетают до противника и рвутся далеко от него в воде. И тогда Качарава принял новое дерзкое решение – идти на сближение! «Сибиряков» развернулся и пошел навстречу вражескому линкору! Видимо, в первые минуты на фашистском рейдере были ошеломлены неслыханной отвагой старенького ледокольного парохода, потому что орудия, угрожающе нацеленные на него, не стреляли.
Второй залп рейдера сбил только фор-стеньгу. Зато третий страшный удар тяжелого снаряда потряс судно. Качарава увидел крутящиеся в воздухе ящики, бревна, переломленный надвое вельбот. На палубе ярко вспыхнули языки пламени, умолкли оба кормовых орудия. «Сибиряков» потерял управление и беспомощно закрутился на месте.
От какофонии звуков звенела и туманилась голова. Высоко и часто тявкали уцелевшие на носу «сорокапятки», истерически лаяли привязанные к ограждению собаки, жалобно и испуганно мычали коровы, метались в загоне свиньи. Радист в рубке торопливо выстукивал очередное донесение на Диксон: «Нас обстреливают... Горим...»
Едкий дым стал заполнять радиорубку. Через несколько минут удалось перейти на ручное управление. «Сибиряков» снова повернул к острову, поставив дымовую завесу.
Очередной залп обрушился на носовую часть судна, заставленную бочками с бензином. Огненные потоки потекли по палубе, стали стекать за борт и в трюм. Между носовой батареей и мостиком образовалась стена огня. Горели надстройки. Одна за другой со страшным грохотом взрывались железные бочки с горючим. Матрос Малыгин упал в бензин и сейчас, в пылающей одежде, пытался сбросить за борт вот-вот готовые взорваться ящики с боеприпасами. Палуба представляла собой груду развороченного дерева и металла. Тут же лежали растерзанные тела членов экипажа. С оглушительным шумом полетела на борт труба.
Качарава видел, как немногие оставшиеся в живых матросы на кормовой палубе предпринимали героические, но безуспешные попытки спасти пароход. Ледяная вода через пробоины рвалась в машинное отделение, в трюмы и каюты. Старпом Сулаков с несколькими матросами под разрывами снарядов среди дыма и пламени старался спустить на воду шлюпки. Но сделать им это не удалось – шлюпбалки были перебиты, сами шлюпки изрешечены осколками.
Ветеран Арктики отважный «А. Сибиряков» погибал. Объятый огнем и дымом, потерявший скорость, осевший на корму, он был прекрасной мишенью для артиллеристов рейдера, и те хладнокровно и методично расстреливали беспомощный пароход. Упрямо продолжала стрелять единственная уцелевшая на борту ледокола носовая пушка. Чудом, оставшись в живых среди моря огня, взрывов, потоков ледяной воды, рева обезумевших животных, стонов и проклятий, командир орудийного расчета старшина Дунаев и кочегар Вавилов посылали в сторону врага из горячего, с облупившейся шаровой краской ствола «сорокапятки» снаряд за снарядом.
Качарава рванул ручку машинного телеграфа. Она пошла неожиданно легко. Не было и звонка. Стало ясно – связь с машиной прервалась, телеграф тоже не работал. Тогда старший лейтенант закричал в трубу что было сил:
– Эй, в машине!
Оттуда еле слышный голос старшего механика ответил:
– Машину заливает. Котлы потушены. Жду приказаний.
– Выводи людей. Открывай кингстоны. Будем топить корабль.
В ту же минуту новый залп накрыл «Сибирякова». Высоко взлетели обломки деревянной палубы, фальшборта, остатки последнего носового орудия. Старпома Сулакова сбросило за борт. Старшину Дунаева швырнуло в открытый люк носового погреба. Качарава стоял в правом крыле рубки, тяжело прислонившись к обвесу. Он был в тельняшке, с наганом на поясе. В окровавленной, висевшей как плеть руке зажата погасшая трубка. Еще один шрапнельный снаряд разорвался над самой палубой – и Качарава, схватившись за живот, рухнул в беспамятстве на подставленное рулевым плечо.
В единственную чудом уцелевшую, заваленную обломками шлюпку, которая лежала на ботдеке, спустилось человек двадцать. Туда же перенесли и тяжелораненого командира. Комиссар Элимелах и старший механик Бочурко остались на судне.
На волнах рядом со шлюпкой покачивалось тело. Оно держалось на воде лишь благодаря образовавшемуся в одежде воздушному пузырю. Его подняли в шлюпку. Моряк был мертв. За пару десятков минут пребывания в воде тело его стало твердым, как лед.
Капитан 1-го ранга Больхен смотрел, как беспомощно вертится на месте, потеряв ход и накренившись, гибнущий «Сибиряков». «Адмирал Шеер» медленно подходил к нему. Густой черный дым, перемешанный с облаком относимой ветром дымзавесы, скрывал от столпившихся на палубе тяжелого крейсера матросов последние минуты жизни ледокольного парохода.
Больхен был раздосадован, что снова остался ни с чем – ни сведений о ледовой обстановке, ни данных о месте нахождения караванов, ни карт, ни кодов получить, он понимал, так и не удастся. А потопление старого пароходика не принесет ему славы. Было совершенно очевидно и другое. После боя с «Сибиряковым» о появлении «Адмирала Шеера» в Карском море стало известно всей Арктике. Ни о какой неожиданности для русских сейчас не могло быть и речи. Перестали быть тайной и его координаты. Но, странное дело, сейчас он думал больше не об этом. За свою многолетнюю службу на флоте Больхен успел повидать немало морских сражений. От очевидцев он слышал много рассказов, как спускали флаг и сдавались, покидая судно и садясь в шлюпки, моряки не только быстроходных транспортов и хорошо вооруженных вспомогательных судов, но и экипажи настоящих военных кораблей, едва «Адмирал Шеер» делал предупредительный залп из орудий главного калибра. А этот старенький русский пароходик, полузатопленный, горящий, обреченный на верную гибель, ни за что не хотел сдаваться. Будто люди на его борту не понимали, что, очутившись в ледяной воде с температурой не выше двух градусов тепла, они, спустя десять минут, окоченеют и пойдут на дно. Будто они твердо знали, что впереди у них есть еще одна, другая и лучшая жизнь. Нет, честно говоря, он не понимал их. И все же в глубине души Больхен не мог не преклоняться перед мужеством русских.
– Спустите вельбот с вооруженными людьми и подберите всех уцелевших {3}, – приказал он старшему офицеру.
Тот удивленно взглянул на командира, но, ничего не сказав, отдал необходимые распоряжения.
Едва вельбот отошел от борта «Адмирала Шеера», как «Сибиряков» стал сильнее и сильнее оседать па корму и, задрав кверху нос, быстро ушел под воду.

{1} По некоторым документальным источникам – «Сисияма». – Прим. ред.
{2} «Карманными» линкорами называли небольшие по водоизмещению (не свыше 12 тыс. т.), но вооруженные броней и артиллерией линкоров корабли. – Прим. ред.
{3} Из ста четырех человек в живых осталось только восемнадцать. Семнадцать попали в плен, а одному, кочегару П.И. Вавилову удалось выбраться на пустынный остров Белуха, где прожил месяц, пока не был снят оттуда самолетом полярной авиации. – Прим. ред.
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3169
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Бой л/п "А. Сибиряков" с линкором "Адмирал Шеер" в книгах

Сообщение Сергей Шулинин » 17 Апрель 2012 11:19

Не хотел комментировать, но не удержался. Предыдущее произведение уж слишком в "ура-патриотическом" стиле. К остальному вроде не придирешься, автор имеет право на свое видение событий.
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3169
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Бой л/п "А. Сибиряков" с линкором "Адмирал Шеер" в книгах

Сообщение Сергей Шулинин » 17 Апрель 2012 11:21

Диксон – снежной Арктики столица: сборник статей. / Научный редактор В.Г. Реданский. Красноярск: Красноярское книжное издательство, 2005. С 97-98.

Последний парад «А. Сибирякова»


Ледокольный пароход «А. Сибиряков» вышел с Диксона 24 августа в свой второй снабженческий рейс в навигацию 1942 года. Первый рейс его начался в конце июля с Диксона, куда он прибыл из Архангельска 26 июля. «Сибиряков» доставил необходимые грузы зимовщикам полярных станций островов Правда, Тыртов, Русский и Уединения. В ставшую уже давно роковой для него родную гавань Диксон он возвратился из плавания 18 августа.
В новый рейс «Сибиряков» принял на борт 567 тонн груза (среди него имелась даже живность, в том числе коровы – живое мясо для полярников) и 420 тонн угля.
В плавание отправилось 104 человека: помимо экипажа, на судне имелась военная команда из 32 краснофлотцев и старшин, двух офицеров и пассажиры – несколько групп зимовщиков и группа строителей, отправлявшихся на полярные станции мыса Оловянного в проливе Шокальского, острова Домашний (архипелаг Седова) и мыса Молотова {103} (остров Комсомольский, Северная Земля). Возглавлявший экипаж «А. Сибирякова» Анатолий Алексеевич Качарава с началом войны был призван из запаса и имел воинское звание старший лейтенант.
На Диксоне не только хорошо знали историческое краснознамённое {104} судно, но и многих, если не большинство, его «пассажиров». Поэтому проводы были с особой теплотой, И хотя время было тревожное, ничто, казалось, не предвещало беды. Даже погода способствовала: ясная, тёплая. Благоприятствовала и ледовая обстановка.
И вот неожиданно одно за другим стали поступать тревожные сообщения. Первое – о встрече у острова Белуха с неизвестным крупным военным кораблём. Когда расстояние между неизвестным кораблём и советским судном уменьшилось (это произошло в 13 часов 17 минут), начались взаимные запросы о национальной принадлежности, названии, цели рейса. Вначале «незнакомец» назвался «Тускалуза» (такой американский крейсер действительно находился в Баренцевом море). Потом сменил название на невнятное: не то «Сисияма», не то «Сясьма». Наконец он поднял на стеньге американский флаг. Многократно повторялись вопросы о ледовой обстановке и местонахождении караванов. «Диалог» длился 20 минут.
Почуяв недоброе, а точнее, сообразив, что перед «Сибиряковым» враг, старший лейтенант А.А. Качарава решит попытаться укрыться за островом Белуха. Но когда стало ясно, что это сделать не удастся из-за разницы в скорости хода, развернул ледокольный пароход навстречу неприятелю, чтобы принять бой.
Последний семафор с корабля носил характер приказа: «Застопорить машины! Спустить флаг!».
Начавшийся бой с самого начала предвещал для советского судна трагический исход. Что мог противопоставить «Сибиряков» мощной артиллерии германского корабля (а им был тяжёлый крейсер «Адмирал Шеер»)? Только два своих 76-мм и два 45-мм орудия. По существу предстоящая расправа пирата над слабой жертвой. Не помогла и постановка дымовой завесы. После пристрелочных выстрелов, сделанных с расстояния 56 кабельтовых, пиратский корабль обрушил всю мощь своей носовой башни на «Сибирякова». Залпы следовали один за другим. Всего «Шеер» выпустил 27 снарядов. Сперва на «Сибирякове» была снесена фор-стеньга. Затем снаряды поразили артиллерийский расчёт на корме, подожгли бочки с горючим на носу, вывели из строя машину, разбили радиорубку. Получил ледокольный пароход и подводные пробоины в носовой части корпуса. Погибло немало людей. Многие раненые истекали кровью. Но «Сибиряков» не сдавался, продолжая отстреливаться из кормового орудия. Большое количество стройматериала не давало судну уйти в пучину.
Всё это время до самого последнего момента радист передавал в эфир открытым текстом сообщения о ходе боя. На крейсере включили систему радиопомех, но отдельные отрывки тревожных сообщений услышали и на Диксоне, и на судах, преодолевающих льды Карского моря. Тайну операции «Вундерланд» сохранить не удалось. Последний раз «Сибиряков» передал в эфир очень короткое сообщение: «Помполит приказал покинуть судно. Горим, прощайте!..».
К тому времени расстояние между германским рейдером и советским судном сократилось до 22 кабельтовых. Трезво оценив обстановку, тяжелораненый и контуженный старший лейтенант А.А. Качарава отдал приказ открыть кингстоны {105}, а оставшимся в живых спасаться на шлюпках. В первую из них посадили женщин, но, отходя от погружающего судна от разрыва снаряда, она перевернулась, и все находящиеся в ней женщины погибли. К другой, в которую сняли потерявшего сознание командира, направился спущенный с «Шеера» мотобот с автоматчиками. 18 (по другим данным, 19) {106} сибиряковцев гитлеровцам удалось захватить в плен. Сначала их поместили в лагерь на территории Норвегии, затем перевезли в Данциг. После освобождения Польши 13 человек вышли на свободу. Некоторым удалось даже ещё повоевать. А.А. Качарава прошёл через фильтрационный лагерь. К нему у наших следователей не оказалось никаких претензий.
Единственный сибиряковец, кому удалось избежать плена, был котельный машинист П.И. Вавилов.
После гибели судна он сначала плавал на бревне. Потом забрался в брошенную немцами шлюпку, догрёб до острова Белуха и прожил там 34 дня. Несколько раз мимо острова проходили суда, пролетали самолёты. Наконец, Вавилова обнаружили сначала с парохода «Сакко», затем лётчик И.И. Черевичный. Прилетев ещё раз, он сбросил продукты, патроны, тёплую одежду. И, наконец, с трудом в непогоду снял отважного «полярного робинзона» с острова. 29 сентября доставил на Диксон. Здесь Вавилов после того, как его «отогрели», рассказал о последних днях жизни «А. Сибирякова». В дальнейшем Павел Иванович много лет плавал по своей же специальности на судах и удостоился награждения Золотой Звездой Героя Социалистического Труда и орденом Ленина.
Но вернемся к хронологическому изложению событий.
Связь береговых станций с «А. Сибиряковым» прекратилась в 13 часов 49 минут. Напрасно лучший радист Диксона Александр Веремей {107} (впоследствии чемпион СССР по скорости работы «на ключе») непрерывно вызывал «Сибирякова». Эфир молчал. А потом по приказанию А.И. Минеева с 14 часов 07 минут стал передавать: «Всем! Всем! Всем! Для сведения командирам кораблей, находящихся в Карском море. В районе побережья Харитона Лаптева появился крейсер противника! Всем находящимся в море судам прекратить работу на передачу».
В 15 часов 45 минут на «Шеере» перехватили новую радиограмму за подписью А.И. Минеева, в которой всем судам ещё раз сообщалось о наличии в Карском море неприятельского корабля.
Когда связь с «Сибиряковым» прекратилась, с Диксона был послан самолёт осмотреть район боя.
«Ежедневно, вплоть до 31 августа, лётчики Черевичный и Каминский осматривали воды и побережье в надежде найти кого-нибудь из экипажа погибшего судна, – напишет в своих воспоминаниях «Из записок военных лет» А.И. Минеев. – Попытки ничего не дали. На полярных станциях также следили за определёнными пространствами воды и суши, чтобы оказать помощь людям с «Сибирякова», если они появятся. Но, увы, их не было!». {108}.
Позднее в район гибели «Сибирякова» Штаб морских операций направил гидрографическое судно «Якутия». Его экипаж тщательно обследовал остров Белуха, западную оконечность острова Нансена в архипелаге Норденшельда и полуостров Де-Колонга на берегу Харитона Лаптева. В результате моряки обнаружили целый ряд предметов, принадлежащих ледокольному пароходу, и останки члена его команды Колкуновой {109}.

{103} В 1952 году решением Красноярского крайисполкома мыс Молотова переименован в мыс Арктический.
{104} 17 декабря 1932 года постановлением Президиума ЦИК СССР после успешного первого в истории арктического мореплавания сквозного рейса по трассе Севморпути в одну навигацию ледокольный пароход «А. Сибиряков» был награжден орденом Красного Знамени, а не Трудового Красного Знамени, как говорится в исторической литературе.
{105} Кингстон – клапан в подводной части, служащий для доступа заборной воды внутрь.
{106} В зарубежной печати можно встретить и другую цифру. Так, Ю. Майстер в опубликованной в «Марине Рундшау» статье «Операция «Вундерланд» (1955, № 1) называет 28 пленных сибиряковцев.
{107} В своей книге «Лёд и пламень» (М„ 1977. С. 286) И.Д. Папанин, вспоминая о встречах на Диксоне, напишет: «Особенно прославился своей виртуозной работой молодой весёлый радист с Диксона Саша Веремей...».
{108} Цит. по: Летопись Севера. 1964. Т. IV. С. 43.
{109} Сергеев А.А. Германские подводные лодки в Арктике 1941 – 1942. С. 223.
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3169
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Бой л/п "А. Сибиряков" с линкором "Адмирал Шеер" в книгах

Сообщение Сергей Шулинин » 17 Апрель 2012 11:28

Не буду комментировать текст Николая Дождикова, хотя есть что комментировать. Скажу о моих взаимоотношениях с этой книгой. Я ее так всю и не прочитал. Но если в моей голове пронесется мысль: "А дай-ка я посмотрю книгу Дождикова", - то обязательно в ней что-то нахожу интересное. Правда, было это раза четыре. Но все-таки - тенденция однако.

Дождиков Н.Р. В эфире Арктика. М.: Советская Россия, 1967. С. 180-181.

…За два дня до нападения на Диксон рейдер потопил пароход «Сибиряков», шедший на Северную Землю сменять зимовщиков. Сибиряковцы не дрогнули перед сильным врагом, приняли неравный бой {1}. Тогда на Диксоне еще никаких подробностей об этом бое не было известно. Считалось, что сибиряковцы все до одного погибли. Мне искрение было жаль капитана «Сибирякова» Анатолия Алексеевича Качараву, красивого, удивительно жизнерадостного, влюбленного в Арктику кавказца.
На «Сибирякове» находился мой старинный друг и коллега Владислав Иванович Грачев, которого двадцать лет назад, больного, цинготного, мы вывозили с полярной станции Маре-Сале.
26 сентября на Диксон с востока пришел пароход «Садко». Его капитан сообщил в штаб, что на острове Белуха видели человека. Шторм помешал спустить шлюпку и забрать его. Туда был послан самолет М. Н. Каминского. Пилот нашел этого человека, но сесть на воду также не смог и, сбросив ему продовольствие и спальный мешок, возвратился. Через два дня летчик И. И. Черевичным доставил кочегара «Сибирякова» Павла Вавилова. Он про жил на острове более тридцати суток.
Я присутствовал при разговоре Вавилова с работниками радиоцентра. Он еще толком не пришел в себя, многое путал, говорил бессвязно. Это и понятно: провести больше месяца в одиночестве, голодать и мерзнуть – такое не каждый выдюжит. Из рассказа Вавилова можно было представить в общих чертах героическую картину гибели «Сибирякова». Запись его рассказа, сделанная мною, совпадает с тем, что писали Е. Сузюмов, Л. Н. Новиков и А. Тараданкин. Но я обратил внимание на такой факт. Авторы утверждают, что Вавилов выбрался на остров один с собакой. В моих же записях сказано, что он выбрался на берег вдвоем с Грачевым и что через десять дней Грачев погиб при встрече с белым медведем. Кто ошибся, я так и не знаю.
О том, что Качарава и с ним еще несколько сибиряковцев остались в живых, я узнал только в конце войны. Оказывается, гитлеровцы захватили их в плен, увезли в Норвегию, затем переправили в Польшу, где их освободили советские воины.

{1} О героизме сибиряковцев, повторивших подвиг своих отцов, моряков крейсера «Варяг», написаны книги:
М.И. Белов. Путь через Ледовитый океан. М., «Водный транспорт», 1963.
Л. Новиков, А. Тараданкин. Сказание о «Сибирякове». Документальная повесть. М., «Молодая гвардия», 1961.
Е.М. Сузюмов. Подвиг экипажа ледокольного парохода «Сибиряков». Летопись Севера, т. II. М., Географиздат, 1957.
Е.М. Сузюмов. Подвиг «Сибирякова». М., Воениздат, 1964.
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3169
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Бой л/п "А. Сибиряков" с линкором "Адмирал Шеер" в книгах

Сообщение Сергей Шулинин » 17 Апрель 2012 11:30

А.И. Минеев. Из записок военных лет. Летопись Севера. Том 4, 1964 г., с.38-55.
viewtopic.php?f=52&t=1766&p=13795#p13795

…«Адмирал Шеер», обогнув мыс Желания, вошел в Карское море 18 августа. Первоначальные поиски дальнейшего прохода на восток оказались тщетными. С 20 августа линкор стал посылать самолет для ледовой разведки и одновременно для поиска каравана судов. В середине дня 23 августа самолет обнаружил южнее острова Гелланд-Гансен 10 транспортов, стоящих на якорях (4). Это были наши суда, ожидавшие улучшения ледовой обстановки для прохода в море Лаптевых [8].
Командир рейдера не решился пройти к каравану без дополнительной ледовой разведки. Погода не благоприятствовала полетам. 25 августа, при возвращении из неудачной разведки, самолет во время посадки потерпел аварию и по приказу командира был уничтожен. Второго самолета на корабле не было. Попытка форсировать льды без авиаразведки чуть было не привела к пленению корабля льдами. В конце концов, командир отказался от мысли уничтожить караван и пошел на юго-запад, рассчитывая по пути встретить какие-либо наши суда. Действительно, 25 августа после 12 часов в районе острова Белуха с «Шеера» в расстоянии примерно 35 километров был усмотрен советский пароход. Командир рейдера решил его атаковать.
Это был ледокольный пароход «Сибиряков». Накануне, то есть утром 24 августа, он вышел из порта Диксон вторым рейсом с грузами для снабжения полярных станций и сменой зимовщиков для этих же станций. 25-го после полудня с «Сибирякова» тоже увидели неизвестный военный корабль. Капитан «Сибирякова» Анатолий Алексеевич Качарава немедленно сообщил об этом на Диксон и просил следить за ним.
Спустя несколько минут радиостанция «Сибирякова» передала, что с неизвестного корабля запрашивают сведения о ледовой обстановке. Качарава со своей стороны спросил, с кем он имеет дело. Ему ответили, что корабль именуется «Сисиама». Качарава развернул судно и стал уходить к берегу. На «Шеере» поняли этот маневр и, чтобы не дать пароходу укрыться за прибрежными островками, развили скорость в 24 узла. Последовало требование спустить флаг и сдаться, но Качарава, посоветовавшись со своими товарищами, открыл артиллерийский огонь. Младший лейтенант Семен Федорович Никифоренко вел огонь из «главного калибра» ледокольного парохода – кормовой 76-миллиметровой пушки. В ответ с рейдера ударили из 280-миллиметровых орудий.
На «Сибирякове» попытались поставить дымовую завесу, но ветер относил дым в сторону и завеса не получалась. Несколько снарядов попали в судно. На борту оказались убитые и раненые, возник пожар. Была разрушена радиорубка. В 13 часов 49 минут связь береговых станций с «Сибиряковым» прекратилась.
Позже мы узнали, что пламя сразу охватило судно, так как на палубе находилось много жидкого горючего. Одним из попаданий был разбит паровой котел, судно сбавил ход, а затем совсем остановилось. Капитана тяжело ранило. По его приказу старший механик Николай Григорьевич Бочурко открыл кингстоны, и пароход стал погружаться. Оставшиеся в живых столкнули на воду шлюпку и перебрались в нее, туда же перенесли раненого капитана. Несколько человек бросились в море и пытались добраться к берегу на подручных средствах – бревнах и досках.
Немцы сняли с шлюпки и извлекли из воды 19 человек (по некоторым иностранным источникам – 28 человек), в том числе находившегося в бессознательном состоянии капитана Качараву. Зарубежные сообщения, основанные на немецких источниках, отмечают, что «из числа русских были и такие, которые сопротивлялись, когда их пытались спасти» [8], то есть извлечь из воды на шлюпку, спущенную с рейдера. Сама мысль о плене была столь горька для полярных моряков, что они предпочитали плену смерть.
О первых этапах боя «Сибирякова» с «Шеером» на Диксоне знали из телеграмм Качаравы. О них немедленно докладывали в Архангельск начальнику Главсевморпути. Когда связь с «Сибиряковым» прекратилась, с Диксона был послан самолет осмотреть район сражения.
Ежедневно, вплоть до 31 августа, летчики Черевичный и Каминский осматривали воды и побережье в надежде найти кого-нибудь из экипажа погибшего судна. Поиски ничего не дали. На полярных станциях также тщательно следили за определенными пространствами воды и суши, чтобы оказать необходимую помощь людям с «Сибирякова», если они появятся. Но, увы, их не было!
Только через месяц с необитаемого острова Белухи был снят единственный сибиряковец, избежавший плена, – кочегар П. И. Вавилов.
Уничтожив «Сибирякова», вражеский рейдер обнаружил себя. Так как эффект его прорыва в Карское море был явно невелик, то командир рейдера решил отличиться, осуществив налет на порт Диксон. Из перехваченной радиопереписки он уяснил, что это очень важный пункт Северного морского пути.
Налету на район Диксона предшествовали события, о которых необходимо рассказать.
Еще 24 августа в 16 часов 55 минут командование морскими операциями на Диксоне получило от начальника Главсевморпути И. Д. Папанина уведомление, что в ближайшее время возможно проникновение в Карское море карманного гитлеровского линкора. Эта предупреждающая телеграмма была немедленно сообщена всем судам, находившимся в море, и всем полярным станциям…

[8] Стеенсен Р. С. Северный морской путь. Копенгаген, 1957. (Перевод с датского Е. Н. Сорочко. Рукопись хранится в фондах ААНИИ. Гл. 22, стр. 369—439. «Военно-политические события на трассе Северного морского пути».)
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3169
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Бой л/п "А. Сибиряков" с линкором "Адмирал Шеер" в книгах

Сообщение Сергей Шулинин » 17 Апрель 2012 11:35

Л. Новиков, А. Тараданин. Сказание о "Сибирякове".
Можно почитать здесь viewtopic.php?f=74&t=4658
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3169
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Бой л/п "А. Сибиряков" с линкором "Адмирал Шеер" в книгах

Сообщение Сергей Шулинин » 17 Апрель 2012 14:10

История Второй мировой войны 1939-1945: в 12 т. М.: Военное издательство МО СССР, 1975. – Том пятый.
Карта. Борьба на коммуникациях в арктических морях. Апрель-ноябрь 1942 г.

 16.jpg
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3169
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Бой л/п "А. Сибиряков" с линкором "Адмирал Шеер" в книгах

Сообщение Сергей Шулинин » 17 Апрель 2012 19:52

Доценко В.Д. Морские битвы России XVIII-XX веков: издание третье, дополненное. / под редакцией профессора, адмирала В.Н. Поникаровского. СПб.: Полигон, 2005. С. 180.

...16 августа 1942 года «Адмирал Шеер» вышел из Нарвика. Обогнув с севера Новую Землю, рейдер проник в Карское море. На борту крейсера имелся гидросамолет «Арадо», совершивший с 19 по 24 августа 11 разведывательных полетов. 24 августа немецкий гидросамолет был обнаружен нашими полярниками с острова Гейберга, однако донесение не получило должной оценки ни в штабе флота, ни в штабе Беломорской военной флотилии. В этот же день немецкая подводная лодка на подходах к Диксону потопила транспорт «Куйбышев». Судно погибло со всем экипажем.
В ночь на 25 августа во время очередного разведывательного полета немецкий самолет разбился. Для «Адмирала Шеера» это была тяжелая утрата. Днем с рейдера обнаружили советский ледокольный пароход «Александр Сибиряков», который шел на Северную Землю с имуществом для полярников. Фашистский корабль поднял американский флаг и потребовал сообщить ледовую обстановку в проливе Вилькицкого и место конвоя. Но командир «Александра Сибирякова» старший лейтенант А. А. Качарава опознал крейсер и открытым текстом передал радиограмму на Диксон о встрече с немецким рейдером. Неравный бой длился около 20 минут...
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3169
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Бой л/п "А. Сибиряков" с линкором "Адмирал Шеер" в книгах

Сообщение Сергей Шулинин » 17 Апрель 2012 19:55

Руге Ф. Война на море. 1939-1945 гг. Пер с нем. СПб.: Полигон, 1998. С. 257,258.


...Германские полярные операции. Во второй половине августа броненосец «Адмирал Шеер» (капитан 1 ранга, впоследствии вице-адмирал Меендсен-Болькен) обошел с севера Новую Землю и проник в Карское море, чтобы перехватить один из русских конвоев, шедших от Берингова пролива. Это не удалось из-за тумана и невозможности использовать корабельные самолеты. «Шеер» потопил мужественно и искусно сопротивлявшийся большой ледокол и повредил еще один ледокол, а также ряд других судов при обстреле им 28 августа крупной базы Диксон в устье Енисея{1}...

{1} Все это не соответствует действительности.



Сноска не редакторская. А что конкретно не соответствует действительности? «Шеер», что, вообще ничего не топил или не был в Карском море?


Руге, Фридрих Ruge, Friedrich
Война на море. 1939-1945
Сайт «Военная литература»: militera.lib.ru
Издание: Руге Ф. Война на море. 1939-1945., — М.: АСТ, СПб.: Полигон, 2000
Оригинал: Ruge F., Der Seekrieg 1939-1945. — Stuttgart, 1954.
Книга на сайте: militera.lib.ru /h/ruge/index.html
Иллюстрации: militera.lib.ru /h/ruge/ill.html
OCR, правка, оформление: Hoaxer (hoaxer@mail.ru)
{1} Так помечены ссылки на примечания.
[1] Так помечены страницы, номер предшествует.
Руге Ф. Война на море. 1939-1945. / Перевод В.Я. Голанта. — М.: АСТ, СПб.: Полигон, 2000
Аннотация издательства: Настоящая книга является одним из первых трудов по истории Второй мировой войны, в котором дается описание событий на всех морских театрах военных действий в период 1939-1945 гг. Книга написана на основе документов и материалов, значительная часть которых неизвестна российскому читателю. Автор использовал также воспоминания ряда руководящих деятелей германского флота — участников второй мировой войны. Книга рассчитана на военных специалистов и широкий круг читателей.
Hoaxer: Текст по изданию — Руге Ф. Война на море 1939-1945. Пер. с нем. М., 1957., разбивка страниц по Руге Ф., Война на море. 1939-1945., — М.: АСТ, СПб.: Полигон, 2000.

Театры войны с Россией. Полярные моря в 1942 г.

…Германские полярные операции. Во второй половине августа броненосец «Адмирал Шеер» (капитан 1 ранга, впоследствии вице-адмирал Меендсен-Болькен) обошел с севера Новую Землю и проник в Карское море, чтобы перехватить один из русских конвоев, шедших от Берингова пролива. Это не удалось из-за тумана и невозможности использовать корабельные самолеты. «Шеер» потопил мужественно и искусно [258] сопротивлявшийся большой ледокол и повредил еще один ледокол, а также ряд других судов при обстреле им 28 августа крупной базы Диксон в устье Енисея{79}…

{79} Всё это не соответствует действительности. — Ред.


Здесь это редакторская ссылка. Интересно, что хотел редактор этим сказать? А где можно посмотреть оригинальный текст?
Кто умер, но не забыт, тот бессмертен. Тот, кто не дал забыть, – сам сделал шаг к бессмертию.
Аватара пользователя
Сергей Шулинин
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 3169
Зарегистрирован: 07 Июнь 2008 16:34
Откуда: г. Салехард

Пред.След.

Вернуться в Международная поисковая операция "А. Сибиряков"



Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2

Керамическая плитка Нижний НовгородПластиковые ПВХ панели Нижний НовгородБиотуалеты Нижний НовгородМинеральные удобрения