Страница 21 из 21

Re: Владимир Стругацкий. "Станция имени Константинова"

СообщениеДобавлено: 31 Август 2009 19:56
[ Леспромхоз ]
(Окончание. Начало в номерах за 13, 20, 27 апреля, 4, 11, 18, 25 мая, 1, 8, 15, 22, 29 июня, 6,13, 20, 27 июля, 3, 10,17 и 24 августа)

Уверен, что в конце концов начнут же когда-нибудь топливо доставлять в специальных прорезиненных яйцевидных цистернах - сверхпрочных и не тонущих. В случае сжатий и торошений их выдавит на поверхность льда, а заполнять их будут, не таская взад-вперед по морям-океанам из Европы в Центральную Арктику, а прямо на месте с борта такого же, как наш «Академик Федоров», или более современного экспедиционного судна. Есть и другая здравая идея - размещать станции не на льду, а на специальных буксируемых платформах.

На нервах

Да, на все это нужны деньги. Но ведь престиж России, а главное, благополучие и комфорт полярников тоже достойны вложений. Ведь появляется же на наших станциях и суперсовременное научное оборудование, и спутниковые средства связи. Позднее, чем хотелось бы, но появляются. Вот теперь бы нормальным туалетам и умывальникам появиться. И не экономить копейки на переговорах по «Иридиуму» с домом, высчитывая с полярников за каждую минуту доллары, а дать возможность каждому хотя бы минут двадцать в месяц поговорить с семьей и близкими. Бесплатно, не тратя на это часть своей не такой уж и великой за столь тяжелую работу зарплаты. Знаете, какая сумма на это нужна? Я посчитал - приблизительно по тысяче долларов в год на каждого. Или чуть больше 10 тысяч долларов на весь коллектив из десяти-двенадцати человек. И такие деньги выделить, я думаю, из своих экспедиционных расходов тот же Арктический и антарктический научно-исследовательский институт явно может.

- Деньги бы нашли, но тут же проверяющие органы возьмут за одно место: почему допускаете нецелевое использование государственных средств? - с горечью говорил мне начальник нашей экспедиции, директор ААНИИ Иван Фролов. И соглашался: - Сегодня нужны совершенно новые технологии создания дрейфующих станций. А где эти технологии возьмешь? На Западе их нет - они им не нужны, на льдинах они не зимуют. У нас тоже нет - их надо разрабатывать, а на это нет средств. Словом…

Вот так - вместо того чтобы рассказать о событиях последних двух дней или в крайнем случае хотя бы в полночь лечь наконец спать после нескольких бессонных суток, я вдруг залез в будничные, далекие от героической жизни полярные проблемы. Пора наступить на горло собственной песне и выключить компьютер.

…В последний день жизни «СП-33» огромный шумный вертолет каждые двадцать минут садился на станцию, поднимая вихрь и забрасывая все вокруг листами фанеры, мелкими досками, ящиками и пустыми коробками. С борта «Академика Федорова», стоявшего на ледовых якорях в миле от кают-компании «СП-33», вертолет сделал больше двухсот рейсов на станцию, доставил на палубу судна свыше тысячи бочек с топливом и часть домов.

Дикси и Кара носились по льдине, не понимая, почему на них никто внимания не обращает, а люди бегут с сумками, коробками и рюкзаками к этой трескучей машине, поднимающей вихри, и в ней исчезают. И так с утра до вечера. От этого шума, суеты и хаоса они так обалдели, что вдруг кинулись друг на друга с ненавистью и отчаянием и бросились рвать и кусать, не обращая внимания на крики и команды… Они катались по снегу разъяренным кровавым клубком. И кто рискнул бы в тот момент сказать, что в этом клубке сошлись в бою две ласковые полярные собаки, понимающие команды с полуслова, готовые в любой момент встать на задние лапы, передние положив вам на грудь, и преданно уткнуться мордой или лизнуть в лицо? Сейчас они даже ударов палкой не замечали… Растащить удалось их только за хвосты.Последние часы жизни станции нервозны не только для людей.

Как спускали флаг

5 сентября 2005 года в 14.15 по московскому времени в точке с координатами 86 градусов 27 минут северной широты и 37 градусов 17 минут западной долготы на «СП-33» был спущен российский флаг, 12 месяцев развевавшийся в центре океана - над станцией имени Юрия Борисовича Константинова. За год флаг превратился в потемневшую тряпицу с рваными краями.

Вообще-то о том, что надо спускать флаг, в суете все благополучно забыли. Мне пришлось об этом вспомнить поневоле: из Москвы из ИТАР - ТАСС уже пару раз звонили и просили сообщить точное время спуска флага и закрытия «СП-33». Честно говоря, я боялся, что о спуске флага вспомнят, лишь когда вертолет подхватит кают-компанию с российским триколором и поставит на палубу «Федорова». Выйдет позор несусветный. Зачем создавать дурную ситуацию, если ее запросто можно предотвратить?

- Да укажи ты им любое время, и точка! - нервничал начальник экспедиции. - А флаг спустим потом…

Но на такой вариант я согласиться не мог:

- Нет уж, лучше сам свяжись по рации с Висневским и напомни, чтобы в полдень флаг спустили. А я пока на станцию потопаю, чтобы при сем историческом моменте присутствовать.

Начальник экспедиции, наблюдавший за происходящим на льдине со штурманского мостика, обрадовался, что я наконец-то от него отстану. Вызывать лишний раз на связь начальника станции ему явно не хотелось. У того и так рация не умолкает. То требует голосом старпома срочно застропить оставшиеся дома, чтобы вертолет побыстрее их забрал со льдины. То голосом командира летного отряда возмущается, что неубранные доски и листы фанеры летают под работающим вертолетом и, не ровен час, попадут под лопасти. То хозяйственный Соколов настаивает, чтобы прежде всего в контейнеры грузили «теплые» продукты, иначе их придется выбросить…

- «СП-33»! Ответьте капитану…

- «СП-33»! Ответьте начальнику экспедиции…- Леша, дорогой, ты видишь: справа от тебя щит от домика почему-то валяется?

Я представляю, как хочется начальнику «СП-33» эту рацию закинуть за ближайший торос! А тут еще Владимир Соколов меня сдал:

- Леша, Стругацкий просит, чтобы в полдень спускали флаг.

У Висневского адское терпение. Он в комментарии не пускается, а всем отвечает одним словом: «Понял».

Но в полдень вертолеты еще таскают грузы. Работать нам приходится на морозе. Да еще поднятая вертолетами пурга сбивает с ног.

Часа через два между полетами образовалось окошко и Висневский объявил погрузочной бригаде перекур. И тут я рискнул снова напомнить ему о флаге.
- Ладно, давай, - согласился Алексей. - Кто полезет на крышу?

Доброволец нашелся один - повар Евгений Новохацкий.

При спуске флага суета вдруг куда-то исчезла. Все стояли молча. Лица стали серьезно-задумчивыми. Новохацкий вообще чуть не прослезился. Он аккуратно сложил трехцветную рваненькую тряпицу и сунул ее за пазуху.

А потом еще почти двое суток «Академик Федоров» метался от одного осколка льдины к другому, поднимая своим краном пустые бочки, газовые баллоны, связки досок.

Когда от льдин, служивших станции пристанищем, «Академик Федоров» пошел к последнему осколку, полярники «СП-33» несколько часов не уходили с палубы. Смотрели вниз - на руины своего Карфагена.

- Вон там дом доктора до переезда стоял.

- А вот там, помнишь, я первый раз купнулся: поскользнулся - и в трещину.

- Вон торос, где мы приборы ставили.- А вон там «Федоров» в прошлом году стоял, когда выгружались.Экскурсия по местам былой славы.
Мороза нет - всего минус два. Можно сказать - теплынь. И полный штиль.
Льдины - в молоке. Туман такой, что с мостика даже кормы не видно.

- Какой хороший человек туман нагнал? - ненавязчиво интересуются все у синоптика Андрея Шаронова. А он знай напевает «туман похож на обман», да еще возмущается:

- Не надо с больной головы на здоровую сваливать… Что заказывали, то и получили.

- Это кто тебе туман заказывал?

- Как - кто? Начальник экспедиции. Все слышали, как вчера на диспетчерском Иван Евгеньевич спросил: «Будет завтра туман?» Ну раз Иван Евгеньевич хочет - будет. Да не переживайте вы - через 30 минут рассеется, - великодушно добавляет Шаронов.

И как ни странно, рассеялось. Именно в тот момент, когда мы причалили к последнему осколку - со складом тушенки.- Эх, могли еще зимовать и зимовать. Даже тушенку доесть не успели, - вздыхал Алексей Висневский, когда мы с ним стояли рядом у борта. - Сначала думали - на 18 месяцев едем. Надеялись, льдина продержится. Не случилось. Ладно, в следующий раз дозимуем…


Впереди - «СП-37»

А в конце минувшей недели в Арктике спущен флаг на дрейфующей станции «Северный полюс-36». Она проработала в Северном Ледовитом океане чуть меньше года. Снимали ее с помощью атомного ледокола «Ямал».

Сейчас «Ямал» продвигается на восток Арктики - севернее острова Врангеля предстоит найти льдину для очередной российской станции - «СП-37».

В экспедиции «Арктика-2009» участвуют многие из тех полярников, о которых я попытался рассказать в этом очерке.

© Владимир Стругацкий