Полярные байки.

Место для любых тем и любых разговоров, трепа, флуда и общения вообще.
Изображение
31 июля 2012 года исключен из Регистровой книги судов и готовится к утилизации атомный ледокол «Арктика».
Стоимость проекта уничтожения "Арктики" оценивается почти в два миллиарда рублей.
Мы выступаем с немыслимой для любого бюрократа идеей:
потратить эти деньги не на распиливание «Арктики», а на её сохранение в качестве музея.

Мы собираем подписи тех, кто знает «Арктику» и гордится ею.
Мы собираем голоса тех, кто не знает «Арктику», но хочет на ней побывать.
Мы собираем Ваши голоса:
http://arktika.polarpost.ru

Изображение Livejournal
Изображение Twitter
Изображение Facebook
Изображение группа "В контакте"
Изображение "Одноклассники"

Полярные байки.

Сообщение Historik » 27 Март 2015 19:53

Черевичный-Иван-Иванович.jpg

Сегодня "день" И.И.Черевичного. Так получилось. Возможно, не пойдёт этот материал в данный раздел (по двум причинам: кто разберёт почерк автора и прочтёт текст, тот поймёт), но уж больно интересный он с точки зрения возможности оценить выдающегося полярного лётчика 20-го века, как человека, как пилота. Рискну, пожалуй, и размещу его. В память о нём.
Как известно, по воспоминаниям полярных авиаторов, красавец мужчина - Иван Иванович был большим знатоком женщин. В этом легко можно убедиться на примере его личных записей. Они касаются исторической воздушной экспедиции на Полюс недоступности весной 1941 года. В частности, речь идёт о её старте 2 апреля в 21.00 (мск.) с о.Врангеля. Легендарный самолёт Н-169 Г-2 был перегружен под завязку:- взлётный вес - более 25 тонн. И командир очень переживал как поведёт себя "старушка"-машина в воздухе. Тем более, что 10-суточный шторм со шквальным ветром ещё не совсем отступил. Мало кому известно, но И.И.Черевичный в той экспедиции с 23 марта вёл дневник. Небольшой, всего 35 страниц. Но там есть вот такие строки, которые передают мысли командира, напряжение и дух полёта (привожу с сокращениями, записи сделаны простым карандашом):
 Дневник3.jpg

 Дневник4.jpg

 Дневник5.jpg

 Дневник1.jpg

 Дневник2.jpg

 Льдина2.jpg

И командир вместе с экипажем сделали это - 3 апреля 1941 г. в 4 часа утра Полюс недоступности был покорён. На снимке: И.И.Черевичный и штурман В.И.Аккуратов на метеоплощадке на льдине №2 на фоне самолёта Г-2 Н-169.
Апрель 1941 г.
Historik
 
Сообщения: 283
Зарегистрирован: 05 Сентябрь 2014 15:02

Полярные байки.

Сообщение Polarstern » 04 Сентябрь 2015 03:55

Я думаю в этот раздел вполне пойдет песня М. Елизарова про ледокол "Красин", про героическое спасение (от) нетрадиционного экипажа голландской шхуны.
Аватара пользователя
Polarstern
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 725
Зарегистрирован: 01 Январь 1970 03:00
Откуда: Москва/Виннипег

Полярные байки.

Сообщение Адольф Милованов » 06 Сентябрь 2015 14:01

С 1960-го года Полярная авиация перешла в Аэрофлот, но многие привычные «порядки» ещё сохранялись…
Командование выделяло экипажу самолёт и отправляло в командировку на месяц с 15 по 15 число с условием налёта двух продлённых санитарных норм (по 130 часов). Экипаж практически был на «свободной охоте», самостоятельно выбирая место работы и заказчика. А во времена строительства БАМа и разведки нефти в Тюмени любой самолёт или вертолёт были нарасхват.
Опытный экипаж КВС Харченко Николая Ивановича, отлетав две саннормы, возвращается на базу в Черский порожняком. Взлетев с Якутска, при подходе к Батагаю, запрашивает пролёт на Чокурдах. Диспетчер спрашивает у отдела перевозок, есть ли груз до Чокурдаха. Оказалось, есть 300 кг. «4210- «Подрядчик», вам посадка у нас. Есть груз до Чокурдаха».
И вот тут начинается самое интересное. Экипаж рвётся домой к жёнам, детям, а тут незапланированная посадка. Потеря времени ещё на час-два. И Мыкола Харченко, переходя на смесь русского и украинского, говорит диспетчеру: «Подрядчик»- 4210, я лётчик молодой, у вас ни разу не сидав, безопасность посадки не гарантирую. Разрешите пролёт на Чокурдах». «4210, минуту». Диспетчер говорит перевозкам: «Тут какой-то молодой летит, у нас не бывал, может пропустим?». Перевозки соглашаются, отправят груз следующей оказией. «4210, разрешаю пролёт на Чокурдах». «Вот спасибо, вот спасибо, сзади идёть борт, он усё возьмёт». Экипаж доволен и диспетчеру спокойнее.
Аватара пользователя
Адольф Милованов
Редактор
Редактор
 
Сообщения: 1080
Зарегистрирован: 10 Март 2012 20:29
Откуда: Москва

Полярные байки.

Сообщение Владимир Виноградов » 26 Апрель 2016 16:57

 8096228.jpg
"В конце зимовки должны были появиться с инспекцией американцы, в чьем павильоне всю зиму работали наши физики. Мы начали готовить взлетно-посадочную полосу для самолета. Американцы в Антарктиде использовали специально оборудованный для здешних условий тяжелый "Геркулес".Встречать огромный "Геркулес" на лыжах, естественно, вышли все зимовщики, кроме повара: Ардальонычу предстояло приготовить такой обед, чтобы накормить целую ораву, - вместе с нами было человек тридцать. И он не ударил в грязь лицом: наш стол в кают-компании поразил гостей. Особенно налегали они на черную икру и спирт, которые мы выставили для такого случая.За столом было очень весело, и не только из-за разнообразного меню. Американцы зимовали целый год у себя на станции "Амундсен-Скотт" на Южном полюсе, и им, как и нам, порядком надоела изолированность от большого мира, они хотели общества новых людей. У американцев обеспечение антарктических станций идет за счет военных - и продовольствие, и специальная одежда, и обслуживающий персонал... Начальник над всеми станциями у них тоже военный человек. В тот год это был, кажется, адмирал Эбот, зимовавший на станции "Мак-Мердо". Это высокое начальство, кстати, весьма небольшого роста, и прилетело к нам с визитом.За столом адмирал оказался рядом с нашим богатырем-механиком Федей Львовым, к которому сразу расположился, - видимо, по контрасту их комплекций. Федя, как гостеприимный хозяин, постоянно что-то подкладывал в тарелку адмирала, но главное - следил, чтобы рюмка гостя не оставалась пустой. Он так опекал изящного соседа, что тот ел чуть ли не из рук "русского медведя".Но самая трогательная сцена была во время расставания. Гости так хорошо пообедали, что, когда мы вели их к самолету, некоторых приходилось поддерживать А Федя и вовсе взял своего подопечного адмирала на руки, как ребенка, и понес к самолету. Зрелище было незабываемое русско-американская дружба в концентрированном виде. И вот идут эти два друга "не разлей вода", точнее, идет-то один огромный русский механик, несет адмирала, а у того из карманов то и дело падают баночки с черной икрой, которой его одарили гостеприимные хозяева. Баночки подбирают, снова засовывают в карманы адмирала, а они падают и падают снова..."
Участник 12-й Советской Антарктической экспедиции Сенкевич Юрий Александрович, из его книги "Путешествие длиною в жизнь".

http://www.imbp.ru/WebPages/win1251/IBM ... evich.html
Аватара пользователя
Владимир Виноградов
 
Сообщения: 28
Зарегистрирован: 25 Сентябрь 2011 00:11
Откуда: Санкт-Петербург

Полярные байки.

Сообщение Bills Bons » 15 Сентябрь 2016 22:15

25.09.2015 00:01:00

В академии Генштаба.
Для почетного полярника театр «Современник» – как дом родной.
Иннокентий Налетов.


Об авторе: Иннокентий Иннокентьевич Налетов – начальник штаба Северного флота в 1992–1996 годах, командующий Морскими силами ФПС России в 1996–2002 годах, адмирал, кандидат экономических наук.

Военная академия Генерального штаба, сокращенно ВАГШ, – удивительное учебное заведение. Конечно, ума академия не прибавляет, но значительно расширяет военный кругозор и формирует стратегическое мышление. Мне, флотскому человеку, было очень полезно знакомиться со всеми видами и родами Вооруженных сил. Этому способствовало и то, что учебные группы формировались по разнородному принципу. Судьба и командование соединило и подружило моряка, артиллериста, зампотеха, летчика, разведчика, мотострелка, танкиста, пэвэошника, операторов Генштаба и военных округов.

В этой замечательной академии я приобрел друзей, с которыми разделяю радости и горести по сей день. Руководил 10-й группой командир учебной дивизии генерал-майор Олег Шустенко. Привычки он имел весьма странные и по армейской закваске слушателей называл идиотами. Однажды на выезде в войска дежурный по группе Володя Савицкий построил слушателей у автобуса и бодро доложил:

– Товарищ генерал, идиоты построены!

Олег скривился, но исправление началось.

В ПАРТОРГИ – ЕДИНОГЛАСНО.

В первый же день занятий в класс пришел представитель политотдела и заявил, что необходимо избрать парторга. Все почему-то посмотрели на меня и избрали единогласно. По возрасту я был старше всех, на планках у меня – три ордена, в том числе орден Ленина. Третьим командиром дивизии, учившимся в нашей группе, был генерал-майор Миша Каратуев, командир артиллерийской дивизии, центральный офис которой располагался в городе Пушкине Ленинградской области. Разносторонне грамотный генерал, закончивший академию с золотой медалью. Замом партгрупорга избрали Мишу Чекмасова – начальника штаба авиационной дивизии, толкового человека с тонким чувством юмора. Главной его обязанностью было собирать партвзносы, а дополнительная – составлять график заварки чая. Так как чай любили пить все, а заваривать ленились. Спустя много лет, встречаясь за рюмкой, Михаил сокрушался:

– Иннокентий, почему мы тогда ни разу не пропили членские взносы? КПСС уже разваливалась на глазах, но мы еще не догадывались, какое предательство ждет нас впереди.

Бесконечно благодарен академии за то, что вместе с учебой я приобрел надежных друзей и широкий круг знакомых во всех структурах Министерства обороны. Мне приятно, что первое адмиральское звание я получил, учась в академии. Обмывали звание шумно и долго. Спустя длительное время на самоподготовке ко мне подходит Гена Колесников, прекрасный человек, талантливый оператор и говорит:

– Иннокентий, что-то я не помню, обмывали мы твое звание или нет?

ПОЛЯРНЫЙ БАРС.

Наша учебная группа была очень сплоченной и дружной. Отдыхали часто вместе, вместе ходили в баню и любили пошутить и приколоться. Основная масса слушателей проживала в семейном общежитии на улице Вернадского. Моей семейной обязанностью было ежеутренне отводить мою младшенькую дочь Анюту в детский сад. Ребенок утром капризничал, медленно одевался. Я рисковал опоздать на учебу, раздражался. Короче, обстановка накалялась, и мы из дома выходили со слезами. Пройдя метров сто, я весело командовал:

– Анюта, запевай!

Забыв про все обиды, Аня начинала петь гимн Северного флота: «Прощайте скалистые горы, на подвиг Отчизна зовет! Мы вышли в открытое море, в суровый и дальний поход…»

К детскому саду подходили веселые и довольные друг другом. И вся эта процедура повторялась ежедневно.

Однажды утром, на последних минутах, забегаю в аудиторию, где должна читаться лекция, и неожиданно для меня весь первый курс, а это более ста человек, с моим появлением встает и приветствует аплодисментами. Конечно, сначала я не понял, что такая честь оказана моей персоне. Тут кто-то из моих друзей подсунул газету «Красная звезда». На второй странице, в полный разворот, очерк о моих трех переходах подо льдами Центральной Арктики с Севера на Тихоокеанский флот. Трижды – без всплытия – в Беринговом проливе. Очерк сопровождался моей фотографией в звании капитана 1 ранга с мужественным лицом полярного барса.

Тогда подводные лодки проекта 670 моей дивизии постепенно переводились на Камчатку кратчайшим путем – подо льдами Центральной Арктики. В те далекие времена, теперь почти былинные, военные люди с утра обязательно читали центральный орган МО СССР газету «Красная звезда». Слушатели были не исключением из этих правил и, узнав подробности похода на атомоходе, устроили мне шумную овацию. Очерк был написан главным моряком среди военных журналистов, редактором военно-морского отдела газеты «Красная звезда», тогда еще капитаном 2 ранга, Сергеем Быстровым. Подвиг он совершал вместе со мной, за что был награжден орденом Красной Звезды.

Узнав, что с нами на переход спланирован журналист главной военной газеты, я не очень обрадовался. Не подготовленный к подводной службе человек – это всегда опасно, да и мало ли что может случиться в походе, что потом станет известно военно-политическому руководству. Сознаюсь, что глубоко ошибся. Наш поход подо льдами был у Быстрова уже вторым. В первый раз он ходил тем же путем под командованием тогда еще первого заместителя командующего нашей флотилией Героя Советского Союза контр-адмирала Чернова. Теперь уже командующий, вице-адмирал Чернов отправлял меня в новый подледный поход. Узнав, что в последний момент к нам прикомандировали Быстрова, он успокоил:

– Это наш человек. Моряк!

Действительно, подо льдами Сергей показал себя редким профессионалом и знатным подводником. Думаю, второго такого журналиста, совершившего два похода подо льдами Арктики, нет не только в СССР, но и во всем мире.

Мы о многом переговорили во время длительных бдений в центральном посту. Сергей всегда сопровождал меня при обходах корабля. Все время что-то помечал в своем блокноте. Все, что он видел, чувствовал, что переживал вместе с экипажем, потом я прочитал в его очерке. Кстати, сам он мог рассказать очень много и интересно, так как за свою продолжительную работу в редакции «Красной звезды», а до того – в газете Тихоокеанского флота «Боевая вахта» сумел поучаствовать во многих учениях сил флота, побывал во всех океанах и десятках морей. Он был в Средиземном море, у Африканского Рога, заходил на военно-морском танкере на Канары, бывал с официальными дружественными визитами советских кораблей в США и многих странах Европы.

А уж с какими удивительными людьми был знаком и встречался! Дружил с главнокомандующим Военно-морским флотом адмиралом флота Владимиром Николаевичем Чернавиным. Тот брал его почти во все свои длительные командировки. И во время дальних перелетов они вместе работали над будущей книгой Чернавина «Подводный атомный», ставшей, по сути, историей создания подводного атомного флота страны.

Как адмирал я заявляю: капитан 1 ранга Сергей Быстров – Моряк с заглавной буквы. Отмечая ежегодно его день рождения, мы всегда вспоминали, что познакомились с ним не в ресторане, нас сдружила морская стихия, что мы вместе совершали подвиг.

НА ПРЕДСТАВЛЕНИЕ – С БОЕМ.

С Сергеем мы совершили еще один совместный морской поход, в 1993 году. Но это уже было увлекательное морское путешествие: официальный визит отряда кораблей СФ в Голландию под моим флагом – начальника штаба Северного флота. Визит предусматривал множество протокольных мероприятий, и тут опыт профессионального журналиста очень помог мне как руководителю похода. Но в это время Сергей уже работал в газете «Труд», где с его приходом тема Военно-морского флота стала необыкновенно заметной. Морские походы подружили нас, и мы тепло общаемся по сей день.

В советское время ежегодно в осенний период, когда льды Арктики становились менее плотными, совершались переходы атомных подводных лодок подо льдами Центральной Арктики с Северного на Тихоокеанский флот. Военное кораблестроение на северо-западе страны было более мощное, и такие переходы (перегоны ПЛА) компенсировали недостаток морской мощи востока нашей страны.

Мои ледовые походы в итоге были по-своему оценены. В 1997 году мне было присвоено высокое звание «Почетный полярник». Приятно отметить, что однажды это заслуженное звание удачно пригодилось.

Гуляли мы как-то с нашими друзьями Михаилом и Людмилой Каратуевыми по Бульварному кольцу. Подходим к театру «Современник», смотрим афишу: спектакль «Моя прекрасная леди» по пьесе Бернарда Шоу «Пигмалион». Очень захотелось посмотреть эту постановку. Подхожу к администратору: мол, можно прибрести четыре билетика на спектакль? Администратор удивленно посмотрела на меня:

– Четыре билетика? Да билеты давно все распроданы, – делая ударение на слово «давно», ответила избалованная леди.

Пришлось идти к Галине Волчек.

– Галина Борисовна, Почетный полярник может посмотреть ваш спектакль?

Художественный руководитель театра с улыбкой ответила:

– Почетный полярник – может!

Я говорю, что нас четыре человека.

– С Почетным полярником – хоть десять!

И тут я понял, что в театре «Современник» полярников уважают!
http://nvo.ng.ru/notes/2015-09-25/16_nametkin.html
Аватара пользователя
Bills Bons
 
Сообщения: 906
Зарегистрирован: 08 Март 2008 04:41

Полярные байки.

Сообщение Bills Bons » 15 Сентябрь 2016 22:20

10.10.2014 00:01:00

Правила по встрече белых медведей.
Одна инструкция может спасти жизнь, а другая – поставить под угрозу
Николай Поросков.

Об авторе:
Николай Николаевич Поросков – военный журналист, полковник в отставке.

Однажды через город на Севере, в котором я тогда жил, проезжал мой товарищ, старший лейтенант Толя Цыганков, и остановился у меня переночевать. Он служил на одном из островов архипелага Земля Франца Иосифа, а ехал теперь с печальной миссией – сопровождал цинковый гроб с телом своего подчиненного. Солдата задрал белый медведь.

Предстояли похороны на родине погибшего – в Вологодской области. Анатолий был бледен, удручен: как повести себя, как смотреть в глаза родителям, которые, и это понятно, не внемлют никаким объяснениям? А объяснить можно было только так: погибший нарушил инструкцию.

На острове Грэм-Белл среди океана, где несло службу небольшое подразделение ПВО, зимой даже в полдень можно было видеть звезды. Необычайно яркие, с колеблющимися иглами лучиков, они круглые сутки висели в черном небе. Офицеры ходили на службу, закинув за плечо автомат и взяв в руки мощный электрический фонарь. Предосторожности были вызваны частым появлением в поселке белых медведей.

Люди на острове менялись, оставляя своим сменщикам жуткие истории о съеденных медведями несчастных поселенцах. Таких случаев за многие годы существования «точки» действительно было два-три. Истории настолько давние, что воспринимались новичками не более как устные предания с неизбежным сгущением красок, а то и просто как выдумки досужих людей. Это, конечно, расхолаживало, притупляло чувство опасности.

Царь белого безмолвия, появляясь в пределах военного городка, вел себя мирно, довольствовался украденным съестным. Однажды мой товарищ с женой долго не могли выйти из своего обложенного кубиками спрессованного снега жилища – по крыше тяжело ступало огромное животное.

Вблизи белый медведь жуток. Маленькие кругляшки глаз сквозят пустотой, скошенный, безо лба, череп предполагает крайне ограниченное число инстинктов. Вместе с тем медведь по-своему хитер, даже коварен. Карауля у полыньи рыбу или нерпу, он прикрывает лапой единственное свое темное пятно – нос и сливается со снегом. Будто и нет его.

В городке существовала жесткая инструкция: одиночные хождения куда бы то ни было зимой запрещены. Прежде чем выйти из помещения, необходимо было позвонить на конечный пункт маршрута, чтобы там знали и ждали, а то и вышли навстречу. Погибший солдат инструкцию нарушил, вышел из автопарка один…

Как потом установили, прошло 12 минут с момента, как он переступил порог, и до того, как медведя убили. Уложил его прапорщик, командир взвода, причем на редкость мастерски – одним выстрелом.

Анатолий протянул мне фотографию. В свете прожектора на снегу лежит человек в меховой технической куртке. Черты лица смазаны чудовищным гребком когтистой лапы, осталась кровавая маска. Вывороченные внутренности застыли на морозе колом. Почти не выделяются на снегу (разве что тенями) голые обескровленные ноги – валенки слетели, пока зверь тащил добычу.

Смерть молодого человека ужасна и нелепа. Почему-то не хотелось думать, что случилась она именно из-за нарушения сухой инструкции. Вовсе не хочу заниматься морализаторством, да и случай не тот. Но никогда раньше я не ощущал так остро силу текста, написанного, без преувеличения, кровью. Не призываю быть и бездумным исполнителем инструкций. Немало среди таких документов поверхностных, никчемных, а то и просто дурных, мешающих делу.

За подтверждением далеко ходить не надо. На этом же острове существовала другая, не менее жесткая инструкция: стрелять в занесенного в Красную книгу белого медведя можно лишь с расстояния не более пяти метров. Как рассказал мой товарищ, эта вторая инструкция появилась после нашумевшего процесса над одним большим военачальником, который руками услужливых подчиненных, а то и самолично вел интенсивный отстрел редких животных. Его прельщали экзотические белые шкуры, увенчанные мертвой клыкастой головой. Одна могла покрыть пол вместительного кабинета. Чиновный охотник слал их и своим покровителям.

Браконьеров судили, взыскали с них большие суммы. А побочным результатом стала инструкция. И все бы хорошо, если бы не одно обстоятельство, в документе почему-то не учтенное: прыжок медведя достигает восьми, а то и десяти метров. То есть в два раза превышает расстояние, оговоренное в инструкции. Опьяненный кровью медведь не знает правил и инструкций. И я думаю, что было бы, не нарушь прапорщик инструкцию.

Может быть, завести Красную книгу, куда заносить глупые инструкции. Но, похоже, вымирание им не грозит, удивительно живучи они и быстро плодятся.

ДОЛЖОК.

Военный летчик старший лейтенант Д., выполняя задание в дальней пилотажной зоне, вынужден был катапультироваться и приземлился с парашютом в глухом районе тайги.

До того как покинуть истребитель, летчик успел доложить на КП о том, что с ним случилось. По готовности подняли поисково-спасательный отряд. Вертолет два часа безрезультатно утюжил небо, а потом навалился снежный заряд – явление в тех местах довольно частое. И еще почти два дня пушистые хлопья сменялись снежной крупой. Это очень затруднило поиск, и Д. был обнаружен лишь на исходе третьих суток. Летчик обозначил себя ракетами и густым оранжевым дымом фальшфейера.

Когда же вертолет завис над полянкой среди бескрайнего леса, удивлению экипажа не было предела. Посредине открытого пятачка стоял старший лейтенант, а в сторону леса, энергично вытаскивая валенки из глубокого снега и защищаясь рукой от снеговых струй, гонимых лопастями, к лесу уходил человек в черной телогрейке и шапке-ушанке.

Вертолетчикам было известно (и карта это подтверждала), что по меньшей мере на десятки верст от этого места жилья нет. Откуда же взялся этот второй? Поднятый на борт старший лейтенант объяснил: это беглый заключенный, судьба свела их в морозном лесу, и человек этот очень помог летчику своим мужицким умением приспосабливаться к обстоятельствам. Даже валенки они надевали по очереди.

Одна нога летчика была в унте, другая обмотана тряпьем – второй унт, не заблокированный, то есть не привязанный к металлическому кольцу на меховых брюках, при катапультировании слетел.

Кто-то из поисковиков предложил поймать беглеца – ведь преступник же! Или на худой конец «подвезти», а то погибнет. Но старший лейтенант энергично запротестовал. На его помороженном лице, обросшем светлой щетинкой, были написаны решимость и отчаяние. И экипаж понял: он знает, что делает.

Винтокрылая машина полезла вверх, корпус ее наклонился, командир взял курс на свой аэродром. Врач протянул спасенному небольшой стаканчик спирта. Но Д. прилип к иллюминатору, потом бросился к пилотской кабине, что-то прокричал на ухо командиру. Тот с недовольством покачал головой, поджал губы, но развернул вертолет.

Вновь зависли над полянкой. Борттехник снял с фиксатора, откатил наполовину дверцу и, страхуясь фалой, выглянул наружу. Внизу стоял беглец, руки его были опущены, как перед чем-то неизбежным. Старший лейтенант поспешно сдернул с себя меховую куртку и бросил ее в проем, следом полетели выхваченные из рук недоумевающего врача фляга со спиртом и пакет с продуктами.

Д. сел на металлическое сиденье и в иллюминатор больше не смотрел. Борттехник закрыл дверцу.

Через несколько дней Д. побывал на месте падения своего самолета. Истребитель пробил лед небольшого болотного озерца и исчез в воде. Это в первые дни затруднило визуальный поиск. Рассказывали, что нельзя было без сочувствия смотреть на старшего лейтенанта. Он долго не отходил от края полыньи, где работал водолаз, и, наверное, прощался с самолетом, как с боевым другом. А потом бросил взгляд на лес, словно в надежде увидеть кого-то…

По-разному можно воспринимать эту удивительную историю, словно рожденную изощренной фантазией беллетриста. Но такие ли сюрпризы подбрасывает нам жизнь! И я думаю: что сблизило, даже сроднило двух совершенно разных людей – боевого летчика, офицера и преступника? О чем говорили они, коротая долгую зябкую ночь в бескрайнем лесу? Какие глубины душ открывали друг другу?

Летчик мог застрелить беглеца, опознав его по номеру на телогрейке. Зэк мог убить доверившегося ему летчика, чтобы воспользоваться оружием, носимым запасом и добротной одеждой. Но, как потом рассказывал Д., зэк делился с ним хлебом и рыбой, прихваченными в побег. Тот, в свою очередь, половинил все, что имел.

Наверное, каждый из них в те два дня видел в другом просто человека. Все остальное было отброшено перед лицом обстоятельств. Как, черт возьми, много надо, чтобы увидеть в другом человека. И – как мало…

Года через три Д., уже капитана, вызвали на КПП части. В человеке, ожидавшем его, он не сразу узнал беглеца. Времени прошло немало, что-то стерлось в памяти, и летчик отнесся к визиту прохладно, даже настороженно. Да и старый знакомый, похоже, не собирался впадать в сентиментальные воспоминания. Рассказал только, что тогда пошел в направлении, куда улетел вертолет, через сутки вышел на дорогу, добрался до леспромхоза и был задержан участковым.

Сроку ему добавили немного, учитывая «негромкую» статью, по которой сидел, да и причину, заставившую удариться в бега: родня притесняла мать-старуху, собираясь выгодно продать дом.

Прощаясь, гость вытащил из пухлого рюкзака летную куртку, ту самую, и флягу. Должок, если по-уголовному. Но тут другой случай.
http://nvo.ng.ru/notes/2014-10-10/16_bears.html
Вложения
Появление хозяина Арктики в местах проживания людей всегда несет потенциальную опасность для их жизни. Фото с сайта www.karaselsovet.ru : 36-16-1.jpg
Аватара пользователя
Bills Bons
 
Сообщения: 906
Зарегистрирован: 08 Март 2008 04:41

Полярные байки.

Сообщение Bills Bons » 15 Сентябрь 2016 22:29

17.01.2014 00:01:00

Остров невезения.
Особенности флотского быта.
Владимир Гундаров.
Зам. ответственного редактора «Независимого военного обозрения».
Об авторе: Владимир Александрович Гундаров – военный журналист, капитан 1 ранга запаса.


Звонок в корпункте «Красной звезды» в Североморске отвлек меня от размышлений о том, чем заняться сегодня во второй половине дня: поработать еще немного на родную газету или закрыть море на замок и ехать домой.

Звонил начальник района наблюдения капитан 1 ранга Акимов:

– Собираюсь сегодня на острова. Пойдете со мной?

Я припомнил, что еще осенью хотел попасть на острова в Баренцевом море, посмотреть, как там люди живут, набраться впечатлений, о чем я как-то и рассказал Акимову. И вот сегодня он предлагал через час заехать за мной в корпункт.

Так я оказался вместе с Акимовым на гидрографическом судне. Через два часа мы выходили из Кольского залива в открытое море.

ЛЮДИ ЖИВУТ ВЕЗДЕ.

По всему побережью Баренцева моря и по многим островам разбросаны посты службы наблюдения и связи (СНиС). Самые «престижные» – те, что в западном секторе, так как находятся в относительной близости от гарнизонов и рыбацких деревень. Мы же шли сейчас в восточный сектор, в места дикие и необжитые, на остров Большой Олений.

Подошли мы к нему поздно вечером. Из черной воды в метрах ста от гидрографа возвышалась в темноте белая громадина острова. Добираться до него предстояло на надувной лодке.

– Прыгайте, только не на весла, – напутствовал меня боцман.

Внизу под бортом плясала на волне утлая лодчонка. Шансы упасть в лодку или в ледяную воду были примерно равны. И я в тяжелом овчинном полушубке прыгнул, стараясь попасть в середину лодки, как раз туда, где лежали весла. Прыжок оказался удачным, я попал точно на весла, и они, ко всеобщей радости, выдержали тяжесть моего полушубка.

Матросы, преодолевая волну и ветер, начали выгребать к берегу, где мне предстояло еще одно испытание. Лодка ткнулась носом в обледеневшие скалы, и тут же прибой ее отбросил обратно.

– Прыгайте, не дожидаясь, когда прижмемся к берегу, – посоветовали моряки.

На мне были легкие ботиночки с чертовски скользкой подошвой. Прыгнуть-то сумею, подумал я, но тут же соскользну в воду. Берег уходит обрывом в море, так что сразу окажусь в воде, подумал я, выполняя акробатический прыжок. Руки встречавших подхватили меня на скользком валуне и мягко опустили на земную твердь.

В сопровождении десятка матросов с горящими факелами в руках и в окружении стаи облаивающих нас собак мы двинулись по снежному скату вверх, к вершине острова. В этот момент вспыхнуло северное сияние и раскинулось над островом огромным шатром. Внутри него стало светлей, уже и без факелов различалась слегка заметная тропинка, ведущая по крутому склону вверх, к небольшому домику.

– Переночуем, а завтра утром отправимся дальше, – обнадежил меня Акимов.

Дом был разделен на две половины. В одной жили матросы. В их половине находилась столовая, спальное помещение и ленинская комната, которая одновременно служила спортзалом и гостевой комнатой. В другой – располагался командир поста – молодой мичман с женой. У них была своя кухня и небольшая спаленка. В каждой части дома была своя печка, которую топили дровами или углем – в зависимости от того, что было под рукой.

ТОРЖЕСТВЕННЫЙ УЖИН.

Командир поста и его жена встретили нас как дорогих гостей. И не только потому, что приехал их начальник. Мы привезли им сменщика, тоже мичмана, но без жены. Я не представлял себе, как он не озвереет на острове один с матросами в течение нескольких лет – он подписал контракт на три года. Особенно тоскливо ему будет здесь во время полярной ночи. Но, впрочем, это его дело.

Хозяева для нас «накрыли поляну» – устроили обильное угощение. На первое был наваристый борщ с огромным кусом мяса – правильно, зачем экономить, если завтра им уезжать, а новый командир поста пусть сам заботится о пропитании. На второе были жирные котлеты с макаронами, на десерт – чай с домашним хлебом, сливочным маслом и опять же домашним черничным вареньем.

Но я ни к чему не мог притронуться от чувства омерзения. Оно возникло после осознания причины, почему мне казалось, что стены в комнатке дышат, как живые. Сначала я списал это на усталость. В комнате было жарко натоплено. Лампочка под низким потолком едва освещала стол. Она горела вполнакала, потому что электричество здесь было тоже свое – от маломощного дизель-генератора. Вглядываясь в окружавший нас полумрак, я с трудом сквозь слипавшиеся веки разглядывал черневшие на стенах пятна, пока не заметил, что они двигаются. Приглядевшись, я обнаружил, что все стены облеплены тараканами. Они шустро бегали и по потолку. Некоторые, видимо не особенно ловкие, сваливались на стол и с энтузиазмом обследовали тарелки с едой. Один свалился прямо в тарелку как раз в тот момент, когда Акимов зачерпнул борщ алюминиевой ложкой. Таракан ловко выпрыгнул из ложки и побежал по краю тарелки.

Акимов, тоже заметив тараканов, отодвинул тарелку и принялся за истекавшую жиром котлету. Голод, как известно, не тетка. Но мне уже кусок не лез в горло. Я мечтал поскорее перебраться обратно на судно.

Наконец, «праздничный» (только для тараканов) ужин был завершен. Провожая нас во вторую половину дома, в которую вел отдельный вход с улицы, хозяин поста обратил наше внимание на одиноко стоявшую примерно в ста метрах от дома деревянную будку.

– Все удобства у нас там, – махнул он рукой в сторону будки. – Если ночью будете выходить из казармы, обязательно берите с собой дневального.

Мы вошли в казарму. Матросы спали. У печки клевал носом дневальный, в обязанности которого входило поддерживать в топке огонь.

БЕСПОКОЙНАЯ НОЧЬ.

Я провалился в сон, как только моя голова коснулась холодной подушки. Проснулся от скрипа металлической сетки на соседней койке. Акимов встал, набросил шинель и пошел к выходу. По дороге растолкал дневального. Сонный матрос, шаркая по полу огромными валенками, поплелся на холод следом за капитаном 1 ранга. Сквозь сон я слышал, как они вернулись. Опять тоскливо заскрипела кровать. Казалось, прошло всего лишь несколько минут, и все звуки вновь повторились. Так происходило несколько раз. Я просыпался, сквозь дрему слышал стон и шарканье и вновь погружался в сон. Я уже привык к этим звукам и не обращал на них внимания. Но, наверное, что-то нарушилось в их порядке. Открыв глаза, я не увидел Акимова на соседней койке. Не появился он ни через пять, ни через десять минут. Вокруг стояла мертвая тишина. Чертовски не хотелось вылезать из теплой постели, но внутренний голос требовал встать и проверить, на месте ли дневальный.

Печка пылала жаром. Дневальный клевал носом на низкой скамеечке рядом. Спросонок он не сразу понял, о чем я его спрашиваю. Он не видел, как уходил Акимов, поэтому не знал, как долго тот отсутствовал. Мы вместе вышли на свежий воздух. Стояла чудная тихая ночь. Ярко горели звезды. Луна заливала белоснежный остров волшебным мерцающим светом. В торжественной тишине, которая наступает, наверное, в момент, когда на востоке загорается Вифлеемская звезда, мы увидели около будки с десяток собак. Они чинно сидели ровным полукругом напротив двери, ожидая не иначе как второго пришествия.

Честно говоря, было боязно к ним приближаться. Но рядом стоял матрос. Я слышал его дыхание у себя за спиной. Его присутствие с одной стороны ободряло, а с другой – накладывало обязанность проявить командирскую решимость и волю. Я шагнул к будке. Матрос двинулся следом. Собаки спокойно наблюдали за нами. Навстречу из будки вышел Акимов. Радость от чудесного освобождения из собачьего плена не могла затмить смущения в его глазах. Собаки равнодушно посмотрели на нас и лениво потрусили на другой конец острова. А мы вернулись в казарму.

Уже в ленкомнате я спросил командира района наблюдения, почему он не растолкал дневального, когда выходил из казармы.

– Неудобно было будить. Я до этого его дважды будил, – ответил капитан 1 ранга.

Бог любит троицу, подумал я, засыпая.

БУДНИ ОСТРОВИТЯН.

На следующее утро я ограничил свой завтрак стаканом чая с хлебом, предварительно убедившись, что в чайнике не живут тараканы. Не было их и на стенах, видимо, они отдыхали после ночной оргии. За окном разливался молочный свет начинавшегося дня. Сменщик уже пересчитал все банки с тушенкой, проверил запасы топлива для генератора, обследовал приборы на вышке, откуда матросы вели наблюдение за акваторией.

В ожидании возвращения на гидрограф я бесцельно ходил от печки до койки и обратно, нетерпеливо ожидая команды «по коням». Но возникла непредвиденная заминка. Сменщик решил перевесить запасы гречки и пшеничной муки, так как уже обнаружил недостачу тушенки. Весов на посту СНиС не оказалось, поэтому двух матросов отрядили за ними на маяк, который находился в полутора километрах на другом конце острова. Прошел час, другой, а матросы не возвращались. Дозвониться до маяка не получилось. На поиски пропавших отправили командира отделения, старшину второй статьи, тоже моряка срочной службы. Прошел еще один час, прежде чем он позвонил с маяка и заплетающимся языком доложил, что маячники взяли личный состав в плен и ни в какую не хотят их отпускать.

– Ничего серьезного не произошло, но мне надо было это предвидеть, – объяснил начальник поста.

Предваряя дальнейшие расспросы, он объяснил, что маяк на острове работает в автоматическом режиме, но все равно для контроля и редкого обслуживания оборудования на маяке живут два смотрителя. На Большом Медвежьем это – мужчина и женщина, причем никак не связанные узами законного брака.

– Вот же повезло мужику, – вслух порадовался я за эту пару. – Полярная ночь длинная, делать ничего не надо, только есть, спать и заниматься сексом.

– У них другое занятие, квасят каждый день, – расставил точки над i мичман. – У них же спирт казенный, да еще брагу делают на дрожжах, которыми нас обеспечивают для выпечки хлеба. Хлеба у них нет, зато выпивка – всегда. Наши матросы напились вместе с маячниками, придется самому идти за ними.

В ожидании окончания затянувшейся процедуры передачи поста я отправился обследовать окрестности. С высоты острова хорошо просматривался берег Кольского полуострова, от которого остров отделял широкий пролив. На «большой земле», как называли островитяне Кольский полуостров, на берегу местной речушки стояла заброшенная рыбацкая деревня. В ней жил отшельник, известный как Царь Иван. Занимался Иван браконьерством. Незаконную добычу – в основном красную икру – менял на соль, порох, бензин, спички и другие необходимые в хозяйстве припасы. Капитаны проходивших мимо траулеров знали о Царе Иване и нередко делали здесь остановки, чтобы по дешевке получить у Ивана деликатесный продукт. Говорят, что раньше Иван работал вторым помощником капитана в Мурманском пароходстве, была у него семья. Но когда вышел на пенсию, оставил квартиру в Мурманске дочке, а сам поселился в этой глуши. Никто не знает, как он живет, а зимой вообще неизвестно, здоров он или болен, жив или уже мертв. Начальник поста СНиС рассказывал, как однажды летом, отправившись на охоту, забрел в ту деревню и даже заночевал у Ивана. В избе с Иваном жили несколько матерых собак – таких же грязных, вонючих и блохастых, как и хозяин. Но они ему нужны, чтобы охранять дом от одичавших собак. Все они, как, собственно, и сам Иван, когда-то были домашними. Их, братьев наших меньших, купили в мурманских клубах или привезли из средней полосы, умилялись ими, а потом бросили на улице. Овчарки, доги, болонки, спаниели и терьеры, представители других пород и беспородные, но милые собачки, предоставленные самим себе, собираются большими стаями, плодятся и смешиваются породами и, почти одичав, кочуют в сопках, забредая далеко от человеческого жилья.

ВОЗВРАЩЕНИЕ НА СУДНО.

Мичман вернулся на пост примерно через час, приведя трех «пленных» и вернув весы, которые одалживал маячникам еще в прошлом году.

Оставшийся день прошел в перевешивании и в пересчитывании продовольственных запасов, составлении актов приема-передачи и оформлении других бумаг. Сменщик оказался большим педантом и ни за что не хотел идти на компромисс. Создавалась реальная угроза задержаться на острове. Но тут уж Акимов, не желая провести еще одну ночь в обществе полудиких собак, не выдержал:

– У вас было полгода, чтобы подготовиться к замене, – гневно обратился он к прежнему командиру поста. – Либо вы сейчас заканчиваете прием-передачу, либо мы уходим без вас.

Старый командир поста, а в особенности его жена совсем не были в восторге от такой перспективы. Не знаю, как они рассчитались со своим сменщиком, но уже через час все были готовы отправиться на судно.

Спуск с вершины острова к урезу воды прошел относительно благополучно, если не принимать во внимание нескольких моментов, когда мне казалось, что я соскользну по крутому склону к самому обрыву и свалюсь в море. Море за сутки успокоилось, стоял штиль, поэтому посадка на лодку и пересадка на судно прошли на удивление гладко.

После этой поездки мне почему-то уже не хотелось еще раз побывать на островах в Баренцевом море.
http://nvo.ng.ru/notes/2014-01-17/16_island.html
Вложения
Одиночество в Арктике чревато одичанием. Фото Reuters : 1-16-1.jpg
Аватара пользователя
Bills Bons
 
Сообщения: 906
Зарегистрирован: 08 Март 2008 04:41

Полярные байки.

Сообщение Bills Bons » 01 Октябрь 2016 22:51

Бывалые Умки,отдыхают,так,когда шибко уставшие (А вдруг,завтра война,а я уставший?!)!
Вложения
 image (1).jpg
Аватара пользователя
Bills Bons
 
Сообщения: 906
Зарегистрирован: 08 Март 2008 04:41

Полярные байки.

Сообщение Bills Bons » 18 Ноябрь 2016 13:42

Петер Фреучен.

В 1906 году Петер закончил медицинскую школу и отправился не в ближайший госпиталь на престижную работу с 9 до 18, а в Гренландию. Двадцатилетнему пареньку стало интересно, каково это передвигаться по замерзшим равнинам на собачьих упряжках — вполне понятное стремление.
Одна из поездок закончилась катастрофой: Петер свалился в яму, выбраться из которой не мог. Находчивый паренек использовал собственные замерзшие экскременты в качестве зубила и выдолбил себе ступени в стенах узилища.
К тому времени, как Петер вернулся в лагерь, его левая нога была безнадежно отморожена. Не тратя времени на глупые причитания, парень сделал сам себе ампутацию.
Фреучен вернулся на родину, чтобы присоединиться к датскому движению сопротивления, нацисты так никогда и не сумели поймать этого волевого и несгибаемого человека.

http://weekend.rambler.ru/read/5-khrabr ... nt=weekend
Аватара пользователя
Bills Bons
 
Сообщения: 906
Зарегистрирован: 08 Март 2008 04:41

Полярные байки.

Сообщение Bills Bons » 10 Декабрь 2016 12:32

Вы построили дом, у которого все стороны смотрят на юг. Вдруг вы увидели медведя. Какого он цвета?

Белый. Только на Северном полюсе все четыре стены могут быть обращены на юг.
Аватара пользователя
Bills Bons
 
Сообщения: 906
Зарегистрирован: 08 Март 2008 04:41

Полярные байки.

Сообщение Bills Bons » 12 Март 2017 20:39

Американский анекдот (США):

-Тысячи лет назад один медведь увидел каратиста Чака Норриса. Медведь так испугался, что убежал жить на север, в Арктику. Мало того, он так испугался, что его шерсть и шерсть всех его потомков стала белой)))
Аватара пользователя
Bills Bons
 
Сообщения: 906
Зарегистрирован: 08 Март 2008 04:41

Полярные байки.

Сообщение Владимир Виноградов » 01 Апрель 2017 12:30

Восточные байки,из письма одного незадачливого полярника...

Доброго здравия мои самые родные и близкие, но такие сейчас далекие!
Спасибо вам за письма, которые читаю и перечитываю, ну и как бы бываю дома. С 01 апреля, в Антарктиде наступила на целых полгода зима, температура перевалила за -60 градусов. Однако учитывая влажность воздуха, подобные температуры переносятся нормально, да и климатодежда у нас хорошая. Здоровье в норме и нет оснований для беспокойства,да и потом, у нас на станции два врача, т.е. даже если захочешь помереть,не дадут этого сделать наши эскулапы))
Для поддержания тонуса, регулярно совершаем с нашим старшим доком пешие прогулки,убрав снеговые заносы мы лихо скатываемся на совковых лопатах с окрестных возвышенностей.
Третьего дня проводили солнышко, теперь до августа месяца его живительных лучиков нам не видать.
Станция находится на Полюсе холода, а также является Южным геомагнитным полюсом земли.
Получаемые здесь, нашей наукой знания, крайне важны, посему станции Восток предстоит долгая и достойная жизнь.
На станции, в разные годы наравне с рядовыми чернорабочими от науки бывали и маститые знаменитости, но
входили они в историю Востока каждый своим путем. Слышал тут такую историю, в 12-ю САЭ зимовал на Востоке врач, Юрий Сенкевич, тот самый, который был ведущим знаменитой телепередачи «Клуб кинопутешествий», кстати он не москвич, а наш ленинградец,земляк с Гражданки, всю блокаду прожил с матерью у дачи Бенуа, а после войны он успешно закончил Военно-медицинскую академию и попал в Московский НИИ космической медицины, откуда и был отправлен в научную командировку на ст. Восток, уж больно условия жизни на нашей станции напоминают космические. Ну, так вот,перемещаясь как-то по станции с напарником, молодой научный работник вспоминая детские блокадные годы, где отрадой порой были только хорошие книги, напомнил как герои произведений Джека Лондона, в суровых условиях зимней Аляски сплевывали жевательный табак и плевок с хрустом замерзал прямо на лету! Пытливый ум и любопытство загнали «цвет и надежду передовой советской науки» на высокий сугроб, где оба врача - полярника, в течение получаса уподоблялись верблюдам. Этого показалась им мало и наша наука пошла своим
путем, дабы результат был весьма очевидным и весомым, а главное наглядным, Юрий Александрович отправляет коллегу к подножию сугроба и сверху, крайне решительно мочится на него, слепо уверовав в замерзании изверзнутого потока прямо на лету, короче, всё по Джеку Лондону))
Говорят, что в науке, отрицательный результат эксперимента, так же материал для дальнейших исследований. Ну, а климатодежда у нас отличная, в том числе и от влаги разной хорошо защищает, но об этом я уже ПИСАЛ...
Коротко о себе. Скучать мне особо не приходится, чередуя работу с отдыхом, делаю своё дело. Главная ценность станции это люди, общаясь с которыми, узнаю для себя много нового и поучительного (читай выше).
Передайте мой поклон всем нашим, я их всегда помню и люблю. Пишите.Жду ваших писем...

Пы и сы, то бишь - поскриптум:
На День смеха, Первый канал поведал о чудо-воде и рыбе в нашем озере Восток, спасибо журналистам, ну молодцы ребята, они были у нас в начале сезона, но вскрытия озера не дождались. Антарктида тряслась
от смеха и холода,ну и мы вместе с ней, однако часть полярной братии мешки для упаковки своей доли богатств на всякий случай готовила, а на ст. Мирный (они с нами на связь выходили и пробу того злата настырно уточняли) весь персонал благой вестью, был разделен в аккурат пополам - на верующих в то чудо, и не очень, сие теперича, факт исторический...



https://www.youtube.com/watch?v=CI0EYnSzYRU
Последний раз редактировалось Владимир Виноградов 27 Апрель 2017 21:46, всего редактировалось 1 раз.
Аватара пользователя
Владимир Виноградов
 
Сообщения: 28
Зарегистрирован: 25 Сентябрь 2011 00:11
Откуда: Санкт-Петербург

Полярные байки.

Сообщение Bills Bons » 26 Апрель 2017 23:22

Спасибо за шмелёвый мёд!)))
Вложения
Спасибо за шмелёвый мёд!))) : image.jpg
Аватара пользователя
Bills Bons
 
Сообщения: 906
Зарегистрирован: 08 Март 2008 04:41

Полярные байки.

Сообщение Bills Bons » 26 Апрель 2017 23:30

Серые городские будни.
Вложения
Серые городские будни. : image (1).jpg2.jpg
Аватара пользователя
Bills Bons
 
Сообщения: 906
Зарегистрирован: 08 Март 2008 04:41

Полярные байки.

Сообщение Bills Bons » 27 Апрель 2017 03:04

Бриллиантам Отечества-полярникам!5 минут позитива!
Вложения
30-Let.Balet.Ally.Duhovoy.2017.SATRip..avi1.avi [63.98 МБ Скачиваний: 15]
Аватара пользователя
Bills Bons
 
Сообщения: 906
Зарегистрирован: 08 Март 2008 04:41

Пред.След.

Вернуться в Кают-компания



Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

Керамическая плитка Нижний НовгородПластиковые ПВХ панели Нижний НовгородБиотуалеты Нижний НовгородМинеральные удобрения