«Деятельный» эскадренный миноносец

Списки личного состава, документы, описания судов и кораблей.
Изображение
31 июля 2012 года исключен из Регистровой книги судов и готовится к утилизации атомный ледокол «Арктика».
Стоимость проекта уничтожения "Арктики" оценивается почти в два миллиарда рублей.
Мы выступаем с немыслимой для любого бюрократа идеей:
потратить эти деньги не на распиливание «Арктики», а на её сохранение в качестве музея.

Мы собираем подписи тех, кто знает «Арктику» и гордится ею.
Мы собираем голоса тех, кто не знает «Арктику», но хочет на ней побывать.
Мы собираем Ваши голоса:
http://arktika.polarpost.ru

Изображение Livejournal
Изображение Twitter
Изображение Facebook
Изображение группа "В контакте"
Изображение "Одноклассники"

«Деятельный» эскадренный миноносец

Сообщение [ Леспромхоз ] » 22 Апрель 2012 12:52

© Щедролосев В.В. Эскадренный миноносец «Деятельный».
«Мидель-шпангоут». Выпуск 2.
Изд-во «Гангут», Санкт-Петербург, 2001.

ПОСЛЕДНИЙ ПОХОД «ДЕЯТЕЛЬНОГО»
 27.jpg
 28.jpg
 29.jpg
 30.jpg
 31.jpg
 32.jpg
 38.jpg
 39.jpg
В связи с затруднениями в обеспечении продовольствием Печенгской ВМБ, командование Северного флота выделило два эсминца для срочной доставки продуктов питания в порт Лиинахамари. В Ваенге «Жесткий» и «Деятельный» приняли на борт значительное количество продовольствия и 7 января вышли в море. Доставив продукты, на обратном пути, в 5 милях к северу от маяка Вайдагубский, они гидролокатором обнаружили подводную лодку противника, которую тут же атаковали глубинными бомбами, после чего контакт с ней был утрачен, а корабли продолжили путь в Кольский залив.
13 января в Баренцевом море разыгрался сильный шторм. Ветер достигал ураганной силы, волнение моря — от 8 до 9 баллов, резко упала температура воздуха, море запарило, видимость ограничивалась несколькими кабельтовыми, периодически зарядами шел снег. Вблизи мурманского берега действовало три-пять подводных лодок противника: две фиксировались почти ежедневно в районе главной базы, одна — в районе Иоканьги; обнаруживались лодки и в северной части Белого моря. Известно было, что у северо-восточного берега Северной Норвегии на позициях находилось не менее четырех лодок.
Между тем предстоял очень ответственный конвой из Кольского залива в Белое море. Командование флотом и эскадрой приказало провести по курсу конвоя поиск вражеских лодок. 13 января эсминцы «Грозный» и «Жесткий» вышли из Кольского залива и строем фронта прошли до Иоканьги и обратно, ведя поиск радиолокатором и гидроакустической станцией. Неприятельских подлодок, вроде бы, не было. Впоследствии некоторые специалисты высказывали мысль о том, что этот поиск проводить не следовало: обнаружить подводную лодку гидро- и радиолокатором в бушующем море проблематично, а вот противник мог догадаться, что делается это в такую непогоду неспроста.
Шесть американских транспортов с очень ценным грузом и два танкера с авиационным бензином требовалось срочно перевести из Кольского залива в беломорские порты. Штаб флота спланировал операцию, в которой участвовали многие соединения. Предполагалось, что эскорт конвоя составят лидер «Баку», шесть эскадренных миноносцев и шесть охотников типа БО-2. Однако из-за неутихающего шторма выход охотников отменили, выделив вместо них дополнительно два эсминца.
Автор этих строк в то время служил на «Живучем», который только 12 января пришел с моря. Корабль стоял в Полярном в двухчасовой готовности. Погода была отвратительная; другие миноносцы нашего дивизиона готовились к выходу в море, и мы им откровенно сочувствовали. Меня вызвал командир 2-го дивизиона капитан 2 ранга Михаил
Дмитриевич Осадчий и приказал прибыть на эсминец «Деятельный», на котором он собирался выходить в море. Михаил Дмитриевич страдал гидроаденитом, перепробовал все известные тогда методы лечения, но улучшения не было. Однажды я предложил ему полечиться морской водой, и вскоре появились обнадеживающие результаты.
О приказании комдива я тут же доложил командиру своего корабля и старшему помощнику, они не возражали — ведь «Живучий» не собирался выходить в море. Но мы еще не закончили разговор, как командира корабля капитана 3 ранга А. И. Шумилова по телефону срочно вызвали в штаб флота.
— Жди меня! — успел сказать он уже на ходу.
А когда, буквально через несколько минут, возвратился — приказал играть «Боевую тревогу». Личный состав разбежался по боевым постам и доложил о готовности. По телефону и переговорным устройствам прозвучала команда «Корабль экстренно к бою и походу изготовить». Вскоре пришел и комдив. Михаил Дмитриевич попросил сделать перевязку, после чего сказал, что мы все выходим в море (он — на «Жестком»).
16 января в 13 ч корабли начали выходить из Екатерининской гавани через Палагубский выход в Кольский залив. Транспорты конвоя выходили со стороны Мурманска. В 13 ч 30 мин конвой КБ-1 (шесть американских транспортов, два танкера) вышел из Кольского залива, эскортируемый лидером «Баку» и эсминцами «Грозный», «Разумный», «Живучий», «Жесткий», «Дерзкий», «Доблестный», «Достойный» и «Деятельный». Транспорты шли тремя колоннами, головным — лидер «Баку» с командиром конвоя, начальником штаба эскадры капитаном 1 ранга А. М. Румянцевым на борту. Правым мателотом ордера на дистанции 15 кб следовали «Разумный», «Дерзкий», и «Деятельный»; расстояние между кораблями было 8-10 кб. Мористее, слева ордера, головным шел «Грозный», за ним «Жесткий» и затем «Живучий». Еще мористее, в свободном маневре, следовали «Доблестный» и «Достойный».
Погода с каждым часом ухудшалась: все чаще налетали снежные заряды, видимость становилась нулевой, а качка была такая, что многие молодые моряки вышли из строя. Ветер выл, подхватывал гребешки волн и обрушивал их на корабли. Началось обледенение. На траверзе острова Кильдин командир «Жесткого» капитан 3 ранга А. К. Щербаков доложил командиру конвоя: «Имею контакт с подводной лодкой, выхожу в атаку». В море послышались взрывы глубинных бомб. В результате лодка отвернула от конвоя.
В 20 ч 30 мин, к северу от губы Рында, эсминец «Деятельный» радиолокатором на курсовом углу 30° правого борта обнаружил на дистанции 28 кб «малую цель», шедшую со стороны берега наперехват конвоя. Командир эсминца капитан-лейтенант К. А. Кравченко приказал увеличить ход до полного, повернул на «малую цель» и доложил по УКВ командиру конвоя о своих действиях. Когда расстояние до цели сократилось до нескольких кабельтовых, в фосфоресцирующем следе обнаружили погружающуюся подводную лодку. Командир приказал: «Самый полный вперед» — пытаясь, по-видимому, форштевнем достать ее. Лодка успела погрузиться, но на нее была сброшена большая серия бомб. Корабль пошел на разворот для повторного бомбометания. В конце разворота, когда «Деятельный» уже заканчивал циркуляцию, в корме эсминца произошел взрыв.

... Прошло много лет, и вот я, по заданию Совета ветеранов эскадры Северного флота, разыскиваю бывших североморцев, героически сражавшихся в ее строю в годы Великой Отечественной войны. По воспоминаниям участников и очевидцев удалось реконструировать картину происходившего в бушующем Баренцевом море далекой полярной ночью 16 января 1945 года (не повремени я тогда перейти на «Деятельный», чтобы продолжить лечение комдива-2, не задержись у себя на «Живучем» по просьбе своего командира дождаться его возвращения — кто знает, оказался бы я в числе тех, кому суждено было спастись?).
Рассказ о гибели «Деятельного» продолжает отрывок из письма Дмитрия Филипповича Корябина, бывшего старшины 2-й статьи командира отделения сигнальщиков: «Случилось это приблизительно в 20 ч 55 мин. В кормовой части раздался взрыв, напоминающий сильный щелчок. Корабль вздрогнул... затем осел на корму и потерял ход. Через несколько секунд в воде произошел повторный взрыв: по-видимому, взорвались скатившиеся с кормовых стеллажей изготовленные глубинные бомбы, кормовую часть вновь подбросило. Командир приказал осмотреться и доложить о повреждениях.
С постов, где была телефонная связь, стали поступать доклады. На эсминцах типа "Жаркий" станций АТС не было. Прямая телефонная связь через находившийся на мостике блок-переключатель была только с артиллеристами, гидроакустиком, постом энергетики, с каждой машиной, торпедным аппаратом и минерами на юте. Кроме того, переговорное устройство с машиной шло по трубам через кают-компанию.
Связисты доложили, что вышел из строя приемник-передатчик УКВ и они принимают меры для его восстановления. Телефоны на юте, торпедном аппарате, у артиллеристов 76-мм орудия не работали, обе машины на вызов не отвечали. Через некоторое время из первого машинного отделения ответили, что вторую машину заливает водой. При попытке дать ход турбина идет вразнос. Затем связисты сообщили, что связь с командиром конвоя по УКВ восстановлена. Командир "Деятельного" приказал передать командиру конвоя: "Я торпедирован. Обе машины затоплены, медленно погружаюсь. Имею крен на правый борт, стараюсь его выровнять. Принимаю меры к спасению корабля"».
Командир конвоя, получив это сообщение на борту лидера «Баку», приказал командирам эсминцев «Дерзкий» и «Живучий» оказать помощь «Деятельному».
Вспоминает капитан 1 ранга в отставке Борис Николаевич Максимов (с 18 сентября 1944 по 9 мая 1945 года — капитан 3 ранга командир эсминца «Дерзкий»): «Получив приказание командира конвоя идти на помощь "Деятельному", "Дерзкий" вышел из ордера конвоя и лег на обратный курс.
На подходе к району аварии гидроакустики обнаружили подводную лодку — атаковали ее глубинными бомбами. Только стал ложиться на курс к аварийному кораблю — вновь доклад: обнаружена подводная лодка. Иду на нее и атакую. А в 21 ч 46 мин радиометристы lокладывают:
- "Деятельный" исчез с экрана радиолокатора.
Через несколько минут подошли к месту его погружения. На воде — целое озеро мазута. Застопорили ход, чтобы не побить винтами людей. По левому борту обнаружили резиновую лодку с людьми, с правого борта — полузатопленный катер, который через несколько минут затонул. Несколько раз бросали конец на резиновую лодку, чтобы подвести ее к борту, но никто там не мог его принять. После нескольких попыток бросательный конец за что-то зацепился, но при первой же попытке подтянуть резиновую лодку та перевернулась, и, когда ее подтянули к борту, на ней никого не было.
Бросили спасательные круги, но ими никто не смог воспользоваться: измученные непосильной борьбой со стихией, попав в воду с низкой температурой, люди быстро тонули. Через некоторое время обнаружили пробковый плотик, подвели его к борту и сняли семерых совершенно окоченевших моряков, среди них оказался помощник командира эсминца "Деятельный" старший лейтенант О. М. Мачинский».
Со слов Б. Н. Максимова, дальнейший поиск плавсредств и людей результатов не принес. Подошел «Живучий», и два эсминца обследовали район катастрофы. Командир «Живучего» приказал включить боевой прожектор и осмотреть водную поверхность. Поиск подводной лодки гидролокаторами двух эсминцев результатов также не принес. Командиры доложили о своих действиях командиру конвоя, Капитан 1 ранга А. М. Румянцев приказал «Дерзкому» и «Живучему» возвращаться к конвою.
Конвой дошел до кромки льда в Белом море, где транспорты были переданы под проводку ледоколов.
О том, что происходило на торпедированном эсминце "Деятельном", рассказывает Олег Макарович Мачинский, в 1944 году служивший помощником командира «Деятельного», впоследствии контр-адмирал: «Доложив командиру конвоя обстановку, капитан-лейтенант К. А. Кравченко оставил меня на мостике, сказав, что посмотрит, что произошло. Однако вскоре он вернулся и сказал, что шкафут завален, в темноте рассмотреть ничего невозможно.
Константин Афанасьевич попросил меня спуститься вниз, попытаться выяснить размеры разрушений, организовать борьбу за живучесть, подготовить буксирные устройства и спасательные средства».
Приведем еще один отрывок из письма Д. Ф. Корябина: «Помощник командира спустился с мостика, мы остались вдвоем, все офицеры ушли выполнять распоряжения командира, Он внешне был спокоен, неторопливо переходил по мостику с борта на борт. Ответа по радио от командира конвоя мы так и не полумили, по-видимому, радистам не удалось исправить приемник УКВ. Я стоял с ратьером в руках и до боли в глазах всматривался в окружающую тьму в надежде увидеть идущий на помощь корабль. В душе была уверенность, что нас не оставят в беде".
Продолжает О. М. Мачинский: «С трудом пробрался я через завалы разрушенного шкафута в район торпедного аппарата, дальше корпус корабля был оборван. Корма и кормовая надстройка затонули, Расположенное на ней 76-мм орудие взрывной волной отбросило к носу, на лету оно сбило третью дымовую трубу и упало, обрушив ростры.
В машинных отделениях шла непрерывная борьба за живучесть, особенно во второй машине, где в образовавшийся разрыв кормовой водонепроницаемой переборки хлестала вода. Из трещины топливной цистерны выливался мазут. Машинисты выбивались из сил, пытаясь заделать разрыв в переборке и откачивая воду. Кормовая аварийная партия погибла при взрыве торпеды — их обязанности легли на оставшихся в живых машинистов. Многие были ранены, им оказали помощь на месте, и они продолжали работать. Люди действовали без суеты, четко и слаженно. Но все их усилия были тщетными, вода прибывала буквально на глазах.
В первой машине поставили подпорку, укрепляли водонепроницаемую переборку со второй машиной, но переборка не выдержала напора воды и дала трещину в нижней своей части. В образовавшуюся щель хлынули вода и мазут
Шлюпка с правого борта свисала на одной тали, вторая таль была оборвана, корпус шлюпки изрешечен осколками. Моторный катер с левого борта готовили к спуску, но и у него была значительная пробоина, которую пытались заделать под руководством командира БЧ-5 инженера-старшего лейтенанта Анатолия Григорьевича Зуева. В кают-компании и офицерском коридоре были раненые.
Военфельдшер старший лейтенант Дмитрий Александрович Голованов оказывал им первую медицинскую помощь, ему помогал санинструктор, старший краснофлотец Ион Лукич Нешитов.
На баке готовили к спуску надувную резиновую шлюпку и спасательный пробковый плотик, Руководил подготовкой спасательных средств командир БЧ-2 капитан-лейтенант Михаил Федорович Турланов. В районе шпиля моряки под руководством главного боцмана мичмана Николая Анатольевича Блинова готовили устройства для буксировки корабля».
Во время обхода помощник командира заметил, что корабль значительно осел кормой и крен на правый борт увеличился. Олег Макарович поднялся на мостик и доложил командиру о результатах осмотра корабля.
В 21 ч 15 мин К. А. Кравченко вторично доложил по радио обстановку командиру конвоя, но ответа не получил. К этому времени вторая машина оказалась полностью затоплена, в первую машину также поступило много воды, начала она поступать и в кормовое котельное отделение. Пришлось погасить котлы, остановилось турбодинамо погас свет, но люди продолжали оставаться на своих боевых постах...
«В 21 ч 30 мин по носу, — пишет Корябин, во мгле возник силуэт миноносца, командир приказал передать на миноносец просьбу взять "Деятельный" на буксир и отбуксировать его на мелкое место. Но миноносец в это время бомбил, по-видимому, подводную лодку, и узкий луч ратьера на нем не заметили.
Тем временем корма все больше и больше погружалась, крен значительно увеличился, возникла угроза опрокидывания корабля, Капитан-лейтенант Кравченко приказал:
— Всем покинуть корабль»,
Корябин вспоминает: «Командир лично передал это распоряжение по переговорному устройству в кают-компанию, корабельному "доктору" старшему лейтенанту Голованову. Мы знали, что у командира были особые, теплые отношения к этому немолодому спокойному вологжанину, который более трех лет воевал в морской пехоте на Рыбачьем: многие были обязаны ему жизнью, многих он лично вынес с поля боя и оказал им первую медицинскую помощь. Экипаж уважал своего доктора, правительственных наград у него было больше, чем у других офицеров, да и по возрасту был он самый старший на "Деятельном". Командир по переговорному устройству передал:
— Дмитрий Александрович, надо покинуть корабль! — на что Голованов ответил:
— Константин Афанасьевич, я не могу, у меня раненых полная кают-компания»,
Моряки стали собираться на баке, спустили резиновую лодку и плотик, на левом шкафуте спустили катер, люди стали перебираться на спасательные средства. На мостике остались только трое: командир корабля, его помощник и старшина сигнальщиков.
«... Командир подошел ко мне и приказал: —
Прыгай за борт! — как-то по-отцовски подтолкнув меня. Когда я оказался в воде, в первые секунды почувствовал будто в кипяток попал, потом появился сильный озноб. Сознание работало, я увидел пробковый плотик, мне помогли забраться на него» — так закончил свой рассказ о гибели «Деятельного» Дмитрий Филиппович Корябин. Но на мостике оставались еще двое. Слово О. М. Мачинскому, который стоял тогда вместе с командиром корабля на мостике «Деятельного»: «После недолгой паузы командир сказал:
— Прыгайте, Олег Макарович, а то будет поздно...
— А как же вы, Константин Афанасьевич?
Командир ничего не ответил и перешел на другую сторону ходового мостика,
…"Когда я вынырнул, то услышал позади себя грохот и треск. Обернулся — эсминец стал вертикально на корму и стремительно уходил под воду, унося с собой моряков и их командира капитан-лейтенанта Константина Афанасьевича Кравченко».
Старший лейтенант Мачинский также обнаружил пробковый плотик, на котором были сигнальщик Корябин и штурманский электрик Агеев. Вскоре подплыли к плотику боцман Тормазов, моторист Кошелев, машинисты Шестопалов и Лебедев. Вот кто были те семеро окоченевших моряков, которых удалось поднять на борт эсминца «Дерзкий».
Остальная часть личного состава эскадренного миноносца «Деятельный» погибла: одни-сразу, при взрыве торпеды, другие, оказавшись в ледяной воде. — от переохлаждения, многие с кораблем ушли в глубины Баренцева моря. Всего погибло сто семнадцать человек: восемь офицеров, девятнадцать старшин и девяносто матросов.
Анализируя причины гибели корабля, командование пришло к выводу, что «Деятельный» погиб в результате применения противником нового оружия — торпеды с акустической системой самонаведения. Важной причиной, способствовавшей быстрой гибели корабля, было неудовлетворительное состояние водонепроницаемых переборок, в значительной степени пораженных глубокой коррозией. Ненадежность станции УКВ на корабле лишила командира возможности своевременно связаться с командиром конвоя: даже первый доклад о торпедировании был передан с задержкой.
Действия командира корабля капитан-лейтенанта Кравченко на всех этапах трагедии признаны правильными. В своем дневнике командующий Северным флотом адмирал А. Г. Головко записал: «Капитан-лейтенант К. А. Кравченко в таком критическом положении, судя по докладу, вел себя хладнокровно».
Под стать своему командиру был и экипаж «Деятельного»: в критической ситуации он сполна проявил стойкость, выдержку, мужество и чувство долга. О. М. Мачинский писал в своем докладе командующему эскадрой: «...с гордостью могу доложить, что весь офицерский и рядовой состав с честью и до конца выполнил свой воинский долг, Атакуя вражескую подводную лодку, эсминец "Деятельный" не допустил ее к конвою. На корабле не было ни тени страха и паники, слез и прощаний. Все погибли как герои-моряки».
Отдав приказание «Всем покинуть корабль», сам командир до последней секунды оставался на ходовом мостике и не посчитал возможным покинуть корабль, на котором остались раненые и немощные, подчиненные ему моряки.
Командир корабля капитан-лейтенант К. А. Кравченко, штурман лейтенант Н. В. Корнилов, главный боцман мичман Н. А. Блинов, трюмный машинист старшина 1-й статьи В. М. Федоров, машинист-турбинист старший краснофлотец Л. И. Толузаров, минер старший краснофлотец Ю. В. Филиппов, машинист-турбинист старший краснофлотец В. М. Поляков за исключительное мужество и отвагу в борьбе за живучесть корабля посмертно были награждены орденом Отечественной войны I степени. Лимитная система, существовавшая в те годы, не дала возможности (как это произошло на «Варяге») наградить весь экипаж.
Командующий эскадрой Северного флота контр-адмирал В. А. Фокин не мог смириться с мыслью, что вместе с «Деятельным» погиб почти весь личный состав. Он обратился к командующему флотом с просьбой: разрешить на эсминце «Урицкий» выйти в район гибели «Деятельного». 18 января в 3 ч «Урицкий» под флагом командира эскадры вышел из Кольского залива в район остров Большой Олений-губа Рында-остров Харлов.
Корабль обследовал все побережье, все бухточки и острова. Это был скорее акт отчаяния, который, разумеется, ничего не мог дать. В 21 ч эсминец возвратился в Полярный.
19 января у Мурманского побережья Кольского полуострова радиоразведка обнаружила три подводные лодки противника. Гидросамолет «Catalina», поднявшись с аэродрома в губе Грязная, обнаружил в районе острова Большой Олений подводную лодку в надводном положении и атаковал ее четырьмя ПЛАБ-100. Лодка успела погрузиться, но на месте взрыва бомб образовалось соляровое пятно. К месту обнаружения лодки и атаки на нее прилетели два самолета Пе-2 и две летающие лодки «Сайта». Самолеты по центру растекающего соляра сбросили 12 ПЛАБ-100. По наблюдению пилотов, выделение соляра увеличилось. Командование ВВС Северного флота посчитало лодку поврежденной.
После войны из германских архивных источников стало известно, что эскадренный миноносец «Деятельный» был потоплен торпедой с акустической головкой наведения, пущенной с германской подводной лодки U997.


(Примечание. По данным сайта http://uboat.net эскадренный миноносец «Деятельный» был потоплен германской подводной лодкой U956.)
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11088
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

«Деятельный» эскадренный миноносец

Сообщение [ Леспромхоз ] » 22 Апрель 2012 13:12

Ниже приведен документ на который ссылается Щедролосев В.В в публикации "Эскадренный миноносец «Деятельный».

ЦВМА ф.1401 оп.015975 д.08
 13.jpg
 14.jpg
 15.jpg
 16.jpg
 17.jpg
 18.jpg
 19.jpg
 20.jpg
 21.jpg
 22.jpg
 23.jpg
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11088
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

«Деятельный» эскадренный миноносец

Сообщение [ Леспромхоз ] » 22 Апрель 2012 13:27

Список членов экипажа эскадренного миноносца «Деятельный», погибших 16 января 1945 года.
© Щедролосев В.В. Эскадренный миноносец «Деятельный».
«Мидель-шпангоут». Выпуск 2. Изд-во «Гангут», Санкт-Петербург, 2001.

Выше приведен документ на который ссылается Щедролосев В.В. (ЦВМА ф.1401 оп.015975 д.08).

 38.jpg
 39.jpg

Примечание (padsee): Ф.И.О., (19) выделенные красным цветом, отличаются от других документов в ОБД «Мемориал» приведенных в этой теме выше.
Аватара пользователя
[ Леспромхоз ]
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 11088
Зарегистрирован: 02 Июль 2007 00:17
Откуда: Петрозаводск

«Деятельный» эскадренный миноносец

Сообщение DimitryGMalkov » 01 Май 2015 22:15

 dd-Clemson.png
DimitryGMalkov
 
Сообщения: 31
Зарегистрирован: 01 Май 2015 21:32

«Деятельный» эскадренный миноносец

Сообщение igorr » 26 Февраль 2016 09:44

По современным исследованиям немецких документов выходит, что U.956 не могла потопить ДЕЯТЕЛЬНЫЙ. Лодка вернулась на базу и никаких атак 16 января не докладывала. Таким образом на первое место по версиям выходит подрыв на собственных ГБ в процессе атаки на подлодку (скорее всего ложный контакт).
igorr
 
Сообщения: 10
Зарегистрирован: 13 Май 2012 20:01

«Деятельный» эскадренный миноносец

Сообщение rspc2000 » 06 Ноябрь 2017 12:12

DimitryGMalkov пишет:
dd-Clemson.png


Похож но не он.
В Гангуте №84 за 2014 г. опубликованы воспоминания моего отца о гибели Деятельного.
rspc2000
 
Сообщения: 1
Зарегистрирован: 06 Ноябрь 2017 12:00

Пред.

Вернуться в Потери кораблей и судов в Арктике во время Великой Отечественной Войны 1941-1945



Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

Керамическая плитка Нижний НовгородПластиковые ПВХ панели Нижний НовгородБиотуалеты Нижний НовгородМинеральные удобрения